Странный омега

      Отец сразу же сбежал после того, как узнал о рождении ребенка. Этот поступок сломал молодую мать, но окончательно добило то, что её сын оказался омегой. Больше всего на свете она не хотела что бы его предали также, она хотела что бы он был сильным. Но её стремление вышло за грани разумного, теперь это было похоже на безумное желание сделать совершенно другую личность. И она совсем не думала о том как к её сыну будут относится в классе альф.

***

      Вернёмся в наше время.       Юки очаровательный омега, который чем-то напоминал ребёнка в свои пятнадцать. Круглое личико с широко распахнутыми, большими, практически кукольными глазами, просто сбивало с толку на счёт возраста омеги. Его чёрная радужка, чем-то напоминающая бездонное море в котором так просто утонуть, легко и неожиданно ярко отбивала солнечный свет. Серебристые волосы, которые почти всегда были завязаны в небрежный пучок на макушке, едва доставали до плеч. Парень обычно ходил в оверсайз одежде, иногда его знакомые удивлялись тому, что даже в разгар лета он умудрялся ходить в худи. Несмотря на свой маленький рост, Юки быстро бегал, а при необходимости мог и треснуть. Чему, кстати, научился в очередном спортивном лагере, куда мать часто отправляла сына на лето. Чтобы тот не был каким-то беспомощным хлюпиком.       Из-за постоянных переездов: " Это всё ради тебя..."– так их оправдывала мать, парню было сложно заводить новые знакомства. Юки хоть и не был особо общительным, но кое-каких друзей, к которым уже успел привязаться, всё же имел.       Обычно мать говорила о переезде за день до выезда что бы он мог попрощаться с друзьями. Но в этот раз их ожидал нелёгкий разговор на кухне. — Ма, я дома.— выкрикнул Юки снимая обувь. — Почему ты так поздно? Уже 20:30.— с кухни донёсся серьезный голос. — Ну мы с ребятами зашли в кафе который в ТЦ.— разводя руками ответил парень. — Присядь, нам надо поговорить.— произнесла женщина, которой было около тридцати четырёх. Её длинные, белые волосы падали на плечи. Такие же светлые глаза, хоть и выглядели уставшими, но продолжали внимательно следить за движениями сына, парень был в недоумении. Тонкая рука подпирала голову, которая казалась тяжёлым грузом.— Мы переезжаем.— Быстро и не так громко сказала женщина. — ОПЯТЬ?! Да сколько можно, мам?! — Выпалил парень и громко продолжил — Я только освоился в новой школе, нашел хороших друзей, подтянул оценки, прижился к этому району, я не хочу переезжать! Мы только с ребятами договорились в понедельник пойти в кино, потом в лазертаг, а потом... Да мы там целый план составили! — Не кричи так... Я очень устала.— мать нахмурила брови. — Лучше иди собирай вещи. Рано утром уезжаем. — Как..? Завтра уезжаем..? — С поникшим выражением лица спросил серебряно-волосый.— Это что же... Я даже не успею попрощаться с друзьями? — Ну почему же? Ты можешь им написать. — Написать?! Ты хочешь чтобы я просто написал:" Простите, я уезжаю, было весело."— и исчез?! А нельзя меня было раньше предупредить?! А?! — Я СКАЗАЛА НЕ КРИЧИ! — раздался громкий удар по столу.— Если я сказала это именно сейчас, то значит так и надо! Мне что постоянно потокать твоим прихотям?! Я и так тебя отпускаю шастать, с твоими "друзьями", по кафешках! Так я что, должна ещё продумывать как ТЫ будешь со своими "приятелями" прощаться?! Да они про тебя и не вспомнят, когда уедешь!! — Голос совсем сорвался на крик, от чего у молодого омеги на глазах выступили слёзы. Парень резко развернулся и ушел. — Юки, я не... — СПАСИБО, мам, низкий тебе поклон, помогла! — Перебил хриплый голос, после которого послышался сильный хлопок двери.

