Контакт

Утро не может быть хорошим, если ты открываешь глаза не по своей воле и первое, что ты слышишь, раздражающе орущий будильник. Как бы сильно не хотелось спать, а деньги сами себя не заработают. Тэян вслепую пытается выключить будильник на телефоне, тыкая пальцем наугад, и попадая в нужное место на экране только с третьего раза. Вставать не хочется от слова совсем. Парень отмечает свое хорошее самочувствие, ничего не болит, все хорошо. Так уже четвертый день подряд — по утрам он чувствует себя прекрасно. Это странно, но Чхве только радуется. Он наконец отрывает свое тело от постели и несет его в душ. Умывается, завтракает, одевается и уходит на работу. Он заметил, что боль где-то внутри подступает везде в течение дня, кроме дома. Вечером хорошее самочувствие возвращается, ночью все хорошо, и утром тоже. Единственное, что может быть не так, так это эмоции. Он много чего чувствует, но это словно испытывает не он. У Тэяна появилась теория, что это эмоции его соулмейта. Иного объяснения он просто не видит. По дороге на работу он вспоминает, что еще в конце прошлой недели он обещал Кихо посетить врача, потому что вечно эту боль терпеть нельзя и она отвлекает от работы, что сказывается на его производительности. Юн очень помог ему, найдя этого нужного врача, что оказалось непросто. Людей, не встретивших своих соулмейтов мало, поэтому и врачей по пальцам пересчитать. Хоть найти его оказалось непросто, но записаться к нему не составило труда, и Тэяна ждут уже в пятницу. Сейчас рабочий день подходит к концу. Сегодня понедельник, но день на удивление прошел спокойно. Только начальник Ли чуть ли не каждые полчаса спрашивал Тэяна о самочувствии. Санхёк хороший человек, он хорошо заботится о своих подчиненных, и благодаря ему у Чхве есть хорошая работа. — Кстати, сонбэним, — подорвался с места Тэян, когда увидел мимо проходящего начальника, — можно Вас на минутку? — Конечно, пошли в кабинет, — старший помахал ему папкой в руке следовать за ним. — Что-то случилось? — спросил он уже в кабинете. — Не совсем. Просто, помните же, что мне еще универ закончить надо? — А, — протянул Ли, — да, теперь помню. И когда ты собираешься снова переключиться на учебу? — Вообще, она начинается через три недели, но я бы хотел уйти немного раньше. — в ответ он получил немного непонимающий взгляд. — По личным причинам, — добавил Тэян, и теперь Санхёк кивнул уже понимающе. — И насколько раньше? — Было бы хорошо, если бы это была последняя моя рабочая неделя. — Санхёк снова кивнул, глядя на календарь и о чем-то задумался на мгновение. Потом спросил Тэяна вернется ли он к ним сразу после университета или отдохнет какое-то время, и спросил что-то еще касательно документов. Поэтому Ли и нравился Тэяну — он ко всему относился с понимаем, к тому же он сам позвал его работать и был готов к тому, что Тэян оставит их на какое-то время. Поговорив с Санхёком, Тэян двинулся домой, так рабочий день в общем-то кончился и делать здесь больше нечего.

