Серый, волк и птица

- Напугал? - машинально спросил Волков, поддерживая повисшего на нём Серёжу. - Ничего, не обращай внимания, все в порядке, - отмахнулся рыжий. Но Волков зацепился за эти слова: - Серый. Невинный взгляд был ему ответом. - Я тут перед ним душу вывернул, - пробормотал Волков ворчливо. - А он сам что-то скрывает, - хмыкнул. - Спасибо, что не злишься, - мягко сказал он. - Но я всё-таки хотел услышать о том, что ты там уже надумал. Или вы? - В этом то и проблема, что "мы", - осторожно начал объяснять Сережа. - Нас двое и это не изменится, вот и думай - нужны ли мы тебе оба - вот такие, какие есть? Волков закатил глаза, а то непонятно, что Птица или Ворон никуда не денется. - Я люблю тебя, Серый. И понимаю, что вас двое. Это чудо в перьях тебя защищает, и пока он не вредит тебе, и не пытается убить меня, в целом мне всё равно. Что-то больно кольнуло в груди, и Сережа не сразу понял, что это эмоции Ворона. "Ну, это лучше, чем если бы он тебя ненавидел, подожди немного - он привыкнет и ты ему понравишься!" - попробовал он успокоить сущность. Замолчавший Серёжа обычно обозначал катастрофу, поэтому Волков уточнил: - Серый? - А? - вынырнул из внутреннего диалога Разумовский. - Ты замолчал, и... выглядел слишком сосредоточенным, - пробормотал Олег. Иногда ему было интересно, о чём именно говорят эти двое, когда Разумовский погружается в свои-и-не-только мысли. - Тебе же все равно, вот и не лезь! - глаза Серёжи на миг зажглись жёлтым, впрочем, прошипев это, Птица обиженно фыркнув, ушел. Олег мысленно повторил слова и про себя хмыкнул: "Обиделся, что ли?". Это было... странно. Сережа вздохнул, он не знал, что делать, и как хотя бы помирить, подружить Ворона и Олега. Волков виновато улыбнулся Серёже. - Какие планы на день? - сменил тему он. - Ну вроде никаких не было, а что, есть предложения? - с радостью сменил тему Разумовский. Волков пожал плечами: - Можно было бы, конечно, фильм посмотреть, наверное. - Сергей, напоминаю, что у вас на сегодня запланировано обновление сети в области доступа к азиатскому контенту по просьбам пользователей, - неожиданно вмешалась Марго. Волков боролся с желанием издать смешок из-за комичного выражения лица Серёжи и с собственным раздражением - тот едва ли успел отойти от произошедшего, а уже работа. Ладно, всё равно ничего не поделаешь. - Похоже, просмотр киношки отменяется, - хмыкнул он. - И судя по твоему лицу это дело не быстрое. Я тогда, пока ты занят, по магазинам прошвырнусь, продуктов куплю. Ты главное из Башни не выходи, окей? Тут ведь достаточно безопасно, не так ли, Марго? - Да, Олег, я контролирую всю территорию и служба безопасности всегда на посту, - успокоила его Марго. Сережа лишь кивнул, мысленно уже погрузившись в ровные ряды цифр. Волков успокоенно кивнул, словно благодаря Марго за ответ, и покинул помещение. Понимая, что времени у него предостаточно, он неторопливо ходил по улицам Питера, иногда заходя в заинтересовавшие его магазины. У Серёжи брать деньги он не собирался, разве что зарплату, до которой ещё время не дошло, но у него были и свои сбережения со службы. Поэтому он не особо зацикливался на скидках, покупая качественную еду - сложнее всего было придумать, что именно из неё приготовить. Готовка, хоть и давалась Волкову, не была особо его делом, не хватало навыков и опыта. В одном из магазинов на обратном пути он увидел кое-что забавное и, задумавшись лишь на мгновенье, он купил это прежде, чем окончательно отправиться к Башне "Вместе". Меж тем, стоило Олегу уйти, а Серёже погрузиться в работу, как Ворон материализовался рядом с ним. За время, когда Олега не было, Птица привык к относительной свободе, поэтому сейчас, стоило им с Серёжей наконец прийти к миру и согласию, как он воспользовался тем, что тот не против и