Интимная зона

Возможно покинуть мероприятие, которое ты организовал лично — не педагогично. Но Сокджин не могу поступить иначе. Сегодняшний вечер перевернул его мир с ног на голову. Сейчас он сидит за барной стойкой, обернувшись в одно лишь полотенце на поясе. Напротив точно такой же стоит Намджун, отвечающий на сообщения Хосока, который потерял его три часа назад. Он выслушал кучу голосовых, о том, какой он “прекрасный” друг, на что смеялся Сокджин. Джин же извинился и написал в общий чат, что был вынужден срочно покинуть ужин, так как появились неотложные дела. В этом чате лишь у Чона были подозрения, которые пока ничем не подкреплялись, кроме совместного исчезания друга и преподавателя. Пока. Намджун молчал, хотя пару раз чуть не проговорился. Сейчас они ждут еду, которую должны доставить с минуты на минуту. Есть хочется особенно сильно. Ласки в душе взбодрили и утомили одновременно, поэтому нужно подкрепить организм чем-то существенным. — Это так вкусно, — мычит Джин, уплетая поздний ужин. — Мне сегодня повезло отведать что-то более вкусное, чем это, — указывает Намджун палочками на многочисленные закуски на столике. Он играет бровями и Джин догоняет, о чём говорит младший. — Извращенец! — вскрикнул Сокджин, закрывая лицо рукой. — А так и не скажешь. Реакция то была совсе-ем другая, — смущает старшего Намджун. Они смеются и продолжают есть, обсуждая что-то нейтральное, болтая обо всём на свете. В гостиной становится уютно и тепло, дом Намджуна словно наполнялся новой, незнакомой энергией жизни, которую принёс сюда Сокджин. В ночь они вошли обнимаясь на диване, под какой-то фильм, уснув в обнимку, словно так и должно было быть всегда. Будто они всю свою жизнь ждали именно этого вечера.

***

— Юнги, мы переспали! — Сокджин влетает в студию и теряет дар речи. В кабинете Юнги не один. Напротив него сидит Чон Хосок, который студент Сокджина, который друг Намджуна и каким-то образом, он оказался тут. Глаза почти выпали из орбит, а сам он чуть не провалился сквозь землю. Спасло лишь то, что он не сказал «с ним». Хосок завис с улыбкой на лице, а Юнги начинает смеяться, еле сдерживаясь, чтобы не заорать на всю комнату. — Я наверное попозже позвоню вам, сонсенним. Извините, — Хосок кланяется и выходит из студии, поджимая губы, чтобы не выдать улыбку. — Почему ты не предупредил, что не один? — высказывает претензию Джин. — А я должен был? — смеётся Юнги, — Ты вообще без стука ворвался, да ещё и с такой новостью. Это я должен задавать тебе этот вопрос, — он отъезжает от стола, складывая руки на животе, — Рассказывай давай. — Нет, ты мне лучше расскажи, что тут делает Чон? — Ну вообще-то я его преподаватель тоже и думаю на этом вопрос исчерпан. — Ты же знаешь, что от меня невозможно ничего скрыть. Охмурил парнишку? — Ой а сам то! Ты же заявился так, не потому что переспал с девушкой, я прав? — ведёт бровью Юнги, — Это Намджун? — Откуда ты… — Хах, ну Хоби вообще-то его лучший друг и он сказал, что вчера вы подозрительно резко исчезли вместе. Сокджин краснеет, как школьник, которого застукали за чем-то непристойным. — Юнги… это было настолько, — Джин откинулся на диван, чуть не съезжая с него, — Я не думал, что может быть так хорошо… — Да ты будто помолодел, — улыбается Мин, — Ты есть не хочешь? Я без обеда, там бы поговорили? — Конечно, пошли! Тем более у меня к тебе много вопросов.

***

— Не жалеешь, что увольняешься? — Нет. Не хочу других выпускников, — Сокджин разглаживает ткань пиджака по плечам. Сегодня день по-настоящему летний, такой, каким принято считать идеальный день для выпускного. Город весь цветёт и пахнет свежей распустившейся зеленью, клумбы усыпаны яркими цветами. На небе ни облака, солнце горячее и яркое, но уступает Намджуну. Сегодня он счастлив, как никогда. Родители были мягко говоря в шоке, что их сын, который никогда не отличался любовью к учёбе, успешно закончил институт. В их кругах он будет вторым отпрыском, кто реально получил образование, без помощи богатеньких родителей и их связей. Сокджин по-настоящему гордится своими студентами и особенно сильно своим парнем. Он часто вспоминает их первую встречу, первый диалог, проявления грубости в знак защиты и момент, когда граница между ними начала исчезать. Тогда он часто засыпал с борьбой сердца и совести, но с каждой встречей сердце побеждало и… Победило. Сейчас он стоит и помогает собраться парню на один из самых наверное главных дней в жизни каждого человека. — Самый красивый, — Джин целует в щеку Намджуна, — Идём? — Да, — расплылся в улыбке младший.

