Sick of you, Lee Minho♡

      Джисон улыбнувшись красивой даме напротив, встаёт и идёт за другой стол, смотрит под ноги, смущаясь после необычного знакомства, девушка оказалась странной, но милой, смеялась прикрывая рот и часто заправляла длинные каштановые волосы за ухо. За следующим столом его ждала неожиданность       — «Ты»? — громко вскрикнул Хан.

***

       Джисону двадцать два и он всё ещё одинок. С каждым брошенным взглядом на пару, что мило воркуют и держатся за руки, нагнетали грустные мысли. Ему хотелось ласки, тепла и заботы, но получить было явно не от кого. Парень ходил на всевозможные свидания, что имели один итог — постель и разочарование. Как бы то ни было, определённые и удушающие стереотипы в голове Джисона по типу: «в этом мире нет любви, только секс и тотальный разврат», а когда у тебя нет ни одного, ни другого — жизнь окрашивается в серый цвет, в точности давая укорениться данным убеждениям.       С каждым днём юноша хотел стать любимым, но в итоге обходился «отношениями на ночь». Возможно, Хан не мог найти настоящую любовь, поскольку искал в каждом частичку «его». А вот все случилось три года назад, когда он впервые влюбился в парня на одном из местных фестивалей и это было взаимно.       В то мгновение пьяный Джисон блуждал по парку, домой так не хотелось, он услышал громкие ругательства.       — Эй, у вас всё хорошо? — подходя к парню, стоящему к нему спиной, спросил Хан. И незнакомец обернулся. Сердце Джисона сделало сальто десять раз назад и заставило ноги подкоситься. Парень напротив словно с обложки журнала: выделенные скулы, пухлые губы в бледно-розовом тинте, персиковые тени на веках, каштановые пушистые волосы, что ровным пробором разделены пополам.       — Я выронил где-то тут телефон, освещение дерьмовое, как и моё зрение. Парень, помоги, — ответил он, пьяно заикаясь.       Джисон воспользовался своим фонариком на телефоне и вмиг нашёл чужой, который валялся под собственными ногами, ещё шаг и пришлось бы покупать новый для красивого незнакомца.       — Держи и носи что ли очки или линзы, — лучисто улыбнулся Хан и поклялся, что заметил пробежавшую искру во взгляде парня напротив.       — Спасибо, чем я могу тебя отблагодарить?       — Как заманчиво, может, составишь мне компанию? — Джисон кивнул в сторону бара напротив парка.       — Идёт, — ответил парень.       Подойдя ближе к незнакомцу, Хан полностью умер на месте после одного вздоха. От незнакомца пахло чем-то сладким в перемешку с горьковатым ароматом алкоголя, что до безумия манило. Они направились в бар через дорогу. Пока Джисон рассматривал боковым зрением идеальный профиль незнакомца и мысленно пищал от увиденного, парень был невозможно красив. Внутри было немноголюдно, каждый пьяно смотрел в разные стороны, находя в этом душевное увлечение. Парни быстро нашли свободный столик у окна, где вскоре и заказали у официанта по стакану виски со льдом.       — Телефон целый? — начал Джисон.       — Да, — он показал экран, на котором высветилось его селфи с тремя котами.       — Вижу милых четырёх котов.       — Что? Их тро…— парень осёкся, — Ты назвал меня милым, да ещё и котом?       — Да, а что? — Джисон был невозмутим.       — Нет, ничего. Как тебя звать-то?       — Хан Джисон.       — Ли Минхо, приятно с вами сотрудничать, — ответил он, протягивая свой бокал, чтобы стукнуться стаканами.       Пьяные разговоры всегда были очень душевными, особенно если два нуждающихся в сексе красивых парня выпивают уже шестой стакан виски без закуски.       — Минхо, тебе когда-нибудь говорили, что ты похож на очень милого котёнка? — медленно и пьяно подкатывал Джисон.       — Ты первый, — Ли подмигнул, поднимая ногу под столом и ставя между раскинувшихся напротив, примечая внутри реакцию парня, что явно подавился. — Что такое, Джисон-и?       — Ничего. Официант, счёт!       Они вышли на улицу, пока их сердца бились со скоростью света, а желание нарастало быстрее. Джисон резкой хваткой притянул Минхо за руку к собственной груди, пока тот не теряя времени, жадно впился в губы напротив. Бабочки Хана скоро полезут через рот из-за привкуса тинта чужих губ. Младший опускает руки ниже, проводит пальцем по позвоночнику, заставляя Минхо выгнуться и сжимает его упругие ягодицы. Старший тихо, так протяжно стонет в губы, буквально за секунду сменяя позиции. Хватает руки Хана, разворачивает и прижимает к кирпичной стене, проходясь горячим языком по чужим губам.       — Не бери всё на себя, малыш, сегодня я не буду снизу, — прошептал Минхо и, опуская руку, сжал пах Джисона, заставляя того закусить губу.       — Нам не стоит делать это здесь.       — Я живу далеко отсюда.       — А вот я рядом, так что пошли, — на ватных ногах они переплетают руки, срываются на бег.       