История одного кицунэ

«…Он бежал оттуда, бежал от того места, будто что-то могло схватить его худощавую лодыжку и затянуть обратно, заточив в том проклятом месте. Он бежал, путаясь в своих же длинных шёлковых одеждах и спотыкаясь о каждую встречную корягу, срываясь на илистых берегах. Тяжёлое частое дыхание заглушал стук юного сердца. Не останавливайся, только не останавливайся…» Резкое пробуждение. Парень резко втянул воздух. Масуми сел в кровати, тяжело дыша. Прерывистое дыхание отражалось эхом от стен полу-каменного строения. Парень приложил ладонь ко лбу, поправляя длинную чёлку. Подтянув колени к себе, Масуми обвил их хвостами, параллельно гладя. Шумно сглотнув, парень сильнее стиснул когтями кожу на ноге. Он стал медленно покачиваться вперёд-назад, в тоже время зажмурив глаза. Просидев так пару минут, Масуми медленно отпустил ноги, принимая лежачее положение. Тонкое льняное одеяло легло на бледные плечи. Горячее дыхание опалило холодные худощавые руки. Парень потёрся головой о белоснежную подушку, прикрывая глаза пушистыми ресницами и сильнее прижимая ноги к животу. Пролежав так пару минут, Масуми вновь открыл глаза. Как бы он хотел уснуть сейчас и забыть об этом ужасном сне, забыть хотя бы раз. Но эти мысли отступали лишь днём во время занятий тяжёлой работой. Лишь тогда он мог жить без оглядки на прошлое, без тревог и без панических атак, случавшихся чуть ли не каждую ночь. Да, это лишь временная мера и мера ли вообще, но ничего лучше он не придумал, да и думать о таком было слишком страшно даже днём. Такого допустить ни в коем разе нельзя. Для всех Масуми должен оставаться хладнокровным и сильным, непоколебимым. Резко тряхнув головой, парень отогнал остатки сна, снова сев на кровати. Узкая лодыжка мягко опустилась на пол, за ней вторая. Обнажённая бледная кожа казалась идеально белой в лунном свете. Парень мягко ступал по деревянному полу, аккуратно обойдя печь, стоявшую по центру здания. Синий шёлковый халат покрыл нагое юное тело, спрятав пушистые хвосты под длинными полами. Дверь тихонько скрипнула. Из небольшой щели показался вытянутый нос, за ним белокурая голова и босые стопы. Масуми втянул носом свежий, но морозный воздух раннего утра, прикрыв глаза от наслаждения. Неповторимый запах осеннего утра. Парню не симпатизировала осень, но приближающая зима его очень радовала, как и всё, что с ней было связано: холод и снег. В такие моменты он мог почувствовать единство со всей этой красотой, окружающей его, мог почувствовать себя по-настоящему живым и независимым. Ветер обдувал худое лицо, костяшки пальцев. Постояв так ещё немного Масуми вышел, прикрыв за собой дверь. Пройдя немного, он уселся на ступеньки, ставя ноги на снег. Приятный холод чувствовался в ступнях. Парень зарылся пальцами в снег, наклонив голову назад и прикрыв глаза в наслаждении. Умиротворение. Лишь оно сейчас ощущалось, лишь оно имело какой-то смысл и место в этот самый момент. Все тревоги и опасения отступали на второй план, казались не значительными и не важными. Все мысли занимало лишь удовольствие, получаемое от холодящего кровь первого снега. Как бы он хотел продлить этот момент, полностью погрузиться и раствориться в ощущениях… Почему всё стало именно так, как сейчас? Почему он, Масуми, не может просто наслаждаться, жить в своё удовольствие? Является ли этот исход последствием выборов, сделанных ранее? Были ли эти выборы вообще? Неужели, это просто стечение обстоятельств? Нет, выбор есть всегда. Но зависил ли он тогда от Масуми?…Ярко-голубые глаза медленно открылись, окинув взглядом всё, что окружала парня. С тяжёлым вздохом, он встал и направился обратно в дом. Слишком небезопасно стало оставаться там, снаружи. Шёлк мягко скользил по нежной коже, оголяя её. Синий халат остался пестреть у двери. Ещё раз вздохнув, Масуми направился к кровати. Забравшись под одеяло, его больше не мучили кошмары. Осталось лишь умиротворение, принесённое с собой с улицы. Такое мимолётное и непостоянное, но, всё же, оно есть. Значит, и есть шанс насладиться им, верно? Масуми прикрыл глаза, погрузившись в глубокий сон. Теплое лето давно кончилось, оставляя после себя лишь воспоминания о тепле и прохладном дождике. На смену столь благодатной поры приходит живописная осень, не забыв прихватить прохладные ветры и заморозки, первый снег и прочие маленькие радости. Тем не менее, тёплые лучики временами появлялись на лицах и земле, напоминая, что сейчас только осень. Масуми почти никогда не успевал насладиться крохами прошедшего тепла, если не считать времени, проведённого на «работе». Хотя, ежедневную рутину сложно было назвать работой, особенно в последнее время. Всё чаще и чаще она стала походить на добровольное мероприятие, что называется «за идею». Парень был бы и не против, если бы не нуждался в еде или