Непростые каникулы)

Когда, наконец, наступил последний месяц, то Антон был спокойнее, чем во все другие месяца, хоть он и часто говорил, что боится и что не хочет ходить всю оставшуюся жизнь с большим шрамом на животе, на его прекрасном теле, истерически рыдая при этом. Но Арсений всячески пытался успокоить супруга: говорил что все будет хорошо, что больно не будет, что шрам не будет большим и что его тело ничего не испортит, что будет любить его таким, какой он есть.       Это очень успокаивало Антона, хоть ненадолго, но успокаивало.       Антон лежал между ног своего альфы, который поглаживал его живот, пока они смотрели телевизор. Арсений часто целовал парня в макушку и вдыхал любимый аромат, а второй просто лежал под пледом, счастливо улыбаясь. У него было хорошее настроение, из-за чего он не плакал, не устраивал истерик или чего-то вроде.       Они оба ценили такие дни и часто проводили время вот так: лёжа перед телевизором, смотря юмористические передачи или сериалы. Вот и в этот раз при просмотре очередной передачи Арсений, который мягко гладит живот своего беременного омеги, почувствовал, как малыш начал чересчур сильно толкаться, а Антон тем временем вскрикнул и болезненно прошипел. — Тоша? — обеспокоено позвал парня мужчина и аккуратно встал, кладя его голову на подушку. — Арс, походу началось. Арсений помог парню встать и направился в сторону коридора. Он быстро накинул на Антона его кроссовки и ветровку. Собравшись сам и, не забыв взять ключи от машины, вышел из квартиры, придерживая парня.       До больницы они доехали быстро, так как жили в центре города и не надо было ехать на другой конец Москвы.       Все четыре часа, пока Арсений ждал, когда к нему подойдут врачи, он пытался не думать о том, что может случиться что-то плохое, но эти мысли сами лезли в голову, а на сердце кошки скребли. — Арсений Сергеевич, поздравляю, у вас теперь есть дочь, — к нему, наконец, подошла молодая медсестра. Арсений поверить не мог. Он отец. У него есть любимый муж и маленькое счастье. Сейчас он чувствует себя счастливым, как никогда раньше.       И сейчас, заходя в палату, он не мог перестать улыбаться. Напротив кровати, где лежит Антон, находится кювез. Арсений на ватных ногах подходит к малышке и, аккуратно взяв её на руки, начал рассматривать девочку. — Вот из-за кого ты все эти месяцы мучился, — послышался тихий смешок сзади. Арс с малышкой на руках развернулся и направился к Антону, который пытался привстать на локтях. — Лежи, швы разойдутся, — мужчина присел на край койки и не отводил возлюбленного взгляда от парня. — Я вас так люблю. — Я тебя тоже, очень-очень, — Антон поднял руку, касаясь щеки Попова, немного привстал на локтях и потянулся за поцелуем. —Поцелуй. Арсений, счастливо улыбаясь, наклонился к парню и коснулся его губ. В поцелуе не было ни капли страсти, он был наполнен любовью и нежностью, лаской и заботой. — Как малышку назовём? — спросил мужчина, когда отстранился от парня. — Кьяра? — Кьяра, — кивает Арсений и с нежностью смотрит на своих малышей. У него теперь целых два ребёнка. Два смысла жизни.