По зову ДУШИ: Вверх дном

– Я думаю, ты понимаешь, что цвет твоих глаз – это не генетика и не диагноз, который тебе тогда поставили. Я оторвалась от чтения параграфа в одном из древних учебников, которые мне выдавал Лангварг для изучения магии, заклинаний и техник. Помимо этого, в моих руках побывали книги о народах, существах, об устройстве каждого королевства, которые существовали в мире, откуда был Люпус родом. Сейчас я читала интересное исследование одного ученого, как раз повествующего о носителях золотого цвета глаз и их особенностях. – Я поняла, к чему ты клонишь, Люпус, – выговорила я, положив открытую книгу себе на колени, и подняла глаза на мужчину, который в свою очередь работал за ноутбуком. – Здесь говорится, что, на момент создания этой книги, из всего населения, существовавших на большом пласте земли, только пятнадцать процентов имели такой цвет глаз, как у меня. С каждым десятилетием это число росло, и золотоглазых все больше начало появляться не только среди простого люда, но и знати, таких как королей, лордов и даже ученых и магов. Такие люди – одновременно уникальны и опасны. Ведь… Золотые глаза – это черта тех, кто прожил жизнь не один раз. – Таких людей называют «эльборо», что в переводе означает «золото». Также, есть классы золотоглазых в зависимости от того, насколько они помнят свою прошлую жизнь, – заговорил дух, откатившись от стола и повернувшись ко мне. Он буквально читал этот параграф по памяти. – К первому классу относят тех, кто детально помнил то, как он прожил жизнь несколько десятилетий назад. Второй класс – средние, они наполовину помнили и могли еще на протяжении жизни вспоминать, кем были тогда. Третий – самый слабый, так как такие эльборо почти не отличались от обычных людей. В их памяти не оставалось воспоминаний, связанных с прошлой жизнью, и мало у кого из этого класса удавалось вернуть знание своего прошлого. – Я нахожусь где-то между вторым и третьим классом, – проанализировав, подытожила я. В голове начало что-то складываться. – Оказывается, те сны, которые периодически снятся мне, являются моими воспоминаниями о прошлой жизни. Они снятся лет с двенадцати, когда я попала в больницу и успела побывать на том свете. Возможно, из-за этого случая во мне открылось это… И это продолжается по сей день… однако я не могу разобрать свои воспоминания. Они какие-то… пыльные. Именно, сны, заволоченные пылью и мраком. Там фактически непонятно, что происходит. Лангварг ничего не произнес, смотря на меня ледяными глазами. Да, я помню, как он намекал об этом и ждал, когда нападу на нужный след, который выведет к той добыче, на которую я с таким рвением охочусь. Это событие настало, Лангварг с каким-то довольным видом смотрел на меня, слушая мои догадки и отмечая, что я умею логически думать. Последним козырем стала книга, которую он дал мне для изучения. Паззл начал складываться в более-менее правдоподобную картину. За окном быстро темнело, говоря о том, что ночи становятся длиннее, а день – короче. Близился конец осени, в воздухе, на удивление, чувствовалось, что вот-вот в декабре к нам ворвется снег. Я очень надеюсь, что он выпадет в этом году. Мне нравился снег, несмотря на то, что он нес холод, который не особо любила. – Я думаю, говорить о том, что твоя новая способность могла в этом помочь, лишнее. – Лангварг, – тяжело выдохнула я и закрыла книгу, понимая, что не вернусь к ее прочтению на какое-то время, – ты сам когда-то говорил, что манипулировать временем – это не самая лучшая идея. – Да, говорил, и я не сомневался, что ты повторишь эту фразу, – спокойно произнес это дух, поднявшись и зашагав по кабинету. Он мерял его своими широкими шагами и задумчиво чесал немного отросшую бороду. Его глаза переметнулись на вид в окне, где рисовалась огненная полоса. Солнце катилось за горизонт, желая быстрее закончить еще один, ничем не отличавшийся от десятка других, день. – Однако это не так опасно, как я думал поначалу. Перемещение в воспоминание – относительно безопасный способ путешествия во времени, который не рвет саму материю мира. Ты путешествуешь внутри своего разума, а он стал крепче, устойчивее, а также относительно подвластен тебе после стольких практик. Твои первые путешествия были не очень безопасными из-за того, что ты совершала это впервые и не знала о тех опасностях, которые могли подстерегать. Однако пока ты находишься