Во власти демонов

Время пришло. Первая мысль, которая посетила Честера этим утром, звучала именно так. Его просто до ужаса начало злить нахождение в столь жалком положении — ощущение безысходности и жалости к себе противно скрипело на зубах. Оказывается, от бездействия можно устать не хуже, чем от активного концерта в туре; эта мысль заставила мозг генерировать какие-то пускай и слабые, но всё же попытки действовать. Главной и безошибочно чёткой эмоцией, которая сгенерировалась спустя несколько дней затишья, была именно злость. Всегда направлена на него самого, она редко когда касалась окружающих, но его близкие люди, тем не менее, всё равно страдали из-за неё. Внешне спокойный и уравновешенный Чез время от времени просто взрывался на, казалось бы, какие-то безобидные вещи или ситуации в быту, из-за чего даже Майк в один момент отстранился, пытаясь совладать с очередным таким проявлением. Беннингтон и сам постоянно пытался с этой злостью совладать, но чем больше он её сдерживал, чем прочнее строил клетку внутри себя, тем сильнее и сильнее происходили эти агрессивные вспышки. Высвободить эмоции и облегчить моральное состояние удалось в своё время только психотерапевту, благодаря которому столь разрушительная эмоция действительно отступила, освободив мужчину от лишних самобичеваний и последующих за этим проблем. Но вот сейчас она снова вернулась. Только в этот раз он ощущал себя совсем по-другому. Пусть всего на долю секунды, но всё же он почувствовал злость на то, что несколько дней назад на полном серьёзе желал себе смерти. Честер ждал этой эмоции. Ждал и боялся, что она уже никогда к нему не придёт, и он по-прежнему будет считать, что закончить всё — единственный возможный для него выход... но сейчас он понимал, что это неправильно — желать такого для себя. Нужно было срочно хоть что-то предпринять ради того, чтобы выбраться из личного чёртового ада в башке. Потому что никто другой за него это не сделает. Чез сконцентрировался на этих мыслях и попытался внутренне задержать в себе состояние решительности, подстёгивающее к правильным изменениям. Столь ценное, оно было невыносимо хрупким и эфемерным, готовым растаять от малейшего колебания или тревожной мысли, хоть и являло собой по сути простое желание — выжить и вернуть опору под ногами. Справится ли он на этот раз? Мужчина не знал. Но пообещал себе, что попытается. Майк сидел на том же самом месте, что и вчера вечером, и Беннингтон чуть улыбнулся, смотря на сосредоточенного друга из проёма двери. Вспомнил о тех временах, когда они буквально жили в их первой маленькой студии, накидывая черновики для будущих треков. А ещё то, какие взгляды поначалу кидали на него Роб, Дэйв, Джо и Брэд, да и сам Шинода тоже иногда так поглядывал — с примесью недоверия и ещё чего-то странного, что Чез не смог тогда расшифровать. Хотя, думая о том его состоянии и внешнем виде, он и сам себе не доверял бы, скрывать тут нечего. Ладно. — Майки, ты вообще выходишь хоть иногда из этой комнаты? Шинода замер над своими кнопками, и с непередаваемо-удивлённым лицом повернулся к другу. Конечно, он ни в коем случае не расскажет Чезу, что несколько раз за ночь приходил в его комнату, чтобы чекнуть его состояние, так как очень за него переживал. Шинода, улыбнувшись, кинул: — Тысячу лет не слышал от тебя «Майки», фига. А ты сегодня выглядишь гораздо свежее! Как себя чувствуешь? — Ну, меня действительно неожиданно..попустило. Слегка. — Честер, оперевшись на дверной косяк, задумчиво скрестил руки на груди. — Знаешь, я просто устал от этого состояния. И ещё злой, как чёрт. Нужно срочно что-то менять, пока это настроение не улетучилось. — Вот это уже мой Чейзи. — Увидев, как Честера слегка перекосило от «любимой» формы его имени, Майк довольно улыбнулся и поднялся с места. — Пойдём позавтракаем что ли, для начала. Судя по запахам из кухни, Анна уже приготовила какую-то вкуснятину. Доносившиеся запахи действительно были просто потрясающими, особенно для Чеза, который двое суток нормально не ел. Анна, увидев наконец их гостя воочию, сразу же крепко его обняла. Она так же, как и Майк, была ошарашена новостью о случившемся, и очень боялась, что своей тревожностью надавит на и без того морально разбитого Беннингтона, поэтому просто ждала, когда он сам будет готов пообщаться. Честер понимал всё это, и бережно обнял её в ответ, тихо пробурчав извинения за то, что не показался раньше. — Это вот вообще ничего