Бинхэ, время не щадит никого

Шли годы, а Шень Цинцю не молодел. Хоть мужчина и выглядел на все 30, внутри он уже давно состарился. С каждым годом учитель чувствовал недомогание всё ярче. Сначала у него появилась отдышка. Даже несколько взмахов мечом ему давались нелегко. Со зрением дела обстояли не лучше. Он путал иероглифы, не мог разглядеть поданную ему еду. Радостью было лишь то, что Цинцю имел верного, любящего ученика, готового помочь с любыми трудностями. Ло Бинхэ целыми днями бегал по разным вопросам, успевая ухаживать за учителем. Первое время он мог себе позволить совокупление, однако позже Цинцю понял, что больше не готов принимать в себя ученика. … Бамбуковую хижину озаряло яркое дневное солнце. Вот только внутри всё не было столь позитивно. Уже немощный учитель лежал на руках своего ученика. Он пытался успокоить мужчину чем только мог. Вот только все попытки были напрасны… Бинхэ отлично понимал, что сегодня конец. Демон опустил голову, пытаясь скрыть слёзы от учителя, что у него совсем не выходило. Руки предательски тряслись, а голос осип. —Учитель… Вы ведь обещали, что не бросите меня…— Бинхэ заходился в приступе всхлипов и донельзя печальных завываний — Учитель, я без вас не смогу… Как учитель не понимает, что я люблю его!?—Демон прижался к груди Цинцю и заревел, что есть мочи. Он был не готов, совершенно не был готов. —Бинхэ…—Голос учителя трясся—Послушай, Бинхэ… я всегда тебя любил, но время не щадит никого. —Мужчина видел боль ученика, чувствовал, что не сделал ещё столько вещей и тоже плакал. Ему было больно, невыносимо больно—Мне придётся тебя покинуть… Подумав хорошенько Шень Цинцю собрал все свои силы и рывком привстал, чтобы коснуться потрескавшихся губ ученика. Последний же с тихим всхлипом ответил на поцелуй, чуть придерживая тело мужчины. В один момент Бинхэ понял, что целует лишь он, а с другой стороны не было никаких действий. И правда, глаза учителя были закрыты. На этот раз навсегда. Хижину сотрясал громкий и пронзительный крик. —Учитель! Учитель, не шутите, учитель!..—С каждой секундой крики ученика всё меньше напоминали какие либо слова и мольбы. Бинхэ больше не мог кричать. Из его глаз всё скатывались крупные слёзы, а тело учителя камнем упало на колени мужчины. Ученик сидел так долго. Очень долго. Яркий солнечный свет сменился слабым, лунным. Певчие птицы уже давно затихли, слышалось лишь трепетание ветра в бамбуковой роще. Учителя больше нет, но Бинхэ уверен, что они встретятся вновь.