Раздражающий фактор

      Наруто был подозрительно тих в последнее время. После возвращения Саку в совсем плачевном состоянии он не мог поверить в случившееся. До этого Наруто знал точно одно - они с Саске братья: пережили одно и то же, шли по этому пути вместе к своим целям, прикрывая спины друг друга.       Уход Учихи из деревни был для него скорее соревновательным моментом. Наруто ведь тоже ушел. Их учителями были такие же давние друзья, как и они сами. Конечно одна деталь отличалась - Джирайя и Орочимару были по разную сторону баррикад, но для него это была такая же тернистая история как и у них с Саске. Только если санины не смогли преодолеть временные трудности, то у них конечно все совсем по-другому.       Так он думал до этого случая. Теперь все совсем иначе. Одно то, что Саске способен убивать невинных вводило Наруто в кататонию, но то, что он хотел убить Сакуру разбило его окончательно. Единственное, почему Сакура еще жив - навыки медика и удача, что его быстро нашли.       У него не хватало сил навестить Харуно. Ежедневно он приходил к палате и мялся у нее так и не решаясь зайти. Этот случай он воспринял на свой счет. Сакура ведь всегда нуждался в защите, всегда ему нужно было помогать, но мог ли Наруто знать, что ему нужна будет защита от собственного друга.       - Узумаки! - От неожиданности Наруто выпал из своих мыслей и издал испуганный крик в воздух. - Чего стоишь, заходи! - Харуно впервые самостоятельно открыл дверь и пригласил друга войти.       Выглядел он более, чем жизнеутверждающе. На лице была расслабленная улыбка, хотя и состояние оставляло желать лучшего. Размеренно ковыляя по палате, он перемещал капельницу за собой, попутно опираясь на нее.       - Ну, рассказывай, что нового в мире. - Молодой человек грузно приземлился на скрипучую койку. - У меня вот из нового: начал сам ходить в туалет! Правда пока только по-маленькому, сам понимаешь. - Ноготь постучал по склянке от которой тянулась трубка. - Пока ем только внутривенно. На самом деле мне и писать нечем, но как-то совсем грустно не использовать прибор, вот, делаю вид. - Харуно заливисто рассмеялся, но Наруто оставался таким же непривычно задумчивым.       - Саку. Через две недели я отправлюсь на миссию. Ты бы все равно это узнал, поэтому я хотел сам обо всем рассказать. А ты должен сидеть в деревне и активно выздоравливать. Я больше не позволю тебе столкнуться с ним, и бабушка тоже. - Наруто сжал ладони в кулаки, и устремился глазами в пол. Слова тяжело давались, потому что до него не доходило осознание, что он собирается сделать, рассказывать о своих планах вслух словно ставить точку на всем том счастливом времени, что было у него раньше.       - Подожди, Наруто, только не говори, что... - От подступивших чувств Харуно нервно сглотнул. - ... Не говори, что ты собираешься убить Саске!       Наруто непонимающе вскинул брови, а затем снова вернулся в непривычно-тоскующее положение.       - Ты меня за кого принимаешь. Я никого не собираюсь убивать, я не убийца. Я собираюсь вернуть Саске в деревню, но на этот раз как преступника. Он должен ответить за сделанное честно, по закону.       Саку на минуту расслабился, ведь то, что он представил себе в голове было гораздо хуже предложенного Наруто варианта.       - Что ж, я хочу пойти с тобой. - Саку чуть наклонил голову, пытаясь поймать на себе взгляд шиноби, но тот в ответ на отказ остаться в деревне, твердо припечатал больного глазами к койке.       - Этого не будет, я не дам тебе встретиться с ним до тех пор, пока его руки не будут закованы в кандалы и он не сможет причинить тебе боль. И к тому же, ты не в состоянии даже позавтракать, о какой миссии идет речь! Мы не можем терять время! - Голос начал срываться на крик. Наруто никогда не отличался контролем своих эмоций, а сейчас для этого и не было причин.       - Почему? Почему мы не можем подождать месяц, за это время ведь погоды не сделается.       - Итачи Учиха мертв. В найденном теле не было глаз. - Наруто посмотрел на Саку с толикой испуга. - Он исполнил свою цель и мы не знаем, что будет делать дальше. Необходимо обезвредить его до того, как он сделает что-то непоправимое.       - Подожди, его целью ведь было убить брата и возродить клан. Может он сидит себе тихо в пещере и ищет технику, способную оживить мертвецов. Это практически благое дело, если бы он нашел способ воскрешать людей, это был бы прорыв для всех!       - Да, или пойдет по деревням насиловать женщин. Что значит возродить клан? Что он будет делать? Мне кажется, я совсем не знаю этого человека. - После недолгой паузы, Наруто продолжил. - Я не совсем согласен с тем, что думает бабушка, но это правда странно... Мы не знаем он ли убил Орочимару или нет, но зачем он ударил тебя? Убил брата и изувечил его труп... Я тоже не верю в то, что это все сделал Саске и именно поэтому его должен найти я. Только я могу остановить его сейчас.       Саку чувствовал как пропасть между ним, Саске и Наруто нарастала. Незаметно для всех троих, они отдалились друг от друга. При расставании с отступником Саку казалось, что их всех связывает какая-то нить: да, их пути разошлись, но они все еще стоят друг за другом, но теперь все это растаяло в тумане недоверия. Саске отрезал нить, ведущую к друзьям, попытался убить Сакуру из-за чего Наруто разуверился в товарище и потерял надежду на мирное возвращение, ну а Сакура... Сакура остался единственным, кто пытался вернуть все назад. Не просто увидеть Саске в деревне, а оставить все таким, каким он запомнил: совместные миссии, посиделки в Ичираку, его немая влюбленность. Пусть все будет как раньше, пусть и без мешающих чувств, но как раньше.       На фоне Саку удивительно как всего за несколько недель повзрослел Наруто. Такой упертый и твердолобый впервые столкнулся с предательством и сделал из этого свои выводы. Он не вычеркнул Саске из своей жизни, но жить как раньше ему больше не хотелось. Он не был готов забыть и простить все случившееся, он хотел чтобы Саске раскаялся, встал на верный путь и спустя время, понеся наказание за содеянное, выгнал тьму из своего сердца. Такие изменения в сознании совсем подкосили его.       Сакура надеялся, что хотя бы Узумаки будет на его стороне, на стороне Саске, но если даже Девятихвостый отвернулся от старого друга, возможно Хината была права. Не мир сошел с ума, Сакура единственный, кто отказывался принимать действительность.       - Хорошо, оставь меня. - Саку демонстративно отвернулся от друга и закрыл глаза.       "Почему я не могу разозлиться на него?" - Хотелось свернуться калачиком, но подтягивать ноги к груди все еще проблематично. - "Почему я продолжаю оправдывать тебя, Саске".       "Я ненавижу тебя" - в груди больно кольнуло. Неожиданно сильно кольнуло. Всего месяц назад Сакура даже не мог понять что это за чувство было с ним все эти годы, он лишь робко предположил, что это влюбленность, но чем больше времени проходило, тем трезвее он осознавал, что происходит.       "Я люблю тебя" - он правда это сказал и правда это чувствовал. Всегда хотелось быть рядом с Саске, но насколько рядом? Хотелось держаться за руки, целовать его утром, засыпать вместе, обнимаясь, чувствовать внутри...       Бессмысленные фантазии не вызывали ничего кроме боли в груди. Он и сам не мог представить себе как это будет выглядеть со стороны. Даже если бы все вокруг принимали однополые отношения как два парня могут быть вместе?!       - И почему я не родился девчонкой...

