Над бурей поднятый маяк

Джастин Джейкоб Дэвис появился на свет в 2191 году в Нью-Йорке. К моменту его рождения население Нью-Йорка уже насчитывало почти сорок четыре миллиона человек — Земля вообще была перенаселена. Однако в начале двадцать третьего века один молодой ученый, Стивен Розенберг, создал космический корабль, который выполнил первый гиперпрыжок, — и человечество начало активно осваивать космос. Люди наконец покорили гиперпространство, и это сильно расширило горизонты их возможностей. С самого раннего детства Джастин был белой вороной. Он был в курсе, но его это никогда не волновало. Он вырос в одной из тех немногих оставшихся семей — странных, все еще верящих в бога, пугающе религиозных. Пока человечество покоряло гиперпространство, мама и папа Дэвисы оставались истинными староверами. Сам Джастин полагал, что родился именно у этих людей из-за ироничной вселенской ошибки. Его это даже немного забавляло. Впрочем, чтобы матушка не причитала, что он какой-то не такой, Джастин, не задумываясь, нацеплял маску хорошего мальчика и делал все, что требовалось. Просто так, ради тренировки. Матушка верила. Он был пятым из девятерых детей — пятый мальчик, самый младший. Ни старшие братья, ни младшие сестры никогда не проявляли к нему особо теплых чувств и даже в глаза толком не смотрели. Родители растили их в строгости и, как им казалось, в справедливости. Это означало, что перепадает всем и всегда, но по чуть-чуть. Справедливо ли это было? Возможно. Нравилось ли это Джастину? Абсолютно точно нет. Долбаная справедливость преследовала его с рождения. Даже имя — Джастин — могло означать религиозное «праведный», а могло — «справедливый», чтоб его. Одним словом, Джастин не был в восторге от своей семьи. Матушка изо всех сил делала вид, что любит всех одинаково, но он видел, каким прохладным становился ее взгляд, когда она на него смотрела. Впрочем, его это не тяготило. Не тяготило его и то, что у него не было ни друзей, ни близких знакомых — так, приятели из школьных и студенческих времен, рядом с которыми было удобно не выделяться на общем фоне. Между прочим, они всегда считали его славным парнем. Джастин был средним во всем, кроме учебы. Непримечательная внешность, никаких хобби, никаких дерзаний. Он учился, пока ему было интересно. А когда появлялось более интересное или занимательное — он переключался на другое. Джастин не видел смысла в том, чтобы строить долгосрочные планы. Он просто брал от жизни всего понемножку — то там, то тут. Например, иногда он хотел манипулировать людьми и врать им в глаза, и делал это не только для выгоды или тренировки, но и для удовольствия. Не хотел заводить ни друзей, ни любовников — и не стал. Он вообще не испытывал к людям никаких чувств. Они его не интересовали. Джастин злился, когда что-то не получалось, и порой радовался, когда все выходило так, как ему хотелось. Но больше не испытывал ничего: ни печали, ни стыда, ни нежности, ни любви. Его это положение вещей абсолютно устраивало. Те, кто достиг с Джастином хотя бы какого-то уровня близости, думали одинаково: этот парень был абсолютно себе на уме. Иногда, очень редко, когда он попадался на лжи, его обвиняли в подлости. Идиоты высокоморальные. Вообще он иногда ощущал себя главным героем старой книжки про парня-парфюмера, который чувствовал, как пахнет все вокруг, но сам пах ничем и этим отпугивал от себя людей. Но у главного героя, черт возьми, был талант. Джастину казалось, что быть одаренным — лучше, чем нравиться всем. В 2216 году Джастин досрочно закончил Нью-Йоркский университет с двумя степенями: по анализу литературных данных и высоким технологиям — он всегда был умным. Многие считали, что чересчур умным. Специализация была перспективной — облачные литературные и исторические архивы все больше и глубже исследовались. Еще студентом Джастин разработал особую систему хранения и защиты файлов. Он продвинулся далеко, расширив возможности поиска данных до невероятных масштабов. Даже в закрытых базах. Этим своим открытием Джастин, конечно, ни с кем не делился. Не делился, но все равно обратил на себя внимание Торчвуда. Его завербовал Торчвуд-1, лондонское отделение, для работы с архивом древних артефактов. Затем, по программе обмена, Джастин проходил, и неоднократно, стажировку у капитана Джека Харкнесса — главы подразделения Торчвуд-3 в Кардиффе. Перенимал навыки оперативной работы. Для этих стажировок его отправляли в прошлое, в начало двадцать первого века, с помощью манипулятора временной воронки — широкого кожаного браслета, который выполнял функцию карманной машины времени. Беспрепятственно его использовать, увы, было нельзя: манипулятор моментально переходил на режим автопилота, если путешественник пытался изменить координаты времени и места прибытия. Простая защита от несанкционированного применения. В Торчвуде Джастин постарался не выделяться, но и не упускать ничего, внимательно наблюдая и присматриваясь, — и справился. Все, что могли сказать