страшного. Главное, что ты у нас, ты в порядке, и мы очень рады тебя видеть.. Присаживайтесь. — Спасибо, Энн. Я вас обожаю. А ещё обожаю всё, что ты готовишь, это всегда очень вкусно! Завтрак выглядел просто великолепно. Перед каждым на столе красовалась тарелочка со свежеприготовленной яичницей, рядом с которой был тост с гуакамоле, и несколько небольших круглых оладушек, политых кленовым сиропом. Также на столе был чайник с горячим кофе, и небольшой стеклянный кувшинчик с апельсиновым соком. Чез с удовольствием подтянул к себе блюдо, и полностью проникся утренней приятной атмосферой в хорошей компании. Друзья какое-то время даже смогли просто пообщаться, как в старые-добрые, отодвинув на второй план проблему, которой буквально был пропитан дом все эти несколько дней. Она просто растворилась, пускай и ненадолго, в общей атмосфере и уюте, которые царили в тот момент на кухне. В присутствии близких людей всё казалось не таким уж и страшным. Честер знал, что это чувство обманчиво, и ни секунды не преуменьшал и не подавлял своё состояние — больше он никогда не будет этого делать. Но именно в тот момент, на кухне, в кругу самых близких друзей, ему было спокойно и хорошо. За завтраком Майк признался, что и правда допоздна засиделся за экраном компьютера, виной чему была новая попытка записать медитацию в его личный будущий маленький альбом. Для Чеза совсем не было новостью то, что у Шиноды есть собственные проекты, ведь и у самого Беннингтона они тоже имелись. Важным фактором развития в музыкальном искусстве всегда была и есть разносторонность и рост, а тот, в свою очередь, невозможен без получения нового опыта. — На самом деле я уже почти закончил, осталось немного. Думаю, к сегодняшнему вечеру первая полноценная зарисовка будет готова. — Покажешь потом? Интересно посмотреть. — Чез был в искреннем предвкушении увидеть новое творение друга, ведь каждая его работа была по-своему уникальной и яркой. Вообще Шинода являлся одним из самых талантливых людей, которых Честер только знал, и мог с уверенностью заявить, что всё, к чему прикасался Майк, становилось особенным и креативным, такая вот у него суперсила. — А то. Но нужно сначала закончить. А у тебя как, есть планы на сегодняшний день? — Да, удивительно, но они реально есть. — Честер свернул очередной оладушек и посмотрел на друга. — Нам нужно ведь обсудить кое-какие вопросы, связанные с группой. Я понимаю, что это важно, и что из-за меня сейчас всё провисает. Предлагаю как раз вечером об этом поговорить. Ну и хочу найти психотерапевта, у меня уже есть несколько вариантов. Попытаюсь назначить сеанс на ближайшее время с кем-нибудь из них. Если это окажется сегодня, ты сможешь подкинуть меня к дому? Моя машина осталась там. — Не вопрос. — Шинода кивнул, затем осторожно добавил: — Но.. Ты уверен, что можешь сейчас вести машину? — Да, всё в порядке, правда. Мне уже чуть получше, и я хочу начать хоть что-нибудь делать, Майк. — Окей. Вообще, психотерапевт — это просто отлично! Боже, я так рад, что тебе лучше, Чез. — Майк заметно приободрился. — Если получится подобрать годного специалиста, мне будет намного спокойнее. Ну а работа — я, если честно, не хотел тебя ею загружать сейчас. Твоё состояние важнее всего. Нужные звонки я уже сделал, чтобы всё подкорректировать, об этом не беспокойся. Но мы в любом случае вечером можем всё обсудить. Беннингтон кивнул на слова друга, а сам внутренне сжался. Ему всё ещё было тяжело принимать на свой счёт открытую заботу и внимание близких людей. Он знал, что это чисто его заморочка, и что он относился сам к себе хуже, чем это делали окружающие, но.. Даже осознавая всё это, каждый раз чувствовал себя так, будто не достоин сказанных ему слов. Бред? Бред. Но по факту получалось так. — Спасибо тебе, Майк. И тебе, Энни. Вы замечательные, и я очень вам благодарен. — Так, прекрати, а? Ты же знаешь, что мы всегда с тобой. — Анна поднялась, чтобы убрать со стола, но перед этим подошла к сидящему Честеру и прикоснулась ладонью к его спине. В последнее время все держали с ним какой-то через чур близкий тактильный контакт, но мужчину, к удивлению для него самого, это не раздражало. — Всё наладится, и очень скоро, вот увидишь. Ты уже молодец, что начал действовать. — Да.. Пожалуй. Спасибо большое, еда была просто превосходна! Реально, Энн. Я готов жениться на твоих завтраках. — Чез искренне улыбнулся, тоже поднялся с места и вновь обнял девушку. Та