No hope

Как же больно. Мучительно больно. Тэхён уже не мог спокойно сидеть на месте. Он уже выпил вдвое больше нужной дозы подавителей и блокаторов, это ужасно может сказаться на здоровье омеги, но уж лучше так, чем мучиться сейчас. Запахи альф в тысячу раз сильнее въедались в нос и проникали куда то глубоко. Тэ не может терпеть, они просто дразнят его, но ему только и остаётся, что про себя говорить всем "отстаньте... Уйдите". Парень не вставал со своей койки, смотря в одну стенку, хотя даже эта каменная стена была очень затемнённой и размытой. И Чимина всё нет, ну он может работать или специально не приходит, мало ли, какое у Кима состояние в первые дни течки, он мог просто накинуться как сумашедший на бэту. Ощущение было такое, словно тебя выворачивает изнутри: сильно давящая боль в животе, ужасная слабость, головокружение и тошнота. Всё было бы по-другому, если омега был у себя дома, где никого нет, мягкая кровать и действительно действующие лекарства. Время незаметно приблизилось к ночи. Тэхён начал ощущать странные чувства. Всё боли стали сильнее, а это значит, действие подавителей становится слабее. Ещё больше применять точно нельзя и здоровье точно не сможет больше держаться, и на потом надо ещё оставить. Лучше спрятаться в душевой комнате и там переждать сильные всплески,так решил для себя омега. Тэ осторожно выглянул из за двери камеры и на цыпочках прокрадывается в душевую, как мышка, которая украла сыр из под носа кота и теперь мчится, чтобы его не заметили. Парень забежал в нужное помещение и закрыл на замок дверь. Голова сильно кружится, вообще ничего сейчас ощущать тяжело и запах, и вкус. Блокаторы с подавителями странно действуют, они мало помогают, но имеют сильный побочный эфект. Тэхён разделся, пошёл в комнату для "мытья" и включил воду. Горячие капли били, словно тысяча кулаков и стекают по телу вниз. Слишком сильно обжигает, тонна тяжести давит омегу вниз, живот сжимает и распирает изнутри. Ким бессильно упал на пол, схватил руками ноги, сложившись калачиком. Он скулит и хочет от сильной боли. Просит о помощи, о любой помощи, всё что угодно, кто нибудь, как угодно. В животе тысяча копий будто пытаются выбраться наружу, ком в горле, который даже покричать от боли не даёт нормально, голова идёт кругом, только с закрытыми глазами чуть легче, ведь видно -ничего, только темнота. Но никакой надежды. Никакой помощи. - Тебе помочь, медвежонок?~ Послышался до жути знакомый голос откуда то из стороны, в книгах бы описали это как "из за темного угла", где совершенно не ожидал никого увидеть. Тэхён подскочил с места и обернулся на звук. Почему именно он? Почему никто другой, а именно Чонгук? Парень уже понял, ему не спрятаться в этот раз за прочной дверью, и сбежать не получится, вход то он сам и запер. Солёные слёзы ручьём потекли по щекам, перемешиваясь с водой, боль всё ещё была сильной, но она ушла на второй план. На первом месте сейчас страх. - Пожалуйста... Н-не надо... - шептал, точнее молил, омега, пятясь назад. - Я тебе предупреждал, малыш, - говорит Чон, решительно приближаясь к Тэ. Тэхён не отрывал дрожащего взгляда от альфы. Он качает головой, желая верить в то, что это просто правдоподобный кошмар, всё нереально, не по настоящему. Но эти ужасно голодные, ужасно хищные и дикие глаза, они не такие, как раньше, сейчас Чонгуком движет только его волк, жаждущий плоти. Ким всё прошагивает назад, хочет так убежать от приближающейся опасности, но спину пробил холод от кафельной стены. Тут уже не просто плач, парень начал реветь, он зажмурился, отворачивая голову от альфы, губы сжал зубами почти до