***

      Наруто с отрядом двинулись на миссию по поимке Саске. Вылазка планировалась длительностью от двух до четырех недель, а значит почти на месяц Сакура лишился компании всех своих товарищей.       - Скажите, это ведь Вы подговорили Саске меня побить чтобы потом добить окончательно бумажной работой. - Сакура скучающе перекладывал листки из стороны в сторону, когда с другого конца кабинета ему прилетело ручкой аккурат в голову.       - Харуно. Если услышу еще хоть один писк с твоей стороны, ты будешь горбатиться на этой работе и при следующем Каге, и при детях Каге, и внуках Каге...       - Я понял. - Уже шепотом забубнил Саку. - Это был изначальный план. Сделать меня инвалидом чтобы я мог работать исключительно с бумажной продукцией.       Саку делал успехи в выздоровлении. Благодаря постоянному лечению внутренние органы удалось почти полностью восстановить, не последнюю роль конечно же сыграло и то, что медик впервые смог полноценно потренироваться на самом себе. Такая практика была куда полезнее оживления рыб.       Харуно уже мог нормально ходить, есть жидкую пищу и даже чихать иногда получалось без эксцессов. В общем, жизнь налаживалась, если, конечно, не брать в расчет, что друзья пошли брать живьем его любовный интерес, и того факта, что Саске ненавидит его.       Уверенной, но все еще неровной поступью Саку понес весомую стопку бумаг в соседний кабинет-хранилище.       "Черт возьми, что она за врач! Напрягать человека в таком состоянии перетаскивать бумажные талмуды из стороны в сторону" - Раньше такие нагрузки не были для юноши ощутимы, но сейчас, когда все силы и чакра идут на самолечение, держать удары тяжести было проблематично. - "Приболей при мне, учитель, посмотрим как ты будешь восстанавливаться".       - Ой, извините. - Несколько бумаг упали из рук Саку на пол при столкновении в коридоре с пожилым мужчиной. - А Вы не могли бы помочь поднять?       Старик ничего не ответил, лишь цокнул глядя на медика сверху-вниз и прошел мимо.       - Ничтожество.       Саку даже решил, что ему послышалось, но когда обернулся чтобы что-то ответить, силуэт исчез в дверях Каге.       - Данзо... Старый хрыч. - С трудом наклоняясь за листками, Сакуре пришлось применить недюжинную силу, дабы не распластаться по полу от боли. Стоя на коленях перед дверьми кабинета, он услышал то, чего слышать ему не стоило.       - Если текущий Каге не в силах побороть одного мальчишку, какая может идти речь о защите целой деревни. - Данзо величественно разбрасывался громкими фразами, словно перед ним сидела не Каге, а какая-то девчонка, которую можно отчитать за недоеденный обед. - Я говорил это еще при Хирузене: с Учихами давно пора кончать. По прошествии лет можно сказать лишь одно: единственный достойный Учиха - Итачи потому что только ему хватило смелости срубить это зло под корень. Но он ошибся, когда оставил в живых брата. Такая зараза не может существовать под одним небом с мирными жителями.       - Черт возьми, что этот старик несет, я сейчас его... - Только Саку начал подниматься для последующего рывка в дверной проем, голос Цунаде прервал его.       - Господин Шимура, если мы будем устраивать геноцид всех несогласных с властью кланов, под небом не останется ни одного мирного жителя. - Удивительно спокойно держалась Каге, хотя это ей совсем и не присуще. - Ходят разговоры о том, что это вы сеете тьму среди высоких чинов. Жизнь Саске Учихи не ошибка. Он дитя ненависти, которую Вы так страстно поддерживаете, разве нет? Разве не это основной критерий отбора людей к вам на службу?       - Все мои действия направлены исключительно на защиту моего народа. Если Каге не согласна с проверенной годами борьбой, возможно ей стоит покинуть свой пост. - Не имея желания продолжать бессмысленный диалог, Данзо поспешил к выходу из кабинета.       - Ай... - Выходя, Данзо ненароком саданул раненного шиноби дверью по голове.       - Одного раза тебе видимо оказалось недостаточно? - Покосился старик на разгневанного юнца.       - Сакура! - Хокаге быстрым движением руки показала пройти вглубь кабинета.       "Ух ответил бы я тебе, старый хрыч, радуйся, что я сейчас разогнуться не могу".       - Госпожа Цунаде! Вы встали на сторону Саске! - Восторженно пискнул Харуно, но его быстро поставили на место.       - Нет, я встала против Данзо, не более. - Отрезала она. - Нет такого времени и места, когда я бы согласилась хоть с одним его суждением. - Цунаде немного наклонилась к лицу ученика. - Он гораздо опаснее Саске, держись от него подальше.       - Почему? Это то, о чем Вы говорили с ним? Что он сеет тьму?       - Да, но и не только. Данзо долго был правой рукой Хирузена и хотя официально ему не предъявлялось никаких обвинений, ходят слухи о том, что он совсем нечист. Нападение на Коноху, когда Девятихвостый украл тысячу жизней... Без помощи изнутри это было бы невозможно. - Каге задумчиво оглядела собственный стол. - Итачи Учиха также был связан с Данзо. И хотя при расследовании Данзо Шимура и заявил, что резня в клане была инициирована Итачи, все это как-то слишком подозрительно совпадало с его интересами.       Глаза Сакуры заметно расширились. Забывая о том, что он все еще не здоров, Харуно вскочил с места как ошпаренный и моментально об этом пожалел.       - То есть Вы хотите сказать, что Данзо причастен к убийству клана...       - Тшшш, - мягкая ладонь жестко закрыла рот Харуно. - Я ничего не хочу сказать. - Зло сцедила Цунаде шепотом. - Я лишь говорю, что все трагичные события Конохи очень удачно для него складываются. Он хотел истребления Учих и Итачи делает это своими руками, он хотел занять пост Хокаге и Орочимару убивает Хирузена. Все эти люди так или иначе были связаны с ним или корнем.... И если ты сейчас не помолчишь, то следующая на очереди я! Данзо очень коварен, забудь про него и никогда не стой на пути.       Сенджу отпустила рот ученика, но то, что она увидела ей не понравилось.       - Даже не думай. - Цунаде поднесла кулак к носу Харуно. - Я знаю что у тебя в голове. Раз я остался дома и не пошел спасать Саске, займусь разгадыванием загадок в деревне. Поезд ушел. Саске уже убил брата, если не дай Бог ты сделаешь из него мученика, Саске сойдет с ума и решит уничтожить деревню. А если ты начнешь копаться в смерти Хирузена, я тебя уверяю, полетит твоя голова. - Видя нарастающую злобу в глазах юного медика, Цунаде чуть успокоившись заняла привычную позу в кресле. - Данзо не неприкасаемый, ему не спускают с рук все эти слухи, под него копают. Проблема только в том, что он окружен своей личной охраной. Все так или иначе заинтересованные в делах Данзо по несчастливой случайности умирают. Поэтому повторяю в последний раз. Не лезь.       - Не лезу. - Харуно повторил за Цунаде присев напротив.       Больше он решил ничего не говорить. Цунаде знала его как облупленного. Конечно его заинтересовала эта история по многим причинам. Во-первых, от этого человека действительно исходила опасность и опасность в первую очередь для его учителя. Во-вторых, Саске. Сам по себе Учиха наверняка не интересует его так сильно, в одиночку он не представляет никакой угрозы. Но если история с геноцидом Учих не просто сумасшествие Итачи, а спланированная Данзо акция, то ситуация кардинально меняется.       Если ему удастся доказать непричастность старшего Учихи, то Саске сможет направить свои усилия в полезное для государства русло. Если такой человек как Данзо будет справедливо наказан за все предполагаемые деяния против человечества, то Саске перестанет быть преступником в глазах общества. Его месть наконец свершится и все наладится!       "Какая чушь..." - Саку сам не поверил своим мыслям. - "Это ничего не изменит. Преступником он стал не только из-за того, что ушел из деревни, финальной точной стало нападение на меня. И к тому же Цунаде права. Мы не можем предугадать реакцию Саске, если окажется, что его брат не был повинен в смерти родителей".       Голова пухла от всех скопившихся мыслей. Если бы все было так просто. До этого момента Сакура никогда не задумывался по какой именно причине был растерзан целый клан. На уроках истории упоминали всё, кроме вышеупомянутого акта, историей клана Учиха также не пренебрегали, но исключительно в позитивном ключе. Клан - основатель, полицейское поселение, почти волки-целители леса. История о том, что бойня - результат личной неприязни к семье хорошо складывалась на фоне того, что Саку понятия не имел каким человеком был Итачи Учиха.       Уже прийдя домой, сил хватило исключительно на то чтобы лечь в кровать. Родителей дома не было, но это и к лучшему. Хотя Саку зачастую стыдился реакции ближайших родственников, тем не менее видя рыдающую мать у кровати и отца, не проронившего ни одной неуместной шутки в груди что-то сжималось. Стыдно перед ними... Если до этого Сакура воспринимал свою погибель как что-то не особо значительное, увидев испуганные лица родителей, стало совершенно ясно, что если они лишатся Саку, то лишатся почти смысла жизни.       Войдя в собственную комнату тело как по мановению рухнуло на кровать. Раздеваться сил особо не было, но собрав остатки в кулак, Сакура стянул с себя верх, небрежно кидая майку куда-то на пол, оголив багровый шрам.       