Подарить прощальный поцелуй уходящему маю.

*** Мне не хотелось говорить тех слов, мне не хотелось увидеть тебя тогда. Я знал, ты рядом, ты всё ещё рядом, но мне настолько невыносимо видеть тебя. Мне плохо, я задыхаюсь в любви твоей, но любовь ли это… Недовольное выражение лица никогда не сходило с него, как только мы встретились он уже был недоволен. — Так, это ты, — он закурил, сигареты были длинными и запах табака почти не чувствовался, а моё желание убежать только усилилось, — Не думай, что раз мы связаны, я в три узла скручусь, чтобы полюбить тебя, у меня уже есть любовь всей моей жизни. В животе что-то скрутилось в тугой узел от его взгляда. Мне всё также хотелось убежать, но я не находил сил развернуться и уйти. — Значит, ты мой соул, — всё такой же нахальный тон голоса начинал нервировать, — М, ну и дерьмо. — У меня тоже от тебя нет хороших впечатлений, ты ведёшь себя как невоспитанный засранец, можешь уходить, тебя тут никто не держит. — Ого, так ты разговариваешь! — это ирония задела меня, но я сдержался. — Как ты вообще меня нашёл, мне жилось отлично до того, как встретил тебя. — Ха, тоже мне, отличная жизнь, слушай, это была не моя идея. — А чья ещё то, кроме тебя самого меня никто не нашел бы. — Кх, дай договорить, — тяжелый кашель прервал его, — Меня заставил отец. Сказал, что моё истинное предназначение только с соулом и найдётся. Грёбанный старик, все его мысли прошлого века уже не помогут в нашем мире. — Мне нет дела до твоих разборок с отцом, свали, покуда голова дорога. — Хо-хо, как мы разговариваем, а с виду и не скажешь, — пепел начал осыпать с сигареты. *** — Хэй, ты что, правда влюбился в него? Хах, а кто же говорил, что я его любовь всей жизни, а? — на губах девушки расцвела ухмылка, — Кто-то правда не держит своих обещаний. — Ты! — парень хотел было закуситься с бывшей возлюбленной, но в последний момент передумал, не подливать же масла в огонь, — Прекрати издеваться! Я не могу это контролировать, но правда, ты очень дорога мне. — Как и ты мне. — она наклонилась ближе к столу, слегка наклонила голову вбок и улыбнулась, — О, я, кажется, нашла своего соула тоже, но он такой странный, что, — девушка немного замялась, — я не уверена, что смогу полюбить его. — Пф, я тоже так думал, тот паренёк… — парень достал портсигар и вынул из него одну сигарету, — он необычный, то есть, — рукой, похлопывая, он проверял карманы на наличие зажигалки, — я правда не знаю, как ему это удалось, но… Чёрт, зажигалку в машине оставил. — На, держи, — маленькая рука с увесистой зажигалкой возникла практически перед лицом парня, — я всё ещё твоя девушка и прекрасно помню, что ты любишь забывать зажигалку. — Спасибо. — наконец закурив, он немного успокоился, — Этот парень, он просто приковал моё внимание в первый же день знакомства. Это так странно, я не хотел его найти, но меня вынудил отец и, — грустно усмехнувшись, парень затянулся, — теперь папаша недоволен, тем, что моя судьба — парень. — О! Какая ирония судьбы, — девушка отпила свой кофе, — твой отец действительно странный. — Знаешь, я, наверное, даже просто не хочу, чтобы кто-то помимо тебя видел меня таким, каким видела ты. — Мягким? Милым и добрым, а не нахальным эгоистом? — Да, именно, — слегка истеричный смешок сорвался с губ парня, — я боюсь, что он меня отвергнет. — Не переживай, , он как-никак твоя судьба. Хочешь — не хочешь, а сблизитесь. Так ведь всегда