Fortunate

Когда Одри на полном серьезе достала палочку и начала ей угрожать, Гермиона решила, что лучше все-таки отложить рабочие документы и взять полноценный перерыв на обед. По большей части Одри, ее ассистентка, была тихой спокойной девушкой, всегда готовой помочь, так что когда она, не сдержавшись, повысила на нее голос, Гермиона поняла, что перешла черту. И все же она не хотела признавать поражение так скоро — иначе Одри решит, что можно заставлять ее брать перерывы, когда вздумается — поэтому Гермиона нарочито медленно сортировала документы и убирала чернильницу с перьями со стола. К тому моменту как она вышла из своего кабинета, рядом со столом Одри топтался Перси, неловко теребя свои очки и смущенно краснея. — Перси, почему бы тебе не сводить Одри на ланч? — предложила Гермиона и одарила девушку слегка злорадной усмешкой, когда та залилась румянцем и начала запинаться. Справедливости ради, Гермиона целых шесть месяцев вынуждена была терпеть эти неуклюжие ухаживания и все еще была возмущена из-за наставленной на нее палочки. Видити ле, работа без перерывов плохо сказывается на здоровье. — О, я… эм, я не уверен… — запинался Перси, и это было довольно мило, если кого-то привлекала вся эта романтическая чушь. Гермиона была не из их числа. Возможно, другим девушкам и нравились подобные неловкие милования, но она предпочла бы уверенного в себе партнера, который мог бы бросить ей вызов и умело пленить ее внимание. К сожалению, было не так много волшебников, которые могли бы посоперничать с ней на равных, а те, которые могли, уже состояли в отношениях, не подходили по той или иной причине, или просто были в ней не заинтересованы. Как бы то ни было, после того как ее отношения с Роном завяли, едва прошло четыре месяца с их первого поцелуя, она полностью сконцентрировалась на ГАВНЭ и развитии своей карьеры в Министерстве. На романтику просто не оставалось времени. Перси и Одри по-прежнему краснели и запинались при взгляде друг на друга, и Гермиона предоставила их самим себе. Подумав, она решила, что раз уж взяла полноценный перерыв, то вместо столовой вполне можно позволить себе покинуть здание Министерства, подышать свежим воздухом и подкрепиться чем-то более основательным, зная, что скорее всего пропустит сегодня ужин. Ее исследование касательно магии домашних эльфов и их инстинкта подчинения продвигалось очень успешно, и Гермиона предполагала, что довольно скоро у нее уже будет рабочий вариант нового законопроекта для представления. Глава департамента Магических Существ не особо поддерживал ее усилия изменить нормы, по которым магическое общество жило многие годы, но на ее стороне был Кингсли, а тот был Министром, так что она была не против его покровительства, если это способствовало достижению цели. Когда Гермиона вышла на улицу, оказалось, что с неба накрапывал мелкий дождик. Наверное, стоило сначала проверить прогноз погоды, но она вообще-то не планировала отрываться от работы, так что всю вину за испорченную прическу из-за повышенной влажности она скинет на Одри. Гермиона уже чувствовала, как волосы понемногу начинали виться, выскальзывая из наскоро собранного хвостика. На улице было довольно многолюдно: магглы толпой шли на обед, туристы восхищались достопримечательностями — так что ей то и дело приходилось огибать их быстрой походкой. Дождь еще не зачастил слишком сильно, но над головой уже собирались темные тучи, и она знала, что это вот-вот должно было произойти. Из всех забегаловок, маггловская лавка сэндвичей ближе всего находилась к Министерству, так что туда она и направилась. Там можно было взять быстрый перекус и поспешить обратно на работу. Она очень надеялась, что к тому моменту Одри и Перси перестанут мямлить друг перед другом, иначе ее вполне может стошнить еще не съеденным обедом. Если Перси и в этот раз так и не решится на активные