Purple skies in your eyes

      Беременный Чимин сводит сошедшего с ума Техёна уже пять месяцев. Нет, капризы были редкими и совсем незначительными. Нет, характер омеги не изменился почти что. Нет, странности происходили, но не кардинальными были. Просто Миленький Чимин-и стал самым плюшевым плюшкой из всех. Худоба в Ангеле пропала, появилась восхитительная полнота бёдер, мягкие бока и, простите небеса, но Техён молиться теперь щёчками, пухлые щёчкие Чимин-и покрыты небольшими синячками от постоянных укусов со стороны мужа.       Джебом, сын старшего брата Чимина, навещал любимых родственников в последнее время отчего-то очень редко. Бывший Пак заскучал и теперь не отлипал от мужа, который только рад этому. Их день состоял из довольно разнообразного расписания: 11:00 Подъём 11:30 Конец утренних поцелуев 12:00 Конец утренних обнимашек 12:30 Завтрак 13:00 Массаж для Чимина 14:00 Работа Техёна 14:15 Сон Чимина 16:00 Обед 17:00 Прогулка по пляжу 18:00 Супружеский долг 20:00 Ужин 21:00 Час поцелуев 22:00 Сон       Самое интересное состоит в том, что это расписание составил альфа, а Чимин лишь добавил пункт: "прогулка по пляжу". Из-за беременности пришлось бросить работу хореографа в небольшой студии недалеко от пляжа, но Техён так волшебно танцует вальс каждый день с пузатеньким Чимином, что младший не чувствует себя ущемлённым.       Единственная проблема омеги — очень быстро начинают отекать ноги и грудь зудит от появившегося в ней молока. Ох, Техён-а научился справляться со всем из этого. Альфа лично разминает бёдра и икры и, смущение охватывает Чимина только о мысли об этом, Ким самостоятельно высасывает излишки молока из груди омеги во время постели. О том, что бывший Пак в такие моменты где-то на небесах младший умалчивает, но стоны чётко дают это понять старшему альфе.       Ким же просто счастлив. Перманентно счастлив. Возведя средних размеров дом во время отношений, на тот момент ещё не брачных, с Паком со своих сбережений, теперь Техён каждый день мог наблюдать как его любимый Ангел ходит в одной лишь футболке альфы по двухэтажному дому и таскает печенья по ночам, стоя почти нагишом в свете луны. Техён в эти моменты, стоя за спиной омеги и страхуя, кажется умирает от всего и сразу. От счастья, от умиления, от нежности, от желания и от самого понимая того, что этот невероятный омега его.

***

      — Техён-а, — зовёт чуть хрипло с утра своего альфу сонный омега.       — М? — тут же подрывается сонный и ничего не понимающий альфа. — Что случилось? Хочешь что-то? Где болит? Кого прибить? — очень хрипло произносит альфа.       — Я так люблю тебя... — почти забывая что он хотел, шепчет Чимин и смотрит так.       — И я тебя, Ангел мой ненаглядный, очень сильно люблю. — хрипит альфа и притягивает к себе ближе омегу и утыкается носом в волосы вкуснопахнущие. Из-за животика, в котором живёт маленький, но уже такой любимый малыш, они не могут прижиматься так близко как раньше. — Что-то случилось, маленький? Сейчас же только... — альфа немного приоткрывает глаз и фокусирует взгляд на прикроватной тумбочке с электронными часами, — три часа утра...       — Я хотел спросить... — замявшись шепчет омега, вплетая руки в волосы альфы.       — О чём, Ангел? — терпеливо уточняет старший, подставляясь под незамысловатую ласку.       — Кого бы ты хотел? — спрашивает Чимин и прикусывает губу.       — Тебя... — не уловив вопроса отвечает альфа и почти зевает, но сдерживается.       — Техён! — шуточно возмущается младший и несильно сжимает у корней волосы старшего, — Я про то, ты хочешь больше омегу или альфу? Девочку или мальчика?       Старший открывает словно засыпанные песком глаза и смотрит на русоволосого Ангела, который выбрал прекрасное время для обсуждения этого вопроса. Ну правда, у Техёна, с появлением Чимина, даже бессонница пропала. А сейчас ему задают такой сложный вопрос.       — Даже не знаю... — зевает всё-таки альфа и потирается щекой о макушку любимого, — мне всё равно, если честно, я буду рад и бете, если этот ребёнок будет от тебя, Ангел. Если альфа, то прекрасно: будет защищать тебя, когда меня рядом может не оказаться, хотя я надеюсь такого не произойдёт; если омега, то изумительно: у меня будет ещё один ангелок; если же будет бета, то тоже хорошо: будет самым счастливой бетой на свете с таким папочкой.       Внезапный всхлип заставляет Техёна подорваться и посмотреть на освещённое лунным светом лицо любимого. Карамельные глаза слезятся, нос покраснел, а губа подрагивает. Схватив Чимина за восхитительные щёчки, Ким с тревогой вглядывается в лицо мужа.       — Что такое, мой маленький Ангел? Я тебя как-то огорчил? Почему ты плачешь?       — Ты такой хорошиииий... — начинает плакать с удвоенной силой младший и обнимает Техёна за шею, прижимая к себе поражённого такой реакцией старшего, — Я так тебя люблюуууууууу...       Приплыли.

