Мафия не любит, она убивает

«Важные новости: сегодня утром в центральном районе опять произошло убийство. Жертве было всего двадцать лет — звали её Маргарита Ветина. Спасти девушку не удалось, она скончалась на месте до прибытия скорой помощи. К месту происшествия прибыли следственно-оперативная группа и криминалисты. По информации на данный момент, личность преступника остаётся неизвестной. Городская полиция призывает граждан быть внимательными и осторожными. Репортаж с места события проведёт моя коллега…»

— Поз, ты её гасанул? — спросил Матвиенко, вставая с дивана. Мужчина удивлённо повернулся на коллегу. — Нет. Я сегодня на южной стороне вообще был, — он посмотрел в телевизор, мельком увидев мёртвую девушку. — Похоже на почерк Оксаны. — Думаешь? Может Катя? — Нет. Слишком много ножевых ранений, — Позов отпил кофе, который только что приготовил. — Катя любит быстро. Один выстрел и готово, — они усмехнулись. В комнату зашла девушка, держа в руках телефон. — В три собираемся в кабинете. Граф хочет всех видеть, — сказала она, не отрываясь от смартфона. — Окс, ты сегодня была в центральном? — Да. Какие-то проблемы? — спросила девушка, и мужчины переглянулись. — Нет, — она кратко улыбнулась и ушла. Перед тем, как будет описано собрание, изучим анкеты: Кузнецова Ирина Анатольевна. 27 лет. Не замужем. На счету 828 убийств. Была подозреваемой, но судье ничего не удалось доказать. Самое крупное дело: отравление в московском метро. Число жертв: 745 Матвиенко Сергей Борисович. 37 лет. Не женат. На счету 639 убийств. Не был пойман. Самое крупное дело: теракт в московском театре. Число жертв: 500 Позов Дмитрий Темурович. 36 лет. Женат. На счету 567 убийств. Не был пойман. Самое крупное дело: взрыв на главной площади Питера. Число жертв: 346 Позова Екатерина Егоровна. 32 года. Замужем. На счету 404 убийства. Не была поймана. Самое крупное дело: подрыв туристического лайнера. Число жертв: 279 Фролова Оксана Александровна. 29 лет. Не замужем. На счету 362 убийств. Не была поймана. Самое крупное дело: отравление городского бассейна. Число жертв: 189 Шастун Антон Андреевич. 30 лет. Не женат. На счету 59 убийств. Не был пойман. Самое крупное дело пока не зарегистрировано. Все собрались возле кабинета и ждали разрешения войти. Молчание. Никто не разговаривал между собой, лишь мелкие перешёптывания. Дверь открыл высокий мужчина, хмуро посмотрев на всех работников: — Вперёд, — сказал он, и все зашли в кабинет. Рассевшись по всему длинному столу, они открыли папки для записей и анкет. — Начнём с плохого, — начал главный, — полиция стала ходить по домам, поэтому следующие два дня рассасываемся по районам. Дом очистить, — Матвиенко поднял руку. — Что? — На протяжении скольких дней вести себя по-домашнему? — Пока что рассчитываем на два дня, но если за это время полиция не удостоверится в вас, придётся задержаться. Перейдём к следующему: убийств на этой неделе было слишком мало. Что за лень? Вы не выполняете даже суточную норму. Хотите, чтобы по новостям о нас говорили, как о потухающей мафии?! — он повысил тон и даже хотел ударить по столу, но сдержался. Повисло сухое молчание. Босс лишь вздохнул и открыл шкаф со всеми документами. — Здесь анкеты людей, которых нужно убить к следующему четвергу. Деньги платят хорошие, поэтому за работу. — Граф, вы же знаете, что мы не на деньги работаем, — с улыбкой сказала Ира. — Прекрасно знаю, но почему-то не вижу результатов. А теперь, чтобы я вас через минуту здесь не видел, — он кинул листы на стол, и все, как собаки, набросились на них. — Какой красавчик, даже жалко такого убивать, — сказала Фролова. — Ну и урод. Скорей бы его прикончить, — выдала Катя и мельком посмотрела на анкету Оксаны. — Блин, реально красавчик. Махнёмся? — Иди ты, — с улыбкой сказала она, забирая несколько штук других анкет. Через минуту в кабинете не было никого, кроме Антона и Графа. — Я разве что-то не ясно сказал? — спросил главный, повернувшись к