Портрет

Она смотрела на то, как горит его плоть, как он корчится в агонии, смотрела, чувствуя себя так, будто это происходит не только с ним, но и с ней. Но тут, его ужасные, полные боли крики прекратились, и он упал. Упал мёртвой кучей прямо под ноги этой сумасшедшей куклы. Его серые глаза закатились, шея была вся чёрная и она пахла. Пахла жареной свининой. Несмотря на ситуацию, Нао почувствовала, как заурчал от голода её живот. Как же ты отвратительна. Она побежала к нему. Её сердце билось, казалось, со скоростью света. Она упала на колени рядом с ним и схватила его за плечи, приподнимая его верхнюю часть тела над землёй. Проснись. Проснись. Ты же спишь?.. Проснись! Почему ты до сих пор спишь? Тебе нравится разыгрывать меня? Она трясла его, не понимая до конца, зачем она это делает. Пожалуйста, профессор… Прос… нись…? Его голова отсоединилась от тела и упала на пол, прямо рядом с ней. Его мёртвые глаза сметрели прямо на неё, как бы упрёкая в том, что это была её вина. Моя… вина?.. Она аккуратно, чуть оттопыривая большие пальцы, нежно взяла его голову себе в руки. Она приблизила его лицо к своему. Посмертная агония, запечатлённая на на нём, была по-своему прекрасна. Алая кровь ручьём стекала по её рукам, в то время как Нао всё смотрела на отделённую от тела голову её любимого профессора, и не могла придти в себя. Она растянула губы в немного жуткой ухмылке и, придерживая двумя руками голову, приподняла её чуть выше уровня глаз. Ей было всё-равно на чужие взгляды, полные страха и жалости. Кто они такие, чтобы жалеть её и профессора? Эти люди, не смыслящие ничего в искусстве… Кровь стекала по её рукам. Нао почувствовала неистовое желание взять кисти и кровью профессора нарисовать его портрет. Почему… Она… Думает… О… Таком?.. Ты не Нао. Ты не она. Так кто же ты? — Я… — прошептала она, чувствуя внезапную сухость в горле, — я… Ты убийца.