(НЕ) Пара для Короля

Сердце бУхало так сильно, словно в ушах бил набат. Словно Дереку снова было пять и они с Лионом «одолжили» королевскую корону. На «померять». Не самый умный поступок, мягко говоря. Адреналин гулял в крови тогда точно так же, опьяняя и вызывая кристально-обостренную ясность восприятия. Желаемое было так близко. И, наконец, получено. Закончилось все ожидаемо. Вычислили их, конечно. Ну и трепку же им задали. Обоим. А Дереку, так вообще влетело дважды. И от его Величества, и от родителей. Какая уж там справедливость. Но он не жаловался. И не жалел. Ведь Ли смотрел на него потом, как на героя. Потому как всю вину Дерек взял на себя. (То же самое, кстати, в кабинете у отца сделал и сам Лион, но Дерек об этом так никогда и не узнал). Советник страдальчески закатил глаза и вытер выступивший на лбу пот. «Ночь воспоминаний, епрст!» Отбросив кучу бесполезных одеял, оставил всего парочку (иначе можно было сдохнуть от перегрева и духоты). Собственное поведение кисейной барышни злило, но брюнет ничего не мог с собой поделать. В конце-концов, ему предстояло лечь в постель к другому мужчине. К одному, абсолютно особенному для него, мужчине. И не важно, что совсем не по тому «поводу», по которому втайне грезилось. Сев позади сжавшегося в комочек Лиона, Дерек одну за другой все же засунул ноги под одеяло и замер, прислушиваясь к себе. Ничего. Терпимо. Похоже, его организм отказывался возбуждаться на бесчувственный «кусок мяса» рядом. Точнее, влечение-то никуда не делось, но желание защитить превалировало. Защитить. Отогреть. «Тьфу, черт! - советник едва не ругнулся вслух. - Воин я или кто? Сопли-слюни развел. Хочу-не хочу… Не так хочу… Раскис совсем. Хорош друг! Пока товарищ мечется в лихорадке, я тут в своих моральных терзаниях копаюсь. Да кому сейчас какое дело до морально-этических! Это все измотанность тяжелой долгой дорогой, не иначе». С этой мыслью брюнет, наконец, лег и, промедлив ровно мгновение, прижался горячей грудью к ледяной спине Короля, обхватывая того рукой и притягивая вплотную. Непроизвольно вздрогнул и усмехнулся. Слишком велик был контраст температур. Хотя, в такой духоте это было, пожалуй, только плюсом. Можно было не опасаться «свариться» в этом коконе одеял. Тело Ли так удачно «вписалось» в его собственное, будто несколько кусочков пазла идеально подошли друг друга. Ни отнять, ни прибавить. Идеальный тандем. Шикарная пара. Могла бы быть в какой-нибудь иной Вселенной. Брюнет обнимал друга и думал о том, что желаемое иногда сбывается в весьма извращенной форме. Что желать нужно было конкретнее. Что, очевидно, формулировка об одной постели с Ли была истолкована Мирозданием абсолютно неверно. И еще, что – «сам дурак» и «сука-судьба». А также, что все-равно он был сейчас счастлив. За многие годы счастлив по-настоящему. Со своими никому ненужными чувствами, отравляющими многолетнюю дружбу, но живущими в сердце вопреки всем доводам разума. Что наплевать ему сейчас на все моральные нормы. На все приличия и догмы. И вообще на все на свете. Это были мгновения, когда хотелось остановить саму Землю. И, даже если Король придет в себя и узнает его, Дерек готов был принять смерть от его руки. Так он тогда считал, не замечая, что все сильнее прижимает к себе блондина. Что практически вжимается к тело друга всем своим телом и зарывается лицом в разметавшиеся из резинки высохшие блондинистые пряди. Что губы самого Дерека трогает едва заметная, невесомая, но такая искренняя и светлая улыбка. Где-то на этом этапе веки советника окончательно отяжелели и он провалился в сладкий безмятежный сон, изо всех сил обнимая самое дорогое существо во всей Вселенной. Во всех Вселенных… *** Утро наступило внезапно. Во всяком случае, для Дерека. Советник распахнул глаза, будто кто-то гаркнул ему в самое ухо. Ошалело заморгал, пытаясь связать воедино мысли и реальность. Непривычная обстановка запустила мыслительный процесс быстрее и уже спустя секунду мужчина почувствовал чужую руку у себя на груди. Похолодел, плохо соображая спросонья. Так резко развернул голову влево, что едва не потянул себе шею. И практически уткнулся в лицо Лиона, продолжавшего безмятежно дрыхнуть и видеть