А я все отрицаю...

Было уже около девяти. Измельда шла по долгому коридору в подземельях на пути к комнате Слизерина. Такого паршивого настроения у нее не было еще никогда...Вообще-то она так каждый день думает, в этом нет ничего необычного. То ее раздражают эти постоянные сэндвичи на завтрак, обед и ужин, то бегающие друг за другом первокурсники, которых никак не угомонит Филч. А еще эта всезнайка Браун! И в Квиддиче, и в учебе и в спасении мира - всюду она первая. А Измельда даже не может вывести прыщи и почистить ботинки. - "Может поэтому Браун так и привлекает всех,-крутилось у нее в голове, - не чистым лицом и ботинками, конечно. Ее успешность, ее внешний вид и отсутствие кровожадности. Но, ведь с другой стороны, у меня тоже есть свои плюсы. Которые Барнаби не нравились и никогда не понравятся. И все-таки я благодарна Браун за все это. Мерула бы меня никогда не выслушала, только посмеялась. Как-то интересно выходит все это дерьмо. Получается, я люблю Барнаби, Лиз любит Барнаби, а он - Браун. И есть у меня чувство что и Мерула не обходит этот любовный многоугольник.Ох уж эти мужчины, настоящие идиоты " Слезы сами подступили к глазам, хотя Измельда давно такого не испытывала. Злость, раздражение, все это было , но плачь от душевной боли...Только внутри, только в себе. Она будет заново и заново вспоминать это , как ей казалось, дурацкое неудачное признание и стекающую тушь в женском туалете. Чувство невзаимной любви, брошенности и одиночества невыносимы, но такая как она не имеет права на подобное чувство. "Это пройдет, через 2 года, - успокаивала она себя,- когда я покину школьную скамью, уеду жить в Годриковую Впадину и стану продавать орудия для убийства. Таких тупоголовых как Барнаби. Таких веселых. Таких сильных. Таких...таких..." Мимо котился Паффскин, сверкая озорными глазками, кто-то оставил его в коридоре. Внезапно он запутался в ногах Измельды и чуть не сбил ее с ног. "Гадкий, пушистый комок шерсти! - проворчала она, поправляя полосатый шарф.- Так бы и заперла в клетке всех этих зверей. Наверное, вот оно, главное различие между тобой и мной Барнаби. Как я терпеть не могу магических зверьков, так и они стараются мне насолить. У вас с Лиз больше общего. И с Браун, и с другими. Но ты не открыт для меня. Так близко и так далеко". И вот она подходит к нужной двери. Она не хочет встретить его. Она не хочет видеть никого, кроме своей постели. Однако готова она должна быть к любым событиям. Поэтому вытирает горячие слезы с покраснелых глаз и осматривается вокруг, дабы никто из посторонних вдруг не оказался рядом. "И сколько бреда я сегодня себе надумала! Признание , любовное зелье...На что я вообще рассчитывала? Недостаточно ли мне было этого несчастного дневника, который при всех прочла Эмили? Ладно. Не сейчас. Не сегодня. Слишком много боли и бреда от обиды." Удивляясь своим собственным умозаключениям, она глубоко вдохнула, закрыла глаза, затем выдохнула и храбро отворила дверь.