Джисон и правда жил рядом, не прошло и пяти минут, как он открывал квартиру дрожащими руками. Минхо же зайдя последним, захлопнул дверь ногой и прижал к стене Джисона. Руки поднимает на уровне тел и держит также прижатыми к прохладной поверхности. Нежно проводит языком вдоль нижней губы, тем самым заставляет встречно открыть Джисона рот и проскальзывает внутрь. Небрежно кусает, дразнит, касается паха Хана своим, после чего оба заполяняют пространство протяжным стоном.       Они не знают друг друга, но точно чувствуют — сейчас им вместе хорошо. Джисон громко стонет, когда Минхо подхватывает его за задницу и несёт в спальню, кидает на мягкую кровать и нависает сверху. Тот же готов поспорить, что лучшей картины больше не увидит никогда.        Ли Минхо словно кот в ночи, такой аккуратный и прислушивается к любым звукам вокруг, нетерпеливо вылизывает желанные губы напротив и беспощадно прикусывает их до крови. Он заставляет стонать под собой человека, что так в точности пьянит его сознание. Но к собственному разочарованию, всё что Джисон помнит — это свои же выкрики от распирающего удовольствия, тонких чувств, переполняющих его сердце и такого неземного Минхо, мило мяукающего на ушко.       Хан проснулся ранним утром, когда Ли уткнувшись носом в его шею, тихо сопел. Он приподнял одеяло — оба голые. Стоит повернуть голову чуть влево, как виднеется каштановая, такая растрепанная макушка и голое плечико, на котором красовалась шоколадная родинка. Джисон натянул одеяло на тело Минхо и уставился в потолок. Эта ночь точно была самой лучшей в его жизни, когда нежность и жёсткость красиво соединились меж их телами. Осталось только смело написать картину, восстанавливая провалы памяти.       Сердце Хана полностью сводило его с ума, так как он был в точности уверен, что влюбился в этого пьяного и грязно ругающегося котёнка, который в ту самую роковую ночь потерял свой телефон и теперь мирно лежит под боком, и тихо сопит, обволакивая дыханием шею Джисона. В тот самый момент парень наконец за длительный промежуток времени ощутил спокойствие и свободу в сравнении с прошлыми, достаточно обреченными отношениями. Джисон совершенно не знал Минхо, как и второй понятия не имел, чем обернётся случайная встреча с незнакомцем, но перед ними предстояло все еще совместное и такое длительное утро.       Джисон абсолютно не заметил тяжесть собственных век и лёгкую дремоту, что позже прервалась из-за неторопливой возни под боком. Ли приподнялся на одном из локтей, создавая тем самым твёрдую точку опоры, а второй потирал заспанные глаза, смешно щурясь от света. Одеяло мгновенно слетело с плеч и накрыло всё, что осталось ниже пояса, пока младшему открывался вид на подтянутую грудь Минхо с цепочкой малых, синего оттенка засосов и красноватых следов от зубов. Хан от данной картины фыркнул и поднялся, подавая бутылку воды Ли, которая всегда стоит под кроватью.       — Держи, — протянул Джисон и передал бутылку парню.       — Спасибо, — Минхо хрипел, как следствие длительного сна. Он опустошил пол бутылки, вскоре оставляя её на тумбочке рядом с кроватью и приземлился лицом в подушку, подтягиваясь руками вверх. Мышцы на его спине: напрягались и вмиг расслабились, в точности мартовского кота.       — Устал?       — Мгх, — простонал Ли. Джисон повернулся набок и запустил пятерню в шелковые волосы Минхо, нежно массируя кожу головы, на что тот шумно выдохнул в подушку.       — Что за утренние нежности?       — Не знаю.       Минхо перевернулся таким образом, что часть его лица была всё еще во владениях подушки, а другая пристальным взглядом уделяла внимание на действия Джисона.       — Ты тоже хочешь зайти дальше, хоть ничего обо мне не знаешь? — Ли переплёл свои пальцы с Ханом.       — Да, а ты разве нет?       — Познакомимся? — улыбнулся Хо и крепко сжал руку парня в своей.       Парни стали проводить больше времени совместно и приятно. Собирались на выходных и смотрели всевозможные фильмы, гуляли под ночным небом, что усеянно множеством блеклых звезд, лежали на влажной траве под каплями теплого дождя. И все это сопровождалось явным чувством приятного трепета в душе, лаской и такой лёгкой наивностью двух сердец влюблённых. Хотя стоило же им лучше узнать друг друга, ведь со временем Джисон постепенно начал примечать, как Минхо явно утаивает важные вещи. Однако, это можно аргументировать просто (как казалось в тот момент Джисону) — у каждого имеются свои пыльные скелеты в шкафу.       Спустя два месяца они пришли к началу их официальных отношений и в тот момент, все было так, словно они жили только друг другом. Но стоит помнить, что это ведь мыльная иллюзия перед глазами рано или поздно придет к завершению, так ведь? Вместе им хорошо, а порознь плохо, парни часто говорили об этом всем. Джисон был влюблён до безумия и Минхо, вроде как тоже, но он пропал.       