Я не Чумной Доктор

Ночь оказалась не из легких для сотрудников больницы. Но не для Сергея. После ночной прогулки он спал как младенец. Голоса снова пропали, что нисколько не беспокоило. Тем более, что он успел понять — Голос был один. Птица. Вот кого он слышал и ночью и днем. Было нелегко проснутся и обнаружить полную тишину в голове. Такое ощущение, что ты остался один на один с собой. Даже мысли все куда-то разбрелись. Воспоминания о прошлой ночи давались с трудом. Перед глазами стоял образ огня и ничего более... За обедом парень не стремился к общению. Да и остальные держались подальше от него. Он стал невольным слушателем и узнал, что все только и говорят о вчерашней трагедии. Пожаре в палате некой Зои. А ведь это та самая Зоя, которую он оскорбил. Есть над чем подумать... Долго думать не пришлось, так как в столовую вошел доктор и позвал к себе в кабинет. Судя по его крайне усталому виду, стоило подчиниться немедленно. Он отложил еду в сторону и пошел за доком. Путь лежал не близкий, но они смогли одолеть его очень быстро. — Вы уже слышали о вчерашней ночи? — сходу начал доктор Симмонс. — Да, док. Это потрясающая трагедия. — Это ужасная потеря. Девушка сгорела во сне. В своей собственной комнате, которая была заперта. — Но все равно потрясающе, согласись. Доктор снял очки и посмотрел на Разумовского очень серьезно. Он говорил о девушке, как о чем-то великолепном. Но она умерла. Как можно считать смерть, еще и такую ужасную потрясающей? Странно, но парень напротив не отводил взгляда. Он смотрел очень долго, почти не мигая. Симмонс почувствовал опасность, поэтому отвел взгляд и надел очки. Стоит немного снизить градус опасности. — Что ж, давай поговорим о вас. Как оцениваете ваше душевное состояние? — На пять из пяти, док. Никогда так хорошо себя не чувствовал. — А как ваши голоса? — Их нет. Я проснулся обновленным, здоровым человеком. Так что, похоже... Думаю, ты и сам знаешь, что должен сделать. — Правда? Тогда вы не будете против, если я проведу пару тестов. — Валяй. Только не забудь потом выписать меня из этой дыры. Мне здесь порядком поднадоело. Доктор осмотрел его критическим взглядом. Затем достал из одного из ящиков папку с тестами. — Простите, а кто вам сказал, что я вас отпущу? Ничего не говорите. Мне важно, чтоб вы полностью сконцентрировали внимание на дальнейших вопросах. Отвечайте как можно детальнее. Хорошо? — получив утвердительный кивок, док начал. **** — Какие эмоции у вас вызывает открытый огонь? — Страсть. Сумасшедший восторг и ничего более. Огонь — мой друг, который всегда рядом. — Ладно. Следующий вопрос. Какова на вкус боль? Сергей не ответил на этот раз. Он снова услышал голос. Птица отвлекала от разговора. Подсказывала, что этому старику не стоит доверять. Но, кое-что сделать всё таки можно было. Его охватило видение. Такое четкое, как будто наяву. "Он стоит посреди улицы. А рядом с ним бездыханное тело парня. В руках лопата, острие которой покрыто уже засохшей кровью. Вокруг ни души. Что-то произошло с миром, и вот он оказался в кабинете дока. Тот, похоже, долгое время пытался добиться от него хотя бы минимального внимания. И даже позвал на помощь сестер. Но парень, оказавшись в сознании, почему-то впал в панику. Он снова кричал. Кричал до боли в горле, до слез на глазах, до дрожи по всему телу... Его стремительно забрали в отделение экстренной помощи. Там врачи вкололи лошадинную дозу транквилизатора, чтоб успокоить пациента. Спустя несколько минут, Сергей уснул. Но Птица не покинула его. Голос не умолк.