Белка и Космонавт

      Май пришёл на Москву хорошим. Были и тёплые ливни, и жаркие дни. Катя даже устроилась в государственную структуру по рекомендации Юрия Ростиславовича в качестве главного инженера по чертежам. Теперь ее дело вычерчивать схемы машин, которые когда-нибудь полетят на земную орбиту. Работа на дому, что было ещё удобнее. Как выразился Космос: «не нужно будет никуда выезжать». И это успокаивало в первую очередь Холмогорова, но немного нервировало Катерину. Из-за всего этого она себя чувствовала птицей в золотой клетке. Иногда в гости заезжали и подруги Кати, что ее немного радовало. Вот и сегодня к ней заехала Титова. — Привет, рыжая, — обняла подругу Мария. — Привет, — выпустила из объятий Титову Катя. — Идём на кухню. Ты что будешь? Чай или кофе? — Давай кофе. Умаялась. Ещё немного и точно засну на ходу.       Девушки поднялись на второй этаж в столовую, а после прошли на кухню, где Катя начала заваривать для себя чай и варить для однокурсницы кофе. — Рассказывай, чего нового? — спросила Холмогорова, разливая напитки по кружкам. — Да все потихоньку, устроилась вот на работу в частную сетевую фирму, где мы заключаем контракты с государством для подключения оператора к спутникам. А! Ещё! Меня Жаров замуж позвал! — Ничего себе, — улыбнулась Катя, поставив две чашки на стол и сев напротив подруги. — Когда свадьба? — Думаем в феврале расписаться. Там без лишнего пафоса. Чисто маленькой семейной компанией отпраздновать. — отпила терпкий напиток Титова. — Хотела предложить тебе быть моей свидетельницей. — А свидетель кто? — Да друг Пашкин. — она отставила кружку и посмотрела на Катю. — Ты лучше расскажи как у тебя дела! Как дети? Муж? — Потихоньку, Юрий Ростиславович помог устроиться в гос.организацию чертежником, сейчас изображаю один секретный проект. Показывать не буду. Дети отлично, вон с няней во дворе играют. А Космос что? На работе все время пропадает. Там они собираются заняться транспортировкой табака и алкоголя. Все по законной схеме. Ты бы когда-нибудь могла его представить за работой с бумагами? — Космоса?! Человек, который пушку держит за спиной?! Не в жизнь! — И я вот не могла представить, пока сама не увидела. — Ой, покажи часы! — вдруг, увидела на руках Кати часы от Rado. — Чума! Но это же мужские вроде. Откуда? — Космос на день рождения подарил. Съездили в магазин. Там женские мне не очень понравились. Слишком миниатюрные. Аж глаза режет. Вот и решили эти взять. — Ну реально Чума~! — Восхитилась Титова. — Идём лучше на моих крестников посмотрим, сто лет не видела!       Девушки спустились на задний двор. На газоне был расстелен плед, на котором играли дети, а няня сидела рядом на плетёном кресле. — Ох господи! — вырвалось у Маши, когда она увидела в руках Саши настоящий огнестрел. — Куда вы смотрите?! — начала верещать девушка, посмотрев на Мару. Катя молча подошла и взяла пистолет, показав той, что там даже патронов нет. — Боже… — Космос подарил на день рождения, — закатила глаза Катя. — Идём лучше в дом. — девушки вернулись обратно, пройдя в гостиную. — Как ты вообще так живешь?! — все ещё шокировано смотрела на подругу Титова. — Со временем привыкается, хотя и были мыслишки о разводе. Но они быстро отпадали. — приземлилась в кресло Катя. — И что за мыслишки такие? — Ты думаешь, все вот просто так? Ещё в 89-м они нарвались на одно чучело, которое потом кто-то убил, а виновником сделали Сашу. Эти кретины заныкались в Подмосковной даче и давай байрамить, пока я с отцом Коса и матерью Саши пыталась хоть что-то сделать, чтобы отмазать. Когда детей рожала — они в больнице были, навещали юриста, которого отправили поболтать с одним человечком. Юрист даже до конторы не успел дойти. Избили и выбросили во дворе. Ни задолго до отчисления меня у Института после пар какие-то твари подобрали и вывезли куда-то с завязанными глазами. Пытались выпытать всю подноготную работы Космоса и остальных. Избили. Пока в больнице лежала, они разбирались со смертью Сашкиного сослуживца, которого убили, как только Саня дал добро на транспортировку какого-то товара. — здесь девушка решила соврать, что не знает о товаре. — После этого Космос в одно время брал меня с собой везде, кроме стрел. А что потом? Форс-мажор. Меня нигде не оставить. Пришлось взять. Столько кровищи было… Думала, с ума сойду. Видеть то, как твой мужчина идёт насмерть — то ещё зрелище. А свыкнуться с тем, что он кого-то убивает — куда сложнее. Около года назад захожу в детскую, а у меня вон дочь с прицелом играет. — девушка тяжело выдохнула. — Обдумала все. Поняла, что, во-первых, не смогу долго без него, слишком сильно люблю; во-вторых, не будет его рядом — будут рядом его враги. А они и так чуть ли ни на пушечный подобрались к нам. Станет еще опасней, если Космоса близко не будет.       Катя видит, что дети пошли в своих родителей. И если Марс больше любит космические ракеты, то вот Сашку прям так и тянет поиграть с тем, что стреляет. Поначалу это выводило Катю. Особенно буйно Холмогорова отреагировала, когда впервые увидела пистолет в руках двухлетней дочери, но Космос тут же успокоил жену, показав, что пистолет пустой. Она и потом плохо на все это добро смотрела. Но позже пришлось свыкнуться. Лишь бы дочь не пошла по стопам отца. Да и оба родителя желали своим детям куда лучшей жизни, чем у них. Простой. Без всего того, что происходит у них. Проводив все ещё шокированную подругу, Катя вернулась за работу, вычерчивая прямые линии, которые показывали в себе конструкции космической ракеты. И, наконец, работа закончена. Время показывает уже десятый час вечера. Катя взяла телефон и набрала Юрия, дожидаясь ответа. — «Да?» — Пап, это Катя. Я закончила чертёж. Могу завезти завтра утром. — «Хорошо, я передам Николаю, что все уже готово. Потом вместе будем смотреть на запуск с Байконура.» — Дай бог…       Отрубив трубку, девушка поднялась наверх, заглянув в детскую, где парочка уже спала беспробудным сном. — Мар, можешь остаться до завтра? — Да, конечно, — кивнула сонливо девушка. — Тогда можешь устроиться в любой гостевой.       