Швы уже подзатянулись, но до полного шрамирования было еще далеко: кожа быстро багровела, стоило лишь немного подвигаться. Боль была тяжелой, но ее Саку воспринимал с мужеством, как тренировку собственных возможностей.       Шершавые пальцы провели вдоль линии шрама, затем опускаясь на кровать. Теперь это напоминание о последней встрече с любимым останется с ним навсегда. Поворачиваясь на бок, руки скрестились на груди, обхватывая подушку. Саку уткнулся в нее носом и громко выдохнул.       - Саске, почему ты просто не можешь быть здесь. Знаешь, я не верю, что ты правда хотел меня убить. А даже если и хотел, я все равно не могу перестать тебя хотеть. - Голова то безнадежно утыкалась в подушку краснея, то смущенно показывалась из-под нее.       Уже давно Саку не был наедине с собой, когда ты валяешься при смерти, честно сказать, совсем не до того. Но сейчас почему-то впервые за долгое время на душе стало достаточно спокойно чтобы расслабиться.       Воспоминания щекотали багровые щеки Харуно. Он проводил по подушке свободной рукой так, как проводил когда-то по скользкой коже Учихи. В штанах внезапно стало тесно, когда живот завязался в плотный узел. Вторая рука потянулась к собственному паху, который начало приятно тянуть. Саку протяжно выдохнул, параллельно подминая под себя подушку.       - Саске, я так хочу тебя. - Харуно стало стыдно от собственных брошенных слов, но несмотря на это руки сами поспешно стянули с себя трусы, оголяя разгоряченный член.       Медленно, не задевая новые раны, Саку перевернулся на живот, припечатывая бедрами подушку вплотную к кровати. И почему каждый раз закрывая глаза он видел бледное тело Саске. Его кожа мгновенно розовела под раскаленными ладонями медика. Каждая мышца Учихи плавилась от крепких прикосновений Харуно, но он и не планировал останавливаться. Хотелось услышать его стон, как он просит его продолжать, но такое даже в фантазиях не приходило в голову.       Сакура приподнялся над подушкой на полусогнутых коленях, обхватывая ту крепкими руками так, как он бы сделал с Саске. Придавливая упрямую поясницу шиноби к кровати, бедра любимого рефлекторно бы поднимались ввысь, желая продолжения.       Твердый пенис Саку с усилием протиснулся меж подушкой и матрасом, после чего парень сдавленно выдохнул. Теплое постыдное чувство растекалось по телу и от этого было одновременно приятно и некомфортно. В желании замедлиться и продлить удовольствие, правая ладонь чуть ослабила хватку, покрывая собой верх подушки, поглаживая ее, пока бедра раз за разом наращивали темп.       Хотелось увидеть лицо Учихи, хотя бы в воображении, увидеть его желание, то, что он любим им, то, что он его тоже хочет. Но что-то предательски мешало ему, словно мозг отказывался окунаться глубже в эту пропасть выдумок.       С каждым новым движением Сакура чувствовал, что удовольствие было все ближе и ближе, глаза непроизвольно закатывались за веки. Было стыдно за самого себя, но с тех пор как он признался Саске в любви это была его первая разрядка.       "Я ненавижу тебя" - Холодные глаза будто смерили взглядом всю эту картину: крепкий раскрасневшийся юноша вдалбливает член в кровать, представляя своего друга детства. - "Ты мне противен".       Непростительно громкий стон вырвался из уст парня, за чем последовало влажное окончание. Саку прогнулся в пояснице держа подушку между ног, словно в заложниках, пока бедра делали последние рывковые движения. Липкая жидкость вырвалась наружу, окропляя собой чистую постель.       - Да... - Саку расслабленно опрокинулся на спину не в силах увидеть результат собственной работы. - Позорище... Наволочка-то в стирке.       Общая усталость, которую до этого так умело скрывало тело придавила Сакуру тяжким грузом во мгновение око. Все, на что хватило Сакуры - укрыться оскверненным одеялом и уснуть.       Наступил новый день, а значит необходимо приступать к старой работе. Но теперь для Сакуры открылись новые цели и возможности. Раз приблизиться к Саске ему нельзя, он приблизится к тому, о чем Саске и сам не знает.       Вчерашний вечер наедине с собой, как ни странно, воодушевил Харуно. Несмотря на то, что единственное, с чем он соприкоснулся - фантазии, в них Саске был совсем не таким, каким являлся в реальности. Возможно это путало сознание Сакуры и тот неосознанно верил своим же иллюзиям, но он почти вернулся к исходной точке, где друг был лишь заблудшей овечкой, пешкой в игре власти и Саку намерен это доказать.       Взяв в руки стопку свежих бумаг, на этот раз Сакура захватил с собой и несколько старых отчетов. Гриф секретности Харуно был заметно выше, чем у сверстников - должность помощника Хокаге предполагает большую осведомленность о происходящих политических действиях Конохи, однако это совсем не значит, что он был всесилен. Огромное количество информации было засекречено и не передавалось в руки неосведомленных. Но надежда как известно умирала последней.       - Сегодня ты выглядишь гораздо свежее. - Леди Цунаде подошла вплотную к ученику, бегло осматривая того с ног до головы.       - Да! Спасибо... - Несколько смущенно покосился Саку. Не стоит учителю знать что именно послужило приливом бодрости для юноши.       - Так держать! Я до этого боялась нагружать тебя сильнее, но раз твое состояние улучшилось, сегодня нас ждет долгий день! - Уже совсем не сдерживаясь, Хокаге радостно толкнула медика по плечу и рассмеялась. - Нужно разобраться с делами по Песку. Не так давно на Страну Ветра напали.       - Гаара в порядке? - Обеспокоенно расширил глаза Харуно, но по реакции и сам понял, что все хорошо.       - Конечно в порядке! Гаара новый Казекаге, самый молодой во всех странах Каге. - Цунаде залпом выпила стопку саке со стола. - Но так или иначе есть ущерб, с которым нам, как партнерам и дружественной стране необходимо помочь. Все это есть на страницах 100 - 230. - Палец указал на одну из папок в стопке принесенных бумаг. - Помоги жителям Песка своими силами!       Гримаса недовольства или даже усталости озарила лицо Сакуры, это только позабавило Цунаде и та вновь залилась смехом.       "Девять утра, а она уже поддала газу..." - Сакура незаметно отодвинул горячительный напиток, опуская тот под стол. - "Цунаде таким обычно не промышляет, видимо, мое ранение ударило сильнее, чем я думал".       После этого атмосфера в комнате поуспокоилась. Часы плавно тянулись за работой. Времени вникать в свои дела было не так много, но пока это и не было важно. Ничего интересного в старых бумажках не находилось. В основном какие-то бытовые миссии. Не так уж и удивительно все это.       Время до рождения Сакуры - военное. Вся основная информация скрыта где-то в архивах, которые были недоступны рядовому шиноби. А значит ничего ценного тут нет. Разве что одна деталь.       Пожелтевший документ был визирован зеленым оттиском "одобрено и исполнено" и впервые касался клана Учиха. Документ был совсем бородатых времен второго Хокаге.       "За заслугу перед Отечеством и регулярное добросовестное исполнение своего долга перед Деревней Скрытого Листа, приказываю: организовать и благоустроить новые территории клана Учиха на северо-западе Деревни Скрытого Листа, координаты предоставлены ниже..." - и далее список семей к перемещению.       "За заслуги перед Отечеством.... Клан Учиха действительно был Великим, не припомню чтобы силами и деньгами из кармана страны кого-то еще награждали..." - Сакура перевернул страницу прочитанного документа и мысли его спутались. На обороте было две карты-планировки. С текущим местоположением и будущем. - "Подождите, что это?" - Взгляд переместился на стену, где красовалась пыльная карта Деревни Скрытой в Листве. - "Что-то не сходится, какая же это награда?".       Оказалось, что ранее селение клана находилось в самом центре Деревни, практически у здания правления. И за какие такие заслуги можно переместить героев войны из центра столицы на задворки деревни, у самых стен. Никто бы не согласился добровольно уйти в периферию, будучи кланом-основателем. На отшибе, где отстраивали "подарок" для клана не было по сути никакой инфраструктуры: ни единого магазина, рынка, больницы. Находиться там не привилегия, это наказание.       Но исходя из написанного, приказ пытался выдать желаемое за действительное.       "Саске, проблемы твоего клана начались задолго до рождения брата" - Саку внезапно и надолго закрыл глаза, начало мутить. Осознание того в какую кроличью дыру он опускается, копая историю клана Учиха опьяняло.       Из раззадоренного интереса Сакура принялся внимательнее изучать допотопные документы, но на этом все. Интересные данные закончились, все остальное не имело ничего общего с кланом или обстановкой вокруг него.       Тогда волей-неволей пришлось вернуться к текучке. Цунаде тоже трудилась не покладая рук. Было удивительно, что пригубившая утром начальница за все последующее время ни разу не спохватилась где ее бутылка. "Может, просто перенервничала?" - Сакура улыбнулся, глядя на женщину. Золотые локоны спадали со лба целителя. Пока та старательно перечитывала написанное собственной рукой.       Цунаде заметила пристальный взгляд:       - Тебе чего?       Сакура улыбнулся в ответ, чуть наклоняя голову:       - Да ничего. Спасибо большое, что спасли меня, Госпожа Цунаде!       - Ты же мой ученик. - Цунаде возмущенно отвернулась, после улыбнувшись в ответ. - По-другому и быть не могло.