Страшный Суд

      Наконец они вышли на дорогу, где проезжала повозка с лошадьми. Крестьяне двигались в одном направлении — на площадь. Алма с Анной выбежали на площадь и затерялись в толпе. Лица окружающих были размыты, а звуки еле различимы. Алма боялся потревожить стоящих и извинялся перед всеми, пробираясь вперед за неугомонной ведьмой. В итоге она раздраженно остановилась и повернулась, чуть не столкнувшись лицом к лицу с мужчиной. — Да, Боже Всевышний, быстрее, что ты как бабка старая с базара плетешься, — она взяла его за руку и дернула на себя, проводя через толпу.       С горем пополам они вышли в первый ряд, и тут Алма увидел кол. Толпа стояла вокруг него, а рядом был сильный мужчина. Он смотрел на палящее солнце и нервно ждал. — Ты привела меня на казнь?! — А ты чего в руку-то вцепился, иль понравилась? — Анна лукаво улыбнулась и показала мужчине, что он по-прежнему не разжал руку, увлеченный происходящим. — Еще чего, ведьма, ты на вопрос не ответила. — А ты сам погляди и поймешь, ежели не глупый.       В этот момент в толпе послышались возбуждённые крики, люди оживились, а звуки плевков и фразы «Грешница», «Вероотступница», «Людоубийца», «Ведьма» слышались все чаще и чаще, пока пинками не выкинули из толпы женщину с табличкой на шее. У нее были светлые волосы, но из-за пыли и грязи родного цвета почти не было видно. Она сидела на земле и закрывала глаза ладонями. Мужчина, стоявший у столба, быстрым шагом подошел к ней и потянул на себя веревку, которой были перевязаны ее руки. Алма посмотрел на девушку, стоящую рядом, та мяла подол юбки и не отрывала взгляда от действа. Спустя время, обвиненная женщина начала кричать: «Пустите меня! Я ничего злого вам не сделала. Люди, да вы же сами ко мне обращались, что же это вы теперь! Пустите меня, барин, да чей же это приказ. Что за беспредел? Я ничего не сделала против царя!» Мужчина не обращал внимания и продолжал волочить ее по земле. Перекинув веревку через столб так, чтобы женщина оказалась поднята за руки на столбе, он стал натягивать веревку, от чего женщина извивалась на столбе и кричала.       Вдруг из толпы выбежала девочка, лет 13-14. У нее были белоснежные длинные волосы и красное от слез лицо. Алма перевел взгляд на Анну, которая уже почти плакала, хотел поддержать, но девочка выкрикнула надрывистым голосом: «Матушка! Господи, что вы делаете! А ну отпустите быстро!» — Анна, уйди живо с площади, — выкрикнула женщина лет 60 из толпы, — Господи, Анна, вернись на место! — Отпустите быстро! — Дитя, уйди, а то и тебя зашибу ненароком. — А зашиби! Ежели она ведьма, то и я тоже, давайте, губите народ! Царю все равно на люд простой, да? Отпустите ни в чем неповинную женщину, у нее же дети! — Анна! А ну вернись сейчас же. — Бабушка не лезь! — Ишь, как заговорила, мать твоя провинилась, поэтому и должна быть наказана. — Нет! Я не верю, — плакала и кричала девочка.       Мужчина взял в руки кнут и пожал плечами. — Как знаешь.       После этих слов он ударил девочку, от чего та сразу упала на землю, держась за плечо. Но не ушла. После трех ударов ее взял на руки какой-то мужчина и вынес с площади. — Я понял, давай уйдем, — еле слышно произнёс Алма, обращаясь к своей попутчице, — Анна? — Нет, смотри! — она дернула рукой, и выбежала вперед, — Неужели после увиденного ты и вправду считаешь, что я заслуживаю только страдания? — Послушай, это… — Нет, нет, после этого моя мать умерла, а у меня шрамы на всю жизнь остались! Я старалась ее защитить, ты же видел сам. Алма, я могу еще показать, пошли. — Стой, не нужно, пойдем обр… — Обратно? Просто сидеть за твоим столом и разговаривать? Ты глупец, если считаешь, что жизнь человека — это просто бумажки. — Я так не считаю, я просто действую согласно… — Инструкциям. Да, слыхала уже, мне хватило, но ты посмотри. Нет, посмотри. У каждого своя история, как ты не понимаешь.       