***

Лектор что-то отчаянно пытался объяснить засыпающим студентам, но его слушали только самые ответственные сидящие за первыми партами. Чхве тоже клевал носом на одном из последних рядов. Юн рядом что-то чиркал в тетради, но точно не слова лектора, и о чем-то усердно думал, он хмурился и Джиуну в какой-то момент показалось, что брови его товарища скоро срастутся в одну. — Эй, — произносит Чхве шепотом, пихая соседа в бок. Юн вздрогнул и повернул голову в его сторону, — рассказывай уже. — Что рассказывать? — Юн не понял и запаниковал, крутя головой и осматривая аудиторию. — Да че ты засуетился? — Джиун притянул его к себе за локоть. — Рассказывай о чем ты так усиленно думаешь уже который день? Настолько сильно, что я слышу как скрипят шестеренки в твоей голове. — А, ты об этом… — Юн расслабился, потом закусил губу и с хитрой улыбкой глянул на Чхве. — Ну не томи ты! — Джиун уже начал орать шепотом теребя локоть Кихо, но даже это привлекло внимание лектора и ему сделали замечание, чтобы тот не мешал учиться своему соседу. Джиун только извинился, ущипнув за бедро, склонившего голову тихо ржущего Кихо, и тот тихо пискнул, подпрыгнув. Лектор еще несколько секунд косо смотрел на них, но в итоге продолжил вещать свой скучный материал. — Так что? — Думается мне, что соулмейт нашего хёна где-то рядом, и скоро они узнают друг о друге, — довольную улыбку Юна не смыть и не стереть. Чхве вопросительно выгнул бровь. — Помнишь день, когда я кинул тебя и пошел к Тэян-хёну, тогда еще дождь шел с самого утра? — кивок. — Тогда я предложил ему заказать еду, с доставкой. И… — И ты думаешь, что доставщик его соулмейт? — закончил за него Джиун. — Да. — Да с какой радости? — Я понаблюдал за Тэяном. Когда я пришел, ему было плохо, но после того, как парень принес еду, ему стало легче. — Джиун снова непонимающе выгнул бровь. — Хён сказал, что боль обычно не прекращается так быстро, она плавно подступает, и плавно уходит, но не быстро. А тут… И я потом немного почитал об этом, и в одной из статей было написано, что самочувствие человека быстро улучшается, если его соулмейт рядом, и, кроме этого, их связь становится сильнее. Как эмоциональная, так и физическая. Они не знают друг друга, но так сильно связаны, сильнее, чем встретившиеся соулмейты. — Ага… вот значит как… И кто автор этой статьи? — Доктор Ким… — Кихо закатил глаза, напрягая извилины. — А, Ким Сынмин. Он врач по этой части, помогает людям, которые не встретили своих соулмейтов. Тэян, кстати, должен был к нему записаться на прием. — А ему можно верить? — Я два дня подряд потратил на его поиски, а потом еще и проверил все, так что думаю, ему можно доверять. Джиун цокнул. — Если с Тэяни-хёном что-то случится, это будет на твоей совести. — Да все хорошо будет, я уверен. И ставлю косарь, что этот доставщик его соулмейт. Чхве вздохнул, и сказал, что запомнил его слова, и он уверен, что доставщик не может быть его соулом, потому что «это слишком просто для этого мира, чтобы быть правдой, мы же не в дораме». Парням пришлось замолчать, так как лектор конкретно вскипел из-за их диалога и даже пригрозил выгнать их из аудитории, но к его сожалению прозвенел звонок, оповещающий об окончании пары, и парни двинулись к выходу победно улыбаясь. Вечером Юн позвонил Тэяну, расспрашивая как самочувствие того, и убедился, что он записался к врачу. Кихо хотел прийти к хёну, но тот убедил его, что все хорошо, и это будет лишним, да и завтра ему самому на работу, а младшему на пары. Спросив все по кругу раза три, только тогда Юн успокоился, да и то, только потому, что Чхве сказал, что уже поздно и он хочет спать.