В тот день, Хан хотел устроить ужин в честь их небольшого юбилея, но Минхо бесследно пропал ничего не сказав и не предупредив.       — Чёрт, ты где? — разговаривал с автоответчиком Джисон. Ли наотрез не отвечал на звонки, сообщения, возможно даже что-то случилось и Хан об этом не знал.       Он завёл машину и направился прямиком домой к своему парню, автомобиль которого стоял за двором его особняка. Спешно Джисон поднялся по ступенькам порога и постучался в дверь, он был готов наброситься с объятиями, когда дверь стала открываться. Только вот за ней оказалась длинноволосая девушка, которая, отвернув голову в сторону, крикнула: «Минхо, малыш, нам пора ехать». Сердце Джисона в раз дрогнуло и кажись, разбилось в дребезги прям на пороге того самого дома.       — Извините, вам кого? — спросила девушка.       — Кажется я ошибся домом, всего хорошего! — поклонился Хан и убежал, собирая капли слез в уголках глаз.       Вот это и есть большой секрет Минхо, который тщательно оставался в тени на протяжении всех десяти месяцев тех самых, что они провели просыпаясь и засыпая вместе. Слёзы мешали смотреть на дорогу, поэтому Джисон свернул на обочину и позволил чувствам выбраться наружу. Упав на руль головой, задел клаксон и раздался громкий, неприятный ушам звук. Парень ведь любил Минхо и наоборот, однако, что-то в виде длинноволосой девушки было преградой. Слезы лились долго, так долго, что он был явно не в состоянии сидеть за рулём самостоятельно.       Поэтому набирая дрожащими руками знакомые цифры номера, он с волнением слушал гудки.       — Хёнджин, мне нужна помощь.       — Джисон, что случилось? Ты в порядке?       — Вызови себе такси, я сейчас скину точку и забери меня, — ответил Хан и отключился.        Его руки до кончиков пальцем покрылись холодом и тело начинало покрываться ознобом, голос вовсе пропал, переходя на тихий хрип. Было больно, ужасно больно каждой клеточке тела, что дышала благодаря Минхо, но он старался держать себя в руках. Выходило достаточно плохо, но благо Хёнджин не задавал лишних вопросов, безмолвно бросая краем глаза в сторону Джисона взгляд, который сфокусировался на одной точке. Однако, вечное молчание бессмысленно, как и бездейственность.       — Что-нибудь скажешь? Почему машину не ведет Минхо? — Хван заметил краем глаза снова, как изменился в лице друг после упомянутого.       — Он меня бросил.       — Что значит бросил?       — То и значит. Он пропал из сети, на сообщения не отвечает, а на звонки подавно. Сегодня у нас юбилей, но вот паренёк решил куда-то запропаститься. Я решил съездить к нему домой, вдруг что-то случилось. Но дверь открыл не он, а какая-то девушка и еще назвала его малышом. — от последнего парня передернуло, слова давались с ужасным трудом, пропуская тысячный удар в сердце, пока сам голос медленно утихал.       — Мне нечего сказать, Джисон, правда. Вы были так счастливы вместе, — в знак поддержки, Хван положил руку на коленку парня и погладил большим пальцем.       В этот момент жизнь Хан Джисона перестала иметь смысл — все крутилось только вокруг Ли Минхо. Единственного человека, которого тот любил больше жизни, оставил его одного без объяснений, будто его раньше и не было.       — Я ненавижу тебя, Минхо, но всё ещё люблю, — каждый раз говорил Джисон, когда воспоминания накрывали его с головой в свои сети. Он пересматривал совместные фотографии и видео, спроектировал во всех фантазиях до мелких деталей проведённые дни вместе, касания и чувства.       Ли Минхо — обманщик, что так запросто отказался от собственной ответственности. А что если он никогда не любил в ответ, пуская лишь пыль в наивные глаза? Джисон и сам не знал.       Он скучал.       Хёнджин всячески пытался привести друга в порядок, вытереть все сопли и заставить «ходить заново», придерживая под руку. Он считал, что всех бросают, в жизни бывают неудачи и их очень много, но если зацикливаться на каждой, можно свести себя в могилу. Самого Хёнджина когда-то так же бросил парень, из-за чего тот долго приходил в чувства, ведь они прожили рядом друг с другом пять лет. Однако сейчас, пережив боль от утраты, он желает ему всего лучшего и постепенно отпускает в вольное плаванье       Через пару месяцев Джисону стало лучше, но боль никуда не уходила. Она глубоко укоренилась в его сердце, там вместе с Ли Минхо. Жить нужно начинать заново, идти дальше, собственно, что он и сделал.       