Быстрыми шагами она ушла в сторону дороги, но вскоре резко остановилась. Алма догнал ее и чуть не врезался. Девушка прикрыла глаза и глубоко вдохнула, что-то делая руками в воздухе. Оглянувшись по сторонам, Алма понял, что поменялся вид, поменялось все вокруг и была уже ночь. — Я спасла ребенка в этот день, — открывая глаза, сказала девушка, — Марфа не уследила за ним, а он ночью на озеро пошел. — Знаю, я читал. — Алма, если ты не хочешь на все это смотреть, потому что просто читал, то я пойму, но позволь мне окунуться в свою же жизнь на некоторое время. Ты чувствуешь свободу? Я живу ею. Позволь мне, прошу, еще немного побыть вольной. Дальше суди, как знаешь.       Алма кивнул и пошел в сторону озера. — Куда это ты собрался? — Будем на твои великолепные поступки смотреть или нет? — он немного улыбнулся, потом, испугавшись же своей реакции, резко отвернулся и продолжил идти. — А ты не такой вредный, как я думала. — Не привыкай. — Алма, — Анна дернула мужчину за рукав, чтобы он остановился и посмотрел на нее. — Да? — Спасибо.       Алма на немного завис. Не так часто удавалось увидеть ее в спокойном состоянии. Ни кричит, ни смеется, ни прыгает, ни ругается, а просто спокойно благодарит и внимательно так смотрит. На мгновение он забылся, забыл, что он посредник и должен просто направить ее в один из миров, забыл, что она опасная ведьма, что они находятся в её воспоминаниях, что все это не реально, если вообще реальность существует. Мысли о том, что он погорячился, решив отправить девушку в ад, стали появляться с космической скоростью в голове мужчины в те секунды, пока они так стояли.       Была теплая летняя ночь. Трава под ногами чувствовалась мокрая, все ощущения были реальны. Даже птицы щебетали. Спокойствие деревни передалось и им двоим (но за Анну Алма не мог отвечать). Почему-то именно сейчас Алма все это почувствовал. Всю тягучесть момента, который мог тянуться буквально вечность. На мгновение он подумал, что наверняка жил когда-то также, также чувствовал, ощущал, радовался, восхищался. Может быть, даже у него был любимый человек, который любил его. Что, если Алма быстро и скоропостижно умер, оставив этого человека в одиночестве? Наверняка это очень больно и неприятно. Но откуда ему об этом знать? Говорят, что любовь либо дарует крылья, либо ломает их и вырывает с корнем. Ему почему-то показалось, что у него были крылья когда-то давно. Фантомная боль дала о себе знать, но мужчина лишь дернул плечом и вернулся в реальность из своих ощущений и подобия воспоминаний.       Перед ним стояла девушка, у которой глаза были полны сочувствия и боли. — Я не только ведьма, но и человек, понимающий, — вдруг произнесла еле слышно девушка. — К чему ты это? — Ты не помнишь своей жизни, но ощущаешь ее. Представь, если бы мы тут провели чуть больше времени. Может быть, ты бы смог вспомнить все. Кто знает, — она сказала это с мечтательностью и какой-то надеждой в голосе, что не понравилось мужчине. — Нет, мне это не нужно. Я должен распределять души, ты не понимаешь. — А кому ты должен? — Что значит «кому»? Я…должен Создателю. — А ты его видел? — девушка понимала, что ходит по тонкому льду и все это прямо над пропастью, но соблазн был велик.       Алма нахмурился, понимая, зачем она это делает. Без него она не сможет остаться здесь навсегда. Эта ведьма просто хочет его использовать для своего благополучия и для того, чтобы остаться навсегда в своих воспоминаниях. — Если вы не прекратите подобные диалоги, то я просто отправлю вас в ад, не дав ни единого шанса. Еще вопросы? — слишком серьезно и с немного повышенной интонацией, произнес мужчина. — Да, всего один, самолюбие не жмет? — она прошла мимо него, задев плечом.       Они продолжили идти, но на этот раз не разговаривали. Каждый прокручивал в голове что-то свое. Анна наверняка думала о том, как ей жить дальше, или строила какой-нибудь план (так думал Алма). Мужчина же думал о том, на сколько далеко ведьма готова пойти ради своей выгоды и на что она способна в плане магических сил. Все эти обряды, травы, шаманские танцы, все это он читал в деле, но как он понял, там не все так подробно описано. — Пришли. Давай за кустом спрячемся, — ведьма потянула мужчину за рукав, от чего тот резко сел на корточки, едва не упав. — Нам ведь не ну… — Ч-ш-ш, шепотом. — Нам ведь не нужно прятаться, это всего лишь воспоминание, и нас никто не увидит, — прошептал Алма, глядя в упор на ведьму.       