По зову ДУШИ: Вверх дном

Холод. Медленный, очаровывающий вальс ажурных снежинок. Скрип снега под обувью. Шепот ветра, живущий в древнем темном лесу. Я сделала вдох. Крепкий сноудиновский мороз с примесью хвои проник в меня, расслабляя мышцы. Все трепыхающиеся мысли исчезли. Стало спокойней, но легкая грусть после расставания чувствовалась где-то в груди. «У нас не получится вернуться, ‒ сказала я себе, коснувшись обледеневшей двери. Зимний узор сковывал деревянную поверхность. – Пора идти». Я надела куртку, защищаясь от мороза. Она не сильно спасала от такой погоды, но это лучше, чем ничего. Снег задорно хрустел под ногами, разрушая тишину леса. Он всегда был молчаливым, но внимательным слушателем, который конспектировал каждое слово, действие. За стволами деревьев любой мог спрятаться, укрывшись в густой тени. Только глаза, мигая и поблескивая на дневном свете, пристально, жадно смотрели за тем, кто бродил по заснеженным землям Подземелья. ‒ Думаешь, что если ты смогла с кем-то договориться, то в дальнейшем тебе сойдет все с рук? Я оторвалась от наблюдения за густым лесом. Мои глаза опустились и увидели скалящуюся морду кошки. Она сидела посреди дорожки, махая хвостом. Снежинки сверкали в ее дымчатых волосах. ‒ Слишком умная, да? – с ехидством спросила она. Ее вид был недовольным, противно-горьким. – Но одного ты точно не знаешь: в этом мире УБЕЙ или будешь УБИТ. ‒ Это ты так считаешь, ‒ ответила я и обогнула ее. Не успела моя нога и шага сделать, как передо мной материализовалась Тэмми. – Но не я. У меня свои правила. Это мой путь. ‒ Ну-ну, ‒ цыкнула она, щуря черные глаза. Она быстро шла рядом. – Ты можешь безнаказанно думать, что ты бог этого мира, но ты глубоко ошибаешься. Я буду ждать момента, чтобы увидеть, как ты запоешь, когда встретишь беспощадного убийцу. Ты будешь умирать, умирать и умирать, пока не устанешь пытаться. И что тогда? Что ты сделаешь? ‒ Я буду сражаться. ‒ И убьешь его? – ее клыки хищно сверкнули на свете. Я переступила через длинную, крепкую на вид палку и ускорила шаг, желая поскорее избавиться от компании кошки. ‒ Пощажу. Иногда доброты бывает достаточно, Тэмми. ‒ Ты глупа, ‒ презренно бросила она и загородила дорогу собой. Глаза кошки переливались красным цветом, а сам лик потемнел, приняв угрожающие черты. – Глупцы всегда верят в счастливый конец. Но они хуже тех, кто давно гниет в земле. ДУША странно заколебалась за ребрами. Эти слова пробудили ее, заставив светиться внутри грудной клетки. Я уверена, что она не просто так приняла их во внимание. ‒ Не переживай, мой юный монарх, ‒ она остро усмехнулась и махнула хвостом. Кошка поднялась на лапы, но продолжала сверлить меня хищным взглядом. – Таких идиотов, как ты, будет ждать иная участь. В дальнейшем все будет ГОРАЗДО интереснее. Вдруг из ниоткуда взялся ледяной ветер, поднявший снежную шаль с земли. Она туманом окутала нас, обезоружив своим нападением. Как только пронзительный порыв ветра исчез, Тэмми пропала. «Глупцы всегда верят в счастливый конец», ‒ бесконечно вертелось, как волчок, в голове. ДУША щекотала кости, говоря, чтобы обратила внимание на это высказывание. Я подумала о моментах в моей жизни и в тот миг поняла, что в какой-то мере это было правдой. ‒ Ч Е Л О В Е К, ‒ прозвучал спокойный голос за спиной. ДУША дернулась, я обернулась на призыв. Передо мной стояла высокая и тонкая фигура, скрытая в тени. ДУША, видя это, бешено запрыгала и забилась. – Неужели ты не знаешь, как встречать нового приятеля? Пожми мне руку. Длинная кисть протянулась мне. Я посмотрела на предполагаемое лицо и попыталась разглядеть черты, но густая тень не давала сделать этого. На моих губах появилась еле уловимая улыбка, холодная ладонь сжала на удивление теплую кисть скелета. Раздался внезапный звук гудка, что я от неожиданности дернула плечами. Эхоподобный смех вырвался из уст высокого скелета, черная ткань, скрывавшая его от мира, спала. Глазам открылся облик нового (скорее старого) знакомого. ‒ Нье-хех… ‒ улыбнулся Папирус, сжимая мою руку. Его черные глазницы без зрачков лениво глазели на маленькую человеческую фигуру. – Старый прикол с гудком в кармане… ВСЕГДА смешно. ‒ Кто бы сомневался, ‒ ответила я, и мы разжали рукопожатие. ДУША, успевшая выломать три ребра (внутри чувствовалось жжение, которое бывает при лечении ран), укротила внутригрудный бокс. Она успокоилась и почему-то загрустила. ‒ Ты человек, верно? – на всякий случай решил удостовериться Папирус. Я кивнула, с интересом разглядывая его. Он был одет в большую мешковатую толстовку оранжевого цвета с надписью «Косвенные текстовые сообщения», болотного цвета шорты, которые доходили ему до колен, и красно-оранжевые кеды. Но самое примечательное было то, что на его черепе были очки Граучо, дужки которых закреплены при помощи скотча. – Вот умора. «Да, от такого юмора у меня аж в глазах потемнело», ‒ мысленно фыркнула я и спросила. – Как тебя зовут, новый приятель? ‒ Мое имя Папирус, ‒ ответил скелетообразный монстр, отклеивая очки от черепа. Сложив и спрятав их в карман, продолжил. – Вообще, я должен дежурить вон на то-о-ом посту, чтобы не упустить человека… Но мне как-то все равно. У него не была такая широкая улыбка, как у классического Санса. Она с некоторой ленцой растягивалась на белоснежном черепе, пока черные глазницы сканировали новоявленное лицо. Я с взаимностью отвечала на его взгляд. ‒ Но вот мой брат, Санс – он поистине человеко-охотничий ФАНАТИК, ‒ заметил Папирус, глядя мне далеко за спину. – Дай угадаю, он мчится к нам сюда? – невозмутимым тоном угадала я его следующую реплику. Папирус кивнул и распростер кисть в сторону моста. ‒ Предлагаю вот что: пересечем этот мост, а там мы посмотрим, как будет видно. Едва он успел это договорить, я уже минула ворота, которые должны были остановить меня, и мы оказались на полянке со знакомыми лампой и постом. Едва остановившись, мои ноги ощутили дрожь снега, что некоторые снежинки взлетали обратно в воздух от небольшого землетрясения. ‒ Быстро, прячься за эту лампу, ‒ громко шепнул Папс, кивая в сторону названного объекта. Сорян, но я уже присмотрела себе другое местечко. Одолев приличное расстояние в два прыжка, тут же нырнула под пост и прильнула к удобному глазку в дереве. Итак, сейчас начнется представление, готовьтесь к громким репликам амбициозного скелета и шуткам от местного трололо. Я вас предупредила. ‒ Даров, бро, че как? – непринужденно спросил Папс. В ответ на это воздух взорвался от невероятно бодрого возгласа. ‒ ТЫ ЗНАЕШЬ «ЧЕ КАК», БРАТ! – ответил Санс, махая ручищами. Глядя