Катя, оставив по поцелую на каждого дитя, вернулась в спальню, переодевшись в неглиже. А после легла в постель, взяв книгу с полки и врубив ночник. За чтением время пролетело совершенно незаметно. Часы натикали двенадцать ночи, как дверь в спальню открылась и вошел уставший Космос, пройдя мимо на ватных ногах в гардеробную. Через десять минут он вернулся в свежей одежде с мокрой головой и сразу упал в постель, оставив поцелуй на щеке Кати. — Как на работе? — спросила буднично Холмогорова, отложив книгу и вырубив светильник. А после начала перебирать мокрые пряди черных волос. — Заключили сделку… — зевнул тот, прикрывая глаза и укладывая голову на тонкую девичью руку. — Пили? — А от меня прет? — Сигаретами, Айсбергом и немного беленькой. — Ну вот немного беленькой и было… — положил ладонь на тонкую талию Холмогоров. — У тебя как? — Закончила проект, утром нужно съездить в министерство и сдать. Сегодня ещё Маша заезжала. На свадьбу звала. Мне предложила быть свидетельницей. — тихо пробормотала, оставив поцелуй на морщинке меж бровей. — Я вот только не пойму… У них же с Пчелой что-то намечалось… А тут она с Пашкой… — Так Пчела вон в «Метле» ошивается со шлюхами. Куда ему нормальная семейная жизнь? — Знаешь, Кос, когда мы только познакомились, я точно также думала про тебя… — провела пальцем вдоль линии скулы. — Ты все-таки у меня наивная, Бельчонок… — с ухмылкой протянул Холмогоров, крепче обняв за талию. — А что за Пашка? — Тот, которому ты нос чуть не сломал. Помнишь? Он меня из Института провожал, а там на районе и вы на нас наткнулись. — Очкастый что-ль? — Мгм… — А свидетель кто? — Друг какой-то Пашкин. — Ты ведь понимаешь, что одну тебя я не отпущу? — Понимаю, — поцеловала в висок Катя. — Все, Белка, спать… А-то я скоро как зомбак буду ходить…       Космосу много времени не нужно было, чтобы провалиться в царство Нирваны. Но вот Катя долго не могла заснуть. Чувство тревоги бьет ключом. Но в чем причина тревоги? Холмогорова сама не может понять. Все слишком странно и непонятно. Даже не в будничных делах. На данный момент. В этой темноте. Даже воздух, не смотря на тепло, казался ей леденящим и смертным. Не споря с ангелом, который сидит на левом плече, она согласилась с демоном, что окупировал ее правое плечо, и положила ладонь на пистолет, что лежит под ее подушкой. Вдруг, дверь в спальню открылась и через небольшую щель проскользнула с еле слышным шорохом тень. А темнота придавала тени крепкие очертания рослого мужчины. Катя сжала в руке пистолет, положив указательный палец на курок, лёжа на боку лицом к Космосу, который спал на животе, одной рукой обнимая Катю. Холмогорова увидела под тусклым светом Луны очертания пистолета с глушителем. А после резко подскочила и подняла пистолет, сразу выстрелив. По ушам ударил звон выстрела, который сразу же заставил подскочить Космоса. Он тут же врубил свет прикроватной лампы, увидев испуганное лицо Белки, которая держит в трясущихся ладонях пушку. Космос соскочил с постели и прошёл за кровать, увидев безжизненное тело Мары с пистолетом в руках, к которому прикручен глушитель. А после подошёл к рации и врубил. — Двое человек. В спальню. Уберите тело. — стоило ему отложить рацию, как раздался громкий всхлип от Кати, которая выронила из ладоней пушку. А после дёргано отпрыгнула к спинке кровати, прижав колени к груди трясущимися руками. В спальню вошли двое крепкий мужчин, сразу подняв тело и вытащив его из спальни. А в убитом Катя увидела лицо няни, зарыдав навзрыд. Космос тут же сел рядом и потянул на себя девушку, крепко обняв. — Все в порядке. Ты сейчас спасла нас двоих. Ты умница, Белка.       Сколько бы не пытался успокоить жену Холмогоров, она успокоилась только ближе к утру. Как только истерика закончилась, Космос сразу позвонил братве, сказав Белому, чтобы нашёл всех, кто причастен ко всему этому. Друг тут же начал работать. Космос сел обратно в постель к спинке и посмотрел на Катю, которая сидит лицом к окну и прижимает к себе ноги. Сна на бледном лице не было. — Кос… — тихо протянула Холмогорова, не поворачиваясь к мужу. — Почему ты такой спокойный? — но в ответ лишь молчание. — Ты привык… Ты привык убивать… Видеть трупы… — Кать, как бы плохо это не звучало, но ты поступила правильно. Если бы ты не подняла пушку, то убили бы нас. Ты сейчас спасла семью. — Это да… но… Я убила человека… — Прими тот факт, что эта мразь не была человеком.       Космос и сам понимает, что не святой. Далеко не святой. За его спиной ни одна смерть. Он ходит по головам людей, наплевательски относясь к тому, кто они и какая у них жизнь. Да даже если брать последние сделки с поставкой оружия в Чечню. Он предложил эту затею. Пошёл в паре с братом Мухи на разговор с Ворами. Предложил Сане. Он наплевал на то, что с этого оружия будут убивать молодых парней. Он хоть и проводит переговоры, но пока Саня не даст добро — хрен шелохнётся. За его спиной гора трупов, а впереди ещё ни один человек, которому он засадит пулю. Да, он может быть добрым и хорошим человеком. Но только дома, рядом с семьей. Выходя за пределы их «замка», приходится натягивать на себя одеяние последней паскуды. Паскуда, которая не скупится на пули для смертников и будет употреблять беленькой. И разговор далеко не про водку. Иначе никак. Это его жизнь. Эту жизнь Холмогоров выбрал ещё когда соглашался на работу на Рижском. Как он докатился до жизни такой? Где проебал момент, когда начал стрелять в людей? Где просрал момент, когда начал употреблять кокс? А ведь еще в 91-м он боялся подниматься в гору, беспокоясь о семье и братве. А сейчас их бригада уже на самой вершине и хочет большего. Хочет в бескрайний космос. И сейчас ведь именно Саня не хочет на самые верха, пытаясь отговорить друга от затеи с оружием. Да вот только все идёт так, как хотел Холмогоров. Пока что идёт все гладко. И это более, чем устраивает Космоса, ведь если дела будут идти дальше — они точно будут лучшими. А что до кокса? Катя не знает — и ладно. Да и ничего ведь не происходит? Всего-то расслабляет чуть лучше сигарет. Да и теперь от него не так сильно пахнет табаком как раньше, что тоже нервировало Холмогорову, потому что этим дышали дети. Сама она не против сигарет. Только вот дети дышат этим. В том и была вся проблема. А сейчас и прет от него меньше и Белка на мозги не капает. — Ты помнишь первого человека, которого убил? — вдруг спросила Катя. — Я помню каждого, кому лично засадил пулю. — выдал холодно Космос. — Помнишь, Муха был? Его убийство повесили на Саню. — он выдержал паузу, вспоминая те дни. — Это я его застрелил. — решил даже не объясняться. Просто сказать правду. Да, он убил Мухина. Но если бы это не случилось, тогда в земле сейчас лежал бы Саня. — Ты, получается, подставил Сашу? — даже не посмотрела на мужа Катя. — Если бы не сделал это, тогда в земле сейчас был бы не Муха, а Саша. — Кто-нибудь ещё знает? — Никто. Узнают — бог с ними. Нет — и ладно.

