О чудовищах и тех, кто притворяется ими

В детстве, когда он еще не знал ничего о Хогвартсе и магии кроме того, что он особенный, его таскали в церковь, где монотонным голосом зачитывались молитвы и рассуждения о добре и зле. Свет переливался в цветных витражах, ложился цветными пятнами на чистый пол, искрился у потолка и застывал толстым слоем меда на теле. И пока все маялись со скуки, не зная куда себя деть, он рассматривал священника и думал о том, что все его слова — обычный бред. Ведь если бы бог был — то разве мир был бы таким, каков он есть? Разве были бы очередные тычки, подножки и подставы, омерзительные шутки и громкие от испуга голоса, сливающихся в одно бурое пятно с редкими просветления одиночества? Разве забрал бы он его мать к себе, бросая его на съедение волкам с человеческими лицам и привычкой винить во всех несчастьях ребенка? Разве позволил бы он совершать людям все те мерзкие поступки, что совершенно точно приведут их в ад? Если бы бог был достаточно компетентен, то такого бы не случилось — решил он и убрал все иконы с глаз долой, стараясь не слушать чужие шепотки про то, что бог отвернулся от него. Слизерин его вымуштровал, научил его правильно вести себя и знать, куда нужно смотреть, чтобы не попасть впросак. Том Риддл всегда был прилежным учеником и легко запоминал нужные вещи. Привык держать лицо в любой ситуации и кусать так, что лучше бы убило. И он был достаточно умен и харизматичен, чтобы совсем скоро школа оказалась у его ног и никто не смел даже подумать изменить это. Том поправил мантию и холодно улыбнулся своему отражению в зеркале. Как хорошо, что он успел понять одну простую вещь: это не бог отвернулся от него — это он отвернулся от бога. В конце концов, весь мир — это ад, и ему нужен свой собственный Люцифер.