***

Среда. Вечер. Рабочий день выдался ужасным. Все, о чем сейчас мечтает Тэян — теплая ванна. Это он делает сразу придя домой — набирает воду, а потом расплывается в ней сам. Кроме неудачного рабочего дня, он с самого утра чувствовал печаль. Но это были не его чувства. Если его теория верна, то это то, что чувствовал весь день его соулмейт. Он не знал, что это за человек, но Тэян был расстроен, что ему грустно. Он не знал причины печали, и это еще больше беспокоило его. Он бы хотел поскорее встретить свою родственную душу, хотел бы обнимать его, когда ему грустно или весело, хотел бы чувствовать его тепло, и наконец понять что это за особое ощущение такое, когда касаешься кожи своего соулмейта. Все, что он может чувствовать сейчас, — как теплая вода приятно ласкает его кожу. Вода и правда хороша, успокаивает, так он еще и добавил масло иланг-иланга — совсем забыл, что лавандовое закончилось и пришлось довольствоваться тем, что есть. Долго у него не вышло наслаждаться ванной из-за звонка в дверь. Тэян никого не ждал, но этот кто-то был очень настойчив, и Тэяну не осталось ничего, кроме как вытащить свое тело из воды. Он наспех нацепил полотенце на бедра и ворча пошел открывать. Человек за дверью вызвал у него удивление. Вот кого как, а его он увидеть не ожидал: — Чонсоб? — Привет, хён, — Ким ответил не сразу, он тоже не ожидал, что его встретит полуголый Тэян. Старший впустил его и попросил немного подождать в гостиной, пока он оденется. — Почему ты пришел так поздно, разве тебе завтра не в школу? — Нет, сегодня был последний экзамен. И прости, что пришел без предупреждения. — старший видит, что он нервничает, и предложил ему чай, младший сразу согласился, быстро закивав. Они перешли на кухню. Неловкая тишина, только шумящий чайник разбавляет ее. Тэян очень хочет спросить, что случилось, но он знает, что младший заговорит сам, когда соберется с мыслями. Через несколько минут чайник наконец щелкнул, давая знать, что кипяточек готов. Ким все еще молчал. Чхве его не торопил, сделал ему ромашковый чай. И себе на всякий случай и сел напротив младшего. — Как ты себя чувствуешь? — вдруг спросил Ким. Его собственный голос эхом отдался в ушах. — Прекрасно. А ты? — глупый вопрос, но как-то диалог построить надо. — Вроде тоже хорошо, — младший с ответом замялся. Тэяну становилось еще больше интересней, но вместе с интересом росло и беспокойство за младшего. — Может, ты голоден? — Соб отрицательно мотнул головой пару раз. — У тебя что-то случилось? — младший поднял на него взгляд, до этого он смотрел куда угодно, но не хёна. — Не то, чтобы случилось… Просто я… — он снова замолчал. — Сейчас мне это кажется глупым, то, с чем я пришел к тебе. — Тэян еще больше заинтригован. — Извини. Все в порядке. Я допью чай и пойду, ладно? — Чего? Куда ты там пойдешь? Уже поздно, и раз тебе завтра никуда не надо, то просто останься. Чонсоб-а, ты же знаешь, что все в порядке и ты можешь прийти ко мне с любой мелочью? Знаешь же? Все хорошо. — Ким вздохнул и опустил глаза. Его руки все еще были под столом и нервно теребили край жилетки, парень пришел к нему в школьной форме, похоже он не ходил домой после экзамена. — Чонсоб, это связано с Интаком? У Кима мурашки по спине прошлись. Старший как всегда будто бы в самую душу смотрит. Чонсоб еле заметно кивнул все также смотря куда-то вниз. — И не только Интак. — очередная интрига. Тэян только ждет, пока Чонсоб продолжит сам. — Сначала я думал, что мне нравится только он, но… — младший снова прервался. — Тебя беспокоит твоя ориентация? — предположил Чхве. — Да. Я боюсь это признавать, и боюсь, как это воспримут другие. Но, что не менее важно, я все еще не уверен. В голове Тэяна пронеслась мысль, что Чонсоб не похож на того человека, кого волновало бы чужое мнение, и Тэян сам был уверен, что какие люди бы не нравились младшему, они бы приняли все, кого угодно, если бы этот человек мог сделать Соба счастливым. — Я бы хотел это проверить, — продолжил