Доверие

      Диамкей занимался своими обычными делами. Достраивание базы было достаточно трудным процессом, потому что он требовал не только работу рук и время, но и фантазию. На удивление размышления намного сильнее измучали его, нежели ручная работа. Единственное, что помогало ему жить и не чувствовать себя мертвым — любимая женушка, Алоин. Милая лисичка, которую Диам любил от всего сердца. Ему казалось, что, в случае чего, он без особой опасности даст ему в руки серебряный кинжал и подставит сердце. Он верит тому без каких-либо оговорок.       Идя отдыхать после долгого рабочего дня, Диамкей заглянул к Алоину, к жителям. Тому тоже было очень трудно, он видел как тот устал. Разговаривать с людьми тоже было достаточно сложно, Диам наверняка знал. Он обнял Алоина со спины, вызвав дрожь у женушки от неожиданности. — Ал, надо отдохнуть, плохо же будет, — муженёк взял на ручки своего Алоина. Он сразу же пошел домой, в кровать. — Я еще не устал, но ты же меня слушать не будешь, да? — Алоин тяжело вздохнул, он выглядил чем-то обеспокоеным. — Да, но что-то случилось? Ты выглядишь неважно, — чужие руки обняли шею Диамкея. — Просто не очень складный разговор вышел, ничего серьезного.       Диамкей еще немного поспрашивал в чем дело, но после того как женушка все рассказала, успокоился. Он максимально нежно нес Ала, Диам не хотел, чтобы тому было хоть немного некомфортно.       Когда они дошли до нужной двери, Диамкей опустил своего возлюбленного. На пол, открывая дверь. Алоин вошел в комнату и сел на кровать, после чего опять тяжело выдохнул и лег. Диамкей лег рядом. Они просто смотрели в потолок думая о чем-то. Когда они вместе, то Диам чувствует себя спокойно. Рядом с ним находится его солнышко, его зарядка в каком-то смысле. — Ал, скоро тот день, когда мне придется покинуть ненадолго тебя, я не хочу сделать тебе или ещё кому-нибудь больно.       Диамкею нужна была кровь, ведь он вампир. Хоть он и пил донорскую кровь, но она не имела особенного смысла. Удаляла жажду, не более. Но даже это позволяло жить как нормальный человек. Но была проблема, вампирская сущность требует только свежую кровь, только ей она может быть подавлена на долгое время. Но незадача в том, что вампир от нее сходит с ума, желая высосать у человека все до конца. Поэтому не было особого желания пить кровь с человека. Но из-за того, что донорская не удовлетворяла все желания, в какой-то момент вампир не мог себя контролировать какое-то время. Он уничтожал все что мог, любой человек попавший под взгляд вампира, будет полностью осушен. — Я надеюсь, что ты справишься с этим, правда, — Алоин повернулся к мужу и поцеловал в щеку, обнимая. Он явно понимал как тому тяжело. — Спасибо, что ты рядом… Наверное только из-за тебя я все еще чувствую себя не просто монстром.       Уже через несколько минут Диамкея захлестнул сон в объятиях Алоина, но последний не мог уснуть. В голове крутились навязчивые мысли о долге и миссии.

***

      Алоин смотрит Диамкею в спину, идя за ним. Муж что-то активно рассказывал о своих идеях и мыслях насчет бизнеса. Но Ал не слушал, ему не было до этого никакого дела, ведь его голову занимало совершенно другое. Альцест уже успел пару раз напомнить, что ему пора закончить свою работу. Лисица должна поймать летучую мышь. Диамкей повернулся к женушке и вопросительно смотрит, спрашивая взглядом, что не так. Алоин резко сваливает мужа на пол, прижимая собой сверху. — Женушка, не думаешь что пол слишком холодный, чтобы заниматься этим тут? — руки Алоина дрожали, чужая улыбка убивала. — Прости, Диамкей, — муж все еще улыбается и обнимает за талию. Алоин дрожит. — Что-то случилось, за что прощения просишь? Может тебе отдохнуть пару дней, то выгля–, — резкий удар кинжала в сердце не дал договорить Диамкею. Его красные глаза словно стали еще более кровавыми. Серебро. Он начал кашлять кровью. — Алоин?..       Алоин же дрожал ещё сильнее, но ему удалось захлопнуть пасть.

***

— Алоин, прости, что тебя заставляем это делать, но ты больше всего подходишь на эту роль, — Альцест выглядил так словно давно все решил, у мальчишки не было выбора. — Ты сам понимаешь, он вампир и вообще непонятно, что эта нежить может сделать. Если его не убить, могут пострадать слишком много людей. — Я понимаю это прекрасно, но почему? Я боюсь вампиров, мне даже находится с ним страшно, разве это не вызовет у него подозрений? — Ал говорит более-менее сдержанно, но из него и вправду отвратительный актер. Его боязнь слишком сильна. — Когда люди влюблены, то они обычно ничего не замечают. А Диамкей по нашей информации втюрился в тебя как девочка десяти лет. — Но, кх… Я не уверен, я попробую, но если хоть что-то ему покажется подозрительным или мне будет угрожать опасность, то я уйду в тот же момент.       С тех пор Алоин старался быть милым со своей целью, убийство такого человека как Диамкея требовало очень много сил. Он не пускал кого-то слишком близко. Ал был удивлен, когда увидел как Диам краснеет, нежничает и старается не навредить. Он видит его любовь, мальчишка чувствует как сердце «возлюбленного» стучит во время этого всего. Тот и вправду любит… Хах. Но Алоин никогда не сомневался, он не сможет полюбить его никогда. Кто захочет любить убийцу. Даже если тот никого не убивал, то какая вероятность того, что он не сделает это потом. Он вампир, это его инстинкты. Каждые объятия и поцелуи вызвали огромную дрожь, ему было страшно, что тот сейчас укусит. Убьет. Ал никогда искренне не любил и не улыбался своему «мужу». Он его ненавидел.

***

      Диамкей смотрит затуманенным взглядом. Его предали. Убил самый любимый человек, самый дорогой и важный. Какая ирония судьбы. Диам был обманут в очередной раз, хитрая лисица, которая протянула руку, бросила вниз. Он любил свою лисицу даже после этого, он не смог даже заставить свое сердце ненавидеть Алоина. Возможно из-за того, что его любимый убил изначально функцию ненависти. — Алли. За что, — Диамкей называл свою женушку так в самые счастливые совместные моменты. Диаму казалось, что это сокращение милое, как и сам Алоин. — Ты думал что хоть кто-то полюбит упыря? — Алоин прокрутил кинжал, после чего достал его, — Я ненавидел тебя, твои касания. Ты отвратителен мне.       Единственная причина почему Диамкей все еще был жив лишь потому что является вампиром, но совсем скоро это не будет иметь смысла. Его сердце было уничтожено во всех смыслах. Дрожащей рукой, мышка потянул свои руки к чужой шее. Он хотел бы сжать и убить Алоина, забрать с собой в Ад, но не смог, он слишком любит. Хотя сил хватало, несмотря на скорую смерть. Любовь самое идиотская вещь, что он дозволил себе, ведь все повторяется вновь и вновь. Руки рухнули на холодный пол. Тело медленно превращается в пыль. Алоин не может встать, он все ещё смотрит на чужое лицо. Он был уверен, что сделал все правильно, но что-то глубоко внутри треснуло. Что-то крохотное, но очень важное и это больше никогда не вернуть. Он же сделал все правильно?