Что прячется этажом выше?

На лестничной клетке было всё так же темно, как и в подъезде этого дома. Казалось, в этом здании мало где можно встретить хоть какое-то нормальное освещение. Как тут вообще кто-то живет? Если, здесь еще есть жители, кроме Юры и его родителей. За все разы, как Женя был у него в гостях, он не встречал больше никого в этой огромной многоэтажке, где, по идеи, должно жить очень много людей. — Слушай, а по лифту подняться — не судьба? В такой темноте на этих ступеньках можно убиться на раз-два, — голос Жени раздавался небольшим эхом. — Тебе тяжело три этажа пройти? Мы почти на месте.       «И зачем я только согласился?» Стараясь не споткнуться, Женя опирался руками то на перила, то на облезлые стены, с которых сыпалась краска и совсем не понимал, для чего всё это надо. — О, слушай, у меня идея, — Юра достал из кармана зажигалку, которая оказалось достаточно яркой, чтоб хорошо осветить ступеньки. — Ты же не куришь? — Не курю, просто как-то недавно ходил в магазин поздно вечером, а там какому-то алкашу не хватало денег на пиво, он подошел ко мне и такой: «Чувак, одолжи денег по-братски». Ну я ему и одолжил, а он достает из кармана штук пять зажигалок и говорит: «Держи, это тебе, братан». Вот теперь не знаю, что с ними делать. Подарить одну? — Да не сто... — но уже было поздно, Юра кинул Жене в руки одну из своих зажигалок. — Ладно, спасибо. — сказал Женя и сунул её в карман. Приблизившись к нужному этажу, парень вдруг заметил яркий теплый свет, будто бы он исходил от множества светильников. Пожалуй, это самое яркое место, которое он видел в этом доме. Этаж представлял из себя протяженный коридор с множеством дверей, между которыми стояли слепящие глаза торшеры, потолок был полностью покрыт нарисованными глазами кислотного цвета, а в конце помещения на стене находилась надпись черной краской, которая гласила «МЫ НЕ ЗЛИМСЯ. МЫ ПОТЕРПИМ.» Женя на несколько секунд потерял дар речи. Он не знал, что и говорить, всё это было безумно странно и жутко. — Боже, что за психи здесь живут? — У меня такой вопрос. За всё время, что я тут живу, я вообще впервые вижу подобное, — по Юре было видно, что ему также не по себе, как и Жене. — Может, пойдем обратно? Не думаю, что обитателям этого места понравится, что два подростка бродят по их этажу и всё рассматривают. — Тоже так думаю. Просто, я не мог не поделиться этим с тобой. Мне кажется тут что-то неладное. — В любом случае, спуститься к себе — это лучшее, что мы можем сделать.       Парни начали спускаться вниз. Желание Жени спать вмиг улетучилось. Сначала этот кошмар, теперь этот безумно странный этаж. Как же уже хотелось поскорее пойти домой и забыть обо всём. Подойдя к входной двери, Женя, не долго думая, дернул ручку и открыл дверь, уже собираясь войти, как вдруг прямо перед ним появился темный силуэт. Ребята громко закричали и резко отскочили назад. Включился свет. — Эй, вы совсем уже с катушек съехали?! — воскликнула Ева, которая и была этим темным силуэтом. — Чего вы бродите на ночь глядя? Я уже собиралась идти вас искать. Что вы задумали?       Чувствовалось одновременно и облегчение, и недоумение того, как объяснить Еве, зачем они пошли на лестничную клетку посреди ночи. Стоит ли рассказывать о том, что они нашли? — А-аа, м-мы... Мы... — Хотели прогуляться, — закончил Юра фразу за Женей. «М-да, весьма правдоподобно.» — Прогуляться, значит? — было видно, что Ева не очень поверила его словам. — А ну рассказывайте, я от вас не отстану. — Ох, ну. Это надо показывать. Только давай ты остальным об этом не будешь говорить? Не хочу, чтобы это тревожило их, — нехотя произнес Юра. — Что ж, договорились.       «Вот блин, опять подниматься обратно. Может пусть сами идут, а я тут останусь?», — Жене явно не нравилась идея пойти туда снова. — Ну, чего ты тут стоишь? Пошли с нами. — сказал Юра, пройдя с Евой уже несколько ступенек вверх. — Я.. Да, да.. Хорошо, — выдавил из себя Женя и последовал за друзьями. Поднявшись, можно было наблюдать всё ту же картину: торшеры, множество дверей, глаза на потолке и загадочную надпись. — Ну как, довольна? — ухмыльнулся Юра. — Офигеть. Никогда не думала, что можно так креативно оформить этаж. Думаю здесь живут очень неординарные художники. Не знаю, чего вы так испугались. — То есть надпись тебя не смущает? — Женя старался делать свой голос максимально тихим, чтобы никто не услышал.  — Ну а кто из нас не терпит? Жизнь жестока ко всем, их вполне можно понять. — Ладно, посмотрели и хватит, нам давно пора быть в кроватях, — Жене не терпелось уже поскорее спуститься назад. — Ты прав, уходим.       