на него, я ощутила, как на моем лице появилась улыбка умиления. Божечки, этот Санс такой милаха! Большие голубые зрачки искрились, широкая улыбка была растянута на все лицо. Но его брови хмурились в тот момент, а тон сменился на недовольный. – ПРОШЛО УЖЕ ВОСЕМЬ ДНЕЙ, А ТЫ. ТАК. И. НЕ. ПРОВЕРИЛ. УРОВЕНЬ. СЛОЖНОСТИ. ЗАГАДОК! На нем была серая броня, синий плащ, который, клянусь богом кетчупа, был на размер, а то и два больше плаща Папируса. Он шел за ним шлейфом, лишь иногда ветер любил вздымать его и раскрывать полную красоту. Также, Санс был одет в темно-синие штаны, синие перчатки и того же цвета ботинки. Прям ходячая палитра приятного, спокойного цвета. ‒ ТЫ ПОСТОЯННО ТОРЧИШЬ ВНЕ СВОЕГО ПОСТА! – отчитывал старшего брата младшенький. Это так забавно: Санс, который был намного ниже Папса, угрожающе махал указательным пальцем и подскакивал на каждом слове, пока высокий СМ поминутно глядел на пост, в котором я скрывалась. – ЧЕМ ТЫ ВООБЩЕ ЗАНИМАЕШЬСЯ?!?! ‒ Пялюсь на пост. Очень клево. Хочешь взглянуть? – рубил предложение на куски Папс, многозначительно глядя на меня. ‒ НЕТ!! – возмущенно отрезал Санс, лихорадочно запрыгав на месте, как попрыгунчик. – У МЕНЯ НЕТ НА ЭТО ВРЕМЕНИ!! ЧТО, ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК ПРИДЕТ СЮДА?!? Я ДОЛЖЕН БЫТЬ ГОТОВ!!! Я СТАНУ ИЗБРАННЫМ! Я ДОЛЖЕН СТАТЬ ИЗБРАННЫМ! Санс не отличается от Папируса из первоисточника – они оба амбициозны в этом плане. ‒ Я ПОЙМАЮ ЧЕЛОВЕКА! ЗАТЕМ, Я, ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ САНС, ПОЛУЧУ ВСЕ, ЧЕГО Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЗАСЛУЖИВАЮ НЕ СМОТРЯ НИ НА ЧТО! – он принялся загибать пальцы и, наворачивая прыжки и пируэты балерины, что снег летел во все стороны (а я успела стукнуться бестолковкой об стол из-за прыгающей подо мной земли), перечислял. – ПОЧТЕНИЕ… ПРИЗНАНИЕ… НАКОНЕЦ, Я СМОГУ ПРИСОЕДИНИТЬСЯ К КОРОЛЕВСКОЙ СТРАЖЕ! АЛЬФИС ПРИМЕТ МЕНЯ, КОГДА Я ДОСТАВЛЮ ЧЕЛОВЕКА! ЛЮДИ БУДУТ ПРОСИТЬ СТАТЬ МОИМ «ДРУГОМ»! Я БУДУ КУПАТЬСЯ В ДОЖДЕ ПОЦЕЛУЕВ КАЖДОЕ УТРО! «Елы-палы, да он куда энергичнее, чем Папс», ‒ потирая ушибленное место, заметила я, видя, как Санс взлетает. В какой-то момент он так подпрыгнул, что мог почти коснуться верхушки ели. Объясню момент с КС: Санса не приняли по причине того, что у него слабые атаки (у него сохраняются те же характеристики, что и у классического Санса). Жаль его, из него вышел бы доблестный воин. К тому же, попробуй догнать этого товарища! Санс бегал, прыгал, вымещая бьющую фонтаном энергию. Он мгновенно вознесся в небо, громоподобно хохоча. Божечки… Но вдруг во время полета пошло что-то не так и, запутавшись в полах плаща, Санс замотался в кокон и стал стремительно лететь в снег. Папс в последний момент успел среагировать и поймать брата. Тот воззрился на старшего брательника. ‒ Послушай, ‒ начал Папс. – Есть одна вещь, которая может несказанно помочь в твоем поступлении в КС. – его глазницы многозначительно глянули в мою сторону. Санс, заметив это, негодующе забился на руках Папируса. ‒ ПАПС! ТЫ НЕ ПОМОГАЕШЬ!! ТЫ ЛЕНТЯЙ!! – возмущенно пищал Санс. Выпутавшись из плаща, он снова оказался на земле и принялся недовольно топать, как пятилетний ребенок в отделе игрушек. – ВСЕ, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, ЭТО СИДИШЬ И ВАЛЯЕШЬ ДУРАКА! ТЫ СТАНОВИШЬСЯ ВСЕ ЛЕНИВЕЕ И ЛЕНИВЕЕ С КАЖДЫМ ДНЕМ!! ‒ Эй, полегче, ‒ Папирус попытался утихомирить младшенького, лениво махая кистью. – Ты не представляешь, сколько я своих ИЗВИЛИН переломал, когда составлял новые загадки. Ба-дум тсс! Из Санса вырвался милый смех, а Папс встал в страйк-позу, вызывая больший комичный всплеск. Я едва удержала хихиканье. Новые шутеечки подкатили, одобряю. ‒ ПАПС!! ТЫ КАК ВСЕГДА!! ПОСТОЯННО ШУТИШЬ, ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ УЛУЧШИТЬ СВОИ ЗАГАДКИ!! – давясь смехом, выкрикнул Санс, что его голос эхом прокатился по Сноудину. ‒ Но ты улыбаешься. ‒ МЬЕХ! – не то мяукнул, не то зевнул Санс, скрещивая руки на груди и отворачивая лицо почти в мою сторону. Я тут же отпрянула от глазка и прижалась к стене, стараясь не шуметь. Мои ноги от долгого сидения потеряли чувствительность. ‒ ЭХ… ПОЧЕМУ КТО-ТО ТАКОЙ ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ, КАК Я, ДОЛЖЕН ДЕЛАТЬ ТАК МНОГО, ЧТОБЫ ПОЛУЧИТЬ НЕМНОГО ПРИЗНАНИЯ! ‒ Зато ты действительно работаешь над собой ДО МОЗГА КОСТЕЙ. Ба-дум тсс! ‒ ПАААААААПС!!! – с новой силой заверещал младший, недовольно прыгая. ‒ АГХ!! – гаркнул Санс, сердито воззрившись на брата и махая руками, когда лихорадочно скакал. В какой-то момент успокоившись, он, откашлявшись, гордо объявил. – Я ЗАЙМУСЬ СВОИМИ ЗАГАДКАМИ. А ЧТО НАСЧЕТ ТВОЕЙ РАБОТЫ? ЗАЙМИСЬ ЕЙ УЖЕ! «ОПОЗВОНОЧЬ» ЕЕ!!!! Ба-дум тсс! Я тихо хихикнула с шутки и, осмелившись прильнуть к глазку, продолжила наблюдение. До ушей донесся самый милый смех, который мне доводилось вообще слышать. В груди что-то затрепетало, а на лице появилась полузамерзшая улыбка. ‒ ХЕ! – напоследок бросил Санс и молниеносно скрылся из виду. Я вылезла из-под стола. ‒ Тебе надо идти, ‒ посоветовал Папс, наблюдая за моими попытками размять заледеневшие ноги. ‒ Он может вернуться, а если он вернется, тебе придется услышать больше моих уморительных шуток. – Папс доброжелательно подмигнул мне. ‒ Это вне сомнений. Вы оба любите каламбурить. ‒ Это у нас в КРОВИ, ‒ снова скаламбурил Папирус, вызвав мой смех. – Даже если Санс будет делать разгневанный вид, ему все равно смешно. Должна заметить, Папирус с меньшим подозрением относился ко мне, в отличие от Санса. Дойдя до первых елей, высокий СМ перед уходом окликнул меня. – Эй, хотя… не хочу навязываться, но не могла бы ты оказать услугу? Я тут подумал… мой братец совсем приуныл в последнее время. Он не видел человека ранее, и встреча с тобой сделала бы его день. Не волнуйся, он не опасен, ‒ тут же заверил он, усмехаясь краешком рта. – Даже если пытается таким показаться. ‒ Да не вопрос, ‒ без возражений согласилась я. ‒ Миллион благодарностей. Я буду впереди, ‒ высокий СМ в оранжевой толстовке махнул мне и развернулся к мосту. До слуха донесся звук щелчка от зажигалки и легкий запах табака. А вы как думали? Здесь он такой, но одна деталь, которую заметила ДУША, не выходила из головы. Она потянула меня к нему, словно Папс был тем, кого искала. Но как только он проявился, то ДУША вмиг остыла. Значит ли то, что… Я махнула головой, отгоняя лишние мысли. Некогда. Надо идти, иначе мы замерзнем. А хотя. Я согреюсь, когда буду принимать БИТВЫ от монстров, живущих в Сноудине. Так что, думаю, не пропаду.

