Там, под кроватью

На часах в здании торговой гильдии Фейюнь только что пробило 4 часа дня. Порт Ли Юэ до самой береговой линии был забит торговцами, простыми рабочими и почётными членами Ци Синь. Среди всего этого разнообразия людей и рабочих масс невозможно не почувствовать ту ауру, с которой жители Ли Юэ, благородной земли Властелина Камня, оттачивают мастерство торговли и восхваляют искусство контакта. Атмосфера трудолюбия и всеобщей занятости, особенно учитывая всю ту коммерческую грамотность жизни в Ли Юэ действительно завораживает, что так же заставило юношу в дорогом одеянии остановиться и обратить свой взгляд на гавань. В какой-то момент, тот оторвался от своей навязчивой идеи, которую держал в голове уже очень давно и начал разглядывать рабочих в порту. Каждый из них работает, как часы из Фонтейна, так же слажено и чётко, однако любой человек, имеющий хоть малейшее отношение к работе в Ли Юэ вам подтвердит, что все здесь трудятся на свое собственное благо и работа каждого как почерк, различается и имеет особую направленность. Юноша завороженно следил за портом. В его голове внезапно начался лёгкий поток слов и предложений, которой он хотел бы соединить в осознанное стихотворение, восхваляющее труд и его славу, но мысль, приведшая его на площадь, заставила его встряхнуть головой и забыть о внезапном вдохновении. Син Цю уже около недели постепенно претворял свой замысел в жизнь, но сегодня все то, что он сделал, должно было дойти до конца, до своей изначальной цели. Возможно, сейчас будет лучше увести вас немного назад и объяснить, что же побудило Син Цю так много и усердно работать. Около недели и трёх дней назад, восходящий мастер школы Гу Хуа обнаружил одну особенно интересную книгу. Находясь на территории школы, прогуливаясь по зданию после тяжёлого дня, полного тренировок новых техник(на этот раз Син Цю все же решил обуздать проглатывание меча), юноша заметил, как под деревянной скамьёй, где-то в пыльном углу лежит книга. Как можно было догадаться, человек, с гордостью носивший прозвище "Книжный Червь", не мог оставить ее в таком состоянии. Оглянувшись, Син Цю наклонился под скамью и аккуратно, стряхивая пыль, достал книгу. Название ее немного смутило юношу. На довольно скудной обложке, из деталей которой можно было отметить только тонкую кайму по периметру и силуэт мужчины, с вытянутой вперёд рукой, все рисунки были очень схематичны и далеки от чего-то красивого, красовалась надпись позолоченными буквами: "Истории спорных утех изящных юношей". Син Цю не сразу смог сообразить о содержании книги, однако скудное на слова предисловие автора все разъяснило. На первой странице книжёнки было всего несколько предложений: "Посвещаю эту книгу всем тем, кто только начал изучать и познавать себя и свое тело. Эта книга сугубо эротического характера, что я надеюсь воодушевит и обрадует моих читателей. Удачного вам прочтения!" Действительно, не самое красивое предисловие. Но только его было достаточно, чтобы предугадать содержание книги. Когда в разговоре упоминалась эротика, многие старались опустить эту тему, однако, благодаря своим сверстникам и ученикам школы, Син Цю имел о ней хорошее представление. Когда мужчина и женщина обнажаются и предаются любви - вот оно понимание эротики у Син Цю. Не раз он видел фотографии и гравюры, с изображением обнаженных женщин. Да и самоудовлетворение для юноши не было в новинку, но книга заставила его смутиться, поэтому он даже думал бросить ее там, где нашел. Так бы он и поступил, если бы не трепет и ощущение "бабочек" в животе, возникшие после прочтения предисловия. Немного подумав, Син Цю спрятал книгу под своей пышной одеждой и решительным шагом