Марта́брины шелка.

Король Ночи, его пьянящая Нирвана. Темная подворотня. — Ты обязан благодарить меня, Принцессу Осуждения, за столь нежную смерть! Ты — один из счастливчиков, — Пальчики в роскошных ажурных перчатках аккуратно прошлись по лицу, оставляя на щеке случайного пьяницы-должника след еле теплой крови. Фишль присела на корточки, с жалостью глядя на это глупое создание сверху вниз. — Что… Что ты несешь, сумасшедшая?! — Знаешь, у моего деда раньше при себе был малю-юсенький пистолетик. Но он был настолько туп… Его убила случайная эскортница в постели, зарядив ему в лоб дешевую пулю. — А…! — Рьяно закричал он, почувствовав невыносимую боль в районе пальцев. — С того случая мой папочка всегда таскает с собой Big Bang*, — Ехидный звонкий смех предсмертным ревом мотоцикла звучал на весь бедный город, обращая ночь в настоящую охоту для Принцессы. Бедный, бедный город — весь во власти больной пары. Режущая пространство вонзилась в шею трудяги, заставляя его еще пару секунд дергаться в конвульсиях, а после медленно умирать. — Принцесса, вы же знаете, как я не люблю делать эту работу… — Строго, но беззлобно произнес Оз, подправляя свой пиджак. — Что за вздор! Ах, Оз, я не вынесу, если мое прелестное личико запачкается кровью этих отбросов! Рядом стоящий солидный мужчина цыкнул, уже, видимо, смиряясь. *** Холодные слезы богато обращались на ледяной кафель. — Мы — убийцы. Убийцы… — Очередная истерика Фишль. И так было всегда. Всегда, стоило им еще раз зарезать старика, убить полицейского или обычного человека. На кухне почти что и нет ничего: холодильник с магнитами, стол, пара стульев. На улице что-то между сумерками и концом жизни. Из крана капает вода, и тишина здесь резонирует с туманом. У Фишль снова губы в мясо-мякоть, Оз снова курит в квартире. — Черт возьми… — Принцесса… — Да иди ты, — Шепнула та, после горько расплакавшись. Батареи сломались.