младший. — Ммм, интересно и как же? — Тэян действительно был заинтересован. После своего вопроса он сделал глоток чая, но это было ошибкой. — Могу я поцеловать тебя, хён? — без колебаний на одном дыхании выдал младший, и тут-то Чхве и подавился, буквально чуть не захлебнулся в этом злосчастном чае. Он ожидал услышать что угодно, но не это. Тэян просто завис, смотря на младшего круглыми глазами. Спустя где-то минуту молчания старшего, Соб засуетился. Для него это время длилось просто вечность. — Извини, я просто бред несу, — и младший засмеялся. — Забудь. Я правда допью чай и пойду, так будет лучше. Чонсоб залпом выпил теплый ромашковый чай и отставил стакан. Он отдал будто бы горечью на языке Соба, но младший понял, что это виноват не чай, а его чувства, ему казалось, что он вот-вот заплачет. Ким думал о том, какой же он дурак, и поспешил к выходу, тихо бросив что-то похожее на «пока, хён, провожать не нужно». Ему вообще не стоило беспокоить старшего, и тем более говорить все это. Теперь он чувствовал себя виноватым перед Тэяном. Ким было наклонился чтобы обуться, но ему не позволили этого сделать прижав к стенке. — Чонсоб, куда ты сорвался? — голос старшего был спокойным, по крайней мере Тэян пытался, чтобы он был таким. — Прости, хён, но мне правда лучше уйти. — хреново. Ким чувствует как к горлу подступает ком и говорить что-либо становится все сложнее. — Это из-за того, что я долго молчал? Прости, я просто не ожидал такой… просьбы, и это весьма удивило меня. Но тебе не нужно убегать. — старший выдохнул и посмотрел младшему в глаза, в них наворачивались слезы. Ким смотрел на него, словно потерянный котенок. Откровенно говоря, Тэян не знал, что делать, все, что он смог — прижать младшего к себе, крепко обняв его. Так Тэян хотел дать понять Чонсобу, что все хорошо, и он рядом, что это не конец света, что он не должен убегать и начать чувствовать себя из-за этого одиноко. Чхве почувствовал, как его крепко обняли в ответ, как Ким уткнулся лбом ему в плечо, тихо заплакав, и кажется много извиняясь. Тэян обнимал его, гладил по спине, голове, пальцами перебирал его красные волосы и шепотом повторял, что все хорошо. Чонсоб в их компании был самым младшим, и из-за этого ему было несколько тяжело. Как он вообще к ним попал? Из-за Интака. А Интак бог знает где сошелся с Кихо — они до сих пор не рассказали где и как познакомились, эта история чисто между ними двумя и они всячески ее избегают. Но Чонсоба любили, он был для них как младший братишка, старшие хорошо заботились о нем. И Чонсоб сам по себе интересный человек, хёнам всегда интересно, что думает младший, он умен, много знает, мудр не по годам, как будто он не в десятом классе, а на пенсии уже с десяток лет сидит, но это не делает его занудой, совсем нет, скорее напротив. Спустя долгих минут десять, или около того, Чонсоб, кажется, успокоился, и Тэян осторожно отстранился от него, заглядывая тому в красные заплаканные глаза. «Все хорошо», — тихо повторил старший, утирая последние скатившиеся слезки с щек младшего. Момент затянулся и стал каким-то неловким. Тэян не понимал, какая неведомая сила двигала им, но он мимолетно коснулся своими губами губ младшего. В его голове пронесся вопрос «зачем, а главное нахуя», но подумать над ответом он не успел, потому что младший ответил ему. Чонсоб прижался к нему, так небрежно и так невинно сминая губы старшего, но так приятно. Хорошо это или плохо — никто не знает, но факт, что они вошли во вкус. Губы Тэяна пухлые и мягкие — хотелось бы касаться их вечно. Но рано или поздно закончить надо, и Соб оторвался от них, мутным взглядом с горящими щеками и немного опухшими губами, смотря на старшего. Тот выглядел примерно также как и младший: розовые щеки, замутненный взгляд и влажные пухлые губы. — Ну и как, проверил? — тихо прохрипел старший. Ким утвердительно кивнул быстро пару раз, и еще раз поцеловал Чхве: медленно, тягуче, приятно. — Хён, как насчет встречаться со мной?