направился домой. Дома он оказался достаточно быстро, чтобы у него остался ещё один час, до того как хоть кто-то из семьи вернётся, поэтому сейчас в здании не было никого, кроме нескольких служанок. Син Цю тихо пробрался на второй этаж, в свою комнату - если описывать его место жительства парой слов, то это богатое убранство, взвинченное ураганом. Закрыв дверь и заперев её, юноша взвалился на свою кровать и сразу открыв вторую страницу книги, поступил к чтению. С первых же страниц, Син Цю понял, что о женщинах в этой истории будет сказано довольно мало. Действительно, необычные истории об эротических похождениях главного героя с участием женщины присутствовали, но им не было уделено должного внимания. Из-за того, что именно с такой небрежной и скудной историей нежности и была начата книга, Син Цю уж было решил, что ее чтение правда было плохим решением, но стоило ему преодолеть ещё несколько страниц, как те самые "бабочки" в его животе затрепетали с небывалой мощью. Все последующие главы были посвящены отношениям сексуального характера двух мужчин. Такого необычного повествования Син Цю ещё ни разу видеть не приходилось. Истории были наполнены пошлостью и восхвалением мужского тела, в том числе даже самых скрываемых его частей. Заливаясь краской, Син Цю продолжал глотать все новые и новые варианты, при которых два юноши получали удовлетворение. Чем больше он вчитывался, тем сильнее его мозг терзала одна, нет, тысячи мыслей. Вспоминая всю свою осознанную жизнь, Син Цю начал подвергать себя и свою личность невероятному сомнению. Он вспоминал, как его сердце трепетало, стоило кому-то из школы, владеющим большей грубой силой чем сам юноша, обножить свой торс. Когда он видел, как тяжело дышащий мужчина постепенно и без зазрения совести разстегивает все заклёпки на своей рубашке и скидывает ее со своих плеч, как обнажаются эти груди, красивый и подтянутый живот, сильные и рельефные руки. Син Цю понял как сильно в такие моменты он хотел, чтобы этот человек продолжил раздеваться, чтобы тот мог увидеть большее. Все глубже оказываясь в бездне своего сознания, юноша наконец пришел к выводу, что его всю его жизнь привлекали далеко не только женщины. Теперь он даже мог с уверенностью сказать, что мужчины возбуждают его сильнее, чем девушки. Син Цю прикрыл рот рукой. Его дыхание стало слишком частым. "Боже...как же так вышло? Но...". После прочитанного в книге и всех накотивших на него мыслей, юноша почувствовал как сильно чувствуется давление в его одеянии. Однако теперь он точно знал предназначение этого органа и мог точно сказать, как ему стоит с ним обращаться. Положив свою ухоженную руку на свою томившуюся в одежде промежность, Син Цю наконец осознал трепет, который он испытывал тем вечером, на Склоне Уван. Если отправить читателя ещё немного в прошлое, то он увидит два молодых человека, гуляющих по мрачному сосновому лесу, покрытому болотами. - Я уверен, ты найдешь его. Просто смотри внимательней - слышался голос женственного юноши в дорогой одежде. - Син Цю, я бывал здесь уже достаточно много, чтобы понять, что призраков я тут не найду. Мех...- голос идущей рядом фигуры. - Чунь Юнь, дорогой мой, я хоть раз тебе врал, скажи мне абсолютно честно! - Син Цю почти вешался на плечи своему другу. - Около 572 раз со дня нашей встречи - холодно ответил Чунь Юнь, - и это я не посчитал все твои глупые розыгрыши. - Ты зануда, вот и всё - как птичка пропел Син Цю и пробежал вперёд. Немного осмотревшись, оба юноши приметили невероятно красивый вид на Гавань Ли Юэ, открывающийся с полножья холма. - Здесь невероятно красиво, Чунь Юнь! Моё сердце даже трепетать начало от такого потрясающего вида! - Я видел это уже