действия, несмотря на отличную возможность, которую она ему предоставила, тогда, к сожалению, Гермионе придется случайно упомянуть о его пылкой влюбленности в ее ассистентку при Роне и Джордже, и пусть они уже сами разбираются. Видит Мерлин, у нее нет времени на игры в сваху и прочие глупости. Прежде чем она успела дойти до лавки, небо над головой разверзлось, и хлынул ливень. И если бы вокруг не было столько магглов, она бы с легкостью применила водоотталкивающие или защитные чары. Но магглы там были, а потому она ввалилась в забитую клиентами забегаловку промокшая до нитки: с блузки вполне можно было выжать целый стакан воды, а брюки противно липли к ногам при каждом шаге. Повезло хотя бы, что другие люди тоже попали под ливень, и она не единственная зашла в лавку промокшей до мозга костей. — Ты выглядишь как утопший книззл, Грейнджер, — протянул рядом низкий голос с явной усмешкой. Гермиона напряглась и, повернув голову, наткнулась на Малфоя, сидящего за одним из столиков с завернутым перед собой сэндвичем. Разумеется, его одежда была абсолютно сухой и ни один волосок не выбился из прически. Великолепный мерзавец. — Такое случается, когда люди попадают под дождь, Малфой, — с милой улыбкой ответила она так, чтобы стало понятно: она не в настроении для колких шуток. Неприятнее всего было признавать, что Малфой действительно был остер на язык и порой ей даже нравились их взаимные перепалки, особенно теперь, когда сами они стали старше, а слова перестали быть жестокими. — Меня больше удивляет, что ты оторвалась от своего рабочего места, чтобы снизойти до мира живых ради приема пищи в нормальное для этого время, — заметил Малфой, пробежавшись по ней взглядом серых глаз. — Ты случайно не заболела? Может, стоит отвести тебя в Св. Мунго, проверить голову? Знаешь, мама будет мной очень гордиться, если Пророк напишет о моем героическом поступке. — С моей головой все в порядке, болван, — проворчала она, бросив на него хмурый взгляд, и затем посмотрела на очередь людей перед прилавком. — Я решила взять небольшой перерыв. И мне просто не повезло выбрать то же заведение, что и ты. В любом случае, что ты вообще тут делаешь? Мама с папой знают, что ты слоняешься по маггловским забегаловкам, оскорбляя других посетителей? — Ты решила? — фыркнул Малфой и усмехнулся. — Тебя заставила твоя ассистентка, не так ли? По Министерству гуляют слухи, что она единственная причина, по которой ты вообще отрываешься от работы на ланч, хотя для большинства сотрудников это любимая часть рабочего дня. И, чтобы ты знала, мои родители всецело поддерживают мое стремление изучить маггловский мир, также как и словесные перебранки с одной конкретной упрямой ведьмой. — Я бы спросила, откуда тебе известны Министерские слухи, учитывая, что ты там даже не работаешь, но уверена, у тебя везде полно шпионов, — Гермиона изогнула бровь, поджав губы. — Не стоит верить всему, что слышишь, особенно когда это всего лишь сплетни. — Очередь не стоит на месте, Грейнджер. И хотя я прекрасно осведомлен, что моя компания намного приятнее приема пищи, я так и быть позволю тебе присоединиться ко мне за столом после того, как ты сделаешь свой заказ, — Малфой вздохнул, завозившись с запонками. — Разумеется, это потребует от меня некоторых жертв, но я переживу как-нибудь. — Какой же ты засранец, — произнесла Гермиона, закатив глаза, и последовала за очередью, вскоре достигнув прилавка. Она заказала себе сэндвич и тарелку супа — дождливая погода вкупе с работающим кондиционером заставляли ее зябнуть в промокшей одежде. Забрав свой заказ, она вернулась за столик Малфоя и удивилась, увидев, что он так и не притронулся к своей еде. — Ты так и будешь смотреть или, может, уже прикоснешься хотя бы? Малфой поднял на нее взгляд, дернув уголками губ. — Ну-ну, Грейнджер, к чему такие пошлости? Мне почти больно из-за столь