десятый сон. Очевидно, за ночь Королю полегчало. Он согрелся, прекратил дрожать и кашлять. Лишь был чуть более бледен, чем обычно. Но и то – хлеб. Пронесло значит. Подействовал бабкин метод да фирменный отварчик. Ай да бабка Лукерья! Ай да травница… «Спасибо тебе, бабуля!» Следовало как можно скорее покинуть покои Леона, пока тот не проснулся, но брюнет продолжать лежать и пялиться на губы друга. На его высокие скулы. На мягкие волосы и стрелочки ресниц. Мучительно хотелось прикоснуться. До боли хотелось вновь прижать к себе это сильное тело. Как ночью. Ночью, о которой не должен был узнать никто. И сам Король в том числе. Благо, спал Ли всегда крепко. Как убитый. Так и не решившись дотронуться, брюнет лишь придвинулся чуть ближе и полной грудью вдохнул воздух возле шеи блондина. Горчинка полыни с утра была ощутимее. И это волновало. Возбуждало. Так. Стоп. Тенью выскользнув из кровати и бесшумно ретировавшись в потайной коридор, о существовании которого знали лишь члены королевской семьи да сам Дерек (с подачи друга), мужчина облегченно уткнулся лбом в деревянную панель, которыми был облицован коридорчик. Закрыл глаза и с минуту не шевелился. Следовало немедленно идти в свои покои. Скоро проснется дворец. Слуги забегают по этажам. Он должен выйти из своих покоев, а не появиться из ниоткуда. Сейчас нельзя было пускать сплетен. Подумать о произошедшем он сможет чуть позже. После завтрака. Как раз будет около часа времени. Оставалось надеяться, что Король ничего не вспомнит и публичной казни не суждено будет сбыться. Оставалось молиться, чтобы произошедшее поросло былью как можно скорее… Словно ничего и не было. Словно это был просто счастливый сон. Сон Дерека. Его неправильно сбывшаяся мечта. *** Утро Короля было не слишком добрым. Лиону казалось, что он долгое время плавал в какой-то темной и тягучей жиже. Вязкой, как смола. Что он тонул в ней и захлебывался этой горькой мутью, не в силах выплыть на поверхность. К тому же – субстанция была настолько холодной, что подобрать определение было попросту невозможно. Она вымораживала не только его кровь. Она растворяла тело. Она словно расщепляла душу. Распыляла сущность, заставляя терять само понятие «я». «Где я? Кто я? Я существую? Холодно. Почему так холодно? Это дыхание самой смерти? Я не чувствую тела. Я не чувствую себя. Я - пустота? Я утонул? Но нет. Вот оно. Что-то. Это ощущение. Тепло. Сзади. Со спины. У меня есть тело? У меня есть спина? Я не пустота? Точка в пространстве. В этом «нигде» есть источник тепла. Оно манит. Зовет. Притягивает меня. Да я и сам не хочу сопротивляться. Я всеми силами «плыву». Стремлюсь туда. Душой? Сущностью? Я пытаюсь заставить слушаться тело. Физическую оболочку. То, что осталось там. Внизу? Вверху? Я пытаюсь вернуться. Как по путеводной нити продвигаюсь к этому источнику тепла. Это сейчас единственная надежда. Это моя цель. Я хочу туда. Я мечтаю согреться. Припасть к источнику. Я точно знаю, что это – для меня. Что я буду спасен. И сейчас. И потом. От темноты. От холода. От боли. От пустоты. Нечеловеческим усилием я прорываю пелену сумрака и подаюсь назад. К теплу. К свету. И вот теперь утро. Это точно утро, ведь на стене лежит косой солнечный луч. С трудом разлепив веки, я вижу его. И луч. И физический мир. Тонкие ощущения притупляются и я более не могу ухватить эти ускользающие нити ночного сумрака. Да и нужно ли мне это? Слишком… леденящие воспоминания. Пускай они будут просто страшным сном. Пускай останутся в прошлом, как и многие до них. Мне хватает пустоты и в настоящем. Той, которую я не могу отодвинуть на задворки сознания и «откинуть» назад. Так что не вижу смысла цепляться за эти ночные эманации. Вот только… Это тепло… Оно было таким живым. Таким необходимым. Оно вытащило меня. Чье оно? Что это было? Я помню дождь. Помню свое отчаяние. Помню скалу и белые барашки волн. Помню громовые раскаты и безумие накатывающих мыслей. Дорогу к замку почти на автопилоте. Вакханалию вокруг. Собственное безразличие ко всему происходящему. И еще… еще что-то. Что выбило из колеи. Что прорубило брешь в этом безумии и пустоте. В этом безразличии. Что-то… Ах да. Дерек же! Вернулся советник. Вот оно! Вот