***

      Сегодня Космос впервые задержался дома утром. Почему-то ни Саша, ни Фил не звонили другу, чтобы тот разобрался с делом. Иногда лишь Пчелкин звонил, чтобы разобраться с каким-то документом. И все-таки что-то шло нечисто. Саня и Фил будто сквозь землю провалились. Но Космос пока не подаёт виду Кате. Надо будет — Холмогоров найдёт все ниточки и достанет из-под земли друзей, чтобы убедиться, что все в порядке. Но ещё больше нервировало то, что показывают по телевизору. На друга повесили убийство. Опять. Но пока дергаться лишний раз нельзя.       Ситуация Кате в принципе нравилась с учётом того, что она еще не видела новости: муж сегодня дома, играет с детьми, почти не курит, что ещё больше улучшает ситуацию. Катя встала с кресла во дворе и решила подняться за книгой, пока Холмогоров играет с детьми. Она поднялась и взяла толстую книгу с полки, как тут ее взгляд упал на чёрный мужской пиджак, оставленный на дверце в комнате. Катя подошла и с улыбкой прошлась ладонью по приятной ткани. Но тут на глаза попалось белое маленькое пятно. Она немного нахмурилась, приблизив к лицу и принюхавшись. Отдавало легким холодком. А после не скупилась в своих действиях: начала обыскивать карманы. И нашла во внутреннем совсем маленькую баночку, а внутри белый порошок. В том же кармане она отыскала плоский чёрный футлярчик, открыла и увидела там два зеркальца и маленькую бритву. Долго додумывать не пришлось. Отдаленно она представляла, что это за порошок. Уж явно не белизна и не «Юппи». Взяв баночку размером с одну фалангу пальца, она спрятала ее в карманах шорт, а после спустилась вниз, выйдя во внутренний двор.

***

      На следующий день Космос вернулся домой немного разозленный, но злился он недолго. Катя сразу поняла, что мужчина обнаружил пропажу. И, видимо, купил себе новое. И Катя не смогла не заметить того, что он как-то старался незаметно обыскать дом. Ну мало ли где он мог выронить и не дай о Боже найти эту вещицу Кате. Да вот только терпение девушки лопнуло через два дня, когда Холмогоров вернулся домой, будто был на грандиозной пьянке, которой не было. Сработал вариант «Звонок другу». Даже три звонка. Ни Пчела, ни Фил, ни Саня не закатывали никаких пирушек. Да даже и совсем немного не выпивали. После этого вечера Катя намерено собралась и, когда он уехал, вышла из дома, оставив детей на самых адекватных охранников, пообещав за хорошую работу вознаграждение в денежном эквиваленте. А ещё взяла с каждого охранника слово, что те не сообщат о том, что девушка уезжала. Тоже за вознаграждение.       Катя приехала в офис на Цветном. Благо, права на вождение были. Да и Космос успел обучить ее мастерски владеть баранкой. Пройдя мимо КПП, она вошла в здание и поднялась в кабинет большого начальства, где сидел Витя, перебирая какие-то бумажки. — О, Белка, привет, — отвлёкся Медовый. — Чай, кофе? — Нет, не нужно, — улыбнулась она, подойдя к другу, который тут же встал и обнял подругу. — Ты к Косу? Он уехал недавно, насчёт поставок разбирается, — приземлился в кресло Витя. Катя села напротив через стол, сложив ногу на ногу. — Нет, я не к нему. Я к тебе. Ты Космоса знаешь больше и видишь его дольше, хотя вроде вы и не женаты. — усмехнулась Катя. — И не дай Бог! — отстеклил усмешку Виктор. — Так что случилось? — Не подскажешь мне, что это? — она достала ту маленькую баночку и поставила на стол, толкнув в сторону друга, который тут же взял и присмотрелся. — Нет, не знаю, — продолжал улыбаться, рассмотрев предмет со всех сторон. Да вот только улыбка фальшивая. — Баночка какая-то. — А ты открой и вспомни. — продолжала улыбаться как ни в чем не бывало. Видно, что Пчелкин напрягся, да вот только старался не показывать этого. Что, собственно, у него плохо получалось. Он открыл и посмотрел. — Извини, Белка, вообще без понятия, — пожал плечами и закрыл, поставив на середину стола. — НЕ ДЕЛАЙ ИЗ МЕНЯ ДУРУ! — резко хлопнула по столу, а нога соскочила с другой. Тут даже пуганный всеми смертями Виктор подскочил на своём месте, переменившись в лице. Такой злой Белку он прежде не видел. Даже после событий, связанных с Мухиным. — Я нашла это у Космоса в пиджаке. Не дура. Имею представление, что это может быть. — Ну раз так, тогда зачем у меня спрашиваешь? — сглотнул Пчелкин. — Чтобы убедиться полностью. И понять, что употребляет это Космическое Чудище. — Это кокаин. — сдал друга Пчелкин. Да и Витя уже давно себе признался, что его друг теряется. Космос давно подрывает дружбу ни только со всей Бригадой, но и с Медовым. А ведь именно с Пчелой Космос больше всего общался из этой четверки, хотя всегда считал всех друзей одинаково близкими. Но в самый нужный момент был Пчела. Ему он доверял больше всего, да вот только Пчелкин все меньше теперь доверяет другу. Тут Виктор уже давно бессилен. Остаётся все переложить на сильные девичьи плечи Холмогоровой, хоть они и выглядят с виду хрупкими. — Фил с Сашей молчат. Где они? — нахмурилась Холмогорова ещё сильнее. — А вот этого я уже не знаю, Белка… — тяжело выдохнул Пчелкин, получив разъяренный взгляд подруги. — Да серьезно не знаю! — тут и Витя перестал выдерживать. — Они уже как пару дней пропали. Зато вон новости так и трещат. — Какие новости? — не поняла Катя. — Ты вообще ящик врубаешь? — Не до того было.       Пчелкин встал с места и врубил телевизор, начав листать каналы. Дошёл и до новостного. На моменте одна из фраз оператора оборвалась, но девушка уловила суть. На Саню снова повесили чужое убийство. Нет, может, в этот раз друг и виновен, но Катя не поверит в то, что Белов просто так убьёт. — Пчёл, как только что-то выяснится, набери меня. Я на связи. — Лишний раз звонками тоже рисковать нельзя. Надо разобраться до конца в чем проблема, а потом уже решать. Будет зацепка — приеду и скажу. Но это уже не по телефону. Ты у нас ракеты со спутниками чертишь. Должна понимать, что все читается. — Хрен с вами.       Катя встала, взяв баночку и убрав в карман, и вышла из кабинета, пройдя к лестнице и спустившись вниз. На переплете стоит та девушка, с которой заигрывал Холмогоров на Новый год в их же доме, и разговаривает по телефону. — Представляешь! Замуж позвал! — с вожделением рассказывала девица. — Коосмос! Имя греческое. Говорит, отец астрофизик, вот и имя такое придумал… Ага! Ну что? Будешь моей свидетельницей? … Ой не знаю… — Катя спустилась к ней и похлопала по плечу. — Стой, подожди, я перезвоню. — она отключила телефон и развернулась. — Замуж, значит, позвал… — оглядела с ног до головы секретаршу. — Да, позвал. — хмыкнула она, подняв гордо голову. — Не поверишь. Меня тоже. Ещё так года четыре назад. Вот колечко ношу, — она поиграла пальчиками правой руки. — Хотя, знаешь… — она достала из кармана баночку и взяла ту за кисть, заставив раскрыть ладонь. — Передай это своему жениху. — вложила баночку и закрыла ее пальцы. А после отпустила руку и сняла кольцо. — А это от меня тебе подарок. — вручила кольцо той и пошла вниз. Развернулась на середине лестницы и снова оглядела шокированную блондинку. — Совет вам да любовь.