***

      Залетев в комнату омега сразу же упал на небрежно застеленную кровать и уткнулся носом в подушку. С глаз покатились горькие слёзы, которые он уже не смог сдержать. Послышалось что-то на подобии рыка, и уже мокрая подушка полетела в стену, задевая полку. С неё сразу же свалились парочка каких-то книг, а также рамка с двумя фотографиями. И её стекло громко разбилось об пол. Очень громко. Юки постепенно входил и истерику, ему всегда было сложно переносить переезды, но он должен был уже привыкнуть. —Что там ещё за шум?! Угомонись там уже наконец!— раздражонным голосом прокричала женщина. " Такое ощущение что ей всё равно что со мной.."– пронеслось в голове у парня. Крик матери капельку отрезвил сына. "Ей всегда хотелось чтобы я был сильным, мог за себя постоять, ни к кому не привязывался... Может ради этих целей мы и переезжаем? Но почему она не спрашивает меня?! ПОЧЕМУ?! К чему она меня подготавливает?! Неужели так плохо — быть омегой? Иногда в ссорах мама упомянала как с ней обошолся "недо-отец" когда её бросил, и что лучше бы я родился альфой... Всё это она называет "опекой". Разве нормально постоянно переезжать, не разрешать заводить новые знакомства ведь: "Про тебя всё равно все забудут, вот и ты не тянись к ним как к солнцу" — так говорила мама. Неужели я и есть источник проблем? Тогда почему она просто не отказалась от меня? Почему я всё ещё живу?"— со слезами на глазах думал парень. Он не ненавидел свою мать, нет, он не понимал её, хотя знал что ей пришлось нелегко. Покопавшись в своей голове ещё какое-то время, парень с опухшими и красными глазами от слёз подумал: " Маме не нравиться когда я плачу" — и пошёл убирать беспорядок похныкивая. В той рамке которая разбилась была фотография щасливого Юки и его мамы, такой искеринней улыбки он больше не видел на вечно хмуром и уставшем лице женщины. А на второй фотографии был Юки и парни с летнего лагеря, хоть уже и прошло три года но так близко омега ещё не с кем не дружил. Чуть насладившись воспоминаниями Юки вернулся в реальность. Он вытащил фотографии и спрятал в один из скетчбуков. И чтобы не забыть выбросить старую, пошарпаную рамку положил на стол. Парень хоть и не был доволен переездом, но ослушаться приказа матери не мог. Так что вскоре начал собирать свои вещи иногда останавливаясь чтобы выплеснуть емоции, ему вообще не хотелось переезжать. Выражался он на бумаге, нет он не был профессиональным художником и никогда не хвастался своими рисунками, и уж точно бы никому не показывал. Его творчество было похоже на очень стилизованные картинки, но также очень эмоциональные. У него не было каких-то особых материалов, у него даже не было обычных красок. Он рисовал свои "каракули" на крафтовой бумаге двумя лайнерами, разных размеров, и белой ручкой, без наброска, так интереснее.        Очень скоро он собрался и был полностью вымотан как в физическом так и в эмоциональном плане. Так что он сразу лёг спать. —Юки пойдём попьем чай— мать постучалась и открыла дверь— мне нужно кое-что ещё ска...— она не успела договорить как увидела уже спящего сына. На лице промелькнула улыбка. Женщина подошла и поцеловала его в лоб. Всё-таки она его любила, и как могла заботилась о Юки, хоть её методы были весьма странными. Да они с сыном часто ссорились, да недопонимали, но они не винили друг-друга. Сама же мать верила что всё наладиться, но просто ей же самой и надо было успокоится. Она это понимала, но не могла остановиться ей было страшно. Она боялась за сына. Он молодой и хрупкий омега, и ей не хотелось что бы с ним случилось тоже, что и с ней. А именно предательство. Но для этого Юки надобыло самому стать сильнее, так думала она. Её сын тоже это понимал, но не соглашался. Он даже не представлял на что пойдёт его мать ради этого "становления сильнее". Мама поправила одеяло и вышла из комнаты. Завтра. После самого переезда она всё расскажет про школу, про клас в котором Юки будет учиться. Она мысленно подготавливалась к их будущему разговору, и его реакции.