***

      Техён знал, что чем ближе роды, тем неспокойнее эмоциональный фон омеги, но чтобы так... Чимин плакал от радости, от умиления, от грусти, от всего. Альфа каждый раз старался утешить омегу, но от этого порой становилось только хуже. С фразой "Ну почему ты такой хорошииий!?" начинались рыдания с удвоенной силой. Быть может это эгоистично, но Техён начал избегать омегу в некоторых случаях.       Техёну страшно, в основном за нервы малыша. И омеги. И свои. Поэтому как самый умный (ага, да, конечно) он решил ночью выйти на террасу с бутылкой вина. Хорошее вино, голову хоть и не быстро, но основательно уносит в далёкие пурпурные, в цвет после закатного неба, дали. Не учёл одного альфа, что омега без него спать теперь не может, привык к большому и тёплому мужу под боком.       Поэтому, когда небольшие ладошки ложатся на сильные плечи, альфа вздрагивает, задумавшись над чем-то абстрактным.       — Техён-а? — Чимин садится рядом с мужем на порожек и кладёт голову на его плечо. — Что-то случилось?       И вот тут как бы дилемма: сказать нет и навлечь ещё больше вопросов или ответить по факту и, Ким почти уверен, обидеть омегу. Выбрав второе, потому что правда всё равно вскроется, альфа поворачивает голову и смотрит на омегу с затуманенным от алкоголя взглядом.       — Ты плачешь.       — Чего? — не понял сразу омега и дёрнулся проверять сухость щёк, но альфа бережно опустил небольшие ладошки мужа к себе на колени.       — Не сейчас. Просто очень часто. Очень. — поджимает губы альфа и отводит взгляд на море, — Я переживаю за вас безмерно, но порой так выматывает это бессилие пред твоими слезами, что... я не могу, Чимин. — впервые называя за всё время брака мужа по имени, осекается старший. — А твоё имя всё такое же прекрасное.       Альфа не поворачивает голову к младшему, это делает Чимин своими маленькими пальчиками. На его губах чем-то грустная улыбка, которая так непривычна его лицу, что хочется кричать. Но Техён молчит, молчит и ждёт приговора. Не смог он быть самым терпеливым по отношению к своему Ангелу, так примет же он наказание.       — Я люблю тебя.       Альфа хмуриться, не понимая смысла таких простых слов.       — Я так люблю тебя, но я так слаб. — улыбается всё ещё немного грустно омега и целует одинокую слезу с щеки альфы, — А ты такой сильный. Я не сдерживался в проявлении эмоций из-за мысли о том, что ты так часто говоришь мне "люблю", что я почувствовал, что закрыт будто от тебя. Но я так ошибся. — задумчиво и чуть грустно водит кончиками пальцев по красивому лицу мужа Чимин, — Я внутренне так кричу о своей любви к тебе, но до реальности мои крики доходят лишь шёпотом. — двумя руками младший обхватывает лицо любимого альфы, — Я так сильно люблю тебя, что с катушек слетел. Прости, я просто не знал, как по другому выразить мои к тебе чувства. прости, родной мой. — жарко прошептал в губы старшего омега и поцеловал нежно.

***

Седьмой месяц оказался более чем тихим. Спокойный почти всё время омега дарил альфе такие тёплые и нежные ощущения, что Техён смог забыть свои переживания и нервное потрясение. Теперь всё хорошо, вкусно и так по-домашнему спокойно, что Ким думает над тем, чтобы сделать какой-нибудь подарок своей омеге в ближайшем будущем.