Кипарис и лилии

Хуа Чэн замер, не в силах оторвать взгляда. Ничего прекраснее он в своей бесконечно долгой жизни не видел, теперь он  был готов  ослепнуть и на второй глаз. Зачем ему зрение если всю красоту мира он уже познал? На поляне усыпанной бесчисленным множеством ярких цветов сидел мальчик, чьей красоте могла позавидовать Афродита. Он лежал на животе, очаровательно болтая босыми ногами, его длинные густые волосы водопадом ниспадали по плечам и тонули в сочной изумрудной зелени. На губах очаровательного божества играла детская невинная, солнечная улыбка, перед светом которой меркли даже звёзды. Рука, опережая разум, потянулась к этой прекраснейшей картине, но Хуа Чэн тут же себя одёрнул. Он не может напугать мальчика своим уродством. Наблюдать из мрачных зарослей кипариса, это всё что он может. Правда в противовес мыслям своего хозяина, одна из призрачных бабочек полетела к мальчику. Видимо они знают о желаниях своего хозяина даже больше него самого. Увидев бабочку, маленькое божество, к удивлению Хуа Чэна, широко улыбнулось, а его глаза засияли так свойственным детям любопытством. Он подставил маленькой предательнице ладошку, предлагая сесть, чем она сразу же воспользовалась. -Ты такая красивая.- не отрывая взгляда от бабочки, сказал малыш. - Се Лянь. Пора домой. К поляне подошла богато одетая женщина и, присев на поляну рядом с ребёнком, погладила его по голове. Бабочка тут же упорхнула к хозяину, провожаемая взглядом мальчика. Конечно, Хуа Чен сразу узнал Деметру — богиню плодородия. Впрочем, это лишь одно из множеств имён, что она носит. Как она называлась сейчас не имеет никакого значения. Важно другое. Се Лянь. Его маленькое божество зовут Се Лянь. *** С того самого дня Хуа Чэн начал за ним присматривать, наблюдать за тем как его мальчик растёт и становится всё прекрасней с каждым днём. Особенно ему нравилось играть с ним в догонялки. Се Лянь бегал за серебряной бабочкой до тех пор пока без сил не падал на землю. А проказница, будто утверждая свою победу, не садилась ему на голову. -В следующий раз, я выиграю. Хуа Чэн сидел на ветке, покачивая ногой, и с улыбкой наблюдал за этой картиной. Конечно, он мог направить бабочку прямо ему в руки, но ведь Се Лянь ребёнок, для него важен процесс игры. Конечно, иногда его разрывало от желания выйти к Се Ляню. Получить хотя бы один взгляд от этих прекрасных глаз, чтобы он хотя бы один раз улыбнулся именно ему. Но он бог Мёртвых, ему нечего делать рядом с ребёнком богини плодородия. Его удел править в Царстве Мёртвых, земли которого ни разу не касался солнечный свет. Ему счастья не положено. Так шли годы. Зимы и лета нещадно сменяли друг друга в вечном цикле. А Се Лянь... Се Лянь расцвёл, подобно самому прекрасному из цветов в  саду Хлориды. Звезды вчера отмерили ему шестнадцать лет. Хуа Чэн, не отрывая взгляда полного трепета и обожания, наблюдал, как его возлюбленный, коснулся своей изящной дланью пустой, сухой земли, лишенной жизни. Дивные, пышные лилии выросли на этом месте, поражая своей красотой. Правитель Царства Мёртвых послал к юноше несколько призрачных бабочек, желая хотя бы через них коснуться его. -Здравствуй, красавица. Тебе нравится цветы? Бабочка, отвечая, приземлились на белый лепесток, ароматного цветка. Се Лянь на это ласково улыбнулся и протянул руку, предлагая сесть на ладонь. Прямо как в детстве.  Когда малышка села на руку божества, он принёс её к своим губам, целуя скорее воздух возле крыльев. Хуа Чэн едва удержался на ветке, всё в его груди сжалось. Се Лянь, его маленькое божество и правда погубит его. Повелителя Мёртвых. -А твой хозяин не любит цветы? Иначе почему же он не выходит? Се Лянь хитро посмотрел в сторону пышных деревьев в тени которых прятался Хуа Чэн. Что ему теперь делать? Раз уж его заметили, то наверное, надо выйти, но что сказать. Он столько грёзил об этой встрече, но обычно острый язык, вдруг оказался нем. Он, тяжело вздохнув, расправив плечи и спрятав руки за спиной, вышел на свет. Хуа Чэн не знал насколько близко ему дозволено подходить, поэтому не стал далеко уходить от деревьев, просто позволяя Се Ляню себя видеть. -Почему ты там остановился? Меня боишься? Хуа Чэн на это лишь тихо засмеялся, разглядывая своего любимого. Впервые он был так близко. Впервые Се Лянь смотрел именно на него. Он сохранит это воспоминание на всю свою бесконечную жизнь. Ничего лучше с ним уже не случится. -Не хочешь подходить, подойду я. Се Ляню, наверняка, было неудобно в этих тяжёлых, богато украшенных одеждах. Хуа Чэн знал, что ему больше нравилось бегать босиком в свободных льняных штанах и рубахе. Сердце Хуа Чэна замерло, когда Се Лянь, наступив на край собственных одежд, полетел вниз. Бог тут же подхватил возлюбленного, слыша тихий смех. Се Лянь знал, что его поймают. Сильные руки лишь крепче обхватили талию.  Как теперь отпустить? - Испугался? Се Лянь и не думал, вырываться из его объятий. Лишь встал на носочки, оставляя на бледной щеке Хуа Чэна лёгкий поцелуй. Правитель Царства Мёртвых замер, казалось, что это сон, Хуа Чэн и мечтать о таком не мог. -Больше от меня не прячься. - прошептал Се Лянь, уткнувшись носом в грудь Хуа Чэна. Видимо, из-за того, что Бог Мёртвых молчал, уверенность юноши погасла. Почувствовав это, Хуа Чэн положил ладонь на щёку любимого. Наконец-то чувствуя её тепло. Их первый поцелуй среди ароматных лилий и парящих серебряных бабочек Хуа Чэн вспоминает каждый день, наблюдая за спящим мужем.