крови, а руками старается схватиться за белый камень. - Тшшш, тихо Тэ~ - шепнул Чон на ухо парню. Он уже стоит совсем вплотную к омеге. Такой испуганный и невинный вид его ещё больше заводит. Альфа приблизился носом к шее Тэхёна, вдыхая аромат, - Какой вкусный запах.. Ваниль и кофе? Ну да, ты действительно вкусный~ Чонгук не прикасается к Киму, просто водит руками в паре миллиметров от смуглой кожи. Он знает как действовать и как манипулировать слабыми, и эфект действительно есть. Омега уже хочет сам податься в крепкие руки, но он из-за всех сил старается держать себя в руках, хотя тело так и дрожало, плюс боль от течки только добивает парня. Ноги подкашиваются, и Тэ уже соскальзывает вниз, но его хватает за талию огромная рука, не давая упасть. Мурашки по телу пробежали, омега распахивает глаза и поднимая взгляд. Сильные ноги, выше пах.. Член может быть таких больших размеров? Лицо парня налилось ярко-красной краской, и он быстро поднял глаза выше, но выше не лучше. Чонгук это прекрасно заметил, он очень доволен, как сова, заметившая в поле мышку. - Понравился? Хочешь, чтобы я оказался в тебе? - альфа всё больше разрушает границу между ниминими, но младший кулаками уперся о чужую грудь, стараясь оттолкнуть от себя Гука. - Н-не... Тэхёну не дали договорить. Чонгук ухватить момент и впился своими губами в пухлые губки. Он не просто целует, а вгрызается и сильно кусает чужие губы, нагло проникает языком всё глубже в ротик слабого. Разум больше покидал его, а волк брал доминирование на себя. Тэ мычит от дискомфорта, голова говорит ему отбиваться как парень только может, но внутренний омега требует альфу, и совладать с самим собой сейчас очень трудно. Он использует все свои силы, что только есть для того, чтобы отстранить от себя даминанта. Чонгука достала эта маленькая опора, поэтому он схватил кисти обеих слабые ручек в одну свою ладонь и закинул их над головой, уперевшись о стену. Он оторвался от губ и принялся блуждать поцелуями и маленькими укусами по телу, шее, ключицам, груди и так далее. Омежка что то скулил и лепетал еле разборчивое "стой. Не надо. Прекрати", но разве это кого-то сможет остановить? Очень больно, альфа слишком сильно сжимает руки Кима, даже пошевелить невозможно, кожу, словно кислотой, обжигали поцелуи, и на теле мгновенно появляются яркие красные пятна, как распустившиеся бутоны роз. А старшему это нравится, омега очень аппетитный, так и не терпится завладеть им, но если поторопиться с девственником, то на следующий раз не останется игрушки. Чон развернул Тэхёна, прислонив его лицо к холодному кафелю, а к себе выпячивая желанную жопку. Он жадно обоизнулся и прошёлся горячим языком по всей длине позвоночника снизу вверх. Тэ начал дёргаться более интенсивнее, ведь понимает, что полное его разрушение уже совсем близко, и как хищник тихо подкрадывается к нему. Альфа решил долго не тянуть, приставил головку своего органа к нетронотому колечку мышц. Будто отсчитывая секунды, он начал потихоньку проникать внутрь горячего и узкого тела, закрыв рот Кима, который начал дико кричать от боли. Как же ужасно и неудобно, больно, сейчас вот вот его порвут, слёзы полились градом пуще прежнего, омега дёргается и ёрзает, хочет слезть с слишком огромного члена. Но Чонгука это не заботит, он сразу вставил до основания, довольно прорычав, а узкие стенки, которые до боли сжимали орган, ещё больше возбуждали. Не смотря на то, что альфа слишком сильно сжимает рот своей ладонью, что даже дышать чертовски трудно, Тэхён продолжал кричать в руку, что уже горло болело. Старший отпустил руки омеги, но лишь для того, чтобы прижать