Не успели они ступить на лестницу вниз, как вдруг послышались звуки открытия замка одной из двери. «Чёрт, нас услышали. Надо бежать», — Женя запаниковал и начал очень быстро спускаться по ступенькам, за ним последовал и Юра, в то время как Ева даже не шелохнулась, ожидая, кого же она увидит. Дверь открылась и на порог вышла очень худая женщина небольшого роста, одетая в легкую блузку и крохотные туфельки. — Стойте, куда же вы? — произнесла она тихим хриплым голосом. Женя и Юра остановились, осторожно поглядывая на женщину со ступенек. — Здравствуйте! — приветливо воскликнула Ева, — Вы тут живете, да? — Рада Вас видеть, — почти безэмоционально сказала незнакомка. — Меня зовут Вика. Я тут работаю, — она протянула руку Еве. — Ого, работаете. У вас красивые рисунки, — девушка, видимо, была рада новому знакомству. — А меня зовут Ева, а это мои друзья Женя и Юра. Без понятия, чего они так испугались. Они не очень социально приспособлены.       Мальчики переглянулись с озадаченным видом лица. «Социально не приспособлены? Что блин?» — Хотите познакомлю вас со своими детками? — Вика улыбнулась Её фальшивая натянутая улыбка дала повод насторожиться. Что-то тут не так. — О, у вас есть дети? Конечно хотим, — с удовольствием произнесла Ева. Кажется, она была единственной, кто полностью доверял этой женщине. Хотя, по ней и не скажешь, обычно она редко когда выходила на контакт с взрослыми людьми и казалась полной пофигисткой, недоверяющей никому. Ничего не оставалось, как последовать за ней. Не бросить же Еву наедине с Викой. Войдя внутрь, все ужаснулись: повсюду раскиданы упаковки с таблетками, разрезанные напополам плюшевые игрушки, изрисованные каракулями стены, капающая с потолка вода и едкий запах, напоминающий то ли стиральный порошок, то ли сгоревшую на плите еду. В самом углу комнаты сидела маленькая девочка в розовой пижаме, уткнувшись головой в колени и всхлипывала. — С тобой снова не хотят играть, заинька? — нежным голосом обратилась к ней Вика. Девочка не реагировала, а продолжала еще громче всхлипывать и дрожать. Ребята стояли в полном шоке и не могли найти объяснение происходящего. В комнату забежали несколько мальчиков, на вид от 4 до 7 лет. Они маниакально смеялись и активно толкали друг друга. Их рот был вымазан в каком-то оранжевом пюре, а взгляд был абсолютно пустой и безумный. — Я — психолог. Это мои дети. Душевнобольные дети. Я оказываю им помощь. Всё это моя клиника, — загробным голосом проговорила Вика. Наступило долгое молчание. Женю охватил страх и непонимание. Клиника? Душевнобольные? Кажется, это очередной кошмар. — Детям тут очень нравится. Смотрите какая у нас кухня! — хозяйка «лечебницы» пригласила в следующую комнату. В центре стояло несколько детских столиков, а чуть дальше — небольшая плита. Здесь царила полная антисанитария. Можно было невооруженным глазом заметить, как гигантские тараканы, размером с палец, бегали между столиков и прятались по различным щелям и трещинам. На плите кипел огромный казан, из которого уже вытекало его содержимое. Всё было полностью в жире, грязи и другой непонятной субстанции. Запах стоял не намного лучше: смесь тухлого яйца со сгнившей курицей. — И ваши дети. Едят это? — медленно и осторожно поинтересовался Юра. — Им безумно нравится как я готовлю. Увы, мне всё приходится делать тут самой, но я справляюсь, потому что я очень сильно люблю своих детей.       Следующая комната была похожа на игровую. Внутри не было и свободного места, кругом были разбросаны игрушки, а стены всё также были исписаны. Дети без остановки орали, врезаясь в друг друга и раскидывали всё подряд. Некоторые из них рыдали, некоторые истерично смеялись. Женя заметил небольшую тумбочку, на которой была стопка детских рисунков. Женя решил поднять первый попавшийся. На нем было изображено, как грозный зубастый динозавр жуёт во рту окровавленное тело маленькой девочки, а внизу подпись: «Прости меня.»       «Брр.», — Женя почувствовал, как его тело покрылось мурашками. — «Надо скорее уходить отсюда.» Последняя комната представляла из себя спальню. Она вся была заставлена детскими кроватками, а над ними был едва различимый настенный рисунок: инопланетянин душит одной рукой младенца, а второй держит обезглавленное тело его матери и сверху заголовок: «Скоро всё закончится.» Вторая дверь этой комнаты вела обратно на лестничную клетку. Кошмарнее помещений Женя еще не видал. — А вы наши соседи, да? — Вика широко улыбнулась. — Заходите чаще, давно у нас с детками не было гостей.       Ребята натянули улыбку в ответ и переглянулись. Из-за спины психолога выглядывал мальчик, который очень внимательно всматривался в лицо Жени. Заметив это, парень старался не смотреть в ответ, а по его телу снова пробежали мурашки. — Думаю, нам уже пора. Так ведь? — Женя посмотрел на друзей, показывая всем своим взглядом, что он больше не желает находиться рядом с этой женщиной. — Будем вас ждать снова. Вы очень понравились моим малышам.       Вика скрылась за дверь и медленно со скрипом она закрылась, и после звуков запирания замка наступила гробовая тишина. — Мальчики. Давайте спускаться? — испуганным голосом сказала Ева.