парню. — Извините. Хотел поинтересоваться статистикой… — Граф возмущённо посмотрел на него. — С каких пор ты этим интересуешься? — С сегодняшнего дня. У вас есть какая-то суточная норма? — начальник сдержанно вздохнул. — Нужно было слушать меня, когда просовывался в наш коллектив. — Но вы… — Не разочаровывай меня. У тебя 10 секунд, чтобы исчезнуть, — всё было ясно сказано, и Антон молча вышел из кабинета. Ира собирала вещи, как к ней зашёл Шастун. — Чего тебе? — Я хотел спросить, почему босс так ко мне придирается? — Ты новичок, поэтому доверия к тебе нет. Вообще не знаю, как ты к нам попал? — она ухмыльнулась, застёгивая портфель. Антон вздохнул и посмотрел на Кузнецову. — У меня достаточно хорошая анкета, но он всё равно не доволен. Вечно ищет какие-то подводные камни. Может нужно подождать…? — Шастун, поверь, доверие Графа ты не завоюешь никогда. Это невозможно, — он вздохнул. — Чао. — Ага, — Антон остался один в комнате. Под вечер почти все покинули бункер. — Тох, ты едешь? — спросил Матвиенко. — Нет. Я пешком, — мужчина пожал плечами и отправился наверх. Антон убирал посуду в ящики и вдруг услышал, как что-то крупное упало в кабинете Графа. Парень даже чуть сам кружку не уронил от испуга. Интерес взял вверх, и Антон пошёл в сторону кабинета. Но не успел он дойти, как дверь распахнулась, и от туда быстрым шагом вышел Граф. — Шастун, какого чёрта ты ещё здесь? — Я уже собирался уходить… — Нет. Ты едешь со мной, — парень непонимающе метался глазами, пока начальник уже застёгивал пиджак. — Второй раз повторять не буду. — Понял, — он накинул бежевую куртку и побежал за мужчиной. — Что случилось? — Поменялись планы, — они зашли в лифт. Повисло напряжённое молчание, и даже дышать было страшно. Они приехали в нужное место. Это был какой-то склад возле железной дороги. — Но здесь же камеры… — Они отключены, а тебе лучше молчать, — Граф уверенным шагом пошёл через весь склад, а Антон только и успевал догонять его. Они остановились возле какого-то вагона. — Не думал, что явишься так быстро, — хриплым голосом сказал мужчина за спиной. Граф спокойно обернулся и кинул заинтересованный взгляд. — Так и не накопил на деловой костюм? — клиент был в толстовке с капюшоном, а двух недельная борода, выдавала его занятость и пофигизм. — Зачем собачку с собой привёл? — Антон хотел что-то возразить, но Босс приказал молчать. — Я сюда приехал не болтать. Ближе к делу, — они молча стояли, смотря друг на друга. Мужчина кинул увесистую сумку перед Графом. — Ты знаешь, за что это. — Я ещё не думал над предложением. — По-моему тут всё очевидно, — тот гордо смотрел на него, не опуская глаз. — Да ладно. Тысячу людей за месяц убиваешь, а теперь и одного грохнуть не можешь. — Не люблю марать руки в политической крови. — У тебя есть твой пёс, — клиент посмотрел в сторону Шастуна. — Щенок ещё не дорос до таких вещей, — Граф мельком посмотрел в сторону парня. — Жалко, что не увижу, как страдает его дочка… — Неси анкету. — Не думал, что можно тобой манипулировать, — с усмешкой сказал клиент. — Это не манипуляция, а важное уточнение, о котором стоит не умалчивать. И попрошу побыстрее, пока я не передумал, — мужчина выдал папку. — Срок? — Две недели. — По рукам. Шастун, возьми сумку, — сказал Граф и, не попрощавшись с мужчиной, направился обратно к машине. Они сели в чёрную Мазду, и повисло молчание. — Кто это был? — неуверенно спросил Антон. — Клиент, — машина тронулась и набрала скорость. — Почему именно… — Ещё одно слово, и ты полетишь в реку, — сказал Граф, когда они выехали на мост. Антон напрягся и замолчал. Спустя где-то двадцать минут, он всё же решился: — Можно вопрос? — Нет. — Почему вы никому не доверяете? — Мои руки замараны в тысячах убийств, а за плечами ещё и вы. Как думаешь? — машина остановилась. — Выходи, — Антон захлопнул дверь и пошёл в сторону дома, до которого идти было больше получаса. Не успел Шастун пройти и пятидесяти метров, как к нему подъехала полицейская машина. — Блять…