их к груди Тэ, обнимая свободной рукой, сам прижался совсем плотно и начал потихоньку двигать бёдрами. - Хочешь, чтобы другие зеки присоединились? - прошел парень. Ким еле еле помотал головой в знак отрицания, - Тогда не ори. Угрозил он, освобождая ротик омежки, схватил за русые локоны и начал ускорять свои толчки, рыча и вздыхая прямо в ушко. Чувствует ли он что то сейчас, пока насилует Тэхёна? Да, и этого он желал очень давно. Утоление голода, наконец расслабление у умиротворение, он сейчас очень чувствителен, ощущает каждую эмоцию и что испытывает его партнёр. Это действительно блаженно. А что Тэхён? Он единственный здесь, кто не радуется этому проишествию. Поток слёз не останавливается, тело сильно болит и жутко дрожит, руки как то пытаются выбраться из оков, но всё тщетно, а парень скулит и шипит от жгучей и невыносимой боли. Но с другой стороны, где то вглуне ему очень приятно и хочется больше, но это просит внутренний омега, а течка только усляет желание. На полу смешиваютя вода, капли крови и естественная смазка. Чонгук ускоряет свой темп, а омега от этого только сильнее сжимается. Альфа решил изменить позу, для его удобства, хотя смотря на скорость его движений трудно сказать, что ему не комфортно. Он разворачивет Тэхёна к себе лицом, хватает его за ноги и закидывает к себе на руки, прижимая к стене и насаживая снова на свой член. Почему орган как будто стал больше и длиннее? Так ещё ту самую точку, о которой Тэ только в интернете читал, Чон толкался постоянно, поэтому младший начал не плакать и кричать от боли, а стонать из-за переизбытка чувств. Эта адская боль, но производится дуэтом с эйфорией, кажется, что больно, но и какие то приятные ощущения есть, которые хочется узнать побольше. Ким вцепился ногтями в плечи, царапая их до крови, голова уже не держаласьотключится, она стала весом в тонну, ещё чуть чуть и парень отключится. - Хва-хватит.. Аах! Прекрати!... - разрывая горло, кричал омега. Но старший только ускорял темп. - Нет, - усмехается Чонгук. Его отдышка, чёртова улыбка на лице и высокомерные глаза только усиляли эффект его слов. Он взглядом показал, чтобы Ким посмотрел вниз. Тот повиновался и опустил глаза, уже покрытые мутной пеленой вниз. Там он заметил, как о его с Чоном животами интенсивно стукается колом стоящий орган Тэ, который уже весь истекал естественной смазкой. Тэхён краснеет: Почему стояк? И он даже этого не почувствовал, он не хочет такой реакции своего тела на изнасилование. Альфа решил воспользоваться моментом, снова обсыпая тело парня алыми засосами. Время близилось к разряде, омега всё ещё пытается оттолкнуть от себя старшего, молит, чтобы тот остановился и прекратил. И вот, Тэ кончает с громким воплем, Чонгук тоже уже на пике, в последнюю секунду выходит из омеги и изливается. Младший уже выдохнул, но альфа выпускает свои клыки и как в кусок мяса впивается в медовую шею, прокусывая кожу и сопровождая себя скулежом Кима. Тэхён зажмурился от боли, закрывая покрасневшие от постоянных слёз глаза. Это щипало и зудило, это было похоже на пчелиный укус, но только это метка, это полный конец. Парень чувствовал, как словно некий яд распространялся от укуса по его шее и телу. Омега не выдержал всей этой нагрузки, что скопилось за короткое время, он будто забыл, как нужно дышать, он погрузился в некий сон, где только там можно почувствовать успокоение, упав головой на плечо Гука. Тот довольно оскалился, облизнул укус, как ранку и оценил то, что натворил. Прямо по центру шеи красовалась метка в виде отпечатка зубов и клыков, откуда выглядывали капли крови. - Теперь ты принадлежишь мне~...