Не будь таким серьёзным!

— Хего, не будь таким серьезным! — возмущался Сидиус, когда вместо того, чтобы оценить как должно то, что он научился без проблем нейтрализовывать яды, попавшие в организм, Плэгас строго отчитал ученика. Это был не первый раз, когда его отчитывали, даже не первая «лекция» о том, чем могла обернуться выходка Палпатина, приправленная обязательной лекцией о хрупкости человеческих тел. Но это был первый раз, когда Плэгас, кажется, был действительно зол. — В погоне за неоправданным риском ты подвергаешь себя опасности, Сидиус, — хмуро сказал ему Плэгас. — Ты можешь сколько угодно считать, что ты неуязвим и Сила уже полностью подчинилась тебе, но это не так. Темная сторона даже мне не покорилась полностью. «Я не смогу помочь тебе, если твое тело будет мертво. Пока не смогу». *** — Не будь. Таким. Серьезным, — чеканя каждое слово, практически шипел Палпатин. Ему удалось увести магистра Дамаска в укромный угол поместья Тапало. Он уперся ладонью в грудь мууна и прижался к нему вплотную — насколько это позволяло многослойное церемониальное одеяние Шива. Он злился и даже не старался скрывать своей ярости. Потому что за весь вечер магистр Дамаск удостоил его только приветствием и формальным поздравлением с назначением на должность. Палпатину же хотелось большего. Или хотя бы ответных взглядов украдкой и случайных прикосновений. Но Дамаск не давал ничего, словно они были друг другу чужими. — Палпатин, тебе стоит научиться терпению, — начал было Хего, и хотя он не закончил мысль, было поздно пытаться что-то объяснить Шиву — тот мастерски додумал все сам. Он отступил на шаг, сверкнул на мгновение ставшими золотыми глазами и, резко развернувшись, ушел обратно к гостям. Весь остаток вечера Палпатин демонстративно игнорировал существование на приеме магистра Дамаска и с мстительным удовольствием отвечал на флирт других гостей. *** — Не будь таким серьезным, Хего, — протянул Палпатин, вальяжно развалившись на кровати и всем своим видом (и мыслями) отвлекая магистра Дамаска от дел. — Тебе это не к лицу, — промурлыкал он, когда Хего закончил разговор с председателем Тонитом, и змеей скользнул мууну на колени. — Мне кажется, тебе нужно отвлечься и расслабиться, — он невесомо коснулся губами шеи Дамаска и устроил голову у него на груди. Обнаженный Палпатин рабочему настрою не способствовал, и Хего решил, что в этот раз даже не будет пытаться противиться желанию Шива.