достаточно много раз, чтобы привыкнуть - вздохнул Чунь Юнь, - а ещё сегодня слишком жарко, погоди немного. Пройдя немного в глубь соснового леса, рядом с входом в заброшенное подземелье, Чунь Юнь встал около чистого прудика, на котором лежало упавшее дерево, как будто бы изображая мостик. Син Цю отвлёкся от созерцания вида и подошёл поближе к другу. Из-за своего проклятья, Чунь Юнь был вынужден держать себя в холоде, иначе он впадает в состояние схожее с опьянением. Как он сам говорит, это очень неприятно, но разве Син Цю это хоть раз останавливало? Каждый божий день он искал способ скормить Чунь Юню что нибудь острое, чтобы тот упал от внезапного опьянения. Обычный розыгрыш в истории их дружбы, юный экзорцист уже начал привыкать. Даже сейчас, Син Цю придумывал, как подколоть своего друга. Первое что пришло ему в голову - столкнуть его в пруд. Но немного подумав, он решил что это довольно жестоко, особенно по отношению к своему лучшему другу, поэтому он решил просто понаблюдать за действиями Чунь Юня. Пока тот размышлял, Чунь Юнь схватился за капюшон своей кофты и легко снял ее через голову. Под этой кофтой его облегал тонкий чёрный тканевой костюм, достаточно сильно прилегающий с его рукам и телу, чтобы подчеркнуть его широкоплечую и подтянутую фигуру. Даже не прервавшись, Чунь Юнь подтащил костюм так, чтобы его низ вышел из-за пояса, после чего схватился за края и спокойно снял его через голову. Это был не первый раз, когда Син Цю видел Чунь Юня обнаженным. Однако именно тогда, тот как то особенно внимательно стал разглядывать своего друга. Чунь Юнь же начал брызгать на лицо и тело холодную воду, в надежде немного охладится. Однако после немногих малоэффективных попыток, Чунь Юнь вздохнул, встал и схватился за пояс. Ещё секунда и элементы его костюма, и пышные штаны, и аккуратные черные туфли валялись на земле. Син Цю не мог оторвать взгляда от того, как раздевается его друг, поэтому не издавал ни единого звука. На Чунь Юне осталось одно нижнее бельё, которое он не долго думая так же скинул. Син Цю чувствовал что заливается краской, глядя на своего лучшего друга абсалютно без одежды. Торс Чунь Юня был очень красивым - рельефным, с хорошо видимыми кубиками и грудными мышцами, даже не смотря на его возраст. Смотря на очень явные округлости друга, Син Цю так же не мог оторвать взгляд и от того самого органа Чунь Юня, чей размер был даже немного больше, чем у самого юноши. Чунь Юнь плескался в ледяной воде, и Син Цю заметил улыбку на его лице. Ему в голову взбрела чудесная идея. Юноша расстегнул большие пуговицы на его дорогом костюме, быстро повторил тоже самое со своей рубашкой. Его торс тоже был подтянутый, но не такой рельефный как у Чунь Юня, из-за чего Син Цю испытывал лёгкую зависть. Оставшись полностью без одежды, юноша прыгнул в тот же прудик что и Чунь Юнь, не дав тому заметить свою подползаюшюю эрекцию. В холодной воде, все смущающие мысли мигом исчезли, и так, брызгая друг в друга холодную воду, два голых юноши вновь сели на склон, насладиться видом на Гавань. Они перемолвилсь парой слов, посмеялись. Пока они сохли, Чунь Юнь положил свою руку на плечо Син Цю и прижал его к себе. Сидя так, в обнимку, Чунь Юнь даже забыл, что из одежды на нем только бинт на ноге. Син Цю же просто слушал слова друга, не говоря ни слова. Его взгляд был прикован к телу Чунь Юня. Вдыхая его запах, запах обыкновенного парня возраста 16-ти лет, однако тогда, этот запах манил Син Цю, даже вгонял его в окологипнотическое состояние. Уже почти высохнув, друзья проводили солнце, увидев его закат. Чунь Юнь стоял на площади в центре Ли Юэ. Всюду медленно плыли меллилиты, дети бегали из одной стороны в другую, взрослые