про него коллеги — это то, что он парень умный, дисциплинированный, да и работник ответственный. И ничего личного. Никто не знал о Джастине ничего, кроме имени и примерного возраста. Джастин знал, что Торчвуд его накрепко завербовал: он был ценным сотрудником с ценными разработками, перспективным и успешным в своей специальности. И это его тоже устраивало. Торчвуд и его архивы были тренировочной площадкой, где он мог тестировать свою систему поиска и на хорошем оборудовании проверять новые идеи. Место было неплохим. У Джастина не было никаких конкретных планов на будущее, но он обязательно планировал схватиться за что-то, что покажется ему заманчивым и перспективным — если такое вдруг появится. Джастин был открыт для предложений. У него была легкая рука: он легко и незаметно продавал налево ценную информацию, которую находил в архиве, даже поднаторел в поиске клиентов. Деньги ему не то чтобы были нужны — просто это было забавно и очень просто. В поисках того или иного кусочка данных Джастин рылся всюду, куда пускала разработанная им программа — то есть почти везде. Однажды под большой кучей паролей и защит он нашел засекреченную папку, которая заманчиво помигивала с монитора двумя буквами: DW. В этой папке хранились все документы о Докторе Кто — загадочной персоне, спасителе мира, последнего из Повелителей Времени. Там, аккуратно сложенные в папочки по годам, десятилетиям и векам, были тысячи зафиксированных свидетельств появлений Доктора. Разные точки времени и места, где его встречали, одного и со спутниками. На спутников, кстати, тоже набралось приличное досье. Сердце Джастина забилось быстрее. И чем глубже он погружался, тем ощутимее становилось странное горячее возбуждение в его груди. Он с удивлением понял, что это азарт и, кажется… радость. История Доктора поглотила и окутала Джастина, как история отеля «Оверлук» поглотила Джека Торранса в кинговском «Сиянии». Джастин и не помнил, когда хотел чего-то так сильно. У него наконец появилась цель: он станет спутником Доктора. Идеальным спутником. Вроде Клары Освальд, только еще больше власти над ним. Он должен выловить — именно выловить, а не просто найти — Доктора. Потому что охота — это стратегия. Потому что человек сам должен строить свою судьбу, и это — его судьба. Джастин все делал с умом. Он слишком хорошо понимал, как работают цифровые хранилища, так что завел себе самый простой блокнот для пометок — толстенькую, но компактную записную книжку. Проведя дотошное детальное исследование, Джастин составил алгоритм охоты — очень быстро, вдохновение буквально несло его вперед на полных парусах, пока картинка не стала предельно четкой. Шаг первый — нужен был транспорт: пусть ему было известно, где и когда объявлялся Доктор, но туда надо было как-то добраться. Джастин работал с архивами, да, и знал обо всех передвижениях Доктора. Но получить доступ к манипулятору временной воронки, этой маленькой машине времени, было сложнее, чем он думал. Разрешение на перемещение к Джеку Харкнессу, в штаб-квартиру Торчвуда-3, у Джастина было. И «обратный билет» тоже. Но это все: выбрать точку назначения самостоятельно было нельзя. Манипулятор, конечно, можно было свистнуть и скрыться с концами. Он так и планировал сделать, но не сразу, позже. Когда возьмет от Торчвуда максимум того, что ему необходимо, потому что соваться к Доктору без должной подготовки — почти то же самое, что гадать на ромашке. То ли повезет, то ли нет. А Джастину были нужны стопроцентные гарантии. Шаг второй — выбрать две удачные пространственно-временные точки: для знакомства и для первого Путешествия. Джастин понимал, что просто встретиться с Доктором недостаточно. Было очень важно попасть «в тему», сделать так, чтобы он его заметил. Где и когда? Джастин решил оставить это на потом. Самое легкое можно сделать и в самом конце, когда все остальные приготовления будут закончены. Во-первых, требовалось выбрать место Путешествия. Куда заманивать Доктора? Какую правдоподобную причину придумать? Во-вторых, нужно время — точнее, точка во времени, где они точно встретятся с приключением, которое покажется Доктору интересным. Торчвуд и здесь давал доступ к обширным пластам информации. Открывался такой спектр вариантов, что у Джастина даже голова кружилась. В-третьих, нужно было придумать правдоподобное объяснение тому, почему он, Джастин, ткнул пальцем в небо и попал именно в то время и то место, где их с Доктором будет поджидать первое Настоящее Приключение. Судя по данным из архива, Доктор очень любил защищать Землю и землян от пришельцев — особенно часто, почему-то, на территории Великобритании. Таких случаев было множество, на любой вкус. Но ни для одной истории Джастин не мог, хоть убей, придумать убедительного основания — причины, почему Доктор должен отправиться именно туда. Без объяснений, конечно, не обойдется. Не просить же его лететь по случайным координатам? Это было бы глупо и подозрительно. Да и, судя по данным из архивов, затащить