имел собственный сад, но увы. Всё же, слово «рутина» не совсем подходит для описания сей действа. Скорее, это была своеобразная игра для Масуми. Очень продуманная и массовая игра. Временами, её можно была назвать забавной. Парень с удовольствием побыл бы частью этого масштабного мероприятия, если бы играл на своих фронтах. Громкое урчание, доносящееся из недр живота заставило Масуми открыть ещё сонные глаза и обратить внимание на живот. Снаружи было ещё темно, не смотря на то, что до рассвета оставалось пару часов. Да, в такие моменты особенно остро ощущалось приближение зимы. Недовольно хмыкнув парень высунул голову из под одеяла, прислушиваясь к звукам снаружи. Лишь птицы насвистывали свои мелодии на верхушках массивных деревьев. Убедившись в этом, парень откинул одеяло, постепенно оголяя торс, а за ним таз и ноги. Пушистые хвосты невольно прикрыли живот Масуми, пытаясь защитить от утренней прохлады. Он неторопливо встал и потянулся. Не смотря на то, что парень только встал, он вынужден был покинуть свой домик, по обыкновению оставшись голодным. Масуми подошёл к шкафу и, открыв его, достал оттуда комплект одежды смоляного цвета, состоявшей из кимоно, хакама, хаори и пары чёрных перчаток. Совсем не выделяющийся, но одновременно заставляющий обратить на себя внимание наряд. Ничего особенного в нём не было, не считая дороговизну и цвет ткани, но это можно легко оправдать положением парня: элитный охотник-одиночка, не состоящий в армии, но преданно служащий своему императору. Однако, странная эта своеобразная игра, в особенности для Масуми, который являясь кицунэ должен охотиться на лис своей же расы… Тяжело вздохнув, парень принялся надевать своё обмундирование, идеально скрывающее пару хвостов и бледную кожу. Завязав длинные густые пепельные волосы в пучок, Масуми повязал поверх чёрный платок. Образ завершали чёрная повязка, скрывавя всё лицо до скул и шапка каса. Поправив одежду, парень стал прислушиваться к звукам снаружи. Абсолютная тишина. Убедившись, что ничего ему не угрожает, лис вышел наружу. Отойдя от дома на несколько шагов, Масуми окинул взглядом дом. Такой трюк он проделывал множество раз и вполне удачно. Парень поднёс руку к лицу, сверля её гипнотическим взглядом. Через пару мгновений рука вспыхнула ярко-фиолетовым холодным пламенем. Масуми вытянул её вперёд и сосредоточенно закрыл глаза. В это время дом начал незаметно исчезать, а его запах развеиваться. Всё выглядело так, будто его никогда и не было. Фиолетовый огонёк потух в руке парня и, убедившись в качестве своей работы, последний направился к задней стороне когда-то существовавшего дома, не забыв поднять катану с земли. Осторожно шагая по хрустящими снегу, Масуми подошёл к стволу одного из деревьев. Оно ничем не отличалось от других деревьев, стоявших тут и там, тем самым образуя лес. Тем не менее, парень подошёл к его стволу, проведя пальцем между частями коры, а затем постучал ровно 4 раза. Непонятно откуда взявшаяся вибрация прошлась волной по дереву. Приложив свою ладонь к стволу, Масуми стал не торопясь развеивать одну из своих иллюзий. Постепенно ствол дерева преобразился в что-то напоминающее небольшую деревянную дверь. Убрав ладонь, парень осторожно толкнул дверь. Та с лёгкостью поддалась, открывая вид на тёмный полу-подвальный коридор. Масуми удовлетворённо кивнул, вновь кладя ладонь на дверь и закрывая её, принялся за создание очередной иллюзии. И вот, через пару мгновений от прибывания лиса здесь не осталась и следа: ни дома, ни запаха, ни таинственного прохода, который вёл… А куда он вёл? Масуми уверенно шагал по подземным коридорам, прислушиваясь к любым звукам, доносящимся с поверхности, из-за чего его лисьи уши постоянно вертелись в разных направлениях. Шёл он так достаточно долго, но вот в конце коридора стал вырисовываться силуэт лестницы. Увидев его, парень активнее зашагал к своей цели. Подойдя к ней, Масуми поставил одну из ног на нижнюю ступеньку и стал прислушиваться. Всё было также тихо. Убедившись в том, что никто не сможет его увидеть или услышать, лис стал осторожно подниматься по лестнице. На самом верху его встретила неприметная крышка, очень схожая с крышкой от погреба. Масуми тихонько толкнул её, и каса показалась из люка, а за ней и остальное тело. Вылезя из «катакомб», парень оказался в очень узком месте, называемым шкафом. Он аккуратно отодвинул дверцу влево и бесшумно вылез из своего укрытия. Покинув его, Масуми оказался в небольшом помещении, напоминавшем простой городской домик, коим и являлся. По официальным документам, этот домишко, расположенный на окраине города, принадлежал профессиональному охотнику по прозвищу «Такэ». Этот самый охотник только что вылез из потайного люка у себя в шкафу. Как раз во время, так как во дворце уже во всю звучали барабаны тайко.