***

‒ ИТАК, КАК Я УЖЕ РАССКАЗЫВАЛ ПРО АЛЬФИС… ‒ долетела до моего слуха часть разговора скелебратьев. Как только я появилась в обзоре Папса и Санса, те вмиг замолкли. Огромные голубые зрачки, полные удивления, и пустые глазницы, таящие в себе спокойствие, уставились на меня. Они начали вертеть головами, удостоверяясь, что это правда человек, а не какой-то там камень (я обернулась, удостоверившись, что камня там не было). Повисла гробовая тишина, которая разорвалась изумленным восклицанием младшенького. ‒ ПАПС!! БОЖЕ МОЙ!! ЭТО ЖЕ ЧЕЛОВЕК?!?!!??!?! ‒ Э-э-э-э-э… ‒ с сомнением протянул Папирус, бросая взор на что-то позади меня. – Если честно, я думаю, что это камень. Да ну не, не может… Я обернулась и закатила глаза. Как. Он. Там. Появляется?! ‒ ОУ, ‒ Санс выглядел огорченным. Зрачки его немного потускнели. ‒ Эй, а что это перед камнем? – поторопился обрадовать братца Папс, шире улыбаясь. ‒ БОЖЕ МОЙ!! – запищал Санс, яростно прыгая, что возник фонтан из снежных брызг. Я начала уклоняться от летевших ошметков снега. Санс прекратил обстрел и, приманив Папса к себе, громким шепотом уточнил. – ЭТО… ЭТО ЖЕ ЧЕЛОВЕК. ‒ Да, ‒ шепотом подтвердил высокий СМ, кивая. Санс заорал еще громче, ликующе завертевшись по полянке. ‒ О МОЙ БОГ!!! ПАПС! НАКОНЕЦ-ТО Я СДЕЛАЛ ЭТО!! АЛЬФИС БУДЕТ… Я БУДУ… Я СТАНУ ТАКИМ ПОПУЛЯРНЫМ!!! ПОПУЛЯРНЫМ!!! ПОПУЛЯРНЫМ!!! Плащ шлейфом вился за ним, вздымаясь и опадая, точно повторяя движения хозяина. Прекратив пируэты, Санс притормозил и, встав в легендарную позу, приготовился говорить, как вдруг на него сверху плюхнулся тот же плащ. ‒ ЧЕЛОВЕК! – сняв с себя плащ, торжественно заговорил Санс. Плотная ткань, подхватив волну торжества, захлопала за его спиной. – ТЫ НЕ ПРОЙДЕШЬ!!! Я, ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ САНС, ОСТАНОВЛЮ ТЕБЯ!!! А ЗАТЕМ Я СХВАЧУ ТЕБЯ!!! ТЫ БУДЕШЬ ДОСТАВЛЕН В СТОЛИЦУ! ЗАТЕМ… ‒ Санс запнулся, не зная, чем дополнить красноречивый монолог. Потом он честно выдал. – ЗАТЕМ!!! Я НЕ УВЕРЕН ЧТО ДАЛЬШЕ. В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ! ПРОДОЛЖИ… ЕСЛИ ТОЛЬКО ТЫ ПОСМЕЕШЬ!!! Разразившись милейшим смехом в округе, он развернулся и помчался дальше, вглубь сноудиновского леса. Я позволила себе улыбнуться после всего. ‒ Что же, все прошло неплохо, ‒ удовлетворенно кивнул Папирус, глядя вслед младшенькому. ‒ Это было ожидаемо, ‒ вырвалось у меня. В глазницах отразился немой вопрос. Я поторопилась исправить неприятный конфуз. – Ну, то есть, твой брат и правда безобиден. Из него энергия просто фонтаном бьет, как у ребенка. ‒ Пожалуй, но попрошу тебя об одном: не думай, что он ребенок из-за такого роста. Он уже взрослый. Но характер все тот же, ньех. ‒ Хорошо, я поняла, ‒ кивнула я. От Санса уже и след простыл. Новый снегопад настиг нас. Он заметал все вокруг, погружая мир в белесую дымку. ‒ Ну ты в любом случае не парься, малая, ‒ ободрил Папс, махнув кистью. – Я буду следить за тобой своими глазницами. Высокий СМ развернулся и широким шагом последовал за Сансом. В скором времени мы встретимся на первой загадке. Я не представляла, какой она будет, но, надеюсь, особых затруднений вызвать не должна (как в Руинах). Я сдвинулась с места и последовала за монстрами. Снег почти сразу заметал оставленные следы.

…

‒ Стоять! Кто идет? Я замерла, не смея шелохнуться. Черно-белая длинная морда высунулась из сторожевого поста. Глаза слеповато изучали пространство, пытаясь найти правонарушителя, решившего проскочить мимо него. Красная кость то и дело подергивалась из неулыбающегося уголка рта. Догго, почуяв чужой запах, зарычал и грозно засопел. – Я могу видеть лишь двигающиеся вещи. Если что-то двигалось… К примеру, человек, я позабочусь о том, чтобы он больше НИ- Не успел Догго договорить свою угрозу, как моя рука погладила его по голове. Подозрительно прищуренные глаза сторожа распахнулись, что весь белоснежный мир отразился именно в них. От такого поворота событий он чуть кость не выронил изо рта. ‒ ЧТО!!! МЕНЯ ПОГЛАДИЛИ!!! – гавкал Догго, водя большими ушами. Я продолжала его гладить, пока тот не начал медленно, с приметной сонливостью, моргать. Он сложил лапы на посту и положил на них большую голову. Из теплой будки донеслось сонное сопение. Я убрала руку и как можно тише прошествовала дальше по тропинке, смотря себе под ноги. ДУША раздавала волны изумления, но и в то же время одобрения. «Догго был поглажен и без БИТВЫ», ‒ проговорил говорун. Итак, теперь появилось новое правило: в этом мире ГЛАДЬ или БУДЬ ЗАГЛАЖЕН! Спустя каких-то нескольких секунд я вышла на полянку, где были скелебраться. И, как оказалось, попала прям на новый (точнее, старый) концерт. ‒ ТЫ ТАКОЙ ЛЕНТЯЙ!! – отчитывал Санс Папса, пока тот, сильно ссутулившись, считал снежинки на своих кедах. – ТЫ ДРЕМАЛ ВСЮ НОЧЬ!! ‒ Вроде как, это называется спать, ‒ протягивая слова, отбил выпад старший брат. Он подковырнул грудку снега и подбросил ее в воздух. Та безвольно рассыпалась на мельчайшие частички и разлетелась блестящими снежинками. ‒ ОПРАВДАНИЯ, ОПРАВДАНИЯ! – недовольно отвечал на это Санс и обратил на меня внимание. Его голубые зрачки приняли форму звездочек, а потом снова стали идеально круглыми. – МЬХЕ-ХЕ! ЧЕЛОВЕК ПРИБЫЛ! ЧТОБЫ ОСТАНОВИТЬ ТЕБЯ, МОЙ БРАТ И Я ПРИДУМАЛИ НЕСКОЛЬКО ЗАГАДОК! МНЕ КАЖЕТСЯ, ТЫ НАЙДЕШЬ ЕЕ ВЕСЬМА ГЛУБОКОЙ! «Чт-», ‒ вскинула я бровь, осматривая поле. Оно никакими особенностями не обладало, только перекати-поле не хватало для большей атмосферы. Я прислушалась. Унылый вой зимнего ветра, шепот игл сосен и елей и бойкая речь Санса были отлично слышны для меня. Но тихого треска электрического лабиринта не было. ‒ И ЧТОБЫ ПОНЯТЬ, КАК ПРОЙТИ ДАЛЬШЕ, ТЕБЕ НУЖНО ПРОЧЕСТЬ САМУ ЗАГАДКУ И ОТГАДАТЬ ЕЕ! ОНА ПРЯМО ПОД ТВОИМИ НОГАМИ! Я посмотрела на снег и увидела торчащий уголок бумаги. Высвободив записку, прочла маленькую загадку, написанную синими чернилами (которые успели размазаться).

«Путник! Под ноги гляди! Не знаешь, что внизу сидит. Если хочешь путь найти,

Слушай снег, что под ногой скрипит!»

