Эхо прошлого...

Вокруг воцарилась напряжённая тишина. Все присутствующие, включая некоторых приспешников императора, уставились на Луз в ожидании каких-либо действий. Та стояла непоколебимо, к глаза горели яростным пламенем и жаждой мести. И если всех остальных пугал её настрой, то Белос лишь усмехнулся. – Откуда столько уверенности в этом крохотном теле? – Просто покойная мать просила передать тебе "привет", жалкий ублюдок! – где-то глубоко внутри Носеда пугала саму себя, но сейчас это было неважно. – Так ты всё узнала… – хмыкнув, ответил он, пропуская оскорбление мимо ушей. – Азура была ещё той занозой в моей пятой точке, и мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы отправить её на дно морское… Он сладостно растягивал последние слова, произносил так, словно это для него самое райское наслаждение. Наблюдал, как кулаки человека сжимается всё сильнее, на лице выступают желваки, а гнев разгорается пуще прежнего. – Я уничтожу тебя, слышишь? Уничтожу! – воскликнула Луз. – Такова воля Титана и моей матери! – Воля Титана, говоришь, – повторил Белос, вдумываясь в смысл данных слов. – Хм, забавно, что он решил разобраться со мной руками маленькой девочки. – Посмотрим, что ты скажешь, когда эти маленькие ручки разотрут тебя в порошок. А, подожди, – она дьявольски ухмыльнулась, – ты не сможешь, ведь твой прах в мгновение ока развеет по ветру! – Ну что ж, ты сама напросилась… – явно разозлившись таким поведением, угрожающе произнёс император, скидывая с плеч свой плащ. – Только ты и я, человек. И только один из нас останется в живых… Дальше всё закрутилось со скоростью света. Белос начал яростно атаковать её лазерами из жезла, а Носеда ловко уворачивалась и посылала ему ответные огненные шары. Когда противник оступился, удача оказалась на стороне человека, и она без остановки начала пулять в него всеми возможными видами магии, которые только приходили ей в голову. Она не знала многие из них, но они вырывались собой. Как будто дух Азуры направлял её силы. Но, к величайшему сожалению Луз, император был не так прост. Когда он понял, что загнан в угол, решил открыть свою самую страшную тайну: выпустить свою демоническую сущность. Ярость вдруг захлестнула его глаза, а тело начало трансформироваться, превращаясь в непонятное месиво. Куски плоти постепенно сползались воедино, приобретая более чёткие очертания, похожие на человеческие, но в разы больше. Из головы выросли длинные острые рога, как у кентавра, а вместо выраженного лица красовался обтянутый мышцами череп, глаза которого горели кроваво-красным. Носеда нервно сглотнула, смотря снизу вверх на это сверхуродское существо. Она готова была поклясться, что он запросто мог раздавить её одной ногой, лишь наступив. Шансы на выживание становились неумолимо крохотными, и сердце человека колотилось как бешеное, подгоняя тошноту к горлу. Кажется, это конец… – Ну что, жалкая человечишка? Всё ещё хочешь побороться со мной? Хватит ли у тебя смелости бросить вызов бывшему приспешнику Титана, стражнику адских вратов? – властно произнёс он, развёлся руки в стороны, и его голос ледяным эхом разнёсся по всем островам. – Я могу отправить тебя в забвение в два счёта, но не буду. Хочу, чтобы ты умирала долго и мучительно. Прямо как твоя паршивая мать… – последнюю фразу он чуть ли не выплюнул, склонившись над до смерти испуганной девчонкой. Пульс в висках бил с неумолимой силой, давя на виски и оглушая. Луз паниковала. Это вовсе не входило в её планы. Она не раз слышала о могуществе императора, но даже и предположить не могла, что всё настолько серьёзно. Хотя, судя по удивлённым и не менее напуганным лицам остальных присутствующих, она догадывалась, что об этом вообще никто не знал. Белос не стал ждать какого-либо ответа от своей противницы и, пользуясь её дизориентацией, атаковал. Разряд молнии невыносимой болью пронзил тело человека, доводя ту до безудержного крика. Она рухнула на четвереньки, судорожно хватая ртом воздух, пока все мышцы продолжали