тихо разговаривали где то на противоположной стороне. Чунь Юнь ждал своего друга, Син Цю, который говорил, что сегодня у них случится очень важная встреча. Когда в далека наконец показалась голова тёмно-синего цвета, Чунь Юнь громко выдохнул и направился на встречу другу. В последнее время Син Цю вёл себя куда сдержаннее, даже можно сказать ласково. Перестал подкалывать, стал помогать Чунь Юню сделать обычное мороженное, добавляя только цветы Цинь Синь, избегая острого перчика и прочих пряностей. В общем начал вести себя адекватно. Когда друзья наконец встретились, Син Цю уверенно заявил: - Сейчас мы направляемся ко мне домой, я объясню все там, как только мы прибудем, - на лице юноши читалось сильнейшее волнение и чувство предвкушения, видимо он подготовил что-то, действительно интересное, - и да...я случайно забыл поприветствовать тебя, прости. - Я не особо удивился, ты в последнее время как на поле боя стоишь, очень сильно волну-... Не успел Чунь Юнь закончить фразу, Син Цю сильно схватил его за руку и потащил за собой. Пока они шли, надо сказать очень быстрым шагом, Син Цю и Чунь Юнь обменялись вопросами о прошлом дне, о самочувствии и обо всем том, что обычно спрашивают друг у друга друзья. Наконец оказавшись на территории особняка директора торговой гильдии "Фейюнь", ребята обошли прекрасные ухоженные деревья, растущие по всей территории особняка, за которыми очень трепетно следили садовники при родителях Син Цю. Когда парадный вход наконец открыл свои двери, Чунь Юнь обратил внимание на то, чего обычно в доме Син Цю точно встретить не получилось бы. Везде царила полная тишина. Чунь Юнь не часто бывал у друга в гостях, все таки в его семье незнакомцам рады не сильно, но кое-что он все же запомнил. Обычно, в этом особняке всегда есть хотя бы один член семьи помимо Син Цю, обязательно есть гость или гости, пришедшие разъяснить какие либо деловые вопросы и разумеется персонал, который время от времени шнырял из угла в угол. Но сейчас этого всего не было. В ответ на округлённые глаза друга, Син Цю решил сразу ответить на назревавший вопрос: - Ты не увидишь в этом доме не единой души. И мой отец, и мой брат, и моя мать сейчас находятся в поездке, в которую я отказался собираться, - пытаться спорить с Син Цю не имеет смысла, видимо поэтому его семья так охотно уехала без него, - служанки сейчас разошлись по домам и не появятся они здесь до позднего вечера следующего дня. - И все же, что же случилось? - Чунь Юнь чувствовал себя немного неловко, - получается мы здесь с тобой... - Полностью одни, - закончил за друга Син Цю. Поднявшись на верх, Чунь Юнь был готов свернуть к комнате друга, однако тот повел его совсем по другому маршруту. Пройдя до конца по коридору и свернув направо, с левой стороны Чунь Юнь заметил особенно красивую парную дверь. Почему то сейчас он начал прогонять а голове текст записки, которую ему дал Син Цю, и по информации в которой они должны были встретиться. "После 4-х часов жду тебя да площади, перед тем как пойдешь, очень тщательно помойся, я проверю. Жду, Син Цю." Почерк друга был настолько неразборчив, что даже письмом это назвать было сложно, однако Чунь Юнь уже научился понимать что пишет ему Син Цю (приблизительно). Его очень смутило замечание о том, что ему надо помыться. Обычно Син Цю такого от него не требовал, но Чунь Юнь послушно выполнил поручение, боясь что друг прада начнет проверять качество чистки. За дверью друзей ждала огромная комната, поражающая своим дорогим убранством. Одна только ширма в ее углу стоила таких денег, которые большинство жителей Тейвата могли и в живую не видеть. На противоположной от входа стене красовалось огромное окно, освещающее