‒ Это лабиринт, только с… глубокими окопами? – предположила я. Зрачки Санса снова превратились в искрящиеся звездочки. ‒ В ТОЧКУ!! НО!! ЭТО ТОЛЬКО ЧАСТЬ ЗАГАДКИ! ТЕПЕРЬ ТЕБЕ НУЖНО ПРОЙТИ ЕГО!! Я сглотнула и, лихорадочно пытаясь вспомнить решение той головоломки в Undertale, нерешительно двигалась к грани ловушки. Ну, с тобой ничего не будет, все пройдет гладко. Только, и правда, слушай внимательно, что под ногой трещать будет. Но как только я была готова совершить первый шаг, раздался треск. Там, где стоял Санс, теперь вилась часть полы плаща. Старший брат среагировал и успел поймать брательника. Вытащив его из-под снега, он поставил на ноги Санса, который успел обрести снежный колпак. – ПАААПС!! ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?!?! ‒ Я думаю, что человек должен держать сферу, ‒ предложил дополнение к ловушке Папирус. Санс сначала тщательно отряхнулся и, немного подумав, согласился. ‒ ХОРОШО, ‒ получив сферу от старшего, Санс промаршировал путь, который стал моим спасением в этой загадке. Младшенький вручил мне голубой снежок со словами. ‒ ДЕРЖИ ЕЕ, ПОЖАЛУЙСТА! – сказав это, он быстрым шагом вернулся на позицию. Осмотрев заледеневший снежок, я глянула на протоптанную тропу. ‒ ПОПРОБУЕМ ЕЩЕ РАЗ. Я уверенным шагом шла по дорожке, стараясь попадать на следы ботинок. Санс и Папирус хранили молчание, наблюдая за мной всеми глазницами. Как только я оставила позади загадку, из меня вышел вздох облегчения. ‒ НЕВЕРОЯТНО!! ТЫ ХИТРАЯ ЗАДНИЦА!! ТЫ РЕШИЛ ЕЕ ТАК ПРОСТО… СЛИШКОМ ПРОСТО! – удивился младшенький, воззрившись на меня. ‒ ОДНАКО!! СЛЕДУЮЩАЯ ГОЛОВОЛОМКА НЕ БУДЕТ ТАКОЙ ПРОСТОЙ! ОНА СПРОЕКТИРОВАНА МОИМ БРАТОМ, ПАПИРУСОМ! ТЫ БУДЕШЬ ПОЛНОСТЬЮ СБИТ С ТОЛКУ! Я УВЕРЕН! МЬЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ!! Хохоча, Санс устремился вперед, подняв руки со сжатыми кулаками. Я и Папс с улыбками проследили за ним. ‒ Хей, спасибо… ‒ после некоторого молчания поблагодарил Папирус. – Похоже, моему брату весело. ‒ Он такой счастливый, ‒ сказала я, слыша вдалеке его громкий смех. Надо же… Иногда кому-то бывает вполне достаточно увидеть человека, чтобы летать над землей. ‒ Кстати, ты видела эту странную одежду, которую он носит? Мы сделали ее несколько недель назад для костюмной вечеринки. С тех пор он не носил ничего другого… ‒ Папирус, вынув только-только зажженную сигарету, кивнул в сторону убежавшего брата. Какой ни была вселенная, они по-прежнему заботятся друг о друге. Разве это не мило? – Он называет это своим «боевым телом». ‒ В этом обмундировании он самый настоящий рыцарь, ‒ улыбка высокого СМ стала чуть шире, но на миг она пропала, когда он делал новую затяжку. Я сделала шаг в сторону. Я, конечно, все понимаю, но, простите, запах табака для меня непереносимая вещь. ‒ Не любишь курящих? – заметил мою реакцию Папс. Мы медленно тронулись по тропе, чтобы не терять времени. ‒ Сам запах табака не перевариваю, тошнота появляется. А вот ты классный брат. ‒ Ньех, ‒ фыркнул Папирус. – Для того и нужны братья, малая. Кстати, разве мой брат не крутой? Мы распрощались совсем рядом с продавцом. Рыжая пушистая шерсть, кошачьи ушки, уныло обвисшие, и вся фигура, облаченная в розовую футболку и широкие джинсы на подтяжках, почти облокотилась на вагончик и говорила о нерадостном состоянии монстра. ‒ Не понимаю, почему никто не покупает. Сегодня идеальная погода для чего-нибудь горяченького, ‒ расстроено вздыхал Бургерпэнтс. Но стоило ему открыть хоть один глаз, как тут ему в поле зрения попалась я. – О!!! ПОКУПАТЕЛЬ!!! – воскликнул он и тут же принял жизнерадостный и собранный вид. – Привет! Хочешь немного Добробургеров? Это горячее лакомство согреет твое сердце! Всего лишь за 15М! ‒ Не откажусь, ‒ безоговорочно согласилась я. До шестнадцатилетия чувства голода у меня не было, и если бы не контроль и напоминания родителей, то точно иссохла. Теперь… ух, теперь предки все никак не нарадуются, что наконец не выгляжу скелетом. Ну, почти. Я вынула собранные с поля БИТВЫ скарбы и отдала их Бургерпэнтсу. На его лице сияла улыбка, голубые глаза счастливо сверкали. ‒ Держи! – завершив последние штрихи и положив заказ в пакет, рыжий кот протянул мне горячую еду. – Желаю супер-дупер дня! ‒ Можно мне еще пару? – вежливо попросила я. Антропоморфный кот заулыбался и замахал хвостом в знак согласия. ‒ Конечно! – горячо кивнул он и принялся собственноручно готовить бургеры, пока я обедала. Мы немного поболтали о том и сем и узнала, что у него поведение такое же, как и у Доброженщика. Оптимистичны, добры и в какой-то мере верят в лучшее будущее. Надежда тут присутствует, несмотря ни на что.

***

‒ ЧЕЛОВЕК!!! – обратил мое внимание на себя Санс. Он и Папирус явно заждались меня, пока я обедала. – НАДЕЮСЬ, ТЫ ГОТОВ ДЛЯ… ‒ младшенький замолк на пару секунд, пристально оглядывая поле. Но его осмотр не удовлетворил ожидания. – ПАПС!! ГДЕ ЗАГАДКА??!!! ‒ Она прямо там, на земле, ‒ кивком указал Папс. – Поверь мне, нет способа пройти ее. Пхах, прям вообще не проходимая загадка, ага. Я подняла валявшийся без инициативы листок и увидела… судоку. Хм, интересно. Тут есть над чем подумать. Хей, кто-нибудь, киньте мне из другой вселенной ручку! Для дела надо! Постояв пару секунд на месте, пытаясь глазами «расставить» нужные цифры, я положила бумажку на место. Санс стоял с озадаченным лицом. Похлопав круглыми глазницами и поводив бровями, он воззрился на старшего брата. ‒ ПАПС!!! НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО! ‒ Упс, ‒ старший скелет почесал затылок, виновато улыбаясь. – Я так и знал, что надо было использовать сегодняшнее судоку. ‒ ЧТО?! СУДОКУ?! ‒ вспыхнул Санс, уставившись на спокойного брата. – НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ, ЧТО ТЫ СКАЗАЛ ТАКОЕ!! ПО МОЕМУ МНЕНИЮ, ЗАГАДКИ ГОРАЗДО СЛОЖНЕЕ. ‒ Чего? Серьезно, чувак? – Папирус выгнул предполагаемую бровь. Я уже не удивляюсь этому в таком мире. – Эти простецкие-простые отгадки слов? Это для детских костей. ‒ НЕ. ВЕРОЯТНО, ‒ потерев глазницы, выдохнул Санс. – ЧЕЛОВЕК!!! РАЗРЕШИ ЭТОТ СПОР! – Хмм… ‒ сделав сложное лицо, многозначительно хмыкнула я. – Походу, Санс прав. Загадки куда сложнее, чем судоку. ‒ ВОТ ВИДИШЬ! ДАЖЕ ЧЕЛОВЕК ОДНОГО И ТОГО ЖЕ МНЕНИЯ!! – гордо выпятив грудную клетку, воскликнул Санс и удалился, громко мьяхая. ‒ Спасибо, что поддалась Сансу. Он… находит сложности в интересных местах. Вчера он загнал себя в тупик, пытаясь «отгадать» гороскоп. ‒ Кое-кто из моих знакомых тоже проворачивал такое, ‒ вспомнив с теплотой прошлое путешествие, фыркнула я и продолжила путь. Вскоре мне предстала больно знакомая композиция: два стола, на которых стояла тарелка с парочкой тако (ух ты, мексиканская кухня подкатила!) и микроволновка, которую невозможно включить. Обнаружив записку от Санса, мои глаза быстро заскользили по тексту. «ЧЕЛОВЕК!! ПОЖАЛУЙСТА, НАСЛАЖДАЙСЯ ЭТИМИ ТАКО. ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ, НО ЭТИ ТАКО – ЛОВУШКА, ПРИГОТОВЛЕННАЯ, ЧТОБЫ ЗАМАНИТЬ ТЕБЯ!!! ТЫ БУДЕШЬ ТАК ЗАНЯТ, ПОЕДАЯ ИХ, ЧТО НЕ ЗАМЕТИШЬ, ЧТО НЕ ПРОДВИГАЕШЬСЯ!! ТЫ БУДЕШЬ ГЕНИАЛЬНО РАЗЫГРАН ВЕЛИКОЛЕПНЫМ САНСОМ!!!

МЬЕ-ХЕ-ХЕ,

САНС»

Что ж, сколько бы я ни хотела отведать фирменные тако, но они заледенели на КОСТЬ. Говорун меня уже проинформировал. Ну, не будем сильно расстраиваться по поводу этого и продолжим путь-дорогу. Я встретила точку СОХРАНЕНИЯ и уверенно коснулась ее, вызвав ФАЙЛ. «Понимая, что однажды мышь найдет способ разогреть тако, Вы наполняетесь НАДЕЖДОЙ», ‒ произнес голос Чары. Я широкими шагами меряла лес Сноудина, надеясь поскорее оказаться в тепле. Куртка еще кое-как грела меня, но джинсы не были предназначены для снежной прогулки.

