Завтра наступит вчера

Если тебя никто не замечает, то ты и не живёшь на свете.

Он сидел на подоконнике впритык к окну, ловил взглядом уходящее за горизонт солнце, жевал мармеладных мишек и каждые полчаса прерывался на сигаретную медитацию. Где-то неподалеку валялась бутылка недопитого зеленого чая. В углу подоконника мирно стояла коробка от печенья, изрисованная синими чернилами, служившая пепельницей. Наполнена окурками она доверху. Если так посчитать на глаз, то их больше чем он сам проживет. Свет в комнате всегда отключен, так что разглядеть все в мельчайших мелочах просто не выйдет. В комнате стояли две старые деревянные кровати, которые каждую ночь режут слух своим скрипом. Одна из них пустовала, так что Минхо решил сделать из нее полку для одежды. Шкаф был мал для его вещей, да и не удобен. Три узких небольших полки, и пантограф на котором висят пара пальто и куртка. У входа стоит куча разной обуви, от ботинок на огромной подошве до тапочек-котиков. Для Минхо важно, как он выглядит. Подбирает одежду, которая будет сочетаться по цветовой гамме. Обычно это черные и бежевые оттенки. Стены комнаты пустуют. Зайди ты в обычную комнату, увидишь кучу постеров с любимыми актерами, персонажами игр и аниме. На кровати будут лежать куча ярких подушек. Возле окна приклеена гирлянда,которая будет мигать пока глаза не заболят. Зайдя в комнату Минхо, вы не будете наблюдать всего вышеперечисленного. Будут потрепанные жизнью обои, незаправленная несколько месяцев кровать, и окно совсем не будет раздражать миганием огоньков глаза. Минхо никто не замечает, и он не замечает никого. Он не состоит в группе этажа общежития. Он не читает сообщения о том, кто забрал чьи-то яйца из холодильника, кто взял чей-то йогурт. Он не знает когда он дежурный по уборке этажа. Минхо не заводил общение с кем-либо, да и не горел желанием. Он не ходит на общую кухню, ведь он ничего не ест, ему это противно. Выходя из своего убежища, на его лице нельзя прочитать какой либо эмоции. Хладнокровный. Нужно побороть атмосферу, которую сколько не хватай, не бей, не толкай, всё зря. Воздух, что окружил общежитие. Равняться на тех, кто идёт впереди. Зачем тратить силы и думать над проблемами своей головой? Поступишь по-своему, от тебя отвернутся и будет только больней, а значит нужно держаться как все и ничего не случится. Не хочешь смотреть? Не смотри! Не хочешь думать? Так и не думай! Считай, что это всё не твоё дело. Но даже если все играют по правилам, ты можешь причинить кому-то боль. Если так поступают и думают все, это ещё не значит, что так и надо! Стану я мириться с вашей атмосферой?! Да пошла она к черту!

***

— Мы понимаем, что вы не ходите на пары по уважительной причине, но за два года вы посетили учебное заведение около пяти раз. Хоть вы самостоятельно изучаете материал в пределах дома, министерство хочет отчислить вас. Мы правда не хотели говорить вам это, но вы должны выбрать. Надеемся на правильный выбор, — прозвучали гудки, завершенного звонка. Парень понимает всю ситуацию, и этот звонок когда-то должен был случится. Нынешняя ситуация намного лучше чем раньше. Он вполне может присутствовать на парах, но за такой огромный промежуток времени он отвык от всей обстановки. Для него уже обыденно весь день сидеть в комнате одному. На своем мягком кожаном кресле, слушать видео уроки, читать нужную информацию на просторах интернета и записывать ее в свою огромную тетрадь. Сможет ли он ходить на пары, где педагог будет объяснять весь материал. Там ему придется жить в общежитии, ведь его дом слишком далеко от университета. Добираться до него займет порядком двух часов без пробок. А пробки всегда присутствуют. Хан выдыхает весь углекислый газ из легких, который только был. Видимо третий курс ему придется начать не в обыденной обстановке.

***

Положив в небольшой рюкзак игрушку-белку, рука потянулась к замку, молния издала тихий треск дав понять что сумка закрыта. Накинув рюкзак на правое плечо, Хан покинул свою комнату, которую не увидит в ближайшее время. — Сынок, звони если что-то случится. Я положила в боковой карман лекарства, не забывай принимать их пожалуйста, хорошо? — в голосе присутствовали нотки заботы и грусти расставания. — Ну мааам, заботишься будто мне десять лет. Я же же в другую страну уезжаю, всего лишь общежитие, не переживай так, — спокойным голосом сказал парень, приобняв пожелую женщину. Отстранившись, Джисон покинул родное гнездо, вышел в свет.