***

      Катя села в машину и посмотрела куда-то вперёд стеклянными глазами. Внутри все кипит от ярости. А перед глазами проносится вся жизнь, начиная с момента переезда в Москву.       Я вышла из вагона. Вроде как, меня должен забрать какой-то мой брат. Но людей вокруг слишком много. Решила подняться в зал ожидания. Села на скамью и поставила рядом чемодан с немногочисленными вещами. Вокруг слоняются толпы. Даже как-то страшно… Как же страшно… А если эти люди тронут меня? Нет! Нет-нет-нет! Вдруг, по обе стороны приземлились двое парней. БОЖЕ! Я резко закрылась от них. Первый начал что-то успокаивающе говорить. Вроде, он хороший. Так это тот мой брат? А другой резко подскочил и встал передо мной. — А я Космочудище! — боже как громко! Я снова закрылась. Лишь бы не тронули!       Но, вроде, все обошлось. Этот Космос извинился и взял мой чемодан. Мы сели в машину и поехали куда-то. Домой, что-ли? Вдруг, машина резко тормозит и этот Космос начинает кричать и сигналить. Страшно! В машину кто-то прыгнул. Не хочу знать, кто это. Не хочу! Назвался Сашей. По голосу вроде добрый человек. Я открыла глаза и посмотрела. Он и выглядит по-доброму. И разговаривает тоже с веселой нотой. Мы приехали к многоэтажке и вышли из машины. Вдруг, Космос остановил нас и прыгнул за руль, начиная что-то искать. А после выскочил и проскользил по капоту, протянув мне леденец на палочке. А он все-таки хороший…

***

      Валера позвал меня куда-то. Ладно, схожу. Все равно дома душно. Мы вышли из квартиры и спустились на пролёт ниже. Брат постучал в какую-то дверь. А из квартиры вышел тот Саша. Я лишь пошла следом за ними. Мы пришли в какую-то беседку недалеко от дома. Там спит парень, которого тут же растолкали Валера с Сашей. Он сначала недобро на меня посмотрел, но потом как-то безразлично. Тут приехал и Космос, который не заметил на скамейке друга и запрыгнул на заборчик, поставив на, как оказалось, Витю ноги. И завязалась драка. Они какие-то сумасшедшие… Видимо, что эти трое, что Валера — не лучший пример для многих. Я отвернулась и продолжила сидеть, как вдруг в меня что-то очень тяжело прилетело. Я даже понять не успела. — Больно! — смогла только выдать, еле сдерживая плачь из-за боли на бедре и чего- то тяжелого на мне.

***

      Боже, как же надоели эти примеры по математике! Но что поделать? Нужно закончить. Иначе не видать мне золотой медали. Вдруг, в дверь позвонили. Я встала и поплелась, посмотрев в глазок. Космос? Сюрприз, конечно, приятный… Но что он забыл? Я открыла дверь. Боже! Промок весь! Затолкала в душ и пошла ставить чайник. Вышел и начал говорить, что ему сегодня не повезло. Ну и дурак же он! Я лишь вздохнула и вернулась за стол. Космос, конечно, сильно нравится мне… Да и… похоже… Я влюбилась в это Космочудо по самые уши, но какой же он все-таки дурак! Оп! А вот про зад бабуина я зря ляпнула! Я уже хотела спрятаться в комнате Валеры, да только он меня сразу перехватил. — Укушу! — А кусай!       И я укусила его за ухо, да только он не удержался на голом полу и упал. В нос ударил приятный запах его духов и сигарет. Как же приятно… Щеки загорелись… Как стыдно! Я подняла голову и посмотрела на парня. Ч-что с ним…? Смотрит и глаз не отводит… Словно околдованный… Вдруг, моей щеки аккуратно дотронулись. А у него руки тёплые… Не обращала раньше внимание… Вдруг, его губы коснулись моих и смяли… Боже, как приятно…

***

      Я вышла из консультации со смешанными чувствами. — Ну поздравляю, срок уже две недели, — выдала безразлично гинеколог слова, которые до сих пор не могут выйти из моей головы. Но вот что сказать Космосу? Как он отреагирует? Ладно. Начну издалека.       Сначала реакции и в принципе не было. Будто каждый день узнает о том, что его девушка беременна! Какой же кретин! Дурак! Но вот потом… От его радости я чуть не задохнулась в крепких объятиях. Даже решил жениться… И не спросил ведь у меня… Какой же он у меня дурак…

***

      Я стою перед регистратором и слушаю слова взрослой женщины. Вдруг, меня отвлёк тихий зевок со стороны Космоса. Идиот! Я незаметно протянула руку за его спину и ущипнула, прокрутив его кожу, от чего тот подпрыгнул и завопил. — А у нас и жених невоспитанный! — раздалось от Пчелкина. И все рассмеялись.