***

‒ ЧТО?! КАК ТЫ ОБОШЕЛ МОЮ ЛОВУШКУ? – завидев меня вдали, спросил Санс. Я отряхивалась от прилипшего снега и поправляла одежду, волосы. Качание по снегу всегда имеет последствия, особенно после БИТВЫ с Догамием и Догарессой. – И, ЧТО БОЛЕЕ ВАЖНО: ЧТО-НИБУДЬ ОСТАЛОСЬ МНЕ??? ‒ Прости, я была голодна и не заметила, как все съела, ‒ быстро откликнулась я, незаметно жмякая кнопку с моим выбором. В глазах Санса появились огромные звезды радости. ‒ СЕРЬЕЗНО?! УХ ТЫ… НИКТО НЕ НАСЛАЖДАЛСЯ МОЕЙ ГОТОВКОЙ РАНЬШЕ. НУ ЧТО Ж! НЕ ВОЛНУЙСЯ, ЧЕЛОВЕК! Я, ШЕФ-ПОВАР САНС, ПРИГОТОВЛЮ ТЕБЕ ЛЮБУЮ МЕКСИКАНСКУЮ ЕДУ, КАКУЮ ТОЛЬКО ЗАХОЧЕШЬ! ‒ Буду рада отведать твои блюда, ‒ ответила я, шагая с ним наравне. Он был чуть ниже классического Санса, но имел бесконечную батарейку, которая заряжала его на молниеносные действия. – А что ты умеешь еще готовить? ‒ БУРИТО, НАЧОС, ТОРТИЛЬЮ… ‒ воодушевленно перечислял Санс, загибая пальцы. – НО БОЛЬШЕ ВСЕГО Я ЛЮБЛЮ ТАКО, ПОТОМУ ЧТО ОНИ ПОЛУЧАЮТСЯ ПРОСТО ВЕЛИКОЛЕПНЫМИ! НУ, ТАК ПАПС ГОВОРИТ. ХОТЬ ОН ИХ НЕ ПРОБОВАЛ ДАЖЕ!! ‒ Он по взгляду определяет степень вкуса, ‒ истинно понимая Папируса, сказала я. Да уж, мне приходилось пробовать невероятно соленые спагетти с привкусом резины, а теперь мне предстоит попробовать что-то новенькое, выходящее на новый уровень. ‒ ОПРЕДЕЛЕННО! КСТАТИ О НЕМ… МОЙ БРАТ НЕДАВНО НАЧАЛ КОЛЛЕКЦИОНИРОВАТЬ НОСКИ, ‒ он так тяжело вздохнул, словно был Атлантом, держащим весь небесный свод на плечах. – КАК ПЕЧАЛЬНО… ИНОГДА Я ДУМАЮ, ЧТО БЫ ОН ДЕЛАЛ БЕЗ ТАКОГО КЛАССНОГО БРО, КОТОРЫЙ ЗАБОТИТСЯ О НЕМ??? МЬЕ-ХЕ-ХЕ!! ‒ И правда, ‒ хохотнула я, и мы вышли на большое. Нет. ОГРОМНОЕ поле с крестиками. Большинство плит были занесены сугробами, тем самым ограничивая свободу действий. Ох, только не говорите, что мне придется собирать портрет Санса в полный рост. ‒ ЧЕЛОВЕК! – позвал Санс и немного замялся. – ХМ-М-М… КАК ЖЕ МНЕ ЭТО СКАЗАТЬ… ‒ Говори как есть, ‒ поддержала я. ‒ ТЫ СЛИШКОМ ДОЛГО СЮДА ДОБИРАЛСЯ, ТАК ЧТО Я СОБИРАЛСЯ УЛУЧШИТЬ ЭТУ ЗАГАДКУ, НО СЕГОДНЯ ПОШЕЛ СИЛЬНЫЙ СНЕГ И ЕЩЕ ВЕТЕР СДЕЛАЛ СВОЕ ДЕЛО! К СОЖАЛЕНИЮ, СНЕГ ПРИМЕРЗ К ЗЕМЛЕ И ЕГО ТЕПЕРЬ НЕ ТАК ПРОСТО ОТОДРАТЬ! И, КАК ОБЫЧНО, МОЙ ЛЕНИВЫЙ БРАТЕЦ НЕ ПОЙМИ ГДЕ. Я смотрела на новую загадку. Надо еще знать, что здесь загадано, а потом собирать. Я и не надеялась, что в этой вселенной будут повторяться ловушки, учитывая изменения ролей, а также самого мира. ‒ ПОЛАГАЮ, ЧТО Я ДОЛЖЕН СКАЗАТЬ: НЕТ ВОЛНЕНЬЮ, ЧЕЛОВЕК! – младшенький принял позу героя. Из ниоткуда взявшийся ветер поднырнул под плащ и поднял со снега, заставив его горделиво хлопать за спиной монстра. – Я, ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ САНС, ДАМ ТЕБЕ КЛЮЧ К РАЗГАДКЕ! И ТОГДА МЫ ОБА СМОЖЕМ ПРОЙТИ ДАЛЬШЕ! А ПОКА, Я ДАЮ ТЕБЕ САМУ ЗАГАДКУ, И ТЫ МОЖЕШЬ ПОПРОБОВАТЬ РАЗГАДАТЬ ЕЕ! Я ПОСТАРАЮСЬ НЕ ВЫДАВАТЬ РЕШЕНИЕ!!! «Ну, иными словами – сделай все сам», ‒ подытожила я и качнула головой. Чувствуя, как у меня горят уши, накинула капюшон и завязала его. Горло рефлекторно сжалось, почувствовав что-то сковывающее вокруг. Я постаралась переубедить себя и успокоить на пару минут. Фобия ослабила свою хватку, но не ушла, оставив в состоянии удушья в летнюю жару. Мне вручили листок, на котором было очередное четверостишье:

«Глянь! В ночной глади Плывет по звездной пыли великан. Идет как ковш он впереди, Показывая свой тонкий стан»

