Новый день, новый дом

В столовой холодно и грязно, как и во всем доме. Хозяев тут не оказалось, поэтому Аглая пошла искать их на чердаке. По пути туда, она промерзла до костей, хоть люди из Огненных Земель и не чувствуют естественного холода, холода, разносимого Матерью Природой. Значит, Керт был прав: живущие здесь были из Снега, такой маленькой страны на севере, далеко ото всех других Снежных Земель, рожденные в которой могли холодить не только душу, как и все зимние, но и свое окружение, место обитания, дом. Других причин такого холода быть не могло - особняк находится на юге Каменного Города, практически самого жаркого места, кроме Огненных Земель. Дверь на чердак скрипнула, отварившись лишь с усилием, и из угла комнаты выскочила испугавшаяся кошка, привлекая на себя внимание. Тина сидела в углу, нисколько не испугавшись скрипа, ведь слышала шаги еще на лестнице. Аглая подошла к ней и, сев рядом, начала: - Ты знаешь, теперь мы будем ближе. - Это как? - спросила севшим из-за долгого молчания девушка. - Теперь мы будем жить у вас. - Мы - это кто? Не все ли приютцы? - Ох, нет, глупышка! Мы - это я, Керт и Мэлан, все приютцы здесь не вместятся. - Но приют Святой Каари обязательно должен попытаться это сделать, - шутила зимняя, - там такие большие залы, но из-за всех кроватей и шагу нельзя сделать! - Ах-хах! Тина! Ты даже не представляешь, сколько сотен детей там ходит. Это ты у нас привыкла жить одна в замке! - Ничего не одна! Еще есть Марий, он где-то в саду, - девушка начала вставать. - О, да, два человека на целый особняк - это же так много! - саркастическим тоном продолжала Аглая, спускаясь вместе с подругой по лестнице. В саду тоже было холодно. Нужно бы купить на базаре теплой одежды, чтобы братья не замерзли. Шить сиротка не умела, это не разрешала ей религия. Хоть приют Святой Каари и находится в Каменном Городе, но религии чужих народов чтила, особенно религию огненного народа, из-за непосредственной близости и миграции огненных людей. Воздушные тоже здесь далеко не редкость, но единой религии у них как таковой нет, из-за большого количества разных малых стран, существующих многие тысячалетия независимо друг от друга. Керт уже был в саду, помогал Марию пересаживать цветы из горшков в землю. Старший не мог сделать этого сам из-за сломанной кости предплечья, держа горшочки лишь одной рукой. Мэлан бегал рядом, досаждая своими вопросами зимнего, совершенно не привыкшего к такой толпе людей, живя лишь с сестрой в гигантском доме. Как только Марий хотел бросить горшок в ребенка, Керт подходил и приобнимал друга, чтобы тот в смущении терял все раздрадение и отводил глаза. Зимние никогда не краснели, но огненный всегда понимал, когда старший смущен, он всегда видел его насквозь. Или чувствовал. - Вам нужна помощь? - спрашивает Аглая. - Давайте! - Нет! - одновременно отвечают парни, и Керт удивленно смотрит на брюнета. - То есть, если тебе нужна помощь, то да, - отведя взгляд, произносит Марий. - Тогда идите по своим делам, девочки. И захвататите с собой Мэлана! - хитро улыбаясь, говорит младший. Вообще, разница у них всего лишь в три года, но огненный народ живет дольше, поэтому совершеннолетие у них лишь в тридцать лет, аж на десять лет позже зимних. Но и тело, и разум приобретают считающееся общим развитие к двадцати годам, как и все остальные народы, кроме водных, живущих более полуторасотни лет, и имеющих с зимними лишь косвенное родство и некоторые схожести организма, такие, как плавно чернеющие к концам пальцы рук и ног. Девушки решили разложить вещи, а после отправиться на местный базар. Мэлан помогал им, перенося вещи из первого этажа на второй, попутно расспрашивая обо всем Тину, никак не раздражающуюся от них. Баулы с одеждой опусташались, содержимое раскладывали по шкафам в разные комнаты. Аглае, всегда жившей в большой комнате с другими детьми, было непривычно иметь собственную, с большой и, как оказалось, мягкой кроватью, гигантским шкафом, в котором все ее вещи казались крошечными, и зеркалом. В приюте зеркало было только в ванной комнате, старое, которое протирали каждое воскресенье на уборке приютцы. Мэлану его комната очень понравилась, и он решил попрыгать на кровати, за что получил по оплеуху от сестры. Керт еще не видел свою комнату - как только он зашел в дом, то увидел Мария со сломанной рукой, пытающегося высадить цветы к приезду друзей, и снова перепутавшего даты; Аглая знает, что брат так и не увидит комнату сегодня, но все-равно относит его вещи туда. Девочки решили убрать дом после базара, и сейчас собирались. Полностью готовые Мэлан и Аглая ждали нерасторопную Тину, потерявшую свою широкополую шляпу и теперь искавшую ее под кроватью. В дом зашел Марий, поднялся на чердак, тихо спустился вниз, прикрывая этой шляпой что-то в руке, и вышел. Ребята немного посмотрели удивленно в его сторону, и Тина резко выбежала за ним на улицу, но брата там уже не было - он был в сарае. Тина не знает, какими извращениями можно заниматься там, но шляпа нужна была ей позарез: зимние долго не выдерживают под палящим солнцем Каменного Города. Даже на старшем зимнем была шляпа, когда он выходил с цветами. Толкнув дверь плечом, девочка вошла в старый, но ухоженный по мере пофигизма сарай, в котором не было