***

Церемония вручения дипломов была действительно трогательной. Плакали преподаватели, девушки и даже у парней глаза были на мокром месте. За такой короткий период времени практически все студенты стали одной семьей, хоть и во время учебы не могли похвастаться такой сплоченностью. Сокджин тоже был в ряду преподавателей, которые выступали с поздравительной речью. Для него эта речь была первой и последней. Опыт преподавания был действительно для него полезен, но он принял решение уволиться, так как понял, что не хочет других студентов, как бы по-детски это не звучало. Возможно он будет заниматься репетиторством, но это уже другая история. Ректор тоже был расстроен такой новостью, ведь Сокджина полюбили все, но сказал, что у того вся жизнь впереди. «— Ну а если заскучаете, приходите, будем вам рады» Разошлись они на хорошей ноте. Сейчас Джин смотрит на праздничную суету, когда все со всеми хотят успеть сфотографироваться, чтобы запечатлеть этот прекрасный день. — Ты как папаша, честное слово, — смеётся Юнги, подойдя к Сокджину. — Кто бы говорил, — закатывает в ответ глаза, — Только я видел, как вы с Хосоком обжимались. До дома совсем не в терпёж? — Ты же знаешь, что нет, — хитрой улыбкой отвечает Мин. История о том, как они вдвоём втрескались в своих студентов до сих пор кажется им забавной. И надо было видеть глаза Джина, когда Юнги сказал о его предмете воздыхания и о том, как он на полном серьезе влюбился с первого взгляда. Со стороны они сейчас действительно выглядят как два родителя, которые пришли на выпускной своих детей, но это только со стороны. Разумеется никто из преподавательского состава не знает об их отношениях и видимо не узнают никогда. Юнги хотел тоже уйти с концами, но ему очень нравится преподавать музыку в стенах университета. Он остался проводить по одному занятию в неделю. Юнги практически выращивает новое поколение музыкантов собственными руками, которые в дальнейшем хотят заниматься музыкой профессионально. — Пошли тоже сфоткаемся со всеми. Какой выпускной без вкусной еды под шумную беседу? Правильно — никакой. Вот только у этой компании свои планы на вечер. Намджун с Хосоком переоделись в более свободную и праздничную одежду и потом все вместе отправились в забронированный заранее ресторанчик.

***

Тёплые лучи солнца оглаживают город, плавно прячась за горизонтом. Температура на улице заметно спала и стал ощутимо прохладный ветер. На летней веранде гости распивают дорогое вино, делясь друг с другом новостями и громко смеясь. Легкий джаз добавляет атмосферные ноты, которые укутывают невидимым теплом. — Ваша паста, — официант ставит белоснежные тарелки гостям и желает приятного вечера. — Спасибо, — хором благодарят парни и приступают к ужину. — За наших выпускников и за их новый период в жизни! Сокджин поднимает бокал и за столом разносится переливистый звон стекла. Ветер путается в каштановых волосах Джина и Намджун ловит себя на мысли, что подвис, заглядевшись на своего парня. Тот выглядит потрясающе, хоть на нем всего лишь молочного цвета рубашка, но с расшитыми цветами воротником — выглядит безумно красиво. — Я украду на минуту тебя, хён? Намджун вроде спрашивает, но это больше звучит, как утверждение. Он протягивает руку Сокджину и выводит его из-за стола. Юнги с Хосоком лишь улыбнулись, кивая, что не против. — Что такое?  — отойдя чуть дальше поинтересовался Джин. — Ты такой красивый, — Джун проводит тыльной стороной пальцев по щеке, а Джин ластится, как кот, прикрывая вздрогнувшие ресницы, — Хотел пройтись с собой. В пределах заведения был небольшой сад со смотровой площадкой, откуда открывался красивый вид на вечерний город. Джин облокотился на перила, вытягивая шею и ловя запахи цветущих растений. — Как же хорошо, — выдыхает он, закрывая глаза в удовольствии. Тёплые руки плавно обводят поясницу, талию и останавливаются на животе скрещиваясь. Намджун утыкается в шею, вдыхая уже родной аромат и легко касаясь кожи губами. — И мне с тобой. — Я хочу, чтобы ты был счастлив, Намджун-а. Что сказали родители по поводу фотографий? — Они не против. Странно, но кажется они поменяли взгляд на мою жизнь, — хмыкает, — Отец вообще перестал навязывай своё мнение по его бизнесу. Знаешь, меня это даже как-то пугает. — Думаю, они просто стали более уверенны в тебе. Ты сильно изменился, — звучит улыбка в голосе. — Мне ответили сегодня по поводу курсов, — неуверенно начинает Намджун. Джин разворачивается в его руках. — И-и? — В октябре я лечу во Флоренцию. — Боже! Я безумно рад за тебя! Сокджин обнимает ладонями щеки и целует много много раз, чуть ли не подпрыгивая на месте. Намджун отвечает, улыбаясь но слегка отстраняется. — Но только сначала я хотел спросить ещё кое-что что у тебя. — Что? — сверкает глазами Джин. Он опускает взгляд на поднимающуюся руку, в которой видит небольшую белую коробочку и вдруг замирает, смотря то на неё, то на парня. Намджун освобождает Джина от второй руки и отщелкивает крышечку, под которой виднелось кольцо из белого золота. — Ким Сокджин, ты будешь моим, навсегда? Намджун достаёт колечко и дрожащими руками берёт ладонь Джина в ожидании. — Д-да… — старший растерянно часто кивает, в носу щипит, а глаза заблестели от влаги. Намджун подносит кольцо и нежно надевает на безымянный палец, тут же целуя его. Джин срывается в объятья, настойчиво, но в тоже время нежно целует губы, растянувшиеся в счастливой улыбке. На кольце выгравировано «love», а на сердце «forever».