***

      Я стою в послеродовой палате и укачиваю Сашу. Расплакалась маленькая… Вдруг, меня отвлекает какой-то шум за палатой. А вот и папаша пришёл…       Перед глазами начали проноситься и моменты в кругу их семьи. Как Космос сидит в кресле и читает газету, но его тут же отвлекает Саша, сказав первое своё слово, которому безумно обрадовался отец. «Папа!»       А как дети любят кататься на его плечах! Катя помнит, как он посадил дочь на свои плечи. — Высоко~! — протянула восторженно девочка, посмотрев вниз.       Будто, плечи папы — это самое высокое место на всей планете. Даже выше горы Джомолунгмы.       Он и к сыну ведь относится с любовью. Да, куда строже, но ведь мальчик в семье растёт, которому Космос в будущем собирается доверить защиту матери и сестры. Даже говорит Холмогоров с сыном более строгими нотками. А мальчик даже не противится, с гордостью воспринимая каждое слово.       Катя не сдержала слез, сразу заведя машину и выехав с территории офиса. Она гонит на всей скорости. Не видит перед собой ничего. Лишь пелена слез и покрывало воспоминаний. Хороших и добрых воспоминаний, но таких колких и больных в данный момент, которые больше не повторятся. Которые придётся спрятать в самый далекий ящик подсознания. Она и не заметила, как доехала до дома, заехав на скорости во двор и резко затормозив. Быстро утёрла слёзы и посмотрела в зеркало заднего вида. Прийдя в себя, она успокоилась и вышла из машины, сразу пройдя в дом, по пути оставив охраннику ключи от Мерседеса. Вошла в дом и поднялась в спальню, по пути сказав другой охране, что они свободны от безделья возле детей. Вошла в гардероб и вытащила из шкафа большой чемодан, начиная бросать в него мужские вещи, которых скопилось достаточно много. И тут девушка испугалась саму себя. Своего безразличия к происходящему в данный момент. Будто так и должно быть. Будто все правильно. Но уже на столько все равно.       И только к вечеру она собрала все вещи и окончательно успокоилась. Катя даже не собирается устраивать спектаклей. Просто скажет ему, где вещи и все. На этом точно все.

***

      Космос вошел в спальню только спустя пару дней всех этих разборок с Ворами, застав жену спящей в постели. Тут даже захотелось подойти к ней и поцеловать сразу, а не пойти по привычному маршруту. Настроение паршивое. Все, что он планировал насчёт поставок оружия в Чечню, теперь начинает действовать, да только после произошедшего оно нахрен никому не сдалось. Кто ж знал, что Саню прижмут? И кто прижал? Этого даже Космос не знает, хотя есть пару догадок. Ещё и мать друга скончалась. Перенервничала женщина. Сердце не выдержало. Сейчас он чувствует свою вину перед каждым. Особенно перед Саней. Не пошёл бы он на разговор с Вором — не предложил бы другу поставку оружий. Не предложил бы поставку — тот не думал бы дать отказ. А там дальше цепочкой по схеме. Ещё ведь и Катю заставил понервничать. Он сел на кровать и потянулся к Белке, положив той на предплечье ладонь и потянувшись за поцелуем. Но она лишь отдернулась. — Белка? — Космос, я устала. — лишь выдала она, не разворачиваясь. — Тогда спать? — решил не мусолить. Все таки лучше обо всем сказать утром, а не сейчас. — Ты не понял. — прозвучало как-то холодно. — В смысле? — не понял он, немного отодвинувшись. — В прямом, Космос. — слишком спокойно и холодно прозвучало от его Белки. Катя встала с постели и подошла к окну, посмотрев на ночное небо. — Я устала от всего. — Не понял. — он встал и подошёл к ней сзади, положив ладони на плечи, но она их тут же скинула с себя. — Бельчонок, что случилось? — Вещи в чемодане, чемодан в гардеробной. Баночку с кокаином я вручила твоей невесте. Кольцо тоже отдала. Люде оно нужнее. Акт о разводе получишь почтой на адрес отца. Проблема решена, базар окончен.       Она прошла на балкон и уперлась локтями в перила, переваривая в холодной голове происходящее. — Катя, что за выкрутасы? — с непониманием спокойно произносит Холмогоров, пройдя следом на балкон. Но чувствуется, как еле сдерживает злость. — Сегодня, вроде, не день клоуна. — Я все сказала. — выдохнула, не разворачиваясь. — Нужно было думать, когда начинал нюхать и просить руки под кайфом. Я не устраиваю концертов. Говорю прямо. Спокойно отпускаю. Ты, видимо, хотел этого под бредом. В конце концов, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Ты свободен, Холмогоров. Может, только после всего этого начнёшь понимать, что не являешься Царем и Богом. Только понять нужно было это до того, что случилось. Ты опоздал. Поезд уехал. — Я понял. — тяжело выдохнул Холмогоров. — Виноват. А теперь выслушай. Последние дни были тяжёлыми. В ситуации на корню опять виноват я. После того случая возле старого дома Сани… в общем, Тетя Таня умерла. Сердечный приступ.