Э… В голову пришла только одна мысль, что это Большая Медведица. Или Малая? Меня соблазнял вариант уточнить это у Санса, но вовремя сдержалась, решив поработать серым веществом. Я несколько раз прочитала загадку, вникая в смысл строчек. Здесь не говорится о медведях. Тут загадано другое созвездие. Но какое? Их же бесчисленное множество! Притом, есть же и другие ковши… «Плывет по звездной пыли великан…» Плывет… Корабль? ‒ Корабль, ‒ вслух ответила я. Санс, услышав мой ответ, всплеснул ладонями. ‒ ТЫ УГАДАЛА! – восторженно заулыбался Санс. – ЭТО КИЛЬ! И ТЕБЕ НУЖНО КАК РАЗ ИЗОБРАЗИТЬ ЭТО СОЗВЕЗДИЕ НА ПОЛЕ! ‒ А если я не знаю его чертежа? – неуверенно уточнила я. Санс задумался. ‒ ТОГДА… ЭХ, ПРИДЕТСЯ МНЕ, ВЕЛИКОЛЕПНОМУ САНСУ, ДАТЬ РЕШЕНИЕ, ‒ Санс полез в карман штанов и выудил сложенную в четыре раза бумажку. Вручив ее мне, дополнил. – ТОЛЬКО ВНИМАТЕЛЬНО СЧИТАЙ! ИНАЧЕ НАЧИНАЙ ВСЕ СНАЧАЛА! ‒ Есть, сэр! – шутливо фыркнула я и отдала честь. Санс прям заискрился. Все никак унять ломку челюсти не могу при виде счастливого лица СМ. Наверное, это заразно. Я осмотрела поле, потом глянула на чертеж. Поляна, изображенная на кусочке бумаги, была разбита квадратиками, на которых крестиками отмечалось само созвездие. Ну и ну, вот это махина! Лишь бы не ошибиться в расчетах, пока буду все это чертить. Отсчитав на листке бумаги квадратики, то же самое повторила с реальным полем и размеренно приступила к решению загадки. Санс стоял позади, затаив дыхание. Пока мои ноги обращали допустимые плитки в нули, в голове роились всплывшие воспоминания. Они непрошено влезли в память, заставляя реальный мир вновь размыться в мыльное нечто, а звуки прошлого стали громкими, наравне с реальностью. Безлунная ночь, летнее время, крыша старого дома и небольшой телескоп, через который можно увидеть всевозможные звезды. Кутаясь в плед, я и он по очереди глядели на небо, разглядывая две планеты, соизволившие показаться в этот отрезок времени. «Глянь, Юпитер», ‒ найдя планету, сообщил он мне шепотом. Я аккуратно села на его место и, задержав дыхание, прильнула к окуляру. Глазу предстала маленькая серенькая точка с несколькими, которые точно взяли ее в плен. Это загипнотизировало и в то же время вызвало детский восторг. «Надо бы это запечатлеть», ‒ сказала я и, достав телефон, сделала снимок. На это ушло минуты две, а то и три, чтобы камера могла выловить из кромешной тьмы маленькую точку. Жаль, что без ее спутников, но в неплохом качестве. «Сегодня еще вместе с Юпитером Сатурн должен подкатить, ‒ сказал он, когда телескоп передался по справедливости ему в руки. – Ща найдем. Ты фотки мне потом скинь, ага?» «Ага», ‒ кивнула я, потягивая теплый чай. Мои глаза любовались бесконечным звездным потолком, который можно было увидеть и без специальных приборов. Скопища звезд образовывали фантастические, спонтанные узоры, которые сама Вселенная ткала своими руками. Это было ее личное, сокровенное творение, которое Она осмелилась показать всему миру. «Хотелось, чтобы это длилось вечность», ‒ завороженная звездами, произнесла я. «Мы можем такое устраивать каждую субботу, пока есть время, ‒ предложил парень, оторвавшись от телескопа. – Телескоп ноги себе не отрастит, так что нам ничего не мешает смотреть на вечность». «Думаю, это должно стать нашей традицией», ‒ с улыбкой выдала я и повернулась к нему. И замерла. Его лицо было совсем близко с моим, что горячее дыхание щекотало щеки и сдувало надоедливые волосы. Глаза, потемневшие в ночное время суток, превратились в море, в котором можно было утонуть. Внутри затрепетало, нежно и в то же время волнительно. ‒ ЧЕЛОВЕК!!! – заголосил позади меня Санс. Ночь, вид на небо и он растаяли. Я стояла на заснеженной поляне, стуча от холода зубами. Ладонь уже посинела от мороза, пока крепко сжимала листок с решением. – ТЫ В ПОРЯДКЕ?!?! ‒ Д-да! – криком ответила я, отгоняя остатки красивого воспоминания. Внутри все еще было тепло, как тогда. Я мягко улыбнулась. – Да, в порядке. Оживившись, я уверенно запрыгала по нужным плитам, обращая кресты в нули. ДУША подпрыгивала на каждом шагу, стуча в неизвестный такт, бросая в вены бодрость. Телу становилось горячо. Еще один прыжок – и нога попала на новую плиту. Как только я собрала все созвездие Киль, понеслась к рычагу и активировала его. Послышался щелчок, и полтораметровые шипы пропали в снегу. Путь был открыт. ‒ ВАУ!! ТЫ РЕШИЛ ЕЕ!! – восхитился подлетевший Санс. Его зрачки обратились в красивые звезды. Это снова вернуло меня на миг в ту ночь. В груди расцвело. ‒ ПУСТЬ И С МОЕЙ ПОМОЩЬЮ, НО Я ВОСХИЩЕН ТВОИМИ ДЕЙСТВИЯМИ!!! ‒ Если бы я не была столь придирчива к рисунку, то мне пришлось решать ее несколько раз. Особенно с теми сугробами. ‒ НО ТЫ СПРАВИЛАСЬ! ТЕБЯ ВОЛНУЮТ ЗАГАДКИ, КАК И МЕНЯ! – все еще восторгался он. – Я УВЕРЕН, ТЫ ПОЛЮБИШЬ И СЛЕДУЮЩУЮ! ОНА ДАЖЕ МОЖЕТ ОКАЗАТЬСЯ СЛИШКОМ ПРОСТОЙ ДЛЯ ТЕБЯ!! Мы отправились к новой головоломке, которая быстро нарисовалась за елями. Это было унылое танцполе, которое вот-вот должно замигать яркими цветами. У машины, очень похожей на Меттатона, нас ждал Папирус, который быстро тушил новую сижку. Ну хоть при брате не курит, мое уважение. – О, А ВОТ И ЗАГАДКА-ЛОВУШКА! – провозгласил Санс, махая брату рукой. Тот махнул в ответ. – НЕ ЗАГАДКА, НО ЭТО ТОЖЕ НИЧЕГО!! ОНА ПРИДУМАНА ВЕЛИКОЙ ДОКТОР АНДАЙН! ВИДИШЬ ЭТИ ПЛИТКИ?! ‒ Да, ‒ кивнула я и остановилась. Санс побрел на свое место и, круто развернувшись ко мне передом, а к лесу задом, начал бодро объяснять правила. Хоть бы эта головоломка осталась без изменений. Я не горю желанием проходить ее на марафоне с Напстатоном. ‒ КАК ТОЛЬКО Я ДЕРНУ ЭТОТ ПЕРЕКЛЮЧАТЕЛЬ, ОНИ НАЧНУТ МЕНЯТЬ СВОИ ЦВЕТА! КАЖДЫЙ ЦВЕТ ВЫПОЛНЯЕТ СВОЮ ФУНКЦИЮ! КРАСНЫЕ ПЛИТКИ – НЕПРОХОДИМЫ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ХОДИТЬ ПО НИМ! ЖЕЛТЫЕ ПЛИТКИ – МУЗЫКАЛЬНЫЕ! ТЕБЕ НУЖНО УГАДАТЬ МЕЛОДИЮ! ЗЕЛЕНЫЕ ПЛИТКИ С СИГНАЛИЗАЦИЕЙ! ЕСЛИ ТЫ НАСТУПИШЬ НА НИХ, ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ ДРАТЬСЯ С МОНСТРОМ! ОРАНЖЕВЫЕ ПЛИТКИ – ТАНЦЕВАЛЬНЫЕ. ТЫ ДОЛЖЕН ИСПОЛНИТЬ ЛЮБОЙ ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ТРЮК. «Капец», ‒ я попридержала падающую челюсть. Моя вера треснула, но не разломалась. Тут хоть некоторым плитам функционал тот же оставили, так что не придется скакать как черту по углям, не зная, что надо делать. ‒ СИНИЕ ПЛИТКИ – ЭТО ПЛИТКИ ДИ-ДЖЕЯ! ЕСЛИ НАСТУПИШЬ, ТО ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ СТАТЬ ИМ! НА НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ. ФИОЛЕТОВЫЕ ПЛИТКИ – ПЕРЕКЛЮЧАТЕЛИ! НА НЕЙ ИЗОБРАЖЕНА СТРЕЛКА, ПО КОТОРОЙ ТЫ МОЖЕШЬ ПОЙТИ ТОЛЬКО В ОПРЕДЕЛЕННУЮ СТОРОНУ! – перелистывая страницу, Санс оторвался от книжки с правилами (скорее, это инструкция). ‒ С ФИОЛЕТОВЫМИ И СИНИМИ РАЗОБРАЛИСЬ! НАКОНЕЦ, РОЗОВЫЕ ПЛИТКИ. ОНИ НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЮТ. ХОДИ ПО НИМ КАК ТЕБЕ ВЗДУМАЕТСЯ. НУ ТАК КАК?! ВСЕ ПОНЯТНО??? ‒ Э… Да??? – скорее спросила, нежели ответила я. Как бы мне ни приходилось обращать внимание на описание плиток, они успешно вылетели из головы, как стихотворение, которое ты только-только рассказал у доски. ‒ ОТЛИЧНО!! – Санс не обратил на мой тон сущего внимания, приняв лишь ответ. – ОСТАЛОСЬ ОБЪЯСНИТЬ ПОСЛЕДНЮЮ ВЕЩЬ. ЭТА ЗАГАДКА-ЛОВУШКА – СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНА!!!!!! КОГДА ДЕРНУ ПЕРЕКЛЮЧАТЕЛЬ, Я СОЗДАМ ЗАГАДКУ, КОТОРУЮ ДО ЭТОГО НИКТО НИКОГДА НЕ ВИДЕЛ! ДАЖЕ Я НЕ БУДУ ЗНАТЬ ЕЕ РЕШЕНИЯ! МЬЕ-ХЕ-ХЕ! ПРИГОТОВЬСЯ! Он с остервенением дернул рычаг, что машина аж подпрыгнула на месте. Площадка ударила пестрой игрой цветов, которая кружилась и кружилась, как летняя карусель. В глазах все еще плясала та непонятная мозаика и ради безопасности я постояла с закрытыми очами. Насчет страшного прохождения этой головоломки я не беспокоилась. Раздался окончательный щелчок собранной головоломки. Я открыла глаза и улыбнулась. Плитки выложились в недлинную розовую дорожку, ограниченную по бокам красными полосками плиток. Санс, видя все это неподобство, просто ускользнул, имитируя, что он катается на коньках. М-да… Я пересекла головоломку и столкнулась с Папсом. ‒ Вижу, тебе сегодня везет, ‒ заметил он. ‒ А то, сама удивляюсь этому явлению. Хоть не пришлось дрыгать руками и ногами на этом интересном танцполе. ‒ Кстати, ты видела кулинарное творение, оставленное в лесу? – решил удостовериться Папирус, на что получил утвердительное мотание головой. – На самом деле, те тако были весьма неплохими для моего брата. С тех пор, как он начал заниматься готовкой, его навыки улучшились. ‒ Ты постиг новый уровень в определении качества взглядом? – шутканула я, на что получила сверкнувшие веселые искорки в глазницах. ‒ Один раз я рискнул попробовать и решил пока в дальнейшем не испытывать себя. Не все совсем печально, но уверен, если он будет стараться, то скоро сделает что-то съедобное. ‒ Проинформируешь меня об этом своими глазницами? – мы посмеялись и на этом разошлись.

