Между нами розы и шипы

События последних дней изрядна подкосили Ская. Обретя отца снова, казалось бы, дела должны были пойти вгору. Семейное воссоединение, как ни как. Но на самом деле в жизни Ская творился полный хаос. Кому можно верить? Может Сильве – который убил отца и обманул его? Он хотел как лучше – но сколько еще раз каждый должен услышать эту фразу, чтоб понять – эта логика не работает. Или может его отцу – который выбрал воспитывать чужую девочку вместо него? А может всё таки Блум, ммм...? Та самая, кто не моргнув глазом отравила его. Вот это жизнь. За-ши-бись. Трудно сказать, чье предательство ударило больнее. Мог ли он ожидать такого от обожаемой Блум? Да, самостоятельной, таящей силу, но не настолько циничной. Мог ли он ожидать такого от Сильвы, которого считал вторым (или первым?) отцом. Хотя его родной, в общем-то разочаровал его не меньше. И самое обидное – он прощает. Его душа, которая отражается в глазах – черт, она такая же чистая. Она так безумно стремится к любви и глубине, что прощает. Проглатывает. Закрывает глаза. Что это – family issues или наоборот – их отсутсвие. Закрывает глаза на дурной характер Стеллы, ищет в ней свет. Тянется к огню под именем Блум, не замечая эгоизма. Да уж, Луна у Ская явно была в раке. Он продолжал отходить от произошедшего сам. Даже Ривен, чертов Ривен, который постоянно мельтешил рядом, отстранился. Да, не всегда Скаю были интересны его разговоры о Беатрикс, сексе или другой ерунде. Но он привык к этому, это встроилось в ритм его обычного дня. А сейчас и этого нет. Кажется привычная картина мира рушится безповоротно. Скай попросил оставить Блум его одного на время. И эта леди-эмпатия так и сделала. Блум, кажется, настолько захватили ее новые силы и возможности, что она могла забыть обо всем. Погружаясь в книги из восточного крыла она отчаянно желала понять свой потенциал. Открыть неизведанное в самой себе. Узнать, есть ли лимиты. Её трансформация без преувеличений поделила жизнь на до и после. Купаясь в этом огне, она наполнялась, отдавала, снова наполнялась и обретала себя. Непередаваемое, несравнимое ощущение. Блум думала о Скае, но эти чувства для неё были так новы, что она толком то и не знала, что с ними делать. Блум в целом редко проявляла чувства и эмоции. После пожара в родительском доме, она изрядна их боялась, поэтому закрывала в себе. Поэтому так сложно было поначалу во время упражнений с эмоциями. Это был её блок. Её непроработаная часть души. Но кажется, какие-то барьеры после транформации упали. Что теперь с этим делать? До этого самого дня Блум и Скай продолжали купаться в холоде, когда оба были друг другу нужны. Когда могли друг другу помочь. Скай мог, как и Стелле, помочь Блум справиться с её новой ролью. Она же могла подарить ему тепло, которого у неё было в достатке. Облегчить боль.

*** 2 дня до отъезда Блум

У девочек было на удивление спокойно. Блум сидела одна за книгами, пока девочки собирали вещи, чтоб поскорее покинуть этот дурдом и расслабить мозги. - Девочки, я хочу поговорить с Блум. Наедине – подала голос Стелла. Муза, с помощью телеэмпатии поняла, о чем будет речь, и быстренько сгребла с собой Терру и Айшу. - Что случилось? – Блум была вынуждена оторваться. - Меня беспокоит Скай. Тебя нет? – с легкой иронией сказала Стелла. - Какого черта, Стелла, конечно я беспокоюсь о нём. Я вижу *проблески эмпатии*, как ему тяжело. Но мне кажется ему лучше побыть одному. Он сам об этлом просил. - Блум, а как часто ты, когда говоришь, что хочешь побыть одна, на самом деле хочешь побыть одна? Ладно, может для тебя это и ок. Но не для Ская. Отчасти, он живет для других. Как бы там ни было, он нуждается в том, чтобы быть рядом с людьми. Ему нужно, чтобы кто-то позаботился о нём, как он обычно заботится о других. - Для чего это ты мне говоришь? - Для того, что если этого не сделаешь ты, это сделаю я, Блум. Да уж, быть пристыженной Стеллой это не совсем то, чего ожидала Блум. Где-то час она злилась, пока её сознание плело тонкие нити, чтобы понять благородство поступка Стеллы. Блум сжалась внутри. После транформации она стала сильнее ощущать всё – гнев, радость – и влюбленность. Эмоции выходили наружу. Маленькими росточками пробивались из увлажненного грунта чувства к Скаю. *** Блум подошла к знакомой двери. Шума не было. Странно. - Можно к тебе? – приоткрыв дверь сказала Блум. Скай сидел в наушниках. Наверное слушал «Мотылька» Коржа. Появление Блум его удивило. Конечно он рад был её видеть. Его рыжая девочка. - Привет, Скай. - Привет, Блум. Как ты? - Меня больше волнует как ты. - Блум, я не хочу об этом говорить. По крайней мере пока. Я подустал от этих мыслей. Я передумываю это все по третьему кругу, но пыль пока так и не улеглась. Картинка так далека от ясной. - Я хочу помочь тебе. - Если хочешь, просто побудь со мной. Блум легла рядом с ним. Так приятно, так нежно. Кай-фо-во. Кажется, её мысли стали проясняться. Что нельзя было сказать о Скае. - Блум, я пойду в душ. Хочу смыть это все с себя. Надолго Скай не задержался. Через пару минут он вышел в полотенце на бедрах. Его типичный лук. - Быстро ты. - Сильва закаляет не только нашу волю, но и наше тело. Буквально. Холодной водичкой из под крана. - Мог бы позвать меня, я бы … подогрела? – Блум сама рассмеялась с нелепости этого предложения. Скай тоже улыбнулся. Впервые за … лет сто, по ощущениям. Приятные ощущения разлились по его телу. Блум наслаждалась его видом и новыми ощущениями. Знает ли она что это такое? Не уверена, но она проверит. - Блум, мне нужно переодеться. - Раздеться, ты хотел сказать?