сейчас сидел на столе, любуясь увлеченно стучащим по клавишам Разумовским. Когда время начало близиться к вечеру, Птица, играющий в какую-то стрелялку на планшете, встрепенулся и осмотрев привычно забывшего обо всем Сергея, со вздохом отправился на кухню. Готовить он особо не умел, но пару бутербродов и бутылку минералки из одного из многочисленных автоматов он принес, подпихнув буквально под руку Тряпке. Тот на миг поднял голову, а затем рассеянно улыбнулся: - Спасибо, Ворон. И вновь потерялся в своем мире компьютерных кодов, не забывая иногда откусывать еды. У Птицы от этого простого жеста благодарности - адресованной именно ему, не призрачному или реальному Олегу, а ему - Птице! - прошла дрожь. Он сел на диван, погружаясь в свои мысли, вспоминая прошлое и думая о настоящем. Когда планшет, лежащий рядом с ним засветился и тихо звякнул входящим сообщением, он вынырнул из мыслей и опустив взгляд увидел сообщение, отправленное Марго: «Сергей заснул. Мне кажется, ему не будет полезно спать в такой позе». Ворон перевел глаза на рабочий стол, на котором и правда умудрился уютно задремать Сережа. Тихо поднявшись, Птица подошёл, отодвигая офисное кресло и подхватывая лёгкое тело на руки. Пусть у них была похожая внешность и телосложение - последствия долгого сожительства и связи - Разумовский всегда был легче и слабее Ворона. Крылатый отнес своего человека на кровать, по дороге удачно потеряв с него тапочки. Мысленно ворча на себя за то, что совсем размяк, Птица укрыл мирно сопящего Серёжу одеялом и вышел обратно в кабинет, занимая его кресло, и вновь уходя в мысли. Олег вернулся в Башню "Вместе", шурша пакетами с покупками. Увидев Серёжу, сидящего в кресле, и пользуясь тем, что тот сидел к нему спиной и явно был слишком задумчив, чтобы заметить его приход, Волков поставил пакеты у стола и, подойдя ближе, с нежностью взлохматил рыжие волосы предварительно предупредив, чтобы тот не испугался: - Я вернулся, Серёж. Птица очнулся от дум, лишь когда его волос коснулись мягким движением и совсем близко раздался голос Олега. "Ну вот, расслабился!" - отругал себя Ворон. Мелькнула мысль притвориться Серёжей, но обман слишком легко раскрылся ещё в первый раз, а уж теперь... Портить этим и без того натянутые отношения с Волковым желания не было. Ворон отстранился от руки Олега, откатываясь от него на кресле и оборачиваясь: - Ты немного ошибся адресатом, Волче, - он немного насмешливо улыбнулся, - Сережа спит, - он кивнул в сторону спальни. Пальцы Волкова карикатурно застыли в воздухе, где ещё мгновенье назад была рыжая шевелюра. Ох, он и забыл, что они так могут. Серёжа спит. Наверное, устал из-за работы. Сейчас оно и лучше. Олег развернулся и отошёл, но не в сторону другой комнаты, а к пакетам, которые с лёгкостью подхватил за ручки. Птица настороженно следил за ним - сейчас, когда он не в теле Серёжи - защиты у него не было и хотя Волков не выглядел злым - кто знает, что у того в голове. А ещё Птице было иррационально обидно от того, как тот игнорировал его. Волков, проходя мимо Ворона, остановился и сунул руку в пакет, легко находя искомые предметы. Он, борясь с неловкостью, шустро протянул тому зажатую в руку вязанную игрушку - ворона с жёлтыми глазами, как у Птицы, и шоколадку, вторая такая же осталась лежать в пакете и для Серёжи. Съест - не съест - уже не проблемы Волкова, не похоже, чтобы Ворон сам когда-то пробовал что-то подобное. - Вместо извинений, - буркнул Олег. - Мне? - недоверчивый шепот тише шелеста перьев и распахнутые в удивлении золотые глаза. - Ну, мы вроде определились, что Серый спит, а кроме тебя здесь больше никого нет, - фыркнул Олег. Птица не отреагировал на тон, все ещё нерешительно прикоснулся к игрушке, словно боялся, что все это шутка и сейчас у него выдернут из рук мягкую