содрагаться от электрического шока. Не дав ей перевести дух, демон подцепил её ногой и со всей силы отбросил в сторону. Носеда с хрустом врезалась в одну из уцелевших стен. Попытавшись встать, она скривилась от ноющего чувства в области рёбер. Дыхание спёрло, дышать стало тяжело. Она чувствовала, что ещё чуть-чуть и придёт конец. Конец всему… При следующем ударе Луз собрала все оставшиеся силы и сотворила защитный барьер. Огненный шар приспешника не ранил её, но, как надолго её хватит, это лишь вопрос времени. – Так у тебя ещё есть силы противостоять мне, человек? – удивился Белос, поражаясь выносливости. – Ну что ж, посмотрим, как долго ты продержишься. В следующую же секунду он обрушил на неё шквал взрывных шаров, что с силой ударялись о её барьер, ослабляя его с бешеной скоростью. Луз чувствовала, как шит трескается, расползается по швам, а силы покидают её. Сломанные кости рёбер ужасно ныли, сдавливали лёгкие, забирая все больше энергии. Нервы, которые сильно были задеты электричеством молнии, больно саднили и сводились судорогами. В глазах всё начинало расплываться. Ещё чуть-чуть и она просто рухнет замертво. – Сдавайся, человек! Твоя жалкая мать не смогла выстоять под натиском моей мощи, а ты и подавно не сможешь… "Мама... Точно!" Подавляя невыносимую слабость, Носеда медленно, немного неуклюже, поднялась на ноги, всё ещё держа оборону. Император напрягся, ведь был уверен, что она вот-вот сдастся. Человек не смотрела на него, сосредоточенно прикрыв глаза. Она думала обо всех дорогих ей людях - о маме, об Эмити, Иде и друзьям. Обо всех тех, кто помог ей с восстанием и… об Азуре. "Мамочка, пожалуйста, дай мне сил!" Лёгкое дуновение ветра коснулось плеч и волос Носеды. Что-то в этом показалось ей родным. Она словно ощущала на себе чьи-то объятия, такие лёгкие и невесомые, но такие нежные. Чувствовала, как боль во всём теле проходит, как руки вновь наполняются силой. Чувствовала, что она рядом. Мама рядом. "Он разрушил нашу счастливую жизнь. Так отомсти же ему! За всех этих ведьм. За меня. За нас…" Голос Азуры. Вот что услышала Луз. Ветер донёс до неё слова матери вместе с видением. Она видела, как именно была убита её вторая мама. Как Белос загнал её в угол, заставил расстаться со своей малышкой и вступить с ним в бой. В последний бой. Он победил хитростью, грозился, что захватит человеческий мир и прикончит её дочь и возлюбленную, если она не сдастся. И она сдалась. Он не оставил ей выбора. Конечно, она догадывалась, что он, скорее всего, мухлюет, но не могла рисковать. Он сломал её морально, а потом добил физически. В глазах Луз промелькнула картина, как безжизненное тело Азуры падает в Кипящее море и исчезает в его глубинах. На глаза навернулись слёзы. То, что Носеда испытывала сейчас, несравнимо ни с чем. Но именно эта буря эмоций помогла ей. Все свои чувства, всю боль она вложила в один единственный удар. Это был мощнейший поток энергии, ослепляющий всех своим светом и перемешивающийся с её зверским криком. – Этого не может быть. Нет! Ты должна была умереть! ТЫ ДОЛЖНА БЫЛА… – это были последние слова императора, а после он просто превратился в пепел. Девушка обессиленно рухнула на землю и погрузилась в темноту, позволив себе, наконец, расслабиться. Идалин не верила своим глазам. Никто не верил. Человек уничтожил всемогущего Белоса. Кто бы мог подумать? Вот только не совсем человек. Но об этом ей ещё предстоит с ней поговорить. Сейчас же нужно было объявить всем, что императора больше нет, и победу одержали повстанцы. А после доставить героиню и её девушку домой. Тирания Белоса была окончена.

***

Следующие три дня прошли для Луз как в тумане. Она не выходила из своей комнаты и не желала ни с кем разговаривать, особенно с Идой, считая неправильным то, что ведьма посмела утаить от неё столь важную часть её жизни. Единственной, кого она выслушала, была Эмити. Та рассказала ей, что Белос не оставил ей выбора, обманул так же, как Азуру несколько лет назад. "Подлый ублюдок…" После она