всю комнату вечерним светом закатного солнца. К стене с правой стороны была приставлена невероятного вида большая кровать с обилием подушек и пышным одеялом. Все в этой комнате было изящным и дорогим, многие детали Чунь Юнь уже и не помнил, но он запомнил чувство восторга, входя в столь богатое жилище. - Это комната моих родителей, - взволнованным голосов произнёс Син Цю, - я ждал этого очень долго. Син Цю закрыл двери за ним с Чунь Юнем и повел его в середину комнаты. Не успел Чунь Юнь опомнится от увиденного, как друг поволок его к правой стене и со всей своей силы бросил того на кровать. Первое на что среагировал Чунь Юнь, так это то, насколько эта кровать была удобной, какие мягкие были подушки. Только через секунду тот сообразил, что его кинули сюда и что у него нет ни малейшего представления, что может произойти дальше. Стоило ему опомниться, как внезапно прям над ним навис Син Цю. На нем не было его фирменного пиджака, только рубашка и шорты. Чунь Юнь был окружён руками друга, а одно из его колен слегка упиралось между ног Чунь Юня. - Я слишком долго ждал этого, дорогой Чунь Юнь, - сказал Син Цю, смотря в глаза своему другу с искренней теплотой и чувством обожания. Чунь Юнь поддавался действиям которые произошли с ним дальше. Син Цю схватился за его кофту и снял ее, так же он сжал и черный костюм на теле друга. Чунь Юнь наполовину расстался с одеждой, и именно тогда он начал понимать, что делает Син Цю. Юноша с синими волосами не медлил и прислонился лицом к телу своего друга. Чунь Юнь почувствовал тепло языка на своей груди. Син Цю нежно водил языком по соскам, время от времени переходя то к левому, то к правому. Чунь чувствовал себя расслабленно, но он был смущён, однако сопротивляться он явно не хотел. - Если тебе не понравится то, что я сделаю сейчас, дорогой Чунь Юнь, то мы сейчас же прекратим, - Син Цю задал этот вопрос, но прекращать он точно не собирался. - Угу, - неловко промямлил Чунь Юнь в ответ. Син Цю не мог оторваться от торса. Он слишком сильно хотел его все это время. Но постепенно спускаясь, он без особых затруднений скинул с Чунь Юня пояс, а затем потянул вниз эти пышные штаны. Под ними он обнаружил нижнее бельё, по растущей выпуклости на котором Син Цю мог понять, что делает он это не напрасно. Своими тонкими, почти женскими руками, юноша проник в белье Чунь Юня, и убедился, что его орган полностью рабочий. "Это место называется член". Син Цю помог Чунь Юню снять белье, оставив того совсем без одежды. - Син...Син Цю...-, Чунь Юнь хотел задать вопрос, но не понимал как его строить. - Подожди, дорогой друг, я уверен что тебе это понравится. Обхватив пальцами член Чунь Юня, Син Цю начал делать лёгкие движения вверх и вниз, заставляя орган как можно быстрее прийти в нужное состояние. Как только член стал хоть немного твердым, Син Цю тут же заглотил его. Чунь Юнь испугался, однако как только он почувствовал теплые и влажные движения по всему периметру, он немного успокоился и сильно покраснел. Син Цю двигал головой вверх и вниз, обильно облизывая половой орган Чунь Юня, заставляя того чувствовать себя очень необычно, из-за чего тот немного переживал. Становилось очень жарко. Внезапно Син Цю ускорил темп, из-за чего Чунь Юнь почувствовал то, что сейчас прийдёт то самое ощущение. - Я...