вязанную игрушку с яркими желтыми глазами. Волков не удержался и, надеясь, что его не прибьют, погладил того по волосам, прекрасно осознавая, кто перед ним. Впрочем, Ворон выглядел сейчас действительно нерешительно-трогательным, что руки Олега так и тянулись. Тот вздрогнул, словно и правда ожидал удара, но постарался взять себя в руки - не хотел, чтобы его жалели. Он почти сказал что-то язвительное, но взгляд снова зацепился за маленькую черную фигурку в руке и небольшую шоколадку. - Спасибо, - тихо, хрипло, но отчётливо. - Не за что, - мягко произнёс Волков. - Я ведь сказал: это в качестве извинений. Ты, кажется, был расстроен. Хотя я и не понимаю, почему тебя так задело, что мне всё равно, - хмыкнул Олег. - Его ты любишь... - тихо выдохнул Ворон, прижав игрушку к себе - все же надежда на то, что Олегу не абсолютно плевать, раз он думал об извинениях, упрямо отращивала крылья в его сердце. Олег замер, кажется начиная понимать, что к чему. Странно, что до этого два плюс два не сложил. Это... было странным. Не отталкивающе странным, но запутанным и неожиданным. Волков не знал, что ответить и лишь снова погладил того по голове, собираясь с мыслями. От прикосновения Птица не вздрогнул только потому, что усилием воли сдержался. По спине прошли мурашки, а вот глупое сердце, которое, как оказалось у Ворона было, да ещё и свое собственное, забилось быстрее, словно в нём захлопали невидимые крылья все крепнущей надежды. - Ты прав, - негромко произнёс Волков, не убирая тем не менее руки. - Я его люблю. Ты похож на Серёжу, но ты - не он. - Ты думаешь, я это не знаю? - эмоций не осталось, лишь усталость, да стеклянные крылья надежды, разрывающие осколками сердце. Он всегда знал, что если станет слишком человечным, пожалеет, ну что ж... - Ты - другой, - продолжил Олег, словно не обратив на это внимание. - Не человек и вообще... странный. Чего только стоит твоя выходка с Чумным Доктором. Только и на первое, и на второе как-то плевать, в конце концов, я ведь тоже не цветы раздавал в армии. И ты защищаешь Серёжу, поэтому я уже не могу ненавидеть тебя. По крайней мере, осознавая, что ты не всего лишь галлюцинация Серого, как мы думали в детстве. Ворон не знал, что думать, пока слушал эти слова, лишь сильнее сжимал кулак свободной руки, и зажмуривался, прикусив губу, словно каждое слово было ударом. Да, Олег не ругал, не говорил ничего плохого, но... - Впрочем, с "всё равно" я тоже погорячился. Ты похож на Серёжу, и в тоже время другой, - вновь повторился Олег. - И это... тоже привлекает. И крылья у тебя тоже потрясающие. Но я едва тебя знаю, - произнёс Волков дальше, удивляясь, что его ещё не перебили и не заставили заткнуться, как надоедливую муху. Не то, чтобы ему была так неприятна подобная мысль, но... - И ты меня - тоже. Кроме как от лица Серёжи, - он тяжко вздохнул, как перед прыжком в воду и поцеловал Ворона. Не быстро и смазано, а обычный полноценный поцелуй, который он часто дарил Серёже. Олег почувствовал себя почти предателем перед Разумовским, но продолжил и дал Птице распробовать поцелуй прежде, чем отстраниться, когда дыхания уже стало не хватать. Волков сделал несколько вдохов и выдохов, наслаждаясь шоком на чужом лице. - Пища для размышлений, - хмыкнул он в качестве пояснений своего поступка. - Действительно ли именно ты хочешь чего-то? Или тебе просто кажется, потому, что Серый привязан ко мне? Волков подхватил пакеты и скрылся за дверью из кабинета, стараясь пройти на кухню как можно тише, чтобы не разбудить Серёжу шуршанием. Тот к счастью не проснулся. Ворон же едва успел распахнуть глаза, почувствовав чужие губы на своих. И сейчас, стоило Олегу исчезнуть из поля зрения, как он рухнул на диван, все ещё хватая ртом воздух, а крылья черным покрывалом укутали его, пряча от всего