***

      Прошёл уже месяц с того злосчастного дня. А Катя превратилась в настоящего зомби. Вернулась в то тело, в котором прибыла в Москву шесть лет назад. Тело теперь не подтянутое, стройное и красивое. Если месяц назад худоба ей шла, то сейчас лишь выдаёт один скелет, на который натянули кожу. Теперь ее спутниками являются пачка «Мальборо» в кармане и стакан виски поздним вечером. После ухода Холмогорова она никого, кроме детей, Шамана и охраны не видела. Разве что своего адвоката, который ей помог со всеми документами. Теперь внизу вместо бильярдной с алкоголем находится ТИР. Стены и потолки обтянули шумоизоляцией. Все обустроили. Катя сама так решила. Если главной защиты у семьи больше нет, она займёт это место. — Катерина Сергеевна, — отвлёк ее мужской голос. Катя сняла наушники и повернулась к одному из охранников, который ей протягивает телефон. — Александр Николаевич просит.       Катя взяла телефон и поднесла к уху. — Да? — «Привет, Белка. Давно не слышались.» — Привет, Саш. — она положила пистолет на стол, придерживая одной рукой трубку. — «Как дела там у вас?» — Потихоньку. Скоро на Байконур поеду смотреть на свое первое большое детище. По телевизору запуск ракеты посмотришь. — «Ну поздравляю.» — Саш, во-первых, я соболезную тебе насчёт тети Тани… Не смогла позвонить, не обижайся, у самой проблем выше крыши… я пойму, если ты не простишь за это. Во-вторых, ты же не ракеты космические со мной решил пообсуждать по трубке? — «Да ничего, я не в обиде, спасибо за соболезнования, да и лучше поздно, чем никогда, » — с той стороны раздался тяжёлый вздох. — «Ну, вообще-то, про одну из этих ракет и хотел спросить. Вот одна Космическая Ракета пропала с радиуса радаров. Вторую неделю уже не слышно и не видно. Решил тебе позвонить.» — А он тебе не сказал? — наигранно удивилась та. — Он же жениться собрался. Уже месяц как. — «Да ну? И кто невеста?» — тут и сам Белов явно был в шоке. Обычно о всех новостях Космос говорит сразу. Да даже когда предложение Белке делал — сразу же позвонил и сообщил. Да и если взять Вора с предложением поставки оружия — тоже первым делом сообщил другу. А тут Саня узнает о свадьбе его друга от его же жены, которая, по-видимому, совсем скоро станет бывшей. — А ты ее каждый день видишь в офисе. — хмыкнула, перезарядив пистолет. — Саш, не включай только дурака. И не надо мне говорить, что я погорячилась. Холмогоров сам виноват. Пусть сам и захлебывается в воде, которую намутил. Он дважды за один раз сильно промахнулся. И если с одним из его косяков я готова была мириться и даже помочь ему выхлебать все это, то со вторым — нет. — «Ясно… Ладно, вы взрослые люди. Сами разберётесь.» — Сколько, говоришь, его не видно? — «Да недели две.» — Пробовали обыскать все Московские канавы? — «Не поверишь. Каждую щель смотрели. Вот как сквозь землю провалился. Ни в одной больничке. Ни в МОРГе. Ни в канавах.» — Значит, переживать не нужно. Объявится рано или поздно. — Катя подошла к стойке, от которой собиралась продолжить обстрел. — Саш, у меня просьба к тебе. — «Все что угодно, Белка.» — Как объявится, передай ему «привет» от детей. — «Хорошо. Давай, Белка, до связи.» — Много не давай, Белов, очко не резиновое. Треснет. — и она отключила трубку, вернув ее мужчине. А после натянула наушники и прицелилась, начав стрелять по мишени.

***

      На следующий день Катю вызвали в ЗАГС, чтобы забрать акт о расторжении брака. На бумагах теперь она официально снова Костенко. — Второй экземпляр отправить по почте Космосу Юрьевичу? — спросил мужчина в деловом костюме. — Не нужно. Я передам через нужных людей. — выдохнула она, взяв документы и протянув ладонь для пожатия. — Спасибо за работу. — Вам спасибо, что обратились. — кивнул тот, проводив из кабинета клиента.

***

      Катя подъехала к сталинке на набережной. В местных дворах она провела счастливые моменты, воспоминания о которых больше не казались такими же счастливыми. Тяжело выдохнула и поднялась на нужный этаж, пройдя к квартире. Позвонила в звонок. Дверь открыла Надя. — Я войду? — спросила Катя. — Ну проходи, — пожала плечами женщина, вернувшись в квартиру. — Юра минут через пять дома будет. — выдала Надежда, пройдя на кухню. От женщины не скрылся весь холодный вид невестки. Даже язвить не хотелось. — Чай, кофе? — Кофе.       Сколько Катя себя помнит, никогда не любила этот напиток. Но в последний месяц он только и спасает вновь Костенко. Девушка села за стол, отложив сумку на полку неподалёку. — Че лицо кирпичом? — перевела взгляд на девушку Надя. — Драгоценный Космос накосячил? — Мягко сказано. — хмыкнула Катерина. От Нади не скрылось и то, что на пальце больше нет кольца. — Смотрю, нехило так накосячил, — кивнула она на правую руку, поставив напиток перед гостьей и сев за стол. — Давай рассказывай. По сарафанным радио не пущу. — усмехнулась и отпила свой напиток. — Может, как женщина поддержу. Вижу, что хорошо так пострадала. Вон тощая стала. Будто скелета из кабинета биологии взяли и кожу на него натянули. — Я официально больше не Холмогорова. — Да я это уже поняла, — в очередной раз усмехнулась. — Давай к корню проблемы. — Он подсел на порошок и на дурную голову сделал предложение другой. Профурсетке, которая сидит в секретаршах. Вот и вся история. — Страдала? Скандалы, интриги? — Нет. Собрала в последний раз его вещи и спокойно сказала, что больше может не возвращаться домой. Если с порошком я бы ещё как-то помогла ему справиться, то баба… — она безразлично цокнула, отпив кофе. — Ну и правильно. — кивнула Надя. — Не надо терпеть то, что ломает тебе жизнь. Ты в конце концов девушка, которая недостойна такого дерьма. — женщина взяла печенье и надкусила. — Знаешь, ты мне с первого дня понравилась. Скромная, хорошая, знаешь себе цену. Удивляло только то, что выбор твой пал на Космоса. Нет, я не осуждаю тебя за твой выбор. Я осуждаю Космоса. Все ведь хорошо изначально шло. Взять и просрать — это его хобби по жизни. Сколько помню его — всегда так было. Любое дело он начинал хорошо, а заканчивал ужасно, если, конечно, вообще до конца доходил. — Надежда снова отпила бодрящий напиток. — Кать, я не злорадствую. Ты, если что, заглядывай ко мне. Также попьём кофе, потрещим. — Лучше ты ко мне заглядывай. — усмехнулась Костенко, отпив кофе. — У нас вон дворец огромный всего на три человека. А так можно и отдохнуть на свежем воздухе, и немного винца хлебнуть. — Договорились, — усмехнулась и протянула свою чашечку с напитком. — За развод? — За развод. — они чокнулись и допили кофе. — Космос здесь обитает? — Нет, его уже месяц не слышно. Пару раз чёт забегал зачем-то на минуту. — хмыкнула Холмогорова. — А что? Соскучиться успела? — Я акт о разводе ему принесла. — А вот и Юра пришёл, — взяла пустые чашки Надя, как только услышала из коридора шум. Дверь хлопнула и на кухню прошёл старший Холмогоров. — Катюшка! — сразу обрадовался. Катя встала и обняла мужчину. — Какими судьбами? Где Марс с Сашкой? — Да я ненадолго, по делу. Дети дома под присмотром, — кивнула Катя, взяв сумку. — Дядь Юр… — Катя, не понял. — серьезно начал мужчина. — Это что за «Дядь Юр»? — Боюсь, не смогу я больше называть Вас отцом, хотя Вы мне его действительно заменили. — Костенко достала документ о разводе и протянула мужчине. Тот подправил очки и начал читать. А от каждого слова брови лишь сильнее хмурились. — Дядь Юр, Надя, заезжайте к нам как-нибудь. Даже можете без предупреждения. Всегда будете зваными гостями. — Конечно, Кать, — кивнула Надя. — До свидания. — и девушка ушла, оставив семейную пару на кухне.       Стоило девушке выйти из дома детства ее бывшего мужа, как в голову пришла интересная идея. Она села в машину и сказала ехать водителю по нужному адресу. Десять минут и Мерседес припарковался напротив хорошей парикмахерской. Катя вышла из машины и вошла в здание. В нос ударил контраст запахов из красок и лака. — Здравствуйте, чем могу помочь? — обратила на себя внимание девушка с ресепшена. — Хочу простое каре чуть выше плеч. С чёлкой. — Хорошо, — кивнула девушка. — В дальнем углу свободное место, сейчас подойдёт мастер.       Катя села на кресло и посмотрела на себя в зеркало. В подобное место в последний раз она заходила с Космосом в девятом классе чуть больше шести лет назад. И тут сзади подошла мастер. — Как будем резать? — спросила добрая девушка. — Вот… по сюда, — показала она длину на середине шеи. — Не жалко? — Жалко у друга моего, Пчелкина Вити. — усмехнулась та. — А вообще, от волос нужно избавляться также легко, как и от бывшего мужа. — Костенко осмотрела своё лицо. — Челку до середины лба. Ну… В форме дуги. Снизу вверх и снова вниз. — Ну смотрите, — улыбнулась мастер, а Катя закрыла глаза до самого конца.       Спустя добрых полчаса с девушке стянули накидку и расчесали. Катя открыла глаза и увидела перед собой другого человека. Совершенно нового. Взрослого. Не ту добрую девушку. Теперь перед ней грациозная гордая барышня. Улыбнувшись хорошей работе мастера, Катя прошла на ресепшн и оставила деньги с чаевыми. А после вышла из здания и села в машину.