рассмеялась, махнув на него рукой. — Давай, я тебе помогу. После завтрака Майк вернулся в свою обитель, а Честер, как и говорил, занялся поиском подходящего психотерапевта. Имея многолетний опыт их посещения, он примерно понимал, как подобрать «того самого» специалиста, который действительно сможет помочь, но как же это было тяжело.. Мозг ни в какую не хотел сотрудничать и решать проблемы, поэтому единственной движущей силой было то самое ощущение, которое посетило мужчину ещё утром. Беннингтон отвлёкся на небольшой перекур, затем снова вернулся в комнату и продолжил листать список врачей Лос Анджелеса. Не обнаружив новых объявлений, открыл вчерашние сохранённые и обзвонил почти всех, таки найдя, казалось, подходящий для себя вариант. Конечно, найти вот так резко психотерапевта, да ещё и с резервацией на эту неделю, было достаточно нелегкой задачей, но мужчине таки это удалось. Миз Хэймсворт, судя по её анкете, подходила по всем возможным параметрам, и ещё у неё в графике оказалось незапланированное «окно» в расписании уже через два часа. Совокупность всех этих факторов привела к тому, что Чез, спустя недолгое время, уже садился за руль собственной машины в своём бывшем дворе. Майк, подкинувший друга к тачке, сощурился и внимательно окинул того взглядом. — Только будем на созвоне, лады? Чтобы я не беспокоился. — Он сделал жест а-ля «я слежу за тобой», и поправил свою кепку, на что Беннингтон рассмеялся, и кивнул в ответ. — Я серьёзно, чувак. — Лады, лады. Машину всё равно, так или иначе, нужно было отсюда забирать. Увидимся вечером. — Давай. Людей во дворе центра помощи почти не оказалось, не считая какой-то девушки, одиноко сидящей на ближайшей к парковке лавочке. Честер бегло окинул взглядом здание и двор: всё здесь выглядело солидно и даже как-то спокойно — центр находился в обрамлении небольшого импровизированного парка, тут и там виднелись лавочки, почти все находящиеся в тени от солнца. Да и в общем, атмосфера казалась просто уютной, наверное из-за осознания, что люди здесь занимались хорошим делом. Чез выбрался из салона машины и неспеша направился ко входу, однако беспрепятственно дойти туда с первой попытки у него не получилось. — Извините, огоньку не найдётся? Беннингтон удивлённо вынырнул из своих раздумий и обратил внимание на остановившую его девушку. Та, вольно поставив одну ногу на лавочку, смотрела на мужчину прямым холодным взглядом из-под густых каштановых ресниц. Длинные распущенные волосы слегка развевались на ветру, так же, как и через чур свободная серая футболка с принтом какой-то рок-группы. Изображённых на ней людей при всём желании не удалось бы рассмотреть из-за позы, которую девушка заняла. Ноги, обтянутые чёрными скинни, казались слишком худыми на фоне такого объемного верха. А может, они и были настолько худыми? Одной рукой незнакомка обнимала коленку, подтянув её к себе, а в пальцах второй была зажата тонкая белая сигарета, которая с лёгкой наглецой вытянулась в сторону мужчины. Честер достал из кармана свою Зиппо и слегка наклонился, чтобы зажечь кончик бумаги. Девушка на мгновение сощурилась, более внимательно разглядывая мужчину перед собой, словно пыталась что-то вспомнить. Затем хмыкнула. — Спасибо. — Не за что. Она затянулась, неспеша подняла голову вверх, выпустив в небо серое облачко дыма. Задумчиво провела взглядом продолжившего свой путь Честера, затем усмехнулась и крикнула в догонку: — Мне в жизни не поверят, что сам Честер Беннингтон зажёг мне сигарету этим утром! Вот это удача! Честер снова остановился, и медленно обернулся к девушке на лавочке. За эти короткие десять секунд их знакомства она успела уже дважды вызвать какие-то непонятные эмоции у мужчины. Он слегка отстранённо улыбнулся ей, оставив реплику без ответа, затем наконец пересёк оставшееся расстояние до центра и вошёл внутрь. Узнав на ресепшене номер кабинета врача, Беннингтон быстро нашел нужную дверь и сразу же постучал. Он чувствовал себя неожиданно волнительно и сжато, несмотря на то, что не раз и не два переступал порог психотерапевта. Несколько месяцев отсутствия терапии сказались, мягко говоря, не лучшим образом, о чём и говорила ситуация, снова вернувшая его в коридор центра помощи. Да и сам этот приём слишком стремительно подвернулся под руку, — Чез надеялся, что у него будет время хотя бы до вечера, чтобы собрать мысли в кучу и подумать, как и что он будет говорить. — Мистер Беннингтон? Входите.