Часть 1
15 июля 2021 г., 09:30
– Озаки-чан! – девушка напрыгнула на подругу и стиснула её в обьятьях. – Ты всё ещё жива!
– Спасибо, Фунджи, – Озаки улыбнулась. – Ты тоже.
Они встретились в доме Глицинии. У Доброй Старушки, владеющей домом, была на удивление хорошая память на лица, благодаря чему Озаки сказали, что сейчас в доме находится «Девочка, с которой вы однажды были вместе». Время первой миссии после Финального отбора. Озаки вздрогнула от воспоминаний. Фунджи бросила на неё странный взгляд, но защебетала дальше:
– Мы пойдем на миссию опять втроём, ты слышала?! Я связалась с Дэйчи, он встретит нас на пути к горе Натагумо, – Озаки кивнула. Она помнила о письме, который принёс её ворон.
Фунджи заглянула в глаза Озаки и улыбнулась. Искорки плясали в голубых глазах.
– Ну тогда пошли! – подпрыгнула Фунджи и развернулась, чтобы найти владелицу дома для прощания. Озаки поправила зелёное хаори и дорожную сумку, свисавшую с её плеча и зашагала следом. В поместье стояла тишина. Робкие лучи солнца отбрасывали полоски света на пол коридора. Озаки двигалась тихо и плавно, словно скользя. С лёгким стуком в сумке сталкивались стеклянки для отваров.
Фунджи всё ещё страдала бессонницей. Тёмные круги под глазами, кажется, стали ещё больше, чем в прошлую их встречу.
Которая с большой вероятностью тогда была последней.
Озаки Хабаристо не была оптимистом. Она понимала, что, выходя на улицу ночью, тем более в форме охотника, она ставит свою жизнь в невероятно опасной азартной игре. Игре на выживание. Игре, где побеждает самый везучий, а она такой не была.
Почти. В первую одиночную миссию ей крупно повезло, когда демон, который приговаривал «Солнце...», на нём же и сгорел. Валяясь с раненой рукой в грязи, Озаки не верила своему счастью. Потом были долгие размышления на тему «Что произошло?». Демон заигрался? Не заметил утро? В нём проснулось что-то человеческое и он решил посмотреть на солнце в последний раз? Хабаристо отмахнулась от последнего варианта.
Где была человечность, когда демон убивал всю её семью?
А Озаки помнила. Помнила, как, засидевшись у ровесницы, пришла домой к ещё теплым трупам. Помнила отчаяние и крик ужаса, который вырвался из горла, когда она подбежала к беременной маме и отцу. Её маленькая сестричка, там точно была девочка, Озаки чувствовала, была вырвана из тела матери и оставлена лежать посреди комнаты в крови. Всё было в крови.
А демон ещё не ушёл.
Там, стоя на коленях среди обломков прежних хороших воспоминаний, Озаки была готова распрощаться с жизнью, когда услышала рычание за спиной. Но она выжила. На спину упала тяжесть и отскочила в сторону. Мальчик, чуть постарше её, смотрел на девочку с сочувствием. Он рассказал ей про демонов, охотников и о том, что она может стать таким же.
Что она может помочь. Предотвратить такие же случаи как у неё. Сделать жизнь других людей счастливой.
Если судьба плюнула ей в лицо, то она может прикрыть других.
Озаки тогда долго плакала, а мальчик суетился вокруг и помогал с похоронами.
Тогда Хабаристо ушла из своего пустого и чистого дома, взяв с собой записи о травах семьи, дорожную сумку и мамино хаори, которое будучи в крови было грязно-зелёного цвета.
– До свидания, – голос Фунджи выбил Озаки из воспоминаний. Она смутилась и протараторила прощание. Поклонившись, девушки отправились в путь. Вслед им летели искры.
