Спокойствие

      Санни смело несётся по волнам непредсказуемого моря в Новом мире навстречу приключениям. Заварушка с Кайдо только закончилась, и Мугивары, устроив огромный пир на всю Вано и попрощавшись с жителями этой страны и новыми друзьями, раненные, но счастливые продолжили своё путешествие. К команде наконец-то присоединился Джимбей, так что поводов для веселья было достаточно, однако один из безбашенных пиратов Соломенной шляпы не разделял общего настроя.       Пока Мугивары были заняты подготовкой к восстанию и битвой с Кайдо и внезапно объявившейся Большой Мамочкой, у Санджи не было времени думать о посторонних вещах. Но после того, как всё закончилось, воспоминания о его пребывании на Пирожном острове и о Джерме сами навязывались уставшему сознанию. Моменты из детства и лица Винсмоков всплывали в голове произвольно, а на запястья фантомной тяжестью давят оковы золотых браслетов.       Пальцы вздрогнули, роняя нож на разделочную доску. Санджи смотрит на свои руки и мысленно вновь благодарит Луффи и ребят, потому что без них он не смог бы выбраться.       Воспоминания об острове нахлынули снова, и блондина пробила крупная дрожь. Он оставляет ещё не порезанный кабачок, выключает плиту и убирает мясо в холодильник. До ужина ещё предостаточно времени, а ему нужно успокоиться.       Поэтому Санджи выходит из камбуза жуя кончик незажжённой сигареты и останавливается у перил, облокачиваясь на них руками, глазами обводя палубу и корму Санни. За штурвалом стоит Джимбей, в паре метров от которого за столиком сидели Нами и Робин, держа в руках приготовленные коком напитки. У мачты примостился Брук, играя на скрипке очень спокойную мелодию. Недалеко от него на лужайке какие-то свои детали и запчасти раскинули Усопп и Френки, а любопытные Луффи и Чоппер бегали вокруг них, ожидая презентацию какой-то новой невероятной штуки. И только одной вечнозелёной макушки нигде не было видно. Санджи ещё раз окинул взглядом накама, прикусил зубами сигарету, после выкинув её в пепельницу, и отправился в мандариновую рощицу Нами, в тени которой, он уверен, прячется от солнца несносный кусок газона.       И правда, стоило только немного отодвинуть ветви деревьев, как взору открывался разлёгшийся на прохладных досках мечник. Он спал, закинув руки за голову, а ногу на ногу. Санджи прошёлся взглядом по смуглой коже, обтягивающей литые мышцы груди, по большому, но аккуратно зашитому шраму, пересекающему её и пресс. Немного помявшись, блондин всё же лёг рядом, кладя голову на согнутую руку Ророноа, поворачиваясь набок, лицом к мечнику. Взгляд мгновенно упал на острые скулы, разглаженные во сне брови, на немного обветренные губы и тонкий шрам на левом глазу. Рука Санджи сама потянулась к розоватой полоске повреждённой кожи. Дрожащие кончики пальцев, едва касаясь, прошлись по всей длине шрама, будто пытаясь отпечатать его в сознании.       Блондин подпрыгнул на месте, когда неожиданно почувствовал мозолистые пальцы на своём запястье. Блестящий глаз цвета чистой стали смотрел прямо в его голубой, будто ища в нём ответ, но ни капли не осуждая за неловкое касание. — Перерыв? — охрипшим и, — кок никогда не скажет об этом мечнику-, крайне сексуальным голосом спросил Зоро. — Небольшой, — ответил Санджи, понимая, что даже шуточных препирательств ему сейчас точно не хочется.       Посмотрев на усталое лицо кока, старпом положил одну его руку себе на живот, а сам перевернулся к нему лицом, обвивая талию и притягивая вплотную к себе. — Тогда отдыхай, — шёпотом произнёс Зоро, немного наклоняя свою голову вниз так, чтобы их лбы соприкоснулись, и вновь закрывая глаз.       Санджи оставалось лишь расслабиться, без остатка отдаваясь теплу этих грубых рук, растворяясь в безмолвной заботе.       Старпом Мугивар — один из самых спокойных и невозмутимых членов команды. Вокруг него постоянно витает эта приятная аура безмятежности, которая позволяет почувствовать себя защищённым, отринуть все мысли и просто отдохнуть. Это именно то умиротворение, что так нужно Санджи в последнее время. И Зоро прекрасно об этом знает.       Они оба не любители выставлять свои отношения напоказ, поэтому мечник крайне удивился, когда, только отплыв из Вано, Ророноа, лёжа на мягкой траве палубы, почувствовал, как Санджи садится рядом и кладёт голову на его плечо, кажется, вообще не стесняясь команды, которая в тот момент вселилась в паре метров от них на той же лужайке. Вот только ни Зоро, безмолвно позволивший коку пользоваться своим плечом, ни остальные Мугивары, без сомнения заметившие прикорнувшую парочку, не придали этому особого значения. До тех пор, правда, пока для блондина это не стало ежедневным ритуалом. До этого ничего не спрашивающий старпом на седьмой день всё же задал вопрос, желая узнать причину такой резкой смены поведения любовника. Тогда Санджи, закурив очередную сигарету, рассказал Зоро и о своём детстве и о том, что произошло на Пирожном острове…

***флешбек***

      Блондин вновь затянулся, выпустив изо рта последний клуб сизого дыма, и дрожащими пальцами затушил недокуренную сигарету. Он повернулся спиной к мечнику и с нотами подступающей истерики сказал: — Хах… Как-то так… После всей этой истории с Большой Мамочкой воспоминания о детстве постоянно появляются в голове. Это… неприятно.       Зоро подходит к любовнику со спины и за плечи разворачивает лицом к себе. — А с тобой… — Санджи отводит взгляд и начинает стремительно краснеть, сильнее отворачивая голову. — С тобой спокойно.       Мечник всё так же безмолвно кладёт ладонь на щёку блондина, мягко возвращая голову смотрящего куда-то в пол Санджи. — Эти воспоминания уходят… — мозолистый большой палец нежно гладит не прикрытую чёлкой скулу, — когда ты рядом…       Такого пунцового лица Ророноа у любовника никогда не видел… Он приподнял чужую голову ещё больше, заставляя кока посмотреть на него, а потом на несколько коротких мгновений прильнул к тонким искусанным губам, почувствовав едкий сигаретный запах и сильную горечь.       Отстранившись, Зоро пригладил слегка растрёпанные золотистые пряди и посмотрел в заплывающий солёной влагой глаз цвета морской лазури. — Если… — блондин сморгнул непрошенную жидкость, смутившись столь нежного взгляда. — Если тебе это не нравится…тогд- — Мне плевать на то, что скажет команда, — перебил мечник. — Я спросил, потому что раньше ты всегда был против проявления чувств и вообще любой близости на глазах у других. Это не значит, что я против.       Санджи показалось, что он почувствовал благодарность в голосе мечника…

***конец флешбека***

      С тех пор, после того, как непрошенные воспоминания перестали мучить блондина, подобные минуты спокойствия рядом друг с другом стали чем-то сродни ежедневного обряда у кока и старпома Мугивар.