Малыш Регги

      Регги. Малыш Регги. Дурацкое прозвище, которое прицепил Поттер, и над которым любил посмеяться Сириус. Дуэт идиотов, никак иначе. Регулус невероятно злился от этого. Злился, когда видел усмешку на уверенной физиономии Джеймса, а тот заговорчески смотрел на Сириуса, который не забывал напутствующее свистнуть, когда Джеймс окликал Регулуса: ― Малыш Регги! Только достойное воспитание Регулуса и мысль о его злой матушке останавливали парня применить в дело сжатые кулаки. Он лишь фыркал, надменно смотрел на Джеймса и с ядом в каждом слоге проговаривал: ― Пошел ты, Поттер. Сириус затягивал протяжное «У-у-у», ведь ему доставляло удовольствие видеть защищающегося брата, Римус вздыхал и качал головой, а Джеймс не забывал добавлять: ― Малыш Регги решил показать себя! Или: ― Малыш Регги решил повзрослеть! Иногда даже: ― О, Малыш Регги обиделся! И Регулус ненавидел это. Ненавидел противное прозвище, поэтому не прекращал в ответ поддевать обидными словами Джеймса, которого он тоже ненавидел. Регулус нервно реагировал на «кличку». Закипал и начинал злобно дышать, сохраняя последние капли самообладания на лице. Только слышал знакомый голос, сразу начинал искать глазами Поттера. Чтобы быть на чеку, ― так уверял себя Блэк. Со временем Регулус на обыденное «малыш Регги» лишь кривил губы. Затем и вовсе относился к этому нейтрально, пытаясь игнорировать дурацкого Джеймса с его дурацким: ― Эй, малыш Регги, ты куда? Регулус даже и не заметил, как потом стал ждать, когда Джеймс снова окликнет его этим. Сначала Блэк думал, это из-за того, что ему не терпелось кинуть Поттеру что-нибудь противное в ответ. Он осознал свои чувства не сразу, но почувствовал себя странно смущенным, когда на джеймсовское «малыш Регги», чуть не улыбнулся. Вид довольного Поттера, ждущего ответной реакции, смог отрезвить его, и намек на улыбку тут же превратился в скривившиеся в презрении губы. Регулус в душе бежал от своих мыслей и эмоций. Он старался спрятаться от них или спрятать их, заперев на замок. Но это не работало, и сердце парня продолжало стучать сильнее, когда он слышал «малыш Регги». Пока на лице не вздрагивал ни один мускул, внутри творилось что-то за гранью понимания. И в этом был виноват чертов Джеймс, со своей обаятельной улыбкой. ― Малыш Регги. ― Регулус слышал это в разных ситуациях: когда Джеймс смеялся над ним, дразнил, злил, навязывался. Но Блэк никогда не думал, что услышит это снова, когда лицо Джеймса будет в нескольких сантиметрах от его, а горячее дыхание станет опалять кожу. И Регулус теперь слышал приевшееся прозвище от Джеймса ещё чаще. Малыш Регги, Регги, Рег ― но не Регулус. Иногда хотелось схватить Поттера за воротник, притянуть к себе и яростно произнести: «Регулус». ― Четко. По слогам. Чтобы запомнил. Но он этого не делал. Продолжая слышать из уст Джеймса свое прозвище самыми разными интонациями: веселыми, дразнящими, томными и будничными. ― Малыш Регги, ― раздавалось то издалека, то прямо над ухом Регулуса, то прямо в его губы. Это никуда не девалось, даже когда между ними были отношения. Регулус думал, что Джеймс зовет его «малыш Регги», чтобы позлить. Поттер думал, что это мило.