я сейчас... Син Цю вспоминал строчки из книги. "Сейчас у Чунь Юня произойдет эокуляция, я должен быть готов". Руки юноши дрожали, его тело переполнилось чувством волнения, "бабочки", которые ещё неделю назад не покидали живот, сейчас свободно порхают по всему телу. Чунь Юнь напрягся. Син Цю обхватил его половой орган и начал сосать его, словно ребёнок сосет палец. Чунь Юнь задрожал, после чего издал тихий крик, куда больше похожий на обыкновенный стон. Его голова пошла кругом, по телу пробежала чувство дрожи, лёгкие судороги сводили руки и ноги и наконец, после нескольких коротких мгновений пришло чувство расслабления и уже не такого буйственного наслаждения. Чунь Юню приходилось приводить себя к похожему состоянию путём самоудовлетворения, но никогда, никогда в его жизни это чувство не было таким сильным и приятным. Когда он наконец отдышался, Чунь Юнь попытался сказать: - Мне очень понравилось,- Чунь Юнь сделал паузу, чтобы глотнуть немного воздуха, - Спасибо тебе, Син Цю... Не успел он закончить, как над его головой вновь возник его друг. Когда Чунь Юнь эокулировал, из головки его полового органа вышло небольшое количество мутной вязкой жидкости. "Семя, ну или же сперма" пронеслось в голове Син Цю. Почти вся эта жидкость оказалась у него во рту. В любом другом случае, человек бы захотел это выплюнуть, однако в тот момент, Син Цю находил вкус семени Чунь Юня чем-то приятным, даже вкусным. И сейчас, нависнув над головой друга, Син Цю вертел на языке его сперму. Посмотрев в глаза Чунь Юня добрыми восторженными глазами, Син Цю приложил свои губы к его губам. Они оба были неопытны, но уже спустя несколько неловких движений, их губы обвились друг об друга а языку коснулись. Ещё несколько секунд и их поцелуй уже был полностью правильным. Чунь Юнь был в смятении от вкуса собственной спермы, но само ощущение такого нежного, и нужно приметить первого поцелуя приводило его в восторг. Когда оба друга решили, что им достаточно такой нежности, они отодвинулись друг от друга и Син Цю положил голову на грудь Чунь Юня. - Ты был прав, Син Цю, - сказал Чунь Юнь, жадно глотая воздух. - Это было невероятно! Спасибо тебе! - Ты ещё не попробовал основное блюдо, но уже удовлетворён? - В голосе Син Цю читалась насмешка, - Сейчас, я хочу, чтобы ты помог мне. Юноша слез с Чунь Юня и сел. Положив руки на пуговицы рубашки, Син Цю начал медленно ее разстегивать. Чунь Юнь тоже встал подался вперёд с другу. - Можно...я это сделаю? - на лице Чунь Юня читалось смущение. Син Цю одобрительно качнул головой и улыбнулся. Чунь Юнь начал аккуратно водить пальцами по пуговицам, пока наконец рубашка не упала с тела Син Цю. Это чувство всегда приводило юношу в восторг. Ощущение, будто что-то нежное и ранимое достали из сухой кожуры. Ещё немного движений и одним рывком Чунь Юнь стянул с Син Цю его шорты и нижнее бельё, заставив член под ними дёргаться как пружинка. Синеволосый залился красным цветом. - Теперь я должен кое что подготовить, не волнуйся, - сказал Син Цю и прополз к левой стороне кровати, наклонился и открыл ящик прикроватной тумбы. Чунь Юнь сейчас находился в удобном положении, чтобы созерцать бедро Син Цю. Его изгибы были очень необычными, женственными. Это приводило Чунь Юня в лёгкое чувство восторга, что он не раз пытался опровергнуть. Син Цю же в свою очередь достал из тумбы небольшую баночку с круглой крышкой. "Очевидно что-то из хижины БуБу" подумал Чунь Юнь, "Но разве мы сейчас будем пить лекарства?". Син Цю открыл баночку и пальцами зачерпнул немного ее содержимого. Читая книгу, юноша узнал, как он должен совершить свое действие, однако для него нужно было пару дополнительных предметов. Он заранее все подготовил - точнее, его родители, он же просто нашёл, где они хранили столь нужную вещь. С этим необычным, но очень приятно пахнущим веществом на пальце, Син Цю лег на правую сторону кровати, подтянул колени к себе и отправил пальцы руки куда-то вниз. Увиденное очень поразило Чунь Юня, но он готов признать, что его воодушевили такие действия. Син Цю движением двух пальцев начал засовывать