Приключение

Боги создали летние ночи для любви, особенно эту. Так думали двое мужчин, сидящих на дне широкой рыбацкой посудины, влекомой ленивым течением реки. Они сидели бок о бок и смотрели в даль - туда, куда уводила широкая лунная дорожка. Ночь жила своей жизнью — плеск воды, треск цикад в зарослях камыша, уханье филина, и их тихие голоса тоже казались ее частью. — Лао Вэнь… — один из мужчин протянул флягу из тыквы-горлянки другому. Тот принял ее, задержав на мгновение свои пальцы на его кисти, потряс и с сожалением уронил последние капли крепкого вина себе в рот. — Ммм? — тот, кого назвали Лао Вэнем, повернул голову, и лунный свет заиграл в его серебряных волосах. — А помнишь ту ночь на крыше, куда ты позвал меня любоваться луной? Она была почти такой же, как сейчас — огромной и золотой. И вино так же быстро закончилось. Легкая улыбка тронула по-прежнему мягкие полные губы мужчины. Он отбросил пустую флягу и удобно расположил голову на плече Чжоу Цзышу. — Конечно! Как я могу забыть тот первый поцелуй, который я украл у тебя. А ты за это хотел сбросить меня с крыши! Но не тут-то было, здорово тебе пришлось тогда за мной побегать! — озорные искры заплясали в темных глазах. — Ой! — Вэнь Кэсин дернулся от неожиданности, заработав легкий тычок в бок. Мужчины на минуту замолчали, любуясь бриллиантами звезд на бархате ночи. — А-Сю… Не жалеешь? Они уже давно и не раз всё обсудили, но Вэнь Кэсин хотел услышать это снова. — О чем мне жалеть? Мы воспитали столько поколений великих мастеров, что за будущее мира боевых искусств можно не опасаться. Внуки наших детей обзавелись собственными внуками и живут счастливой жизнью. Спустившись с горы, мы прошли Цзянху от края до края, отведали лучшие вина и лакомства… Мы приняли это решение вместе, как и хотели. Мир изменился — таким древним чудовищам, как мы с тобой, в нем нет места. — Но мы будем жить в легендах! — Вэнь Кэсин пафосным жестом воздел указательный перст в ночные небеса. — Ох, Лао Вэнь, ну и самоуверенный же ты тип… — Чжоу Цзышу ласково посмотрел на любимого. — Я? Ничего подобного! — притворно возмутился тот, за показной бравадой пытаясь скрыть переполнявшие его чувства. — Разве ты забыл, что я Благодетель Вэнь? Мне, как и всем Благодетелям, присуща скромность и смирение. Или память стала тебя подводить? Чжоу Цзышу хмыкнул и улыбнулся. — Все, чего я желал — это прожить жизнь рядом с тобой и взойти рука об руку на мост Найхэ. — тихо проговорил он. — Ты подарил мне мою мечту. Ты подарил мне саму жизнь. О чем мне сожалеть? Ты все еще рядом, и я по-прежнему люблю тебя. Они не привыкли говорить о чувствах. Глаза и поступки всегда были красноречивее слов. Но сегодня была необычная ночь — это была ночь любви. Не страстной, плотской любви, в которой они растворялись без остатка, а той, что сильнее судьбы, сильнее смерти. Они улеглись на дно лодки и обнялись, соприкасаясь лбами. Их одинаково белоснежные пряди перемешались и было не разобрать где чьи. — Как думаешь, мы встретимся в следующей жизни? Вэнь Кэсин прижал прохладные пальцы Чжоу Цзышу к своим губам: — Разве может быть иначе? Никуда ты от меня не денешься! Как и я от тебя. Не важно, когда или как, но я обязательно приду! — Вэнь Кэсин намеренно повторил слова, однажды сказанные Чжоу Цзышу. — Наши души не просто родственные, у нас одна душа на двоих. Ты мне веришь? — Верю. — Это будет захватывающее приключение! В час, когда ночь уступает свои права нарождающейся утренней заре, мириады крохотных сверкающих мотыльков взвились в воздух над лодкой и растворились в предрассветном тумане. Фонарь, подвешенный на корме, мигнул и погас.