бывает. — Да, пожалуй… *** Мокрые волосы липли ко лбу, немного закрывая обзор 25-летнего парня. Он стоял под дождем и даже не думал уходить. — Мэтью! Какого чёрта ты стоишь под ливнем в два часа ночи?! — к Мэтью подбежал парень лет 23, — Ты совсем идиот, что-ли?! — Кажется, ты говорил, что тебе никакого дела до меня нет, но почему тогда, — серые глаза, то ли полные слёз, то ли дождевых капель, переместились с серого неба на карие глаза, — инициатором всех наших встреч бываешь ты? — Тц, — кареглазый смотрел куда угодно, но не на собеседника, — мог бы и сам догадаться. — Нет, не могу, я слишком устал думать и понимать тебя. — Что? — Ты то грубишь мне, а в следующий момент кажешься таким милым и пристыженным за грубость, — шумно сглотнув накопившуюся слюну, сероглазый всё всматривался в глаза напротив ищя в них ответы, — иногда ты находишься слишком близко ко мне, а уже через минуту бежишь как от прокаженного. Скажи мне, что ты чувствуешь? Я тебе нравлюсь? Ты меня ненавидишь? Или может ты даже сам не знаешь? Если не знаешь, то как я, — его голос звучал как натянутая струна, — как я должен тебя понять? Последние слова были еле слышны, шум дождя и тихий шёпот. Кареглазый стоял пару секунд молча, поджав губы и обдумывая, что ему стоит сказать. — Я сам не знаю, что чувствую к тебе. — Сэм, я понимаю, тебе, наверное, хочется вернуться к той жизни, что была до нашей встречи, но вот я не хочу ничего поворачивать вспять, я люблю тебя и мне больно от этих чувств. Но, знаешь, от чего мне ещё больнее? — по щекам скатывались крупные капли ни то слёз, ни то дождя, — Что я могу умереть в любой момент. Эти слова прозвучали так тихо, но в голове кареглазого они отдавали громким эхо. Умереть? Что, чёрт возьми, значит умереть? — Ч-что? — У меня постоянные обмороки, я часто путаюсь в движениях, и ты сам это замечал. Моё зрение часто размыто. Я был у врача, неделю назад. Мне провели обследование и… — судорожный вздох и снова шумно сглотнув слюну, он продолжал, — мне сказали, что у меня 3-я стадия опухоли мозга… Повисла тишина, если бы не шум дождя, то, наверное, Мэтью сошёл с ума от тяжёлой, давящей тишины. — Что сказали на счёт лечения? — еле выдавив из себя слова, поинтересовался Сэм. — Химиотерапия поможет только приостановить рак, но есть шанс, что операция поможет. Сэм протянул руку к Мэтью, второй же от этого действия сделал непроизвольный шаг назад. — Мэтти… — карие глаза впервые посмотрели на серые, — ты позволишь? — в ответ был лишь лёгкий кивок. Сэм подошёл ближе, слёгка наклонившись, он притянул Мэтью к себе и обнял. Обнял так, как когда-то обнимал свою, уже бывшую, девушку. С той мягкостью и заботой, которую только мог дать. Он не любил поцелуи и что-то такое, объятия были заменой этому. Поцелуи ему не по душе, но были по душе Мэтью. Немного побыв в объятиях парня, который на почти на 15 сантиметров выше него, он привстал на носочки и потянулся к губам Сэма. Кареглазый сразу же ответил на поцелуй, но в то же время не особо охотно. — Прости, я не люблю поцелуи, но, — Сэм шумно выдохнул и тёплый воздух ударился о лицо Мэтью, — ради тебя, я готов полюбить. И ещё, Мэтти, ты справишься с опухолью. — посмотрев в удивлённые серые глаза, он продолжил, — Нет, не так. Мы справимся. — Да, конечно, — счастливо улыбнувшись, Мэтью снова встал на носочки и подарил лёгкий поцелуй Сэму. Май уходил, оставляя после себя только проросшие листочки на ивах.