вещество в дырочку, в обычное время использующюся для совсем других целей. Все глубже и глубже запихивая пальцы внутрь, Син Цю начал глубоко и часто дышать. Со временем он начал делать действия, схожие с массажем, постепенно растягивая отверстие. Наконец отдохнув, Син Цю настоятельно сказал Чунь Юню: - Я надеюсь ты понял что сейчас ты должен сделать. Эти слова поторопили Чунь Юня, который также перекинулся на правую сторону кровати. Увидев отверстие, чей размер был определенно преувеличен недавними действиями Син Цю, Чунь Юнь инстинктивно хотел использовать его, но его прервала фраза друга: - Подожди, намаж своего...- Син Цю пытался подобрать слово. - Дружка этим раствором, это очень важно. Чунь Юнь послушно опустил пальцы в жидкость, от которой исходил запах, похожий на смесь Лилии, цветка Цинь Синь и какой-то лёгкой пряности, название которой Чунь Юнь угадать не смог. Как только его пальцы покрылись этой скользкой массой, Чунь Юнь начал обмазывать ею свой член, тем самым сильнее возбуждая себя. Пока рука экзорциста медленно ходила по половому органу, Син Цю, заворожённый его движениями, нанёс ещё больше жидкости внутрь себя. Когда оба юноши были достаточно "скользкими", Чунь Юнь, поддавшись первобытному инстинкту начал протискиваться внутрь Син Цю. - Хааах...- только это синеволосый и успел произнести. Это ощущение было достаточно необычно, чтобы заставить зрачки Син Цю расширится. Если постараться его описать, то это чувство, как будто внутри тебя что-то слегка давит на все твои органы, хотя ощущение течёт только в нижней части живота. Так же Син Цю ощущал, как будто где то у основания его члена, даже внутри его тела, его половой орган что-то очень сильно стимулирует. Как будто нечто изнутри трогает некие чувствительные нервы около его органа. Син Цю поставил себя в столь необычное для мужчины положение, во многом из-за того, что размер члена Чунь Юня был немного больше, чем у него, что по советам из той книги, приносит куда больше удовольствия. Син Цю был в состоянии, схожем с эйфорией. Чунь Юнь постепенно начал делать правильные движения - то отдаляясь, то вновь приближаясь, постепенно увеличивая темп. В какой-то момент, Чунь Юнь стал достаточно быстро двигать бедрами, чтобы кровать, на которой лежали друзья начала скрипеть. Комната заполнилась частым дыханием и лёгкими возгласами, которые время от времени издавали партнёры, не способные себя контролировать. Чунь Юнь внезапно замедлил движение, как будто отдыхая, но не успел Син Цю опомниться, как тот снова ускорил темп. Чунь Юнь крепко держался за стройные ноги друга, слегка раздвигая их, давая себе возможность лучше двигаться в таком тугом отверстии. Яички обоих неистово тряслись, что со стороны могло выглядеть довольно забавно. На это и обратил внимание Чунь Юнь, что вызвало лёгкую улыбку на его лице. В какой-то момент, Син Цю выгнулся и набрав воздуха попытался крикнуть: - Я...я сейчас...- его фразу прервал достаточно громкий стон, вырвавшийся из его груди. Син Цю схватился за свой член, и не успев даже провести по нему рукой, как небольшое количество семени вышло, даже можно сказать вырвалось из его верхушки. Син Цю закончил и пытался отдышаться, однако Чунь Юнь все ещё не достиг пика удовольствия, уровень которого и так уже был достаточно велик. Ещё несколько быстрых движений, как Син Цю почувствовал что-то очень тёплое внутри себя. С уст Чунь Юнь сорвалось лёгкое непристойное слово, после чего тот достал свой половой орган из Син Цю и обессиленно упал рядом с ним. Ребята ещё какое-то время лежали и тяжело дышали, не говоря ни слова. Глубоко вздохнув, Син Цю нарушил тишину: - Это было потрясающе. Чунь Юнь посмотрел другу в глаза. На