Хочу твоей любви.

      Вечерний Мондштадт всегда прекрасен. Особенно весною, когда солнце медленно уходит, заканчивая свою смену и уступая своё место любимой луне. Закат оставлял после себя красно-жёлтые разводы, что красиво расплывались по небу. За ними наблюдают большинство жителей этого мирного городка. Один из них одиноко сидит на колокольне, выплёвывая бабочку.       Капитан Кэйа, закончив свою работу на сегодня, решил посетить своё тайное место. С колокольни было видно весь город, не считая собора. Кэйа благодарен тому, кто решил так расположить это место, ведь он может наблюдать за счастливыми лицами жителей, которых он защищает. Пока он наслаждался видом, к горлу подступил приступ.       Кэйю согнуло. Пять минут. Эти минуты казались ему адскими годами. Раньше было не так больно, но теперь, поняв, что его любовь невзаимна, Кэйа ломается.       Когда приступ закончился, капитан кавалерии взглянул на летающую вокруг него шестую кристальную анемо бабочку. Он до сих пор помнит, как Дилюк обожал этих бабочек. Они были похожи на его любимые цветы, травы-светяшки.       Кэйа не ожидал, что именно его затронет болезнь Батохаки. Болезнь, при которой больной выплёвывает бабочки из-за неразделённой любви. Лекарств нет. Либо смерть от бабочек, которые наполнят твои лёгкие полностью, когда последняя десятая бабочка выйдет на свободу, и ты задохнёшься, либо признание любимому человеку.       Капитан выбрал первое.

***

      - Кэйа, ты правда не можешь остаться? - беспокойно спросила Джинн, сидя за своим рабочим столом. А напротив окна стоял Дилюк.       - Простите, что не смогу присутствовать на вашей свадьбе, но я отправлю вам подарки в качестве извинений.       - Нет, не нужно, вместо этого, лучше скажи почему ты не можешь остаться. - спокойно сказал Дилюк. Джинн с Дилюком посмотрели на Кэйю в ожидании ответа.       - Мне нужно посетить миледи, что украла моё сердце. - серьёзно ответил Кэйа, - У меня батохаки.       - Что..? - одновременно спросила пара.       - Стоп. Почему ты говоришь об этом только сейчас? - Дилюк разозлился.       - Успокойся, братец. Я кто по-твоему? Дурак? - хотя оно так и есть - У меня есть план. Я люблю "её". На данный момент она живёт в Ли Юэ. Близко же. Не умру по дороге.       Очередная ложь. Человек, укравший его сердце, находится с ним в этом кабинете. И этот же человек женится на следующей неделе. От этих мыслей становится только плохо.       - К тому же, я ж красавчик. - лукаво улыбнувшись, добавил Кэйа, скрывая настоящего себя за маской.       - ..Ладно, даю неделю. Обещай, что вернёшься. - Джинн недовольно подписала заявление Кэйи об недельном отпуске.       - Обещаю. Тогда отбываю уже завтра утром.       Дилюк нахмурился, смотря в спину уходящего брата. Он учуял что-то неладное.

***

      Утро встретило Кэйю с сюрпризом. Уже седьмая по счёту бабочка вышла из него. Время явно не на его стороне. И удача тоже...       У ворот Мондштадта его встретил Дилюк. У него хмурый взгляд, что предвещает ничего хорошего.       - О, мой дорогой брат решил меня проводить? - Кэйа радостно улыбнулся.       - Ты соврал. - резко сказал Дилюк. Ого, как всегда, он прямой, как рельсы.       Капитан дёрнулся. И Дилюк не мог не заметить это. Реакция Кэйи подтвердила его домыслы. Благо, стражников не было у ворот, ведь они могли бы узреть то, что не надо было бы.       - Так я был прав. - он быстро подошёл к нему и вцепился руками ему за воротник.       Походная сумка, что висела на плече Кэйи, упала. Дилюк тихо, но яростно сказал, - Хватит врать, Кэйа. Скажи правду.       Давящая тишина длилась минуту. После чего была произнесена безжалостная истина.       - Дилюк, я обречён на верную смерть. - сказал Кэйа, глядя в глаза брата. Треск.       Последняя капля иссохла. Театральная маска треснула. Выступление закончилось. Слёзы медленно одной за другой катились вниз со смуглых щёк.       - П-прости меня. - Кэйа виновато опустил голову. Они ведь только месяц назад помирились, как один из них уже умирает. Кэйа корит себя за слабость, что проявил месяцем ранее. Он настолько был рад примирению, что дал волю давно спрятанных глубоко внутри него чувствам. Плечи Кэйи дрожат. Он показал своё нутро.       - Я хочу любви. - тихо пробурчал он своё сокровенное желание.

Хочу твоей любви,

Но это лишь мечты.

      Слёзы тихо продолжали скатываться под взглядом горячо любимого брата. И в сердце больно кольнуло, когда Дилюк мягко обнял Кэйю.       Кэйе снова стало противно от самого себя. Влюбиться в брата, хоть и не кровного, однако Дилюк всё ещё являлся ему братом. Он тот, с кем Кэйа провёл детство, юность...       Если бы не любовь, то Кэйа мог жить? Если бы не болезнь, могло быть всё иначе? Дозволено ли вообще Кэйе стать счастливым? О, Архонты, где найти ответы на эти вопросы?

Сжальтесь же над сломленным чувствами мальчиком.