***

      Космос вошел в родительскую квартиру, даже не обратив внимание на насмешливый взгляд Нади и строгий голос отца. Сразу вошел в свою старую комнату и отыскал там пару отложенных крупных купюр. — Космос! — в который раз позвал сына Юрий, войдя в комнату. — Чего тебе? — бросил, не оборачиваясь и сунув купюры во внутренний карман пиджака. — Смотри, что мне Белка на хвосте принесла, — подошёл к сыну и протянул документ. Космос пробежался взглядом по строкам и безразлично хмыкнул. — Можешь в рамку повесить, можешь подтереться. — и вышел из комнаты пройдя на выход. — Ты семью просрал, Гаденышь! — сразу взъелся старший Холмогоров, пойдя вслед за сыном. — Прекрасную жену и двоих детей! — Скорее курицу, которая выносила мне мозг, и двоих спиногрызов. — также безразлично бросил и вышел из квартиры. — Ты что? Под чем-то?! — остановил сына за локоть и посмотрел в стеклянные насмешливые глаза. — Уж точно не под человеком! — Запомни, сын, ты не Царь и не Бог! Ты — человек. Так не потеряй последнюю человечность! — Поздно спохватился, папаша. — вырвал руку и спустился вниз.

***

      Космос сидит в отцовской квартире, пытаясь разорвать бинты на руке. Настроение паршивое. Видеть кого-то — никакого желания нет. Ещё и не занюхать. Остаётся только пиво хлестать и в четырёх углах сидеть. В дверь звонок. — Бать, открой. Меня нет. — Саша пришёл. — вошел в столовую старший Холмогоров, поставив на стол две бутылки и откупорив. В помещение вошел Белов. Оставив друзей наедине, Юрий вышел из помещения, забрав стакан с пивом себе. — Мне Фил сказал, что ты насмерть хлопнулся. Я в Склиф… — Жалко, что не насмерть. — поднял глаза на друга Холмогоров, продолжая попытки порвать бинты остриём открывашки. Белый прошёл к двери и закрыл ее. А после подошёл к столу, опустив взгляд на перебинтованную ногу. — Можно я твою ногу на пол поставлю? — Рискни.       Саша снял пальто и откинул в сторону, а после подошёл к стулу, на котором лежит загипсованная нога. Аккуратно взял и отпустил, а после сел за стол, посмотрев на друга. — Ты не сердись, брат, я иногда вынужден давить, это все Рокнин, к Едрени Матери. — не сдержался в выражениях Белов, пока Холмогоров пытался одной рукой откупорить пиво. — Но ты сильно хреново выглядишь. Крэк тебя погубит. На героин переедешь — все, полной звиздец, пиши пропало. Хана. — Да не в этом дело, Саня! — психанул Космос, оттолкнув бутылку. — Открой, я не могу. — Холмогоров задумался, смотря на то, как Саша наливает пиво в стакан. — Я уже давно об этом думаю. Ещё с тех пор, как вся канетель с Чечней пошла. Сань, ну нахрена нам это надо, а?! — Ты о чем щас? — Да ты лучше меня знаешь, о чем. — взял бутылку и отпил. — Раньше думал, что всем надо показать, что круче меня только вареные яйца. Ну и что? Показал. А теперь что? Своих глушить будем, а? Сначала салдофонов наших, а потом и… друг друга. А Пчела? Ему же все по-барабану! Он за зелёную бумажку готов горло перегрызть. — Ты думаешь, мне все это нравится что-ли? — поднял глаза на Коса Белый. — Меня просто взяли, наклонили и все. А назад пути нет. Это как в самолете. Не выпрыгнуть. Заднего хода нет. Сел и летишь. — Хах… — усмехнулся Космос. — И ждёшь, пока крыло не отвалится. — Или пока в гору не врежусь. — Да, — давил слабую улыбку Холмогоров, отпив пиво. — Или пока террористы не жахнут… — Хах… — А знаешь когда мы с тобой в этот самолёт-то сели? — он поднял глаза на друга. — 10 июля 89-го года… На бою в Раменском. В Муху-то я… стрельнул… — Саша начал вспоминать тот вечер. Когда народ друг на друга полез… — Сань, ты пойми, другого выбора не было. Он бы тебя через секунду порезал. — в воспоминаниях пронеслись события следующих дней. — А не сказал тебе я тогда, потому что заочковал… когда на тебя менты накатили. Сесть кому охота? Сам понимаешь. — Ну нельзя сказать, чтобы я не догадывался, — выдал Белов, встав с места и подойдя к стенке. — Чудище ты Инопланетное. — он усмехнулся и повернулся к друг. — Был бы ты моей женой — я бы тебе сказал, что ты мне всю жизнь испортила. Но ты не жена, ты — брат. Кстати, твоя жена бы тебе так и сказала. У неё есть полное право. — усмехнулся тот. — Есть ещё пиво, а то башка раскалывается. — Пап! Пиво ещё осталось? — Юрий принёс ещё бутылку и ушёл. — А че жена? Жены нет больше. — Красавец. — похлопал по плечу друга Белов. — Че развелись-то? — Да прихожу я домой тогда. Она выдаёт, что устала от всего. И Кокс нашла. И узнала, что предложение делал Люде. А я сам этого не помню. Чемодан ещё днём мне собрала. Пытался поговорить. И что? На своём стоит. Ты же