под моим крылом, я могу помочь тебе. Будучи рядом с тобой, у меня есть возможность контролировать твое прохождение, и если вдруг что-то пойдет не так, я вытащу тебя. – Ты уверен в этом? – с читающимся сомнением в голосе произнесла я. Он не моргая смотрел в окно, а после повернулся, перенеся этот взгляд уже в мою сторону. Два ледника с нескрываемой неколебимостью встретились с недоверчиво-обжигающим светом солнца, льющимся из моих глазных отверстий. – Если я говорю так, оно и будет. У меня строго в регламенте прописано, что ответственность за жизнь и целостность попаданцев лежит на моих плечах. Я не допущу, чтобы с моими подопечными что-то произошло. Что-то ужасное и непоправимое. Я не прощу себя, если случится нечто подобное из-за моей халатности. Если у тебя есть сомнения в этом методе, я не буду поднимать эту тему и продолжу поиск проверенных способов, чтобы вернуть твою память, Луна. Возникла тишина, в которой был слышен легкий свист холодного ноябрьского ветра. Ноябрь был холодный, суровый. Он разрывал небо на части, проливая его обильные слезы на уставшую от жара и засухи землю, переполняя ее непрерывными потоками воды. Мир стал серым, унылым. Чахлым. Словно он хотел уснуть непробудным сном и хоть как-то отдохнуть, чтобы с новыми силами встретить после не менее жестокой и холодной зимы юную и цветущую весну. Во мне, в моем внутреннем мире, этого пока не было. Я не была там с тех пор, как простила себя. Ждала, когда смогу увидеть приход той самой долгожданной весны, которая давно не решалась пройтись по моим заброшенным и темным землям едва живой души. – Однако… Я не вижу еще других способов, как помочь тебе в этом. Поверь, я не бездействую, ищу разные практики, даю тебе новые задания в плане медитаций, чтобы ты могла погрузиться в себя настолько, чтобы в тебе открылась та потайная дверь, ведущая в сокрытое мраком прошлое. Это было правдой. В какой-то мере те медитации, которые я практиковала на открытом воздухе, помогли настроить связь с телом и ДУШОЙ. Однако, к огорчению Лангварга, это не помогло найти путь к той названной двери. – Умение перемещаться в воспоминаниях может являться твоим ключом к твоей запертой на замок тайне, над которой ты бьешься уже не один месяц. Я молчала, размышляя. ДУША в задумчивости крутилась в груди, едва не протирая ее до дыры. Она подавала признаки жизни только в такие моменты, когда я попадала в ситуации, требовавшие моего окончательного решения. ДУША ничего не подсказывала, не дергалась и не вопила. Она терпеливо ждала, когда, наконец, решусь на отчаянный шаг, так как знала, что все-таки выберу такое развитие событий. Потому что ДУША была такой: авантюрной и одновременно уверенной в том, что НАДЕЖДА в лучшее вытащит нас из любой передряги, даже с того света. В голове крутился ответ, но некоторые сомнения скребли мою душу и оболочку, раздирая на лохмотья. Я тряхнула головой, отгоняя диких зверей, желавших полакомиться обездоленной и потерявшей уверенность тушей, и с покрасневшим огнем в глазах произнесла. – Хорошо. Я попытаюсь. Я устала жить в этих загадках, Лангварг. Я хочу знать, кто я на самом деле.

…

Я готовилась ко сну, взбивая затвердевшую и холодную подушку. Морф крутился между ног, вытираясь об них. Мурка где-то пряталась под покровом темноты. Она всегда приходит, когда я уже сплю, и обязательно укладывается на подушку, чтобы ей было комфортно лежать. В голове по-прежнему крутился разговор с Лангваргом. Он был прав. Если во мне открылась новая способность, ее нужно развивать. Ведь может она выручит и не раз. Я уже не совсем новичок, имеется определенный опыт, значит, пора переходить на следующий уровень. За окном стояла кромешная темнота. Небо затянуто тучами, оно пряталось за ними как за шторой, скрывая от нас яркие звезды и луну, которые сделали бы эту ночь чуточку светлее. Сложно привыкнуть к такому расписанию дня. Иногда хочется, чтобы солнце чуть дольше задержалось на небе и бросало на землю лучи не в пять, а хотя бы в семь часов. Остается только ждать весны, когда с ее приходом все станет на свои места. Я легла на чистую и мягкую постель и накрылась зимним одеялом, пытаясь согреться под ним. Морф без труда запрыгнул ко мне и со вздохом, похожим на «ур-р», лег где-то в ногах, скрутившись клубочком. С ним спокойнее спать. Не так одиноко. Жизнь вернулась в то старое русло, в котором она текла до