окон и было темно, что хоть глаз выколи. Шляпу с громким братским "Свали!" и хихиканьем старшего огненного ей кинули к ногам, с которой она, надменно хмыкнув, стряхула пыль, только после чего вышла и позволила ребятам уединиться. Пока они шли на базар, находившийся в самом центре города, ребята видели много интересного, конечно же, только для нас: тренирующихся воздушных монахов из храма Ланны, шеренгу детей из школы Авиоли, идущих на прогулку, на одной широкой и многолюдной улице вор выхватил кошелек, подвязанный за пояс земной бабушки, за что та мгновенно высоко подкинула бедного большой глыбой из-под ног. В районе квартирных домов, у парадной одного из таких, летала крылатая ящерица, которую пытались поймать всеми жителями дома. Ребята просто обошли их стороной, ведь им такие драконы не могут причинить вреда. Добравшись, наконец, до базара, они решают купить продуктов, которых определенно нужно больше, и, раз уж дом превратился в гигантский холодильник, то можно накупить всего на недели вперед, не боясь гниения. Вообще, у Тины никак не могут выйти из головы мысли, зачем же брат сажал цветы, если они все равно умрут в такой промерзлой почве, но с вопросами позже. Еще нужно было купить теплой одежды на первое время, ведь после долгого проживания в доме огненными, тот начнет отогреваться от холода зимних, и, хоть у огненных первый совершеннолетний будет лишь через семь лет, сад, возможно, отогреется. Или это волшебный сорт цветов, не замерзающих от магии. Дойдя до свитеров и теплых штанов, продающихся в Каменном Городе круглый год, ведь часто жители ездят в командировки на север, да и зимняя магия активно шла ходом, они прикупили и себе, и Керту с Марием теплой одежды. Домой тройка пришла уставшая после ходьбы пешком, ни арбы, ни коней семья Лефтаров не держала за ненадобностью, так как в город они выходили крайне редко. Купленную одежду оставили в зале, а еду отнесли в подвал, где было холоднее всего. Пока девочки тащили тяжелые мешки с едой вниз, Мэлан, стоя снаружи дома, услышал из сарая странный протяжный крик, но дверь была заперта, и мальчик долго стучался в нее, после чего ее открыл взъерошенный брат, из-за плеча которого выглянул еще более взъерошенный и довольный Марий, прижимаясь к Керту со спины. Зимние всегда были низким народом, и, хоть, старший брат Тины для зимнего был необыкновенно высоким, он доставл старшему Валионну лишь до глаз. Взрослые вышли из темного сарая на улицу, размяли конечности, и зашли в дом, намереваясь приготовить ужин. Точнее, готовить будет Марий, а Керт лишь очень приятно мешать. Ну, и помогать, конечно же, Мистер Однорукий не справится сам. Подруги, поднявшись из подвала, забыли о Мэлане, поэтому с чистой душой отправились убираться. Вековая пыль, мусор в ведрах, забившиеся раковины, грязные полы, не стиранное белье - всего было в полной мере, и Тине даже не было стыдно за это - настоящая северная хладнокровность. Такая же была на лице (и душе) Однорукого Бандита, как его прозвали подруги за выходку со шляпой, при всем процессе готовки. После предавания полам ледяной свежести, девочкий нашли старые фотографии, сделанные ими же. Там были они в детстве, с еще живыми мистером и миссис Лефтар, черный котенок, который сейчас лежал на кресле и лениво подмывался, Звездная принцесса, на свадьбу которой с Лунным лордом пригласили их родителей... Некоторых фотографий девушки не помнили, возможно, они были сделаны не ими, но смотрелись в общем коллаже красиво. На одной из таких была башня из банок пива, совершенно глупая, но смешная. Рассмотрев и показав фотографии всем, и аккуратно положив их на столике в зале, девочки продолжили убираться, обсуждая старые воспоминания из детства. Закончив нарезать картошку, Керт положил ее в шипящий казан, залил воды и уже было хотел добавить туда мяса, как холодная рука с темными пальцами остановила за запястье, а смешливые глаза заставили выпрыгнуть сердце. - Мясо нужно добавлять позже. - А оно разве не недоварится? - Картошка сама долго готовится, так что не спеши. Да и это мясо дормии, оно быстро готовится. Лучше скажи, где ты будешь спать? Готовится ли к повторению? - спрашивают эти глаза. - Я л-лучше посплю у себя. Н-не растроишься, ведь, да? - Конечно, нет. Такому человеку лучше набираться сил, - поскользив пальцами по груди, шепотом произносит зимний. После этого к Керту не пристают за вечер, но он на столько перевозбужден эмоциями, что ночью сам притаскивается в комнату к старшему. Тот впускает его с охотой, но быстро засыпает, не имея сил ни на что большее, чем улечься рядом и укрыть колючим одеялом друга. А сам ужин проходит на отлично, никто не спорит, болтают, обсуждают ближайшие планы, кормят кота, моют посуду и расходятся по комнатам. Тина спускается вниз, в кромешной темноте, не найдя свечи, и поджигает кухонную. Берет ее и идет в залу, где распологается кресло, диван и кофейный столик, об который она спотыкается, ругаясь на эквиаре. Подходит к стене около двери, ища светом от свечи календарь, и вырывает из него листок, на котором написано "день усыновления и переезда, НЕ ЗАБУДЬ!", скаладывает его напополам, и идет наверх. Там она достает дневник с полки, сует листок между страниц, задувает огонь и ложится спать, засыпая почти мгновенно.