***

В общежитии тишина и покой, будто все человечество вымерло. Скрип деревянного пола, бруски прогибаются под ногами, издавая неприятный режущий слух звук. Стены покрашены в спокойный гридеперлевый цвет. В хаотичном порядке висят картины, они были незнакомы Хану, так что он рассматривал их с неким интересом. Через каждые три двери были небольшие лампы, по правде освещали они так себе. Потолок был цвета испуганной мыши, в некоторых местах осыпалась штукатурка. Здание не новое, так что это было более чем ожидаемо. Парень идет неуверенно, маленькими шагами. Смотрит на каждую дверь, ищет нужную цифру. Уже подходя к концу коридора, Хан подумал что ошибся этажом, что для его растерянной головы вполне возможно. Вот же она, заветная комната 39, которая будет служить домом в ближайшие месяцы, в самом конце. Джисон обхватил пальцами ручку, которая висела чуть ли не на соплях, как она еще не отвалилась. Скрип, ужасный скрип разнесся по всему этажу эхом. Рот был приоткрыт, сказать что он немного в шоке... Мягко сказано, уж слишком мягко. Он сидел на подоконнике впритык к окну, ловил взглядом уходящее за горизонт солнце, жевал мармеладных мишек. Где-то неподалеку валялась бутылка недопитого зеленого чая. В углу подоконника мирно стояла коробка от печенья, изрисованная синими чернилами, служившая пепельницей. Наполнена окурками она доверху. Вот что за картину увидел парень, зайдя в комнату. Эта картина поразила его больше всего, по сравнению с теми висевшими в мрачном коридоре. Весь этот бардак привел в ужас, дым от сигарет полностью заполнил собой бедное помещение, так-же ударив своим запахом в нос, главное что удивило, его новый сосед по комнате. Во-первых, почему он не на парах, ведь время как раз для их посещения. Во-вторых, что он тут устроил за свинарник. В-третьих, почему он настолько красив, что глаз отвести, огромная задача с которой Хан не в силах справиться. Сосед выдыхая дым очередной сигареты, повернулся к двери, смотрит непонимающе. Оба молчат, сверлят друг друга взглядом. Хан понимает, он влип, влип по полной, и выбираться из этого не горит желанием. — Ты кто?— произносит Хо. — Видимо я твой сосед, —

***

— Почему ты тут? Разве сейчас не нужно идти на пары? — неуверенно прервал тишину, повисшую над ними с самого начала. Он ждал, но ответ так и не прозвучал. Тот лишь смотрел в окно, делая последние затяжки. Хан понял, что сосед не разговорчив, отвернулся обратно к рюкзаку, лежавшему на кровати и решил дальше раскладывать вещи. — Забил, —коротко кинул Хо. — Что? — неожидавший ответа, снова повернулся к окну. Видимо разговор начинает складываться. — Че я там не видел, старик снова будет болтать всякую херь. Для меня покурить тут, намного продуктивнее нежели сидеть там, — неожиданно, так много слов за один раз. — Я, например, всегда расстраиваюсь, когда думаю о жизни, что не использую свою возможность и теряю драгоценные секунды, а жизнь так коротка, — болтать у Джисона выходит отлично, настроение начало подниматься. — Кстати, как теб... — — Минхо, Ли Минхо, — сразу понял вопрос, сразу сказал ответ. — Красивое имя, а я Джисон... Хан Джисон! Рад познакомиться, — на лице сама собой появилась улыбка. Хан рад что в первый день смог подружиться с соседом. Для него это большой прогресс, если учитывать то что он социофоб, а заводить новые знакомства дается очень трудно. Ли слезает с подоконника, направляется уверенным шагом к шкафу. Минуты три проводит у полок, перебирая огромные кучи своих вещей, находит огромную черную толстовку. Молча обует кеды и бросает короткое: — Не жди меня сегодня, вернусь к утру, — после покидает комнату, тихо закрывая дверь, и поправляет ручку чтоб она была ровно 180 градусов. — Отлично, мой сосед свалил в первый день, молодец Хан так держать, — видимо он наплел себе, что знакомство прошло отлично.

Каждый живет, как хочет, и расплачивается за это сам.

