Burn With Me

Doro — Love Me In Black       Все казалось серым в ночной тьме. Совсем скоро наступит утро, придется вставать и первым делом выпроваживать Эммануэля. От этой мысли у Немхайн стало тяжело на сердце. Или там, где оно должно быть. Еще час или два сна, и понесется: суетливые служанки с испуганными взглядами, подручные с кипами отчетов о выполненных заданиях, прочие жители Цитадели с просьбами и вопросами… И Эммануэль, отгороженный чужими взглядами и ехидными замечаниями Тени. Хорошо, у нее хотя бы иногда хватает такта скрываться, когда они с Эммануэлем вдвоем. Комментарии по поводу того, как надо вести себя в постели, особенно невыносимы. В такие моменты Немхайн больше всего на свете хочет разорвать контракт с Тенью. Но это невозможно.       Немхайн легко провела пальцем по узкой груди Эммануэля. Да, расставаться с ним будет тяжело, ох, как тяжело. В отличие ото всех предыдущих Эммануэль видит Тень и не считает Немхайн сумасшедшей. Но никто не вечен… А жаль. Может, бросить его раньше, до того, как все подойдет к более естественной развязке? Тень бы одобрила. Немхайн тихо вздохнула. Нет, меньше всего ей хотелось играть с чувствами Эммануэля.       Кто бы мог подумать, что он станет ей так дорог? Что вот уже одиннадцать лет она будет с нетерпением ждать окончания дня, «их» времени? Что мимолетное увлечение, невинная шутка превратится в сладкий плен? Нет ничего более постоянного, чем временное. Кто это сказал? Неважно.       Эммануэль пробормотал что-то неразборчивое. Немхайн криво улыбнулась. Больше всего ей нравились эти предрассветные часы, когда бессонница не давала сомкнуть глаз. Можно было лежать рядом и разглядывать его лицо, каждую морщинку, каждый волосок. Могла ли она предположить, что ей будет дорога каждая секунда в обществе этого неловкого тихони? Что захочется подольше держать его трясущиеся руки в своих? Что будет приятно проводить пальцем по короткой бородке, перебирать начавшие седеть волосы? Что будет так больно думать о том, что еще немного — и он начнет угасать? Может, к семидесяти годам он превратится в старого маразматика? Может, его блестящий аналитический ум будет направлен только на то, чтобы донести ложку супа до рта?       Нет, страшно даже думать об этом. Закрыв глаза, Немхайн теснее прижалась к Эммануэлю. Пока никто не видит, можно немного побыть слабой…