Она смотрела на приближающиеся фигуры людей и отмахнулась от мужчины, как от надоедливой мухи. Алма возмутился и хотел быстро встать и закричать, чтобы она вспомнила, что это не реальность, а всего лишь воспоминания, но его заняла разворачивающаяся перед ними картина.       Смеясь, по лесу шла, по всей видимости, влюбленная парочка. Стоял теплый летний вечер, точнее, почти ночь, но молодым людям это не мешало. Им не нужно было смотреть по сторонам или под ноги, потому что эту тропинку уже выучили от и до. Алма узнал в девушке Анну, но она была моложе и живее что ли. Ее глаза горели, смех был искренним и совсем юным. В ней осталась грациозность, с которой она кружилась вокруг юноши. Он в свою очередь как-то равнодушно смотрел на нее, но иногда улыбался ее дурачеству. — Представляешь? Она мне так и сказала, что к царскому двору зовут. Я не поверила сначала, а потом бумагу должную прочитала и все. — Значит, ты уезжаешь? — Не навсегда же, чего ты поник так? — Будь осторожнее, говорят, царица колдунов не любит. — Во-первых, я и не колдунья, а во-вторых, тебе-то откуда это известно? — Никола сказал, он отвозит им продукты из деревни. Как-то раз жене царя, Евдокии, не понравилась тележка, мол, не гоже на такой развалине привозить царской семье мясо, рыбу и молоко. Пришлось раскошелиться, так она еще и осматривала там тележку, думая, что тот колдун и хочет ее проклянуть. — Я не собираюсь ничего там делать, матушка меня же ничему почти не учила. Я ничего и не знаю, — она остановилась и потянула на себя парня. Он немного растерялся и посмотрел по сторонам. — Ну ты чего? Не дошли еще, вдруг кто увидит. — И что? — смеясь, сказала девушка. — Пойдем, глупенькая, — он взял ее за руку и повел вперед, но она его резко остановила. — Ань, пойдем давай. — Стой. Тут кто-то есть. — Никого нет, скоро окончательно стемнеет, дороги обратно не найдем, побежали.       Она высвободила руку и задумчиво подошла к озеру, вдоль которого они шли. Девушка что-то чувствовала, какую-то тревожность внутри и чье-то присутствие. Медленно, чтобы не плюхнуться в воду, она подошла к самому краю, где уже была вода, и села, поправляя платье.       На воде были пузырьки от рыб, водившихся в озере, плавала тина и было большое количество насекомых. Девушка периодически била себя по руке, пытаясь избавиться от надоедливых мошек. Все было спокойно, кроме самой девушки. Она вглядывалась в заросли камышей и увидела как-то что-то плавает. Приглядевшись, ведьма увидела белую детскую рубашонку и затем тело мальчика в ней. — О, Господи… — она прикрыла рот ладонью, встав и начав отходить назад. — Что там? — Там… Там м-мальчик м-м-мертв-в-ый, — заикаясь, почти прошептала девушка. — Бежим отсюда, а то еще скажут, мы виноваты.       Алма перевел взгляд на девушку, которая увлеченно слушала, как будто это было не ее воспоминание вовсе. Ощущение было, что они два школьника, которые следят за взрослыми, теми самыми учителями, встречающимися втайне от всех. Мужчине этот молодой человек был неприятен по двум причинам: первая, что он сразу предложил все бросить и бежать, вторую Алма не знал. — Ты всегда таких бедовых парней выбираешь? — с каким-то пренебрежением спросил мужчина.       Анна перевела задумчивый взгляд на Алму, затем как-то загадочно улыбнулась, глядя прямо на него, и оценивающе протянула по слогам: — Думаю, что да. Может, разуверишь меня в этом, посредник?       Не успел Алма ответить, как девушка уже прыгнула в воду и вытаскивала тело мальчика на берег. Она била ему по груди и верила, что он жив. Отдышавшись, она успокоилась и вытерла слезы рукавом платья. Анна осторожно положила руки ему на грудь и что-то стала шептать, от чего мальчик закашлялся и начал дышать.       Ведьма порывисто его обняла и стала что-то шептать про опасность воды, про то, как испугалась, и то, что холодно.       Юноша, шедший до этого с Анной, уже вернулся с женщиной, которая сразу же бросилась к ребенку, видимо, это была его мать, и теперь непонимающе смотрел то на свою спутницу, то на мальчика у нее на руках.