04:25

Когда кто-то говорит, что ему трудно заснуть на новом месте, он не выдумывает – действительно, исследователи, занимающиеся сном, давно знают, что порой человек, оказавшийся в незнакомой постели, долго засыпает и потом всю ночь плохо спит. Чаще всего это связано с привычкой нашего мозга заботиться о безопасности. Дело в том, что когда вы находитесь в незнакомом месте подсознательно вы понимаете, что не у себя дома и мозг находится в тревожном состоянии, анализируя происходящее вокруг. Джисон думал Я правда настолько странный? Я реально не заслуживаю друзей... Что я натворил в прошлой жизни, что сейчас все настолько плохо. Минхо говорил не ждать его, я не жду но.... Хан лежал, закутавшись в одеяло будто бабочка в коконе, уткнувшись в стену. Холодно. В такие моменты хочется выплеснуть все, накричать на собственное отражение в зеркале, сказать какой же ты никчемный, слабый, бесполезный, излишний, ненужный, пустопорожний. Такие моменты происходят каждую ночь, он пытается, пытается сдерживать это в себе. Убивает себя, сдерживая. Шорох и звук. Может просто кажется? Он не спал, плакал. Просто какие-то глюки? Нет же, он слышит, отчетливо. Минхо? Первое что приходит в дурную голову парня. Знакомый скрип двери, это Минхо. Притвориться что сплю?Да, стоит. — Блять, чтоб этот подонок сдох, — тихо шипит, но слова Хан точно расслышал правильно. Джисон аккуратно поднялся, приняв сидячую позу. На голове даже не гнездо, ох намного хуже. Повернув голову к Ли... — Что с тобой случилось, блять, — рука в крови, даже спрашивать он не хочет откуда и почему. Минхо глаза выпучил, уж не ожидал что в такое время его новый сосед не спит. Стоит растерянный, молчит как рыба. — Садись, — кинул головой на свою кровать, а сам в тумбочку полез. Ли недоверчиво сел на край кровати в ожидании. Все таки он толком Джисона и не знает. Имя, да и все наверно. Хан достал огромный пакет, что служил так сказать импровизированной аптечкой. Вывалил все на кровать, и начал искать чем можно обработать рану, попробуй найти среди всех его таблеток несчастную перекись. Минхо тыкнул в руку Хана небольшим бутыльком, давая понять Это то что нужно?Джисон берет перекись в руку, а другой берет руку Ли и рассматривает рану. —Это что, стекло? Ты где вообще был то, я конечно понимаю что это не мое дело, но на такое я даже оправдание не могу придумать, что скажешь в свою очередь? — незамолкал Джи, пытаясь достать огромный кусок стекла из раны, а после взгялнул в глаза напротив. — Ты невыносим, — — Я более или менее в курсе, — — Бутылку разбил, точнее об меня разбили, — выдвинул в оправдание Ли, смысла врать нет. — Куда ты блять ходил, что тебе по руке ебнули стеклянной бутылкой, а? Сейчас будет больно, —предупредил Хан, а в следующий момент начал обрабатывать рану. — А я думал, что я какой-то странный, а на деле мой сосед удивительней, — — Ай, щипит... — брови домиком извернул, а нос съежил. — Терпи, —

***

— На самом деле одному проще. Не надо подстраиваться под других, а к одиночеству со временем привыкаешь... — Ты пытался поменять что-то в своей жизни? Может есть то, что отталкивает их от тебя? —Каждый день слышно фразочки вроде: «мне скучно» или «тут хоть что-нибудь интересное происходит?» Но на самом деле, никто не ищет перемен. — Ты подстраиваешься под других? Если никто не ищет перемен, тогда стань первым кто найдет их. Эти двое до сих пор сидят на кровати Джисона. Обстановка стала намного лучше. Завязался разговор что уже может порадовать обоих, хотя кто знает. Может Ли плевать на это, но Хан точно радуется. — Забудь, я сказал глупость, мне не следовало делится этим с кем-то, — Минхо только сейчас понял, что сказал лишнего, слишком откровенного. — Время от времени следует говорить глупости, это способствует созданию теплой атмосферы, — снова на его лице появилась улыбка. — Но знаешь... Это вовсе не глупость, думаю если ты не хочешь делится сейчас со мной этим, то надеюсь ты поделишься в будущем, когда я правда заслужу знать. Сейчас нам следует лечь спать, —Минхо лишь коротко кивнул, встав с кровати и направился к своей. — Спокойной ночи, — тихо, шепотом сказал Ли. — Спокойной. Все важные вещи в этом мире сделаны из истины и радости, а не из бинтов и стекла, —