Вновь пьяный, одурманенный моментом, Хан совсем не замечает, как беспощадно прижимает к кровати девушку с пышной грудью, ведь на подсознании он представлял Минхо. Она громко и заходяще стонала, прикрикивая имя, когда Джисон увеличивал темп, втрахивая ее тело, но в собственной голове кружилась лишь одна мысль: «я не могу жить из-за тебя, Минхо». С мыслями о нём, он вышел из тела девушки и направился прямиком в ванную. Всё напоминает о Ли: эта раковина, на которую Минхо по-хозяйски усаживал парня и нежно целовал в припухшие от ночных поцелуев губы, и та самая ванная, в которой они вместе любили расслабляться. — Чёрт, убирайся из моей головы! — Джисон ударил кулаком об полку, резко вскоре хватаясь за голову. Входная дверь захлопнулась, девушка ушла недовольна и плевать юноша хотел на нее. Он лишь нашел в себе силы залезть в горячую ванную и откинуть голову на бортик. — Пора жить для себя, я буду жить для себя… Эти слова Джисона вновь меняют его жизнь в другое русло, когда он все же заново берет под контроль собственные чувства. Возвращается на работу в местном кафе, улыбчиво и жизнерадостно обслуживает пришедших посетителей, а после всего каждый вечер ходит в тренажёрный зал, дабы выпустить накопившееся за день. В том же месте знакомится с Чаном и Чанбином, после чего часто зависает с парнями в гараже с гитарой, листком и ручкой в руках. Они научили его превращать все собственные чувства в текста, из которых вскоре выходили потрясающие песни. Но только лирика жила лишь одним человеком, однако, парни наивно верили в ложь Джисона — вдохновение черпает из аниме или сопливых фильмов. Юноша часто выходил на прогулку в компании единственной сигареты во рту, а после запивал холодным кофе, что оставался горьким привкусом во рту. Джисон сильно изменился, вот только в какую сторону неизвестно. Так проходили года и вот ему двадцать два, а на сердце все так же одиноко. Очень хочется, но не выходит. Все девушки хотели отношений на ночь, а парни были все не теми. Джисон всегда знал к кому можно обратиться с такой проблемой.       И в тот вечер парень лежал на коленях Хёнджина, внимательно слушая его предложения.       — Сайты знакомств?       — Полный отстой.       — Я назвал тебе десять вариантов и все фигня? Хан Джисон, ты невыносимый, — возмущался друг.       — Думай ещё, Джини, я устал от одиночества, — взвыл Джисон.       — Есть одна последняя идея, что-то вроде быстрых знакомст, — делая в конце акцент произнёс Хёнджин, — Speed Dating.       — В чём суть?       — Ты приходишь на это мероприятие, по всему периметру стоят маленькие столы, а за ними обычные люди. Главная задача — пройти каждого не больше чем за пять минут, активное и живое общение, все дела. Рассказываете друг другу что-то интересное, дабы сразу заинтересовать, — разложил по полочкам Хван.       — Звучит интересно, но разве у нас такое возможно?       — Ты вообще живешь на этой планете? Каждый день в том старом ресторане, кажется с шести до девяти. Можем оформить твою заявку, — тыкнул Хёнджин в лоб Джисона.       — Можно попробовать.       Джисон не умел общаться с людьми красиво, однако, попытаться все-таки стоит. Это последняя надежда найти себе кого-либо. В его голову часто приходят мысли по типу: «я больше не смогу полюбить из-за него». Этот страх преследовал и по сей день.       — Готово, завтра в шесть тебя ждут, не профукай свой последний шанс, Джисон, — сказал Хёнджин, улыбаясь чему-то в телефоне.       Ночью Хана вновь накрыли воспоминания, лёжа на этой же кровати, спустя два года, он всё ещё помнит сопящего Минхо под боком. То, как Ли приходил уставший с работы и падал рядом, мягко переплетая их пальцы. Нежно целовал в родинку на щеке парня и мило смеялся. Джисон помнил их последнюю ночь, а вот у Минхо не было настроения, поэтому тот весь вечер просидел с парнем в обнимку, нежно поглаживая по спине. Пока волна нежности и удовольствия накрывала их.       — Я скучаю по тебе, придурок, — оставляя мокрые следы на подушке, засыпал Джисон. — Ненавижу тебя.       Чёрная полоса в жизни, как это трактовал Хан, плелась вокруг его тела, сдавливая горло и ломая кости, тихо шепча на ушко: «ты ничтожен». Юноша плохо справлялся с этим, да и все знали кто способен разорвать узлы удушья, ведь пока сам Хан этого не примет, так дальше продолжит жить без кислорода. Любовь зла, но нужно уметь прощать. Вот он старался мастерски скрыть свои чувства обычным «ненавижу тебя, придурок». Так сказать — любовь и ненависть в одном флаконе, под названием Хан Джисон.       С самыми ужасными снами, он проспал почти до вечера, где-то под боком трещал телефон от сообщений Хвана, но это оставалось не незамеченным, так как Джисон просто с туманным взглядом глянул на время и направился в ванную. Он приметил трещину на полке, а далее с ухмылкой подставлил лицо под струи воды из-под крана. Холодная вода всегда помогает собраться с мыслями, голова медленно, но верно начинает работать.       В шкафу вещи небрежно разбросаны непонятными кучками из-за лени Джисона аккуратно раскладывать после рабочего дня. Вероятно Минхо бы с ужасом и возмущением, плавно перетекающим в бормотание, заставил убирать всё по полкам. Джисон встряхнул головой и достал голубой свитшот с глубоким вырезом.       