незрелых сексуальных инсинуаций. Она недоуменно моргала почти с минуту, а затем пнула его ногой. — В моих словах не было ничего сексуального или инсинуального. — Инсинуального? — Малфой издал смешок. — Ты теперь придумываешь новые слова, чтобы просто выразить свои глубокие чувства страсти и привязанности ко мне, Грейнджер? Я без сомнений польщен, но думаю, уже существующих слов вполне достаточно. — Мечтать не вредно, — она села за стол, принимаясь за суп. Горячая жидкость приятно согревала изнутри несмотря на то, что суп был пересолен, а овощи — переварены. — Какие еще Министерские слухи ты узнал от Гринграсс? И, пожалуйста, не принижай мои мыслительные способности, отрицая, что она твой источник. Она аврор, а они хуже старушек в кружке по вязанию, когда дело доходит до сплетен. — Вообще-то Дафна не распространяется касательно хоть сколько-то интересных новостей, — Малфой развернул свой сэндвич и открыл пачку чипсов, но все еще не приступал к еде. — Астория, с другой стороны, встречается с волшебником из Отдела Тайн, и он треплется обо всем, что не касается его работы. — Тебе поставляет сплетни твоя бывшая девушка? — Гермиона бросила на него изучающий взгляд. — И встречается она с Деннисом Криви? — Она не моя бывшая девушка. Она моя прошлая нареченная — это совершенно разные вещи, — Малфой состроил гримасу. — И да, она наслаждается знаками внимания чертового гриффиндорца. Я уверен, что на членов нашего факультета наслали ужасное проклятие во время войны. Это единственное логическое объяснение, хотя maman и не разрешает подать прошение на начало официального расследования. Но серьезно, Грейнджер. Это точно проклятие! Взять хоть Панси и твоего Уизли или Грега с чертовой Браун, Нотт вместе с Патил, а теперь Астория и Криви. Нас прокляли, я просто уверен в этом. — Ты забыл Оливера и Флинта, — напомнила она, улыбнувшись, и надкусила свой сэндвич. — Ах, и конечно, не стоит упускать твое очевидное увлечение мной, — она закатила глаза и открутила крышечку своей бутылки с водой. Малфой наградил ее долгим взглядом, а затем хмыкнул. — Как ты своеобразно выразилась, мечтать не вредно, — он закинул в рот чипс. — Хотя я не удивлен, что ты пытаешься перевести свое влечение ко мне в убежденность, что это я очарован тобой. Думаю, с моей стороны будет милосердно сжалиться и принять приглашение на ужин, которое ты хотела озвучить последние два года. Признаться, я считал, что гриффиндорцы более храбрые и дерзкие. — Кажется, черезмерное количество свободного времени начало сказываться на твоих мозгах, Малфой, — покачала головой Гермиона. — Если бы я хотела пригласить мужчину на ужин, я бы так и сделала. Но учитывая тот факт, что я часто теряю счет времени и беру с собой работу на дом, я предпочитаю не отвлекаться на свидания в данный момент. — Я управляю невероятно успешной зельеварной компанией, Грейнджер. И может, в твоем представлении я бездумно прохлаждаюсь целыми днями, однако большую часть своего времени я провожу в лаборатории или на встречах, — заметил он, и Гермиона не смогла разобарть странное выражение в его глазах. — Правда? — нахмурилась она. Конечно, она знала о его компании, но не предполагала, что он выполнял такой большой объем работы. — Тогда почему, когда бы мне ни приходилось брать обеденный перерыв, ты постоянно в этой лавке? Или в китайском ресторанчике рядом с моей квартирой, куда я хожу, когда мне хочется жаренного риса? Малфой рассмеялся. — Мерлин, ты и правда не понимаешь? Я думал, ты из сообразительных, Грейнджер. Разве ты не самая умная ведьма поколения? Боюсь представить, что это говорит об умственных способностях других ведьм, если ты наиболее пронициательная, — он ухмыльнулся, откидываясь на спинку стула. — А ты знала, что сестра Одри работает на меня? Она мой личный ассистент и, наверняка, такая же пронырливая особа, всюду сующая свой