путешествия. Школа, учеба, подготовка к экзаменам, что хочется застрелиться, а не сдавать это вот все. Фехтование, интенсивные тренировки, дуэли, подготовка к грядущим соревнованиям в другом городе. Помимо этого дополнительная работа в спортзале. Ну и как же не обойтись без занятий с Лангваргом, практик обычной и боевой магии и укрепление тела и духа в разных уголках страны, в которой живу. Как видите, не скучаю и не бездельничаю. Я не сбилась с ритма такой жизни лишь благодаря тому, что во мне плескалась энергия, которую вырабатывает ДУША. Именно ей я замотивирована достигать новые цели и расти в разных направлениях. Путешествия по вселенным являются отдушиной, небольшими каникулами, где могу переключиться на другие задачи и в то же время отключить мозг от той мирской суеты, в которой жила до отправления. Честно, хочется где-то в преддверии Нового года вернуться к друзьям и провести зимние каникулы у них. Правда, остается организационный вопрос по поводу того, как сделать так, чтобы все мои товарищи встретились в одном месте. Думаю, я смогу договориться с Лангваргом ближе к тому времени. Я начинала скучать по тому духу приключений, который наполнял меня во вселенных Undertale. Глаза мягко закрылись. Я почувствовала, как позвоночник постепенно выравнивается, расслабляясь. Его примеру последовало все тело, по которому прошлась тягучая и ноющая волна утомленности, наплывшее по окончании этого дня. Постепенно на меня находила сонливость, укрывавшая своей таинственной материей тело и топя его в своих объятиях. Я не сопротивлялась. Лицо ощутило утреннюю свежесть. Свет пробивался сквозь сомкнутые веки и, не выдержав, я распахнула их. Первое, что я увидела, это поднимающийся светящийся диск, который только-только начинал согревать остывший внутренний мир. На моем лице заиграла улыбка. Вот он. Тот рассвет, о котором говорила моя младшая версия. Рассвет, ознаменовавший начало моего исцеления и становления на верный путь. Моему взгляду предстало поле. Бескрайнее, с холмами, уходившими вдаль и терявшимися во влажном и прохладном тумане, клубящемся над только взошедшей молодой травой. Она плотным ковром покрывала пропитанную влагой, холодную, еще не прогревшуюся землю. Я пригляделась лучше и увидела, как среди зеленой травы выглядывали еще нераскрывшиеся бутоны маленьких цветов. Они были повсюду, на каждом миллиметре. Мне стало интересно. Какие же цветы прорастут в моей душе? Маки? Одуванчики? Ирисы? Золотые цветы? Или мои любимые эхо-цветы, которые нашептывали голосами других людей сокровенные желания и мечты? Время покажет. Я сделала первые шаги. Трава тихо зашуршала, она холодила и ласкала голые ступни. ДУША забилась чуть быстрее, словно готовилась к чему-то взрывному-разрывному. Я чувствовала это. Ее биение учащалось, ломилось, второе сердце желало самостоятельно выбраться из груди. Мне казалось, что еще чуть-чуть, и она закричит. И я была уверена, что на ее зов кто-то откликнется и выйдет из тумана старых воспоминаний, чтобы воссоединиться с нами после долгой разлуки. Неожиданно в уши полилась тихая музыка. Чьи-то умелые пальцы нажимали на клавиши фортепьяно, извлекая из инструмента чарующие, нагонявшие волну непонятной ностальгии звуки. Кожа покрылась крупными мурашками. ДУША больно ударила в грудь, так, что я согнулась от силы удара. Она показывала, что мы были близки к преследуемой цели. Ее цели, не моей. Я ускорила шаг. Лицо покрылось влагой, когда проходила сквозь густой туман, который скрывал от меня источник странно знакомой мелодии. Мне казалось, что я когда-то слышала ее. Но не в этой жизни. Темный силуэт прорывался сквозь туманную завесу, и еще пара широких шагов в итоге развеяла все сомнения и тревоги. Перед моими глазами предстала прекрасная картина: за белым глянцевым фортепьяно сидела спиной ко мне девушка. На голове покоился зеленый венок с теми же бутонами цветов, которым только предстояло расцвести. Ее каштановые волосы едва доходили до плеч. На нее был накинут плащ черного цвета. Мне показалось, что она смутно кого-то напоминает. Нежный, тихий голос напевал текст песни, который тронул ДУШУ. Она чуть ли не плакала, в то время как внутри моей головы началось странное землетрясение. Словно там поднимались старые архивы, в которых хранилась та информация, которую я так желала заполучить. В моем горле клубились слова, которых даже не знала. Они были готовы вылиться