***
Ночь наступила под стук пяток Фунджи об землю. Сверчки оглушительно стрекотали. Яркие огни светлячков вспыхивали и гасли, словно кто-то задувал свечи. Озаки вдохнула холодный воздух. – Предлагаю остановиться отдохнуть, – сделав паузу, примирительно сказала Фунджи. – Нам нужно идти два дня, а пользы от уставших никакой не будет. Только умрём. Только умрём. Слова отдались в голове. – Ладно, нужно развести костёр, – Озаки аккуратно повесила сумку на ветку дерева и повернулась к Фунджи. – А то! Холодно ведь, – промурлыкала Фунджи и ушла в лес. Озаки пошла в другую сторону. Глаза быстро привыкли к темноте, дело касается охотника. Во время обучения важный урок – это уметь хорошо видеть ночью. Потому что ночь – время работы. Из-за недавно прошедшего дождя земля была рыхлая и вязкая, а ветки мокрыми. Хабаристо пыталась выбрать самые подходящие дрова, чтобы скорее развести костёр. Негладкая кора терла руки, оставляя после себя грязный след. Озаки двинулась вперёд. Деревья отбрасывали длинные тени от луны. Светло. Лес будто вымер. Звуки сверчков резко стихли, оставив после себя оглушающую тишину. Не было слышно ни лесных животных, ни ломания веток под ногами. Ни-че-го. Озаки шумно сглотнула неприятное ощущение, подобрала последнюю ветку и заторопилась во временный лагерь. Фунджи уже была там и даже развела костёр. Быстрая. Хабаристо поймала взгляд подруги и тоже улыбнулась. Озаки шагнула к общей куче веток. Нога запнулась об корень. Подождите… Сенсей с самого начала учил как приземляться во время падений, но есть одно но. Ветки. Пытаясь не упасть, Озаки выпустила их из рук, и они ударили её, заставив окончательно потеряться. Хабаристо упала в грязь. Фунджи прыснула. – Спасибо за сочувствие и помощь, – съязвила Озаки, поднимаясь с земли. На хаори виднелись чёткие пятна грязно-зеленого цвета. Дыхание участилось. Ткань прикрывала выгрызенный живот. Озаки смахнула слёзы. Фунджи в непонятках наклонила голову. – Эй, ну не грусти так… Пятно расширялось и будто засасывало в бездну. Озаки взяла мокрую ткань. Рука испачкалась в алой крови. – Мы быстро отмоем этот… – слова Фунджи затерялись. Вода окрасилась в красный, когда Озаки выжимала хаори, больше походившую на бесполезную тряпку. –...оливково-чёрный цвет! Видение лопнуло. – Что? – истерически переспросила Хабаристо. – Пятно. Оно оливково-чёрное, – как само разумеющееся ответила Фунджи и в упор посмотрела на Озаки. Повисла тишина. – Ты даже цвета выбираешь романтично. Всю жизнь считала, что это грязно-зелёный, – хохотнула Озаки и спустилась по стволу дерева вниз. – Естественно, – подмигнула Фунджи и подошла к ней. – А теперь давай-ка хаори.***
Вымерший лес. Луна убавила свою яркость и теперь всё вокруг было окутано в неприятный полумрак. Озаки перестала слышать звуки природы за несколько километров от горы. Горло сдавило. Они зря разделились с Фунджи. Это была ошибка, которая может стоить жизни. Озаки пробиралась сквозь ветки вглубь леса. Деревья царапали ноги и руки. Не до крови, но ощутимо. Воздух в лёгких застыл. Впереди послышался треск веток. Озаки прошмыгнула в тень. Демон или человек? Среди кустов замаячила форма охотника. Человек! Озаки подбежала к товарищу и открыла было рот, чтобы спросить обстановку, но задохнулась, когда увидела вывернутые и висящие на маленьких кусочках кожи руки. Глаз мальчика перед ней был перерезан, а шея вскрыта и оплетена нитями. Он был мёртв. Почему стоит? Озаки встала в боевую стойку. Опасность где-то рядом. Мальчик резко вскинул руку, заставляя Хабаристо подавить крик ужаса. У него в руках был меч. Ей же не придется сражаться против мёртвого товарища? Мальчик прыгнул. Придётся. Озаки сморгнула слёзы. Прости, но я тоже хочу жить. Хабаристо увернулась от первого удара, второго, третьего, четвёртого… Оказавшись за спиной охотника, Озаки решила присмотреться к нему, чтобы понять, как заставить труп быть нормальным трупом. Зря. Руки мальчика вывернулись назад и клинок прошёлся вдоль живота Озаки. Глаза расширились. Руки крепче сжали клинок в немом протесте. Она выживет. Хаори становилось тяжелым от крови. Озаки старалась не смотреть на него. Луна вышла из-за облаков и осветила робким светом деревья. Блики чего-то заиграли над головой мальчика. Нити. Может, если их перерезать, он упадёт? Озаки взяла последние силы в рывок и оттолкнулась от дерева. Меч прошелся над головой Охотника и труп упал со звуком мяса. Озаки упала следом. Хаори оливково-чёрного цвета слетело с плеч и теперь валялось где-то среди деревьев. – Я выжила, – слетело с уст. Работа ещё не закончена, нужно победить демона. Но сейчас она выжила. Она может победить. Тело поднялось. Что… Руки по не своей воле схватили клинок. Нет-нет-нет. Кто-то вышел из-за деревьев. Охотник. Ноги неестественно вывернулись и зашагали в сторону. Тело сгорало в огне от раны и каждая клетка тела кричала, чтобы всё прекратилось, чтобы боль прекратилась. Девочка закричала. Всё что осталось от Озаки Хабаристо это хаори оливково-чёрного цвета.