лице его читалась самая чистейшая радость, которую он только мог увидеть в исполнении этого юноши. Он был в замешательстве. Все, что он знал доселе было перевёрнуто, из-за чего Чунь Юнь пытался обдумать все то, что сейчас произошло. "Это нельзя назвать простым развлечением двух друзей" - подумал он, "Что-то здесь не так. Вряд-ли же два простых друга будут оголяться друг перед другом, так ещё и так часто касаться интимных частей тела...". Любовь ли это была? Он мало в это верил. Простой дружеский жест? Маловероятно, но чего только можно ожидать от Син Цю? Тот в свою очередь начал изучать потолок. Он был невероятно доволен тем, что он провернул. "Надеюсь когда нибудь я сделаю с ним тоже самое, что сделал со мной Чунь Юнь" - с этими мыслями он прикрыл глаза и устроился поудобнее в родительской кровати. - Ты уверен, что то что мы сделали правильно? - Чунь Юнь все ещё чувствовал некое смятение. Часто так бывает - стоит тебе выбросить накопившуюся похоть, как сразу начинаешь жалеть об этом. - Пока мы делаем это по обоюдному согласию, в этом нет ничего зазорного, дорогой Чунь Юнь, - Син Цю вновь улыбнулся, но глаза так и не открыл, - пока мы тут, мы можем делать все что захотим и это никак не повлияет на нашу дружбу. Сомнения в его словах были, но Син Цю решил не думать о них, ведь он чувствует, что сможет жить дальше, как будто ничего в его жизни не изменилось. - А вот так можно? - спросил Чунь Юнь, после чего, тот в один миг оказался сверху Син Цю и прижался к его губам. В этот раз, этот поцелуй был совсем простым, без языка или разнообразных движений, но та ласка и нежность, с которой он это делал, заставила Син Цю почти перестать дышать. Он уже не испытывал возбуждения, только чувство глубокого комфорта и спокойствия. Когда их лица наконец отдалились, Син Цю произнёс: - У тебя очень красивое тело, Чунь Юнь, но я бы хотел сменить обстановку. Невероятно милая картина разворачивалась перед глазами. Вот наспех убранная кровать, вот странная баночка, стоящая на прикроватной тумбе и двое подростков, сидящие близко друг к другу. В чистой одежде, положив одну руку на другую, уже в течении многих минут, они тихо сидят и разделяют друг с другом один поцелуй. То отдаляясь, то вновь прижимаясь друг к другу, то слегка касаясь губами, то заходя гораздо глубже. Незная, что совсем недавно произошло между ними, можно даже посчитать, что они просто милая пара, наконец нашедшая уединение. - Мне очень нравится целовать тебя, - сказал юноша со светло-голубыми волосами. - Мы можем иногда встречаться и целоваться столько, сколько ты захочешь, - отвечал ему молодой человек с тёмно-синими волосами и стройной фигурой. - Я готов иногда раздеваться для тебя. - Это совсем не нужно. Мне достаточно просто общения с тобой. - Ты веришь, что мы останемся друзьями после этого? Настала короткая пауза. Слегка задумавшись, юноша с темно-синими волосами наконец ответил: - Да, мы будем теми друзьями, которые позволяют себе немного большее, чем остальные. Закончив говорить, юноша вновь припал к губам второго. В комнате вновь воцарилась тишина. Что же до книжки, из-за которой завязалась эта история, что же, сейчас она лежит где-то там, под кроватью, собирает пыль, невидимая за горами других книг. Если вы хорошо поищите, то наверняка сможете найти в библиотеках ее копии или другие издания. Содержание у нее невероятно скудное, да и язык автора оставляет желать лучшего. Писатель должен вкладывать душу в свое произведение, каким бы низменным и простым оно не было. Ведь только так можно заставить читателя почувствовать автора и его эмоции, зная, что возможно он ещё вернётся к этой книге, чтобы вновь не напрямую встреться с ее создателем.