гармоничным потоком под аккомпанемент инструмента, но я так и не решилась спеть. Неуверенность в этот раз оказалась сильнее желания. Девушка замолчала и доиграла последние ноты на фортепьяно. Они печально взмывали в воздух и уносились вдаль, будучи подхваченными из ниоткуда взявшимся ветром. Я пыталась укротить дрожь нетерпения и волнения. Мне хотелось узнать, кто она такая. Ведь по этим признакам это была не я. Она встала и повернулась в мою сторону. Сердце пропустило несколько ударов от шока, и только спустя какое-то время меня отпустило. Я словно увидела себя в отражении зеркала, но, приглядевшись, поняла, что это был совершенно другой человек. Однако глаза… Ее глаза притягивали и пугали. Такие же необычные, как и у меня. Красные, больше уходящие в малиновый цвет, глаза. Она улыбнулась. Широко, тепло и ласково, адресовав улыбку мне, словно я была самым дорогим ей человеком. – Привет. – Здравствуй… Девушка перешагнула скамейку и медленно приблизилась. Она была одной же комплектации, что и я. Мне получилось разглядеть под плащом, обитым белым мехом и застегнутым одной широкой полоской отороченной золотыми нитками ткани, ворот свитера. Полы плотной материи скрывали одежду незнакомки. Я сглотнула вставший ком и уже вылетевшую ДУШУ и, набрав воздуха, выговорила. – Это ты звала меня тогда вместе с ветром? – в лоб спросила я ее. Она нисколечко не смутилась. – Да. Это была я. Хоть на одну загадку меньше. Я в некотором облегчении выдохнула, успокаивая подскочивший пульс. – К кому ты хотела меня привести? – Мы обе идем в одном направлении и стремимся к одной и той же цели. Дом. Я помолчала, косясь на пейзаж позади нее. Он оставался неизменным, красивый инструмент выглядел поистине впечатляющим, находясь на открытом воздухе и в такой приятной обстановке. – Как долго ты здесь? – Не знаю, – она пожала плечами. Девушка не солгала. – Время понятие растяжимое. Может, я здесь около пяти лет. Может, столько, сколько и тебе. Здесь время теряет смысл. Это не дало четкого ответа на поставленный вопрос, но я продолжила допрос. – Ты встречала кого-то еще? Я помню, что здесь была девушка, похожая на меня, только чуть младше. – О да, – незнакомка посветлела в лице, улыбнувшись. – Я видела ее. Она сказала, что ей пора вернуться на свое место и попросила меня подменить ее к твоему приходу. Мы немного помолчали, каждая обдумывая то, что говорили до этого. Девушка была совершенно спокойной, миролюбивой. Улыбка держалась на ее белом, как бумага, лице, красные глаза не отрывались от меня. – Ты не должна бояться меня, – в свою очередь сказала девушка, слегка наклонив голову. – Ты можешь полностью доверять мне. – По какой причине? – нахмурилась я. Несмотря на то, что ДУША с таким рвением тянулась к ней и распространяла жар по всему телу, у меня не было сильного желания начать сразу доверять человеку, который был странным сам по себе. Но с другой стороны, я понимала, что где-то и когда-то видела ее. Не в реальной жизни. Здесь, в месте, когда еще не было того долгожданного рассвета во мне. – Мы во многом похожи с тобой, Луна. Я знаю, что мое появление удивило тебя, но, поверь, это не просто так. Я не хочу навредить тебе. Только помочь. Ее речи и само присутствие вызывали кучу вопросов, которые клубом неугомонных пчел роились в голове, заглушая сами мысли. Однако по виду девушки было понятно, что она не готова ответить на них сразу. ДУША подсказывала мне, что мы еще не раз встретимся с ней. Поэтому я задала последний вопрос. – Как тебя зовут? Она снова склонила набок голову, улыбаясь. – Меня зовут Мэри. Я неожиданно для себя улыбнулась, когда услышала ее имя. – Мэри… Как из детского стишка? Она звонко рассмеялась, прикрыв рот маленькой ладошкой. Ее красные глаза с неким лукавством взглянули на меня. – Может быть. Я покачала головой, тихонько посмеиваясь про себя. Забавно и не менее загадочно. Судьба послала нового человека, с которым мне предстоит отправиться в долгое путешествие, чтобы достичь той цели, к которой я стремилась еще с середины лета. Я прикоснулась к ее протянутой ладони. Они совпали по размерам, словно мы были близнецами, только что нашедшими друг друга после стольких лет разлуки. Мы обменялись удивленными улыбками. Пусть Мэри не хотела признаваться, что ее имя было взято из английского стишка, однако я точно знала одну вещь. У нас точно с ней все не так, как у простых людей.

КОНЕЦ