Его накачанное тело выглядело в подобной одежде превосходно: широкая спина, в меру большие мышцы рук, выпирающая грудь. Даже бывало, когда они с Хваном придут в клуб, каждая девушка коснётся груди Джисона, делая самые разные комплименты, от которых Хана воротило, но он лишь вежливо улыбался.       Осенью темнеет чуть раньше чем летом, поэтому юношу сопровождало садящееся за горизонт солнце, тускло зажженные уличные фонари, скоростное движение авто и смеявшиеся на всю улицу подростки. Хан сверился с адресом на здании и в телефоне, подняв голову приметил старое кафе, что выглядело очень эстетично в тёмных коричневых цветах. Внутри массовое количество людей, а за большой приоткрытой дверью виднеются столики с красной скатертью.       Джисон расписывается у своей фамилии в списке и берёт маленький билетик, проходя в заполненный зал, где лица людей, сидящих за столами, не освещенны. Быстро проходит к столику номер один, мило приветствуя девушку со строгим лицом и гребанные каждые пять минут он пересаживался с одного столика за другой. Люди тут действительно были другие, чем-то похоже на самого Джисона, который долгое время не может заполнить пустоту в своём сердце. Обменявшись контактами с очередной милой девушкой и с улыбкой пошёл дальше. Всё это время его затылок кто-то прожигал, но вот Хан не обращал на это совсем внимание и мило заигрывал с окружающей спутницей, якобы случайно касаясь её руки, пока та неловко покрывалась румянцем.       Стол менялся один за другим, как и лица. Последние располагались у входа, куда собственно и направлялся парень. Джисон, улыбнувшись красивой даме напротив, встаёт и идёт за другой стол, смотрит под ноги, смущаясь после необычного знакомства, девушка оказалась странной, но милой, смеялась прикрывая рот и часто заправляла длинные каштановые волосы за ухо. За следующим столом его ждала неожиданность.       — Ты? — громко вскрикнул Хан. В его глазах виднелся ужас и боль, а в груди такие ощущения, будто кто-то множество раз выстрелил из пистолета.       — Привет, Хани, — ответил Минхо.       — Для меня ты мёртв, — Джисон выскочил из комнаты и выбежал на улицу. Глаза предательски наполнялись слезами, в голове все превращалось в кашу.       Минхо догнал его, положил руку на лицо Хана и большим пальцем вытер одинокую слезу, приблизился и жадно поцеловал. Юноша не смог сопротивляться, ведь он скучал по этому больше всего. Он больше всего жаждил чувствовать Минхо. Однако, злость активно пробиралась прямо под костями и заставила твердо оттолкнуть Ли.       — Какого чёрта, Минхо? — Хан весь трясся.       — Джисон, я скучал…       — Ты? — он рассмеялся, — Скучно оказалось с той девушкой, «малыш», — процитировал её Джисон почти таким же голосом.       — Значит, это ты приходил.       — Я ненавижу тебя, Минхо, — сказал Хан, разворачиваясь чтобы уйти, но его схватили за руку. — Меня тошнит от тебя.       — Прошу, Джисон, послушай меня, — в его глазах читалась печаль.       — Лучше ответь мне на один вопрос. Ты вообще любил меня?       — Да, всегда любил и по сей день люблю, — но на услышанный ответ Минхо, Джисон громко рассмеялся, чувствуя как внутри все дрожит от волнения.       — Интересно, чем она лучше? Нет члена между ног? Большая грудь? — сейчас в парне начинает говорить обида, скопленная годами молчания и он явно больше не в силах держаться.       — Ты идиот, Хан Джисон, кроме тебя мне никто не нужен, — Минхо крепко сжал чужую руку в своей и волнительно прикусывал собственные губы.       — Я идиот? Разве я бросил тебя без слов во время нашего юбилея? Что-то не припоминаю, прости.       — Джисон, это моя ошибка, я должен был тебе сразу об этом рассказать, но…-       — За ошибки нужно расплачиваться, Минхо, — перебил Джисон, готовый духом уйти от него, но явно не телом.       — Даже если ты будешь ненавидеть меня всю оставшуюся жизнь, позволь объясниться, — его хватка ослабла, Хан мог легко освободиться от руки напротив, но не делал этого. — Прошу.       — Интересно, что это за история такая.       — Прекрати язвить, тебе это не идёт. У меня был брак по расчёту. Компании моего отца нужна была помощь от компании отца Карин. Дочери же нужен был брак на определённый промежуток времени — для карьеры. Вот мне пришлось согласиться ради отца, его бизнеса. Потом я встретил тебя и совсем перестал появляться в доме Карин, что это ей не нравилось, ведь я же собачка, не иначе, — вдохнул Минхо. — Эта сука узнала о наших отношениях и шантажировала меня. Если я не улечу с ней в другую страну на два года, тогда заставит отца расторгнуть контракт и испортит твою жизнь, Джисон. То, как она назвала меня в тот день, такое происходит только при посторонних людях, ведь мы играли счастливую и такую влюбленную парочку, — по Минхо стало видно, как ему сложно об этом говорить.       — Почему ты не мог сказать об этом раньше?       — Прости, я совсем не обращал на это внимание, хотя должен был головой нести ответственность за содеянное. Прошу, Джисон, дай мне еще один шанс, — Минхо скользнул по руке хана и переплёл пальцы с его.       — Я всё еще ненавижу тебя, но так сильно люблю, — переплетая в ответ пальцы, сказал Джисон.       — Я понимаю сколько боли тебе причинил, прошу, дай мне это исправить. Я люблю тебя.       — Почему ты здесь? — он игнорировал слова Минхо.       — Из-за тебя.       — Откуда ты мог знать?       — Хёнджин. Одного имени достаточно, чтобы всё понять.       — Ясно, — ответил Хан, расцепляя их замок из рук.       — Ты дашь мне последний шанс, Сони? — жалобно молил Минхо.       Джисон медленно и словно зачаровано подходит все ближе, смотрит пристально в тёмные глаза, резко хватая за ворот и нежно оставляет поцелуй на губах. Как бы он «ненавидел» Минхо, всё ещё любит сердцем этого человека. Юноша водит своим носом по носу чужого, плавно отпуская футболку Ли и аккуратно проводит вверх по шее, останавливается на щеке, приглаживая большим пальцем мягкую кожу. Оставляет еще один короткий поцелуй и уходит, уходит с горящим сердцем в ночь, оставляя Минхо в прострации чувств.       Он простил, ведь ненавидеть Ли казалось в данный момент чем-то запрещённым. Ведь одно скучающее сердце, рано или поздно подстраивается под такт другого во время столкновения двух излюбленных душ. Хан почувствовал, как чёрная полоса плавно отпускала его горло, постепенно уходила из жизни его, оставляя за собой развивающийся след. Он строчил угрожающие и благодарственное сообщение Хёнджину, пока направлялся в сторону дома. Но все же решает позвонить.       — Как прошла встреча? — сонно зевнул Хван и все еще неразборчиво мямлил в трубку. — Придурок, я чуть не умер на месте. Думал, что это глюки, — счастливо ворчал Джисон.       — Я знал, что всё получилось. Кстати, о такой преграде в виде Карин, можешь не волноваться и поблагодарить меня!       — А ты ту причём? — он не понимал.       — Давай оставим это секретом? Её просто больше не будет в вашей жизни, а это главное, — усмехнулся Хёнджин.       — Ты её убил?       — Я сейчас отключусь.       — Ладно, спасибо. Но я не знаю, это как-то странно, даже непривычно?       — Хочешь сказать, что остыл к Минхо? — он продолжал бить по больному, не ощущая как сжимается сердце Джисона.       — Нет, я всё ещё люблю этого паренька. Не знаю, столько всего случилось, — на последней фразе голос Джисона поник и кажись, он начал испытывать некое волнение.       — Хан Джисон, приём. Отключите голову и слушайте сердце, а не задницу. Очень полезный совет в вашем случае!       — Да, спасибо, до встречи, Хёнджин, — заходя в квартиру, отключился Джисон, будто стараясь абстрагироваться от его слов подальше.       Воспоминания нахлынули вновь и Хан не понимал, почему слёзы текут ручьём, почему он сидит на полу в коридоре, всё ведь будет хорошо? Потирая влажные глаза ладонью, Джисон дрожащими руками написал Минхо, как не странно, парень номер совсем не изменил: «прошу, приди ко мне…»       Ли всегда лидировал в сообразительности. Он приехал меньше чем за двадцать минут и уже поднимался по лестничному пролету. Джисон всегда ценил это, ведь парень всегда был и есть рядом. Он всё стоит напротив двери и перемещается с ноги на ногу в ожидании, пока она откроется. Щелчок, Минхо открывает дверь и пугливо отшатывается, он не думал что тот встретит прям с порога.       — Хани? Ты чего стоишь тут?       В ответ ничего. Парень лишь подходит ближе, опирается головой на грудь Минхо и молчит. Ли осторожно, будто боится спугнуть, обнимает Хана, одной рукой за спину, вторую кладёт на затылок его, мягко касаясь пальцами кожи головы. Это то самое комфортное молчание, чувствуя сердцебиение друг друга, которое ждали оба длительное время.       — Ты вернулся.       — Я вернулся, Сони.       Состояние у парней было одинаково подавленное, хоть два года это не так уж и много, но сколько пришлось воинственно терпеть столько пролитых слёз и навязчивых мыслей. Иногда казалось, что красная нить между ними с каждым днём становилась всё плотнее и плотнее, совсем не поддаваясь разрыву. Минхо подхватывает Джисона на руки и несёт на диван в просторной гостиной.       Парни сидят в любимой им позе: Хан между ногами Ли, спиной опираясь на грудь позади. А сам Минхо играется пальчиками Джисона и о чём-то молчит.       — Когда ты вернулся? — вдруг спрашивает Хан.       — Неделю назад.       — Почему не пришёл раньше?       — Осознавал сделанное, прости, — куда-то на ухо шептал Минхо.       — Надеюсь, теперь всё будет хорошо.       — Я тоже, Сони.       И правда, жизнь постепенно стала яркой, как было ранее. Дурные мысли навещали Джисона всё меньше и меньше, ведь рядом был Минхо, что будто поглощал всё лишнее и запирал это в отдельной комнате. И младший по правде говоря, снова стал чувствовать себя нужным для Минхо и наоборот.       Первой договорённостью было рассказывать друг другу только правду, какая бы она не была, ведь на доверии стоят крепкие отношения. Периодически Джисон вспоминает о тех чувствах, что испытывал впервые и его внутри полностью накрывает тепло, а ещё лучше, когда рядом он — Минхо. Внутри всё сжимается в тот самый день начала фестиваль, где парни и собственно познакомились. Старший за руку повсюду таскает Джисона, навивая былые воспоминания о приятном прошлом. Ветер ласкает их волосы, немного путая пряди волос, а парни просовывают руки в кулёк, в котором осталась одна конфета.       — Она твоя, — уступил Джисон.       — Наша.       — Что? — Хан внимательно следил за следующими действиями Ли, что засовывает конфету в рот, раскусывает и манит пальцем подойти ближе. Джисон делает шаг навстречу, второй, пока Минхо не выдерживает, хватает его за ворот и вцеплясь собственными губами. Нежно целует, посасывает и так небрежно кусает, проталкиваясь языком внутрь, где оставлет половину конфеты Джисону.       — Это что было? — щёки Хана слегка порозовели.       — Что было? Ты о чём? — улыбнулся Минхо и пошёл вперёд. Джисон ухмыльнулся и догнал Ли. Они проходили мимо того самого парка, в котором произошла та самая роковая встреча. Место с которого вся история началась. Парни переглянулись и громко засмеялись от нахлынувших воспоминаний, что словно ураганом вскружили их головы, а затем чувства.       На улице было совершенно пусто. Так тихо, даже казалось что причмокивания губ слышно отовсюду, ведь Минхо продолжал дразнить Джисона робкими поцелуями, каждый раз после, проводя языком по опухшим губам. Хан скучал. Всем сердцем скучал по этим ощущениям, когда живот скручивает от одного касания языком Минхо к губам Джисона, а прохладный ветер вдоль спины становится жарким. Ли кладёт руку на задницу своего парня и идёт вперёд с улыбкой Чеширского кота, иногда сжимая ягодицу в ладони. Это не было для них чем-то пошлым, такое происходило часто, стоит Джисону просто нагнуться, как шлепок по заднице прилетает мигом, а вот Минхо довольным котом уходит в комнату.       — Что ты творишь, мой большой котёнок, — спрашивает Джисон, пока сжимает собственной ладонью руку парня на заднице.       — Пойдём в тот бар? — игнорирует Минхо.       — Конечно.       Уже переходя дорогу, где на пути попадались толпы людей, парни нехотя прекратили ласкаться. В баре изменился только сам персонал и расположение мебели. Все остальное осталось на своих местах за прошедшие два года. Парни решают брать привычный виски со льдом и садятся за тот же столик, всё как в тот вечер.       — Знаешь, твоё тело стало ещё сексуальнее, — отпивая, Минхо глазами водил по контуру широких плеч.       — Я всегда был сексуальным, — ухмыльнулся Хан.       — Да прям.       — Что? Ты не согласен? — глаза наигранно округлились.       — Как я могу быть согласен, если не видел лично? Смешной ты, Хани, — поиграв бровями, отозвался Минхо. Кажись, атмосфера того вечера оживает вокруг них вновь.       — Знаешь, тебе не следует носить скинни.       — Почему это?       — На тебя все пялятся, — Джисон кивнул в сторону столика девушек неподалёку. У Минхо были широкие и привлекательные бёдра, которые Хан давненько присвоил себе.       — А ты?       — Что я?       — Пялишься на мои бёдра? — подперев подбородок на кулак, Минхо забавно хлопал кошачьими глазами. Джисон подавился и неловко уставился на парня.       — На какой ответ ты рассчитываешь?       — Я его уже знаю.       — Зачем спрашиваешь?       — Хочу услышать это из твоих уст, Хани, — играючи, Минхо провёл языком по нижней губе.       — Вновь с огнём играешь, Хо, — Джисон знал, что юноша не переносит эту форму имени, но внимательно продолжал наблюдать за реакцией.       — Не зови меня так.       — А как нужно?       — Я покажу тебе дома, — подмигнул Минхо.       Парни продолжали флиртовать и пить, пока в кошельках не пролетело перекати-поле. Температура их тел зашкаливала, разум затуманивался с каждым поцелуем по пути домой.       Но в этот раз, на входе к стене был прижат Минхо, который тихо постанывал от трения меж их бёдрами. Джисон поднимает старшего и держит на своей талии, всё также прижимая спиной к холодной стене. Настойчиво целует шею, губы и спускается насколько возможно ниже в данном положении. Расстёгивает тёмно-синюю рубашку в чёрную полоску, языком проводит по чувствительностей груди, прикусывая соски из-за чего Минхо протяжно стонет.       — Так как тебе нравится, когда я тебя называю? — остановился Джисон.       — Котёнком, — прошептал Минхо.       — И всё?       — Твоим котёнком, — потянувшись за поцелуем, сказал Минхо. Джисон отстранился.       — Моим котёнком? — он все больше начинал играть с парнем, невинно смотря в глаза.       — Хани, перестань, —разочарованной выдохнул Ли, но после вскрикнул от удовольствия. Ведь Джисон зубами нежно прикусил бусинку соска, немного оттягивая снова. Грудь Минхо поднялась вверх на вздохе и не опускалась.       — Дыши, котёнок, — предупредил Хан и понёс парня в спальню.       Лёжа на кровати, Минхо торопливо стягивает свитшот с Джисона, водя по накаченной груди своими маленькими подушечками пальцев. Хан схватил его руку и приложил к сердцу, которое очень быстро билось.       — Помнишь, ты сказал в тот раз, что не будешь снизу? — в ответ кивок, — значит, настало время побыть там, — проезжая своим пахом вверх о пах Минхо, прошептал Джисон.       Оба одновременно, так громко застонали в унисон.       Хан кидает куда-то на пол свою оставшуюся одежду, что проделывает со старшим так же. Беспощадно оставляет засосы под рёбрами, немного покусывая, чувствует так точечно тяжёлое дыхание Минхо под собой. Младший ведёт мокрым языком вверх от пупка до линии челюсти, целует в уголок губ и запускает руку под джинсы Ли, под громкие вздохи.       Член Минхо достаточно горячий в руках Джисона, что только от прикосновений начинал становиться более твёрдым и покрываться предэякулятом. Парень пальцем слегка на головку надавливает, слушая громкие, протяжные стоны под собой.       — Нравится, котёнок?       — Д-да, — он тяжело дышал. Хан круговыми движениями размазывает выделившиеся капли спермы по головке, наблюдая за реакцией Ли.       — Ха-ани! Я не хочу кончать сейчас! — взвыл Минхо.       — Как скажешь.       Джисон окончательно снимает джинсы Минхо вместе с нижним бельём, а сам остаётся только в боксерах. Расставляет шире ноги Ли и трется членом о дырочку Минхо, заставляя его самого ерзать.       — Мгхма! — стонет Ли.       Хан вновь мокро, с характерным звуком целует Минхо, переплетая их языки между собой. Отрывается и достаёт из полки смазку на что Ли недовольно стонет.       — Потерпи, котёнок, — растирая смазку на трёх пальцах, ответил Джисон.       Он поднёс один палец к колечку мышц и Минхо принял его сразу со стоном. Стал проталкивать внутрь, однако, там было слишком свободно для одного. Джисон протолкнул второй палец, Минхо сжался вокруг.       — Расслабься, — сказал Джисон, растягивая внутри двумя пальцами более активно.       Минхо тихо постанывал. Внутри стало просторнее и Хан добавил третий палец, начиная двигать всё быстрее и быстрее, Ли выгибался в спине и кричал пока тот попадал по простате.       — Ха-а-ани!       Он с хлюпающим звуком от смазки и разочарованием Ли, убрал пальцы, обтирая салфеткой.       Далее Джисон размазывал большое количество смазки по члену. Коснулся широкой головкой колечка сомкнутых мышц, стал медленно проталкиваться дальше, внимательно смотрел на лицо Минхо, пока тот закрыл рукой рот и зажмурил глаза.       — Больно? — в ответ Ли помотал головой «нет».       Джисон вошёл внутрь на середину, там было горячо. Приподнялся, убрал руку Минхо со рта и нежно поцеловал отвлекая, стараясь войти во всю длину. Хан продолжил целовать, пока юноша не привыкнет.       — Хорошо?       — Да, двигайся, — прошептал Минхо.       Джисон начал действовать, практически сразу попадая по простате. Темп увеличивался, Ли сильнее выгибался в спине и кричал от удовольствия. Слишком давно между ними не было такого яркого момента, всё будто в первый раз.       Джисон приподнял одно колено Минхо и втрахивал в матрас под другим углом. Кровать скрипит, Минхо сладко стонет снизу, а капли пота все текут по их разгоряченным телам. Звуки любви наполняли всю квартиру, словно питая собой каждый предмет. Хан бьётся бёдрами о задницу Минхо, создавая шлепки все четче, член внутри громко хлюпает. Старший сладко и мило стонет, а младший рычит от удовольствия.       Минхо кончает первый с громким «ах!», пачкая собственный живот. Джисон продолжает и для быстрого эффекта Ли сжимает его внутри, заставляя самого парня стонать и кончить внутрь через пару секунд.       Младший выходит и они долго целуются, их сердца бьются в унисон, а сами простыни все остаются промокшими. Хан относит Минхо в ванну, где парни вместе принимают душ, вновь уделяя внимание друг другу. Меняет постельное бельё и укладывается спать, когда Ли уже сопит во всю.       — Всё же, я тебя люблю, придурок, — притягивая к себе за талию, шепчет Джисон и целует обнажённое плечо Минхо.       Множество вопросов осталось без ответов, однако, всё ведь ещё впереди?

«теперь, ты никуда не уйдёшь»