знаешь Белку. Если она захочет, то всегда добьётся. Что тогда на стреле с Мухой, как бы мы ее не отговаривали, что с разводом. — Не хочешь мир заключить? Ты знаешь Белку. Она может сколько угодно долго злиться и сильно. Но в конце простит и поможет. — Да поздно уже. У неё нервы тож не как стальные канаты. Долго терпела. Натерпелась. Лучше пусть страдает одна, чем страдает ещё хлеще со мной. — Я базарил с Белкой не так давно. — выдохнул Белов, отпив пиво. — Тоже говорит, что поздно. Только по ее голосу понятно было, что она уже на последнем издыхании. В этот раз говорит одно, но хочет другого. — он достал из пальто карту железных дорог и посмотрел на неё. — Ты поговори с ней. Она сейчас одна с Бельчатами. Ей никто не помогает и не поможет. — Сильная. Справится. — мысленно Холмогоров был согласен со словами друга. Хочет пойти к ней и поговорить. Но понимает, что она выслушает, а потом даст отрицательный ответ. Вот и он противоречит своим словам. Хочет одно, а делает другое. Белов это тоже заметил. — Не, вы точно два сапога пара…

***

      Катя сидит на балконе, покуривая сигарету и попивая виски. С официального развода прошло добрых два месяца. Наступил тёплый и приятный сентябрь. В ее доме частыми гостями стали Холмогоровы, что ее даже очень радовало. Даже нашла общий язык с Надей, хотя та ей никогда прежде не нравилась. Юрий поддерживал во всем бывшую невестку. И на детях не скупался. Все таки, внуки родные.       Лето пролетело для Кати незаметно быстро: работа, дети и поездка на Байконур. Запуск ракеты ее не впечатлил. Да, зрелище было ещё то, но оно ее не восхитило. Девушка лишь убедилась в том, что по ее чертежам вышла хорошая Ракета, которая теперь является спутником и летает по орбите, даря людям возможность смотреть телевизор и разговаривать по телефону. А ещё она заметила, что ловит своим телом взгляды мужчин. Да даже на Байконуре. Инженеры и военные были прикованы глазами к статной молодой девушке с безразличным лицом. Да будто ей не двадцать два года, а уже перевалило за тридцать. Будто она пережила не развод, а две афганские, находясь там с самого первого по самый последний дни.       Катю отвлёк голос из рации. — «Это пятый. На КПП Белов. Пропустить?» — Пропускай. — дала добро девушка и, затушив сигарету, допила виски, а после встала и вышла из спальни, спустившись в гостиную, куда вошел мужчина. — Привет, Белка, — улыбнулся Белый, обняв подругу. — Привет, Саш, — выпустила из объятий друга девушка. — Видел последний запуск ракеты с Байконура по телеку, — усмехнулся, приобняв ту и провожая к зоне с диваном и креслами перед небольшим столиком. — Всем офисом смотрели. Ты чертила? — Чертила в тюрьме, Белый, — усмехнулась Катя, сев на кресло. Напротив сел и друг. — Ну да, приложила свою руку к чертежам. — Неплохо, — усмехнулся. — Извини, чай и кофе предлагать не буду. Могу максимум немного виски. — Я не распивать с тобой приехал, — тяжело выдохнул тот. — Космос уже месяца два как объявился. Не хочешь с ним поговорить? — М… — задумалась Катя. — Нет. — и выдала резко и бездушно. — Саш, я же уже говорила, что он сам поставил точку на всём. Теперь нас ничего, кроме детей не связывает. Хотя, если бы он ими интересовался, давно бы навестил. — Понятно… — тяжело выдохнул тот. — Я не насчёт этого Космомонстра пришёл поговорить. Хочу заключить с тобой выгодную сделку. — Без криминала, Сань. — Ты выслушай. — выдохнул парень. — Мы собираемся с одним… — задумался Александр. — Так скажем, с человеком из «Министерства Добрых Дел» в Чечню отправить непростой товар. Человек уже связался с твоим начальством. Все почти готово. Твоё дело только начертить хорошие боеголовки. А без твоего согласия работу не одобрят. — Тогда пусть этот «Министр Добрых Дел» навестит меня. И мы поговорим с ним. Если в этом будет какой-либо толк и не будет криминала — пожалуйста. Я дам своё согласие. Если нет — ищите другого чертежника. Без обид, Саш. Я отвечаю не только за себя, но и за детей. — Понятно. Я понимаю тебя, Белка. Тебе сейчас никак рисковать нельзя. Хоть твоя семья и находится под защитой госбезопасности. — Без обид, Саш. Я бы согласилась, если бы у меня не был риск потерять вслед за мужем ещё и детей. — Я поговорю с этим человечком. — встал с кресла Белов. — Но и ты попробуй поговорить с Космосом. Хотя бы напомни, что у него ещё и двое детей есть. — в ответ Катя лишь цокнула, переведя стеклянный взгляд в сторону. — Бесполезно. — Катя встала и проводила друга. — Кстати, причёска классная, — кивнул Саша с грустной улыбкой. — Спасибо.

Продолжение следует…