***

«Стоит поторопиться, если не хочу добираться до Сноудина в потемках», ‒ подумала я, глядя на темнеющий лес. Тени, которые отбрасывали вековые сосны и ели, становились гуще, снег из ослепительно белого становился серо-голубым, что говорило о наступлении вечера, а после – ночи. Монстры часто выскакивали на меня, но БИТВА с ними занимала от силы минуты три. Мне не требовалось ломать голову над действиями, как в первом путешествии. Я шла по тропе, которая вот-вот должна была вывести к мосту, где находилась последняя ловушка, а потом родной Сноудин. Даже наступление сумерек не могли подогнать меня. Даже холод не смог хлестануть по спине, заставив делать шаги быстрее и шире к своей цели. Мои глаза то и дело скользили по бесконечно загадочному лесу, по пушистому снегу, который здесь никогда не таял. Несколько раз за день пролетал снежок, что ровнял поверхность и уничтожал следы тех, кто посмел испортить белый, непорочный покров. Но темная, большая фигура вышла на тропу и преградила мне путь. Хриплое дыхание выходило из существа, глухой стук копыт призывал остановиться и принять вызов. «Гифтрот противостоит Вам!» ‒ ахнул говорун, как только мы вышли на поле БИТВЫ. За линией стоял монстр, похожий на оленя, только на его рогах росли мини-сосны, а рот был полон острых, пираньих зубов, которыми он время от времени щелкал и выпускал клубы пара. Я обратила внимание на рога: они были увешаны разного рода елочными игрушками и всякой другой лабудой. Я недолго думала и быстро выбрала нужное действие. Выдохнув и мысленно помолившись богу кетчупа, попросив сохранить мою спину целой и невредимой после хороших ударов рогами лесного оленя, спокойно двинулась к Гифтроту, примирительно подняв руки. ‒ Я не желаю тебе зла. Позволь мне помочь, ‒ обратилась я к монстру. Тот беспокойно махал головой, но потом замер, позволив подойти ближе. Решив не терять отведенное время, я приступила к уборке. Руки аккуратно снимали яркие пластмассовые елочные шары, отклеивали наклейки. ‒ Так немного легче… ‒ с небольшим облегчением сообщил противник, удовлетворенно махая головой. Мне пришлось волей-неволей отойти от него ради своего блага. После этих слов последовала атака: Гифтрот стукнул три раза копытом, выбивая из снега искрящиеся шары, которые как осы устремились в мою сторону. Я моментально среагировала и успела уклониться от доброй стаи шариков, но парочка смогла попасть в меня. ДУША часто замигала, говоря о потере ОЗ. Осталось восемнадцать очков. «Не страшно», ‒ отмахнулась я и нажала нужную кнопку. Проделав те же действия, избавила Гифтрота от красивой гирлянды, пары очков, нескольких наклеек и еще какой-то блестящей мишуры. Я старалась снимать как можно больше, чтобы освободить монстра. Ему вообще не везло среди маленьких монстрят. ‒ Словно гора с плеч, ‒ уже радостно выдал Гифтрот, отстукивая копытами мотив «Jingle Bells». Вокруг меня поднялась метель, в которой угадывались белые и голубые подарки. Они то пропадали, то снова попадались, дразня и каждый раз напрягая меня. Казалось, как только я расслаблюсь, эти снаряды полетят мне в голову. Едва эта мысль проскочила в разуме, подарки выстрелили из метели, точнехонько полетев в ДУШУ. Я выскочила перед ней и приняла удар от синего подарка. «Кажется, Гифтрот решил свою проблему», ‒ указывая на уже свободного от игрушечного плена Гифтрота, который в нетерпении топтался на месте, говорун огласил победу и позволил нажать уже желтую кнопку «ПОЩАДА». ‒ Было приятно иметь с Вами дело, мистер Гифтрот! – махнула я на прощание, на что монстр радостно зацокал копытами и громко зафыркал.

…

Размеренный шаг отдавался в гулком эхо, которое исходило из темноты обрыва. Обледеневшие скалы внушали страх, а веревочный мост только усугублял положение. Но мне не было особо страшно, а если и так, то лишь бы успеть схватиться за поручень, когда в спину толкнет сильный порыв ветра, иначе полечу в тартарары. Единственное, что спасало от невеселых мыслей бывшего суицидника – это вид на развернувшийся снежный темный лес и просторную поляну, которая навеяла старые-добрые воспоминания о тренировках с Папирусом и Андайн. Только красноволосая пиранья не очень жаловала Сноудин, так как «тут ЧЕРТОВСКИ холодно» по ее словам, но во время тренировки она забывала об этом. Интересно, а после освобождения я, Санс и Альфис будем тренироваться здесь? Ответа на вопрос не последовало. Вместо этого раздался зов младшенького, который стоял у другого конца моста. Рядом с ним, ссутулившись, был старший брат, следивший за происходящим. ‒ ЧЕЛОВЕК! ЭТО ТВОЕ ПОСЛЕДНЕЕ И ОПАСНЕЙШЕЕ ИСПЫТАНИЕ! – кричал Санс. – УЗРИ! ВЫЗОВ СМЕРТЕЛЬНОГО УЖАСА! Со всех сторон полезли треск и лязг. Длинные, крепкие на вид цепи медленно опускали большие металлические и деревянные корабли разнообразного сооружения. Все они были не такими, какими мы привыкли видеть в море или в фильмах про пиратов. Каждый корабль был оснащен необычными искрящимися парусами, мощным двигателем, который частенько выбрасывал огонь, чтобы показать свою грозность. Из стенок кораблей полезли пушки, остро наточенные сабли и огнеметы. Все это было готово к полному уничтожению врага. «Что-то это мне напоминает», ‒ полностью игнорируя факт того, что данное разнокалиберное оружие готово разнести меня в пух и прах, я рассматривала корабли. В голове было подходящее воспоминание, которое могло вот-вот вернуть в те теплые времена, но оно вмиг раздробилось криком Санса. ‒ КОГДА Я ДАМ КОМАНДУ, ВСЕ ПОЛНОСТЬЮ АКТИВИРУЕТСЯ! – с воинственным ликом голосил Санс, становясь в яростную позу. Плащ особым настроем захлопал на пронзительно-холодном ветре. Я даже с такого расстояния видела, как зрачки амбициозного скелетообразного монстра светились в предвкушении. – КАЖДЫЙ КОРАБЛЬ ВЫПУСТИТ ЯДРО, ВЫПЛЮНЕТ ЯЗЫК ПЛАМЕНИ, ВЫСТРЕЛИТ БОЛТОМ ИЛИ СТРЕЛОЙ!!! РАСКРОМСАЕТ САБЛЯМИ И МЕЧАМИ НА МЕЛКИЕ КУСОЧКИ!!!! «Ваушки, интересненько звучит», ‒ представляя все это в голове, фыркнула я. Меня даже с одного выстрела снесет вниз к черту, не говоря уж об остальном. Черт, как же холодно… Кроссовки словно припаяли к мосту. ‒ ОСТАНЕТСЯ ЛИШЬ КРОШЕЧНЫЙ ШАНС НА ПОБЕДУ!!! ТЫ ГОТОВА?! ПОТОМУ ЧТО! Я! УЖЕ! ВОТ-ВОТ! СДЕЛАЮ ЭТО! Он махнул, давая команду атаковать. Вот-вот из орудий вылетят дышащие порохом и огнем ядра, свистящие болты и стрелы в голову, огонь излижет меня с макушки до пят и напоследок сабли обратят меня в жареный фарш. Конец неизбежен. … Да ладно, вы поверили во все это? Все осталось как прежде. Красивые кораблики раскачивались на ветру, цепи звякали одинокую хмурую мелодию. Издалека доносился шорох игл и мечущегося снега. Все было относительно спокойно. Это недолгое, но глубокое молчание прервал Папс. ‒ И? Чего ждем? – сделав вид недоумения, громко шепнул он. Я ощутила его взгляд. ‒ ЖДЕМ?! НИЧЕГО МЫ НЕ ЖДЕМ!! – возмутился Санс, негодующе подпрыгнув. Мост, которому по виду уже немало лет, угрожающе затрещал. Я ради безопасности схватилась за веревку и сделала три шага вперед, приготовившись бежать. – Я… Я СОБИРАЮСЬ АКТИВИРОВАТЬ ЕЕ СЕЙЧАС! Повторилась та же сцена. Только ветер еще унылей завыл, о чем-то прося молчаливый лес. Но второй не торопился отвечать. Он угрюмо молчал на плач ветра, лишь шипя на него своими острыми иглами. Стало как-то тоскливо. ‒ Это, эм, как-то не выглядит активированным, ‒ снова заговорил Папс, указывая на неактивную артиллерию, на что получил сверхраздраженное «мьех!» от младшего брата, который начал отбивать ногой сердитый мотив. ‒ ИТАК!!! – наконец, Санс решил объявить важное событие. – ЭТО ИСПЫТАНИЕ!!! ПОХОЖЕ… МОЖЕТ… СЛИШКОМ ПРОСТОЕ, ЧТОБЫ ОДОЛЕТЬ ЧЕЛОВЕКА. – младшенький замялся, пока решительно не выкрикнул, соглашаясь со своими же доводами. – ДА! МЫ НЕ МОЖЕМ ЕГО ИСПОЛЬЗОВАТЬ!!! Я СКЕЛЕТ С ПРИНЦИПАМИ!!! МОИ ЗАГАДКИ КРАЙНЕ СПРАВЕДЛИВЫ! А ЛОВУШКИ ИСКУСНО ПОДГОТОВЛЕНЫ! НО ЭТОТ МЕТОД СЛИШКОМ ПРЯМОЙ! НИКУДА НЕ ГОДИТСЯ! ПУСТЬ ВСЕ УЙДЕТ! Прекрасные корабли, так и не испытавшие себя в бою, поднялись в неизвестную даль, на прощание покачивая своим темным дном. Я вздохнула, поджав губы. Воспоминания, они везде, они буквально в воздухе. ‒ НА ЧТО ТЫ СМОТРИШЬ?! – я вздрогнула от неожиданности и уставилась на смущенного Санса. – ЭТО БЫЛА ОЧЕРЕДНАЯ РЕШАЮЩАЯ ПОБЕДА САНСА!! МЬЕ!! ХЕ!! ХЕ??? Не зная, что ему стоит еще сделать, Санс поскакал как натуральный кролик в Сноудин. Я поспешила убрать свои ступни с этого моста, который уже давно хотел избавиться от меня. Из горла вышел вздох. На сегодня с ловушками, загадками и испытаниями покончено. ‒ Не знаю, что теперь сделает мой брат, ‒ сомнительно выдал Папирус, глядя то на исчезнувшего в поднявшейся буре младшего брата, то на почти заледеневшую меня. ‒ Будь я тобой, я бы убедился, что понимаю синие атаки. ‒ Да, я помню о них, ‒ кивнула я, прекрасно зная о его наставлении. Снег пошел быстрее, чаще и крупнее. Он большими хлопьями устилал поверхность, а налетевший порыв ветра, подхватив свежие снежинки, стал носить их по просторному полю. Холод еще сильнее стиснул меня, что я не могла вдохнуть трескучего морозом воздуха. ‒ Стоит поторопиться, ‒ видя, как ветер усилился, поторопил высокий СМ. – Не хочется как-то идти через сугробы, как ты думаешь? ‒ Полностью солидарна с тобой, ‒ быстро шагая за Папсом, процокотала я. Холод заполз под промокшую куртку. Ноги потеряли чувствительность. Еще немного, и я скоро совсем превращусь в глыбу льда. Помирать что-то после долгого пути не печет особым желанием, так что лучше ускориться. ‒ Ты сильно замерзла? – слыша неукротимую зубную дробь, спросил Папирус. ‒ Есть немного, ‒ еле двигая челюстями выдавила я. ‒ Осталось немного до Сноудина. На твоем бы месте я бы сейчас отправился в гостиницу немного отогреться, а потом перекусил. Не беспокойся насчет монстров, они вполне безобидны. Я почти его не слышала из-за воя ветра. Единственного, что мне хотелось – поскорее оказаться в тепле и забыться сном. Усталость стала отзываться в мышцах, но я продолжала настойчиво идти. Еще немного, Луна Вегвизир, все обойдется.

