Громкие крики в безумном мозгу

       " — Прошу, перестать!»        Ты снова слышишь этот голос в тишине сверкающей в окне мглы. Писклявый, громкий голос молодой женщины, даже ещё девушки. Хах! А ведь если бы не ты, она бы могла выжить, стать матерью, осчастливить супруга. Супруга, которого в итоге оставила вдовцом, супруга, который, о ла-ла, сразу же забыл о ней, прибежав к другой. Но, друг мой, далеко не в этом ирония. О, она в абсолютно другой вещи, другом событии…        Ты снова здесь. Жертва лежит перед тобой. Она кричит, молит о пощаде, дрожит, как мышь в когтях кота, как муха, попавшая в воду… Маленькая, наивная глупышка.        Да не убежит она от тебя.        Крик становится громче, разноситься эхом в полупустой, тёмной комнате. Ты ломаешь ей кости. Нежно, словно желая успокоить, поглаживаешь её ногу. Затем же становишься груб. Ты берешь дубинку.        Ох, как романтично… Оружие, которому сотни лет, если не тысяча…        Хруст, новая порция криков, и… кожа. Небольшие ранки от разорванной кожи. Она тоже рвется в некоторых местах, причиняя боль жертве.        И в такие моменты её вопли обретали цвет. Буровато- красный цвет крови.        Ранка на ноге сочится этой жизненно важной жидкостью. Ты же снова поглаживаешь конечность, пытаясь будто извиниться, и этим говоря, что мучения будут лишь хуже и больше, изощрённее.        Кровь легко размазалась по краям ранки.        Конец следа на пальце уже почти не виден. Из алой с черным оттенком, кровь стала бледно-розовой. На розоватых подушечках пальцев уже и не видно, можно сказать. А потом эта кровь засыхает. Лишь непрочная корка. Корка, которую можно содрать. Причинить боль. И принести самому себе наслаждение.        Ты берешь кинжал. Да, незадача, смерть будет быстрой…        — пора закончить твои мучения, сладкая.        Сталь разрезает плоть. Всхлипы и рыдания стали звуками захлебывания кровью (как же крови много, она будто везде!).        — хорошо здохнуть, малышка!

***

       Ты лежишь на кровати. Никого в комнате. Тишина, ты и ночь за окном. Ночь, которая, словно монстр, пытается окутать всё ужасом. И ночь, которая тебе приносит покой.        Но ничего ведь не вечно…        " — Прекрати!»        Это… Её голос. Даже так? А жизнь иронична, парень…        Впрочем, справедливо. Ты заразил её своим безумием во время пытки и убийства, и она мстит тебе, став маньяком сама.        Даже после смерти жертвы, в голове звучит её плачь. Плачь невинной. Плачь, которой будет преследовать тебя всю жизнь, а она будет скорее долгой, ведь ты не смел так сильно, что б убить себя самого.        И ещё более резко разноситься эхом другой голос. Ты вздрагиваешь.        Он твой собственный.        " — Хорошо здохнуть, малышка! "        Это был твой вечный ночной кошмар. Твои голоса в мозгу безумца.