любопытный нос, как и ее сестра. Гермиона глупо моргнула, потому что нет, она не знала. И частицы мозаики, про которые она даже не догадывалась, что те были мозаикой, сами собой начали складываться в цельную картину. — Целых два года, Малфой? — спросила она, кажется, окончательно все поняв. — Ты хочешь сходить со мной на ужин? — Мерлин, Грейнджер, как прямолинейно и смело с твоей стороны! Естественно, мне нужно будет проверить свое расписание, но думаю, что смогу избавить тебя от страданий и согласиться поужинать с тобой, — произнес он, изогнув светлую бровь, и посмотрел на нее изучающим взглядом. — И да, два чертовых года. Пора бы уже наконец осознать и пригласить меня куда-нибудь. — Конечно. Ведь набраться смелости и просто спросить — это определенно не вариант, — фыркнула она. — Поверить не могу, что Одри была с тобой в сговоре все это время. — Говоришь так, словно бы произошло что-то коварное или ужасное, — вздохнул Малфой. — Она ничего не знала поначалу, а потом я, возможно, сыграл на ее мечтательной романтичной натуре, чтобы заручиться доверием и поддержкой. — Что ж, это все равно не оправдывает ее очевидных действий, из-за которых я была вынуждена терпеть неоднократные совместные ланчи с тобой последние несколько месяцев, как и не дает ей права делиться моим пристрастием к китайской кухне, лишь бы ты мог вовремя оказаться в ресторане, когда я зайду туда после работы, — Гермиона доела свой сэндвич и промокнула уголки губ салфеткой. — Итак, значит ты веришь, что увлечение мной вызвано проклятием, насланным на твой факультет? — Звучит довольно неправдоподобно и нелепо, когда ты так это говоришь, — признал Малфой, пожимая плечами. Довольно мускулистыми и широкими плечами, как она уже успела заметить. — Полагаю, существует маленький, совсем крохотный шанс того, что мое увлечение возникло, потому как я восхищаюсь острым умом, обожаю растрепанные шевелюры и люблю упрямых, спорящих и самоуверенных волшебниц, которые совершенно не замечают любые романтические намерения. Но только маленький шанс. — Тогда полагаю, тебе очень повезло, что я ценю остроумных и трудолюбивых волшебников, которые совершенно не умеют подобающе ухаживать, но достаточно сообразительны, чтобы не прибегать к избитым романтическим жестам, которые меня мало привлекают, — Гермиона собрала остатки своего обеда, чтобы позже выкинуть их в урну. — Мне пора возвращаться на работу. Пришлешь мне сову с деталями касательно нашего запланированного ужина. Лучше всего подойдет завтрашний вечер, и я отказываюсь идти в ресторан, где плата за вход стоит небольшое состояние. После ужина мы пересмотрим нашу ситуацию и решим, есть ли необходимость во втором свидании. — Я настаиваю, чтобы поцелуй считался частью переговоров по пересмотру ситуации, — твердо произнес Малфой. Ее взгляд невольно упал на его губы, изогнувшиеся в довольной улыбке. — Я провожу тебя обратно до Министерства. На улице все еще ливень, и из нас двоих я, очевидно, более здравомыслящий, раз пришел подготовленным к такой погоде. Она перевела взгляд с зонтика обратно на него. — Хорошо, но только потому, что я привлеку слишком много внимания, если буду использовать палочку для поддержания чар. И ты не здравомыслящий. В противном случае мы бы сходили на ужин еще два года назад. — Два года назад ты не была готова поддаться моему обаянию и принять то, что ты хочешь меня, — сказал он, обхватывая ее руку своей, и они вместе вышли под дождь. — Ты готова теперь. — Заносчивость — не привлекательная черта, — напомнила Гермиона, окидывая взглядом его профиль, и не могла не признать, что привлекательным он все-таки был. При их прошлых встречах Малфой также показал себя достойным собеседником, способным бросить ей вызов, пусть сама она никогда даже не рассматривала возможность их отношений. На ее губах медленно расцветала улыбка. — Да, теперь я готова.