мира. Хотелось забиться на свое привычное место в душе и разуме Тряпки, но там был Олег, поэтому Птица остался. Слова Волкова отдавались в висках, а губы его помнили уверенные прикосновения и чужой вкус... Вот только эта проверка лишь доказала Ворону то, что он окончательно понял за весь сегодняшний день, что он следил за Серёжей и думал об Олеге. Да, его привязанность изначально была рождена из любви Разумовского, но вот только была ли разница - что стало началом, если финал ясен? Волков закончил с продуктами и вернулся в комнату. Посмотрел на спящего Серёжу и тихо вздохнул, прислушиваясь к абсолютной тишине снаружи. Кажется, Разумовский хотел, чтобы они поладили. Кажется, Серый даже намекал именно на это, просто Олег как всегда тупил и не понимал, что тот имеет в виду. И всё равно он чувствовал себя неловко и виновато перед Серёжей и, почему-то, перед Вороном. Олег решительно вернулся в кабинет, и, действительно, оказалось, что Птица никуда не делся, только укрылся своими крыльями. Те выглядели многим лучше и здоровее, и Волков не смог не улыбнуться. Он подошёл ближе, почему-то снова незамеченный и чуть коснулся чужого крыла, привлекая внимание его обладателя. Возможно, если бы для Серёжи, да и для самого Ворона Олег не был естественной частью жизни, Птица не попадал бы в такие ситуации. Но Волков не воспринимался угрозой, поэтому его присутствие Ворон заметил слишком поздно. Крылья резко распахнулись и показалась рыжая растрёпанная макушка. Выглядел Птица откровенно мило. Олег чуть улыбнулся и произнес, гладя рыжеволосую макушку: - Понятия не имею, нужен ли тебе сон, но кровать достаточно большая, чтобы там поместились трое, даже, если у одного из них крылья. Ворон фыркнул, но спорить не стал - даже с желанием Серёжи, быть отдельно слишком долго было неуютно. Крылья были убраны, стоило ему встать. Подарок исчез вместе с ними - таким мелочам Птица научился ещё в детдоме, иногда подкармливая Серёжу стащенными в столовке булочками. Олег проводил исчезновение крыльев сожалеющим взглядом. Он вернулся в комнату к Сереже, не проверяя, но надеясь, что Птица идет за ним. Ворон зашёл в спальню вслед за Олегом, и уже не обращая на него внимания подошёл к Сереже, устраиваясь рядом. Разумовский, почувствовав знакомое тепло сквозь сон потянулся ближе. - Ух ты, - вырвалось у Волкова, но больше он никак не прокомментировал увиденное... вслух. Чувствуя себя неловко, Олег лег с другой стороны от Сережи. Ворон решил никак не комментировать его возглас, лишь посмотрел на Тряпку и накрыл его крылом, прикрывая глаза и игнорируя взгляд Олега. Разумовский смешно сморщил нос, когда пёрышко задело щеку, но легко улыбнулся и потерся о край крыла, затихнув. Олег хмыкнул - странно все это, но по своему уютно. Он даже почти позавидовал Сереже. Он обнял Разумовского, его рука легла очень близко к руке Ворона и он замер прежде, чем в наглую переплел их пальцы. Птица напрягся, борясь с желанием выдернуть руку у Волкова и исчезнуть. Лишь то, что это может разбудить Серёжу, остановило его. Пообещав себе позже разобраться с Олегом, он постарался поскорее заснуть. Олег горько усмехнулся, напряженное состояние Ворона от него не укрылось. Он убрал свою руку подальше от его - не очень-то и хотелось. И прикрыл глаза, собираясь постараться уснуть. Послышалось какое-то недовольное шебуршание, а потом Волкову стало теплее, словно на него накинули ещё одно одеяло. Олег хмыкнул, улыбнулся и, не открывая глаз, снова нашел чужую ладонь. - Спокойной ночи, чудо пернатое. Уснуть было удивительно просто. Ворон сам не знал, почему тот факт, что Олег убрал руку возмутил больше, чем тот, что тот ее коснулся, да и зачем было накрывать Волкова крылом непонятно, но захотелось! Теперь же и правда стало спокойнее, словно они и правда пришли к миру.