Доктора в скучную экскурсионную поездку было нереально. А вот туда, где хоть что-то происходит, гораздо проще. А затем он нашел золото среди кучи бесполезной меди: случай на острове Уайт, где Торчвуд засек таинственного монстра. Хватило нескольких свежих трупов, найденных у маяка. Торчвуд все такие случаи подчищал до блеска, пришельцы либо ликвидировались, либо сажались в тюрьму. В мирных инопланетян эта организация не верила. Монстром оказалась паучиха с другом планеты, и ее в виде исключения депортировали — Прокламация Теней защищала ее вид от исчезновения. Торчвуд с этим случаем тогда справился — оперативная группа, переместившись в конец девятнадцатого века, закрыла дело. Джастин зафиксировал себе координаты места и времени. А еще на острове Уайт в 1908 году прошли Олимпийские игры — глобальное историческое событие. Да, год не совпадал с годами, когда на острове бушевал паук. Но мог совпасть, если немножко переписать историю, сдвинуть временные переменные. И помочь Торчвуду забыть об этом маленьком инциденте. Все складывалось. Теперь можно было приступать к активным действиям. Джастин в последний день пришел на работу и задержался вечером дольше всех — он заранее завел себе эту непримечательную привычку, так что и в этот вечер никто из коллег не удивился. Затем он взломал защиту хранилища технического снаряжения, стер данные датчиков слежения и ушел, прихватив с собой пару манипуляторов временной воронки. Конечно же, все, что было связано с Доктором, было залито в облако — он проверил несколько раз перед тем, как навсегда исчезнуть. И Джастин испарился. Он никогда больше не пересекался с людьми из своего прошлого. В конце концов, собственное прошлое интересовало его меньше всего. Он знал, что там, в своем настоящем времени, числится без вести пропавшим, и его нисколько это не трогало. Ему нужен был Доктор и все, что к нему прилагалось. Вот и все. С этого момента действия Джастина перешли в активную фазу. Если честно, эта фаза была куда интереснее подготовки. Вооруженный манипулятором временной воронки, он вернулся в прошлое. В точку времени намного более раннюю, чем та, когда остров Уайт попал в поле зрения Торчвуда,. Когда слухи расползлись по острову и за его пределы. Джастин уточнил и перепроверил все подробности той местной легенды про маяк Святой Екатерины. Про то, что пропажа людей каким-то образом помогала кораблям вернуться в порт — это, конечно, чушь, суеверие. А вот то, что люди много лет пропадали как бы сами по себе, — это уже совсем не чушь. На побережье неподалеку от маяка, в пещере, действительно обнаружилось паукообразное существо, которое попало на планету давным-давно. Самым сложным было не найти ее, а познакомиться с ней и умудриться не стать очередным обедом. А затем паучиха, которая до этого охотилась сама, с удовольствием заключила с Джастином пакт: она больше не выходит из пещеры, чтобы не привлекать к себе внимания, а он регулярно поставляет ей еду. Чтобы Торчвуд оставил паучиху в покое, нужно было скрыть следы ее присутствия на Земле. Если она не будет нуждаться в пище, то не будет выходить на охоту. Значит, надо было просто на постоянной основе снабжать ее едой. В следующую поездку Джастин привел с собой жертву. Наверное, можно было обойтись и без человеческих жертв, но Джастин выбрал путь наименьшего сопротивления. Зачем изобретать велосипед? Люди в прошлом были доверчивыми, особенно женщины и дети. Он приводил их раз в месяц — много лет подряд. Перемещения во времени порядком его измотали, он использовал манипулятор без остановки: заманивал с собой людей из разных времен и мест, прыжок — и они в пещере. Важнее всего было не забывать сдвигать координаты места прибытия на месяц вперед. Местных Джастин не трогал — от острова нужно было отвести всякие подозрения и любопытные взгляды, примелькаться не хотелось. Порой он просто брал пару свиней или еще какую-то живность и подкидывал их Вайолет на обед. Но людей все-таки было больше. Каждый месяц — одна большая жертва. Без этого паучиха начинала выходить из-под контроля и свирепеть, а это в планы Джастина пока не входило. Но зато Вайолет пропала с радаров Торчвуда, будто и не было ее. Местные перестали пропадать — и это то, что Джастину было нужно. И наконец, когда он потерял счет прыжкам во времени и людям, когда они все смешались в один сплошной пестрый поток, подошел срок: сначала он скормил паучихе местную девицу, чтобы встряхнуть старые мистические слухи, чтобы вдруг снова стало, кого спасать. А потом намеренно пропустил кормежку. Чудовище оказалось вполне разумно для еще одного договора: если она потерпит совсем немного, то на обед получит двойную порцию. Это было незадолго до тех соревнований по парусному спорту. А историю Артура Вуда он выбрал и вызубрил заранее: что может быть правдоподобнее желания увидеть дедушку, победившего на Олимпийских играх? Пришла пора отправиться в не столь далекое будущее: Джастина ждал 1969 год и Главная Встреча в его жизни.