***

Раздался стук в дверь. Я быстро подорвалась из камина и бросилась одеваться. Натянув почти высохшие джинсы и мешковатую футболку, разрешила войти. Дверь приоткрылась, показывая сгорбленную фигуру Папса, который что-то нес в руках. Из меня чуть не вырвался изумленный взгляд, который я вовремя успела сжечь в камине. ‒ Как ты? – решил справиться о моем самочувствии Папирус. – Не чувствуешь тревожных симптомов? ‒ Нет-нет, совсем нет! – успокоила я его и пригласила сесть на кровать, так как единственный старый стул был занят промокшей насквозь одеждой. Папирус вошел, не смея выпрямиться в полный рост из-за низкого потолка (он бы своей головой сделал в нем дыру), и протянул мне шуршащий пакет и закрытый стаканчик с горячим чаем. От пакета исходили тепло и вкусный запах, во рту появилась слюна. ‒ О-ой, Папирус, это того не стоило, ‒ пролепетала я. Папирус отмахнулся. ‒ Ничего не знаю. Пусть я люблю ничего не делать, но в знак небольшой благодарности решил угостить тебя скромным ужином. ‒ Оу. Ну-у, до этого я успела перекусить у Бургерпэнтса, так что особого голода у меня нет, но чай не помешал бы, ‒ поблагодарила я и поставила всю еду на свободный столик. – Спасибо большое за ужин, Папирус. ‒ Не за что, малая, ‒ подмигнул Папс и сделал лицо, что только вспомнил о внезапно забытом вопросе. – Я так не знаю твоего имени. ‒ Зови меня Луна, ‒ представилась я, неловко сминая пальцы. Это очень мило с его стороны принести мне поесть, чтобы не переться на ту улицу. За окном метались целые цунами снега вперемешку с ветром. Дрожь ударила тело. Как только мы добрались до Сноудина, наши пути разошлись. На улице никого не было – все вернулись домой, видя такую непогоду. Какое было блаженство зайти в теплое, уютное помещение и наконец-то почувствовать себя в безопасности. Обустройство холла было то же, что и в первоисточнике. Но за регистрационным столом стояла крольчиха сиреневого окраса. На ней не было широкополой шляпы, но зато одежда осталась той же. Если вы помните, кто это, то вы молодцы. Если же нет, то это та самая лавочница из первого путешествия, с которой я тогда мило разговаривала и покупала вкусных Коричных Зайчиков. Заплатив за одну ночь, я как можно скорее поднялась в свой номер, желая избавиться от вмиг промокшей одежды. Она неприятно прилипала к телу, охлаждая его сильнее и сковывая движения. Когда я отпирала дверь, до ушей донеслось ритмичное посвистывание, которое немного взбодрило и подняло настроение. Рада, что такая приятная мелочь здесь сохранилась. Наконец, я в комнате. Маленькая, пахнущая старостью и камином, но очень уютная и теплая. На пороге сняла кроссовки и поставила их у камина, чтобы те в первую очередь начали высыхать. Потом пошла вся одежда, которая заняла весь деревянный стул. Оставшись только в нижнем белье, я все еще продолжала дрожать. Несмотря на комнату, которая напоминала сауну своей высокой температурой, мне было чер-р-ртовски холодно. Своим огнем и в целом магией я пользоваться не хотела лишний раз, а вот тем, который был в камине, можно было попробовать согреться. Он не причинял никакого вреда, взамен даря расслабляющее тепло. Погрев в нем ладони, а потом ступни, я совсем обнаглела и залезла полностью в камин. Я никогда не получала такого жара, если не вспоминать о солнечных лучах летом, но плюс в том, что ты не получишь ожог. А вот перегреться можно запросто. Но мне удалось так посидеть минут десять, пока не пришел Папирус. Повисла неловкая тишина, которая прерывалась треском огня и плачем вьюги за окном. ‒ Если что, наш дом на окраине Сноудина, ‒ сообщил высокий скелетообразный монстр. – Вдруг почувствуешь себя не очень, Санс быстро выпишет тебе рецепт медового чая. ‒ О-о, это правда действующее лекарство, ‒ понимая, о чем он, согласилась я, грея ладони у камина. – Когда я была у бабушки с дедушкой, они часто отпаивали меня чаем с медом. У них была пасека, так что меда легко хватало на несколько литров чая, ‒ поделилась я и сразу стала жертвой ностальгии. Папирус мечтательно зажмурился, как кот, наевшийся сметаны. ‒ Мне бы так, ‒ протянул он. ‒ Бесплатный мед на каждый день. ‒ Ну-у, его тоже много нельзя, ‒ сомнительно заметила я, глядя на монстра. ‒ Хотя он тебе не особый вред принесет, в отличие от меня. ‒ Ньех, ‒ хмыкнул он. В его глазницах неожиданно отразился огонь камина. Языки пламени играли в темноте, вылизывая белые стенки черепа. ‒ «У Маффет» тоже неплохо. Тебе стоит туда заглянуть. Еда вкусная, но цены высоковаты. ‒ Что ж поделаешь, ‒ помотала я головой. ‒ Если что, перебьюсь едой из лавки, она не хуже. ‒ Смотри сама, ‒ высокий скелетообразный монстр медленно поднялся с кровати и затылком уперся в потолок. Вспомнив, что здесь нужно ходить в согнутом положении, сразу превратился в вопросительный знак. ‒ Что ж, мне пора. Санс начинает вредничать без своей сказки на ночь. Отдыхай, пока есть возможность. О да, не то слово. ‒ До встречи, Папирус, ‒ попрощавшись, Папс махнул рукой и скрылся за старой, потертой дверью. В комнате стало тихо. Я глянула в окно и увидела высокую фигуру в оранжевой толстовке. Не успела она сделать и трех шагов, как растаяла в буре. На моих губах появилась улыбка. Они такие, эти скелеты. Я задернула короткие шторы, сняла влажную одежду и оставила ее сушиться на стуле. В камин больше лезть не буду, спасибо. Уже нагрелась. Домашний трескучий кострик грел ДУШУ. Это был трудный, но насыщенный день, который оставил хорошие впечатления. Я поплелась к мягкой на вид кровати и упала на нее, простонав, когда ощутила пружинистую поверхность. Улегшись, накрылась одеялом и шумно выдохнула. Мышцы крутило, спина ныла, выпрямляясь под кожей. Вскоре все стонущие ощущения в теле замолкли, я расслабилась. Я некоторое время глядела на огонь, прокручивая в голове моменты этого дня. Перед взором все время выныривало то воспоминание, которое отключило от реального мира. Никогда бы не подумала, что они способны на такое. Обычно я проваливалась в астралы на пару секунд, но чтобы пережить свои же воспоминания снова... Невероятно. И сейчас, как только оказалась здесь, он живет чуть ли не в каждой вещи. Дышит, смотрит за всем, притворяясь ветром, огнем, теми же кораблями, которые раскачивались на цепях над глубокой страшной пропастью. Красивые, космические корабли в моей фантазии бороздили Эфириум в поисках сокровищ тысячи миров... Лица касался прохладный порыв ветра, а звездные россыпи были куда ближе, что еще чуть-чуть и их можно коснуться рукой. ДУША млела от невообразимых видов космоса, но еще больше от самого путешествия, которое обещало быть незабываемым... С этими представлениями я погрузилась в мир снов, смотря, как плыву на корабле по звездной насыпи и туманным путям в поисках того, кто был дороже всех сокровищ.