кто уладил все после. И мою «транспортировку» в замок. И все связанные с этими нюансы. Ну конечно. Как всегда подставил плечо. Такой правильный. Такой верный. Такой… прямо до тошноты. До… желания. Очевидно – пригрозил чем-то прислуге и организовал сиделку, лекаря и прочее. Грелку там. Все дела. Вот откуда тепло. Ну конечно! Я же промок. Простуда. Вот откуда темнота и мрак. Лихорадка просто. Озноб. Как все легко объяснить. Как все просто, если подключить уже адекватно соображающие мозги. Хлопотали вокруг меня всю ночь, вот и осталась на утро лишь слабость да першение в горле. Организм справился. И на том спасибо. Но только, почему у меня такое чувство, будто я что-то упускаю? Что, будь все так до последнего нюанса – грелка с горячей водой давно бы стала моим спасением от холода и одиночества». Король не без усилий принял сидячее положение и тут же ухватился на тумбочку. От резкой смены положения тела обстановка качнулась. На висках выступил пот. Проклятая слабость. Лион ненавидел ощущать себя слабым. Благо – температуры не было. И все же… все же. Возможно, сегодня придется поменьше активничать. Что ж. Срочных дел особо нет. На текущие распоряжения и улаживание спорных моментов уйдет не более двух часов. Остальное время можно будет провести в покоях, либо в кабинете. И скорее второе, чем первое. Дабы не вызывать лишних кривотолков. В одном Дерек прав – скоро нагрянут родственнички. Не стоит радовать их своей слабостью и слухами. Ежегодный визит кузена был как кость в горле. Посидев еще какое-то время и собираясь с силами, Ли поднялся и побрел в сторону ванной комнаты. Надеясь, что утренние процедуры смогут взбодрить и придать сил. После завтрака следовало как можно скорее расквитаться с отчетом советника и запереться у себя в кабинете. Король хотел подумать, как быть со всем этим дальше. И, честно признаться самому себе – несколько волновался перед встречей. Две недели прошло. Ли и желал, и страшился взгляда зеленых глаз. Страшился не удержать себя в узде, ведь так надолго Дерек не покидал королевство с самого детства. Не покидал Лиона. Его отсутствие было более, чем заметным. Мягко говоря. И теперь Ли боялся своей реакции на возвращение брюнета. Не знал, какой линии поведения сможет придерживаться. И того – как быть дальше. *** Вызов пришел ожидаемо, но все-равно заставил советника едва заметно дернуться. Слуга, явившийся и доложивший, что Король просит Дерека к себе – ничего не заметил и, коротко поклонившись, вышел. Коридор казался неестественно длинным. Слуги возмутительно шумными. Свет излишне ярким и режущим глаза. Дверь в кабинет Владыки – тяжелой. Мрачной. Давящей. Непреодолимой. Слишком тонкой, чтобы защитить. Защитить? Защитить от чего? Чего так боялся советник? Того, что друг все вспомнил? Или того, что не вспомнил ничего? Брюнет не знал. Поднять руку и коротко стукнуть три раза по дубовой поверхности. Прочувствовать каждый удар сердцем. Знать, что Ли внутри. Знать – что запах апельсина, мяты и кожи снова хмелем ударит в голову. Знать, что невозможно предугадать развитие событий сейчас. Знать, что придется платить. В любом случае. За знание того, как это – обнимать друга темной грозовой ночью. За знание того, как ощущается гладкая кожа Короля под своей собственной рукой. Как пахнут его волосы, если зарыться в них лицом. Придется платить. Если не Владыке – то самому себе – точно. Ибо этого не будет больше никогда. Ибо попробовав раз – будет хотеться еще и еще. Ожидание было томительным. Время играло дурную шутку. Двери не спешили пропускать его внутрь, а стражу Лион, очевидно, отпустил. Просто так в коридор возле покоев и кабинета Правителя не забредал никто. Здесь полагалось находиться только если Владыка лично отправил за тобой, так что перед дверью советник стоял совсем один. И благо – что было так. Нервная дрожь прошила тело и вернула в реальность. Мужчина встряхнулся и только занес было руку, дабы постучать еще раз, как створка приоткрылась и советник так и замер с занесенной для удара рукой. Прямо в глаза ему смотрел Король и не спешил пропускать друга внутрь. *** Всего секунда, но Дереку показалось, что – гораздо дольше. За эту секунду он успел подметить и бледность друга, и тени, залегшие под его глазами, и то, как осунулось лицо. Но держался Король, как всегда, величественно, прямо, подавляюще. Сейчас перед Дереком стоял не товарищ по детству, но Владыка. Тот, кто находился на уровень выше. Монаршая особа. Таком Лиона обычно видели подданные. Видел это сейчас и советник. Сейчас он был один из них. Из тех, кого Лион никогда не подпускал к себе ближе, чем положено по рангу. Сейчас Ли чувствовался далеким, как никогда. Мускус одуряюще ударил по обонянию и брюнет машинально сглотнул. Что-то мелькнуло в глазах Владыки и он отступил вглубь комнаты, двигаясь слегка неустойчиво, как краем сознания отметил Дерек. Опустившись за резной стол темного дерева, Король дал дозволение войти и советнику. Скупыми отточенными движениями брюнет закрыл дверь приблизился к столу на почтительное расстояние и коротко приветствовал Владыку, склонив голову и положа руку на сердце. Смотреть в глаза другу не хотелось. Находившийся между ними стол был во благо. - С возвращением, Дерек, - бесстрастно, без особой теплоты вымолвил блондин. – Я благодарю тебя за службу и за правильное понимание ночной ситуации. (Сердце Дерека пропустило удар). Впрочем, как всегда. (Тут Ли кривовато усмехнулся). Надеюсь только, что позванные тобой слуги достаточно мотивированы возможными последствиями, чтобы держать язык за зубами. Пожалуй, сегодня я текущие задачи поручу тебе и какое-то время проведу в покое. Я не совсем здоров, только другим об этом знать не обязательно. Завтра у нас будет «веселый» денек, а? Саливан задаст всем жару. С папенькой одного поля ягоды. Впрочем, давай докладывай, я что-то устал. Блондин смотрел несколько поверх плеча своего советника. Друга. Присесть не предложил. Кофе тоже. Все было не так, как всегда. И это напрягало еще больше. После такой ночной физической близости пропасть сейчас была просто огромной. Докладывать было просто. Сухие факты, цифры и существенные детали. Это отвлекало от эмоций, ощущений и мыслей. Анализ и подача информации вызывали внутреннюю собранность и сосредоточенность. После парочки уточняющих вопросов со стороны Короля – отчет был окончен и Дерек вновь коротко поклонился, показывая, что с информацией у него все. Получил короткие указания на день. Документы легли на край стола, ожидая, пока советник подойдет и возьмет их. Эти три шага делать абсолютно не хотелось. Не сейчас. Ли молча смотрел на брюнета. Такой родной. И такой далекий. Стоит по струнке. Спина прямее некуда. Собран. Серьезен. Ровным голосом озвучивает цифры и факты. А взгляд потухший какой-то. Без знакомого огонька. Докладывает четко, лаконично, по делу. Все выполнил. Все разрулил. Со всем разобрался. Все как всегда. Стоит, а в черных прядях запуталось маленькое белое перышко. И оно притягивает взгляд и отчего-то раздражает. Ну не вяжется с окружающей обстановкой. Маленькое перышко. Маленькая деталь, разбивающая всю наносную «стену». Вот Дерек делает шаг к столу. Один. Второй. Чуть склоняется и рука Короля сама дергается к этому злосчастному перышку. Советнику нужно поставить подпись на бумаге. Он этого жеста не видит, а лишь не вовремя вскидывает голову, дабы отбросить назойливую прядь волос, упавшую на глаза. Рука Лиона прочерчивает дорожку по щеке брюнета. Теплая и родная рука. Маска на лицу Владыки дает трещину. В глазах Дерека на миг вспыхивает искра и тут же гаснет. Тишина такая плотная и напряженная, что хочется закричать, но оба молчат. Ситуация неловкая. И чем дольше оба молчат, тем фокус внимания на этом случайном прикосновении лишь возрастает. Наконец, Король «латает» трещину в своей маске и бесстрастно взмахивает рукой, откидываясь на спинку кресла: - Там… в твоих волосах перо. Убери, будь добр. И… можешь идти. Брюнет сжимает пальцы на бумагах, коротко кивает и разворачивается, направляясь к выходу и молясь, чтобы не сорваться на более быстрый шаг. Уже у самой двери его нагоняет следующее: - Ах да, забыл сказать. В западной провинции тоже следует навести порядок. Не меньше месяца уйдет, думаю. Займись, будь добр. В ближайшие дни после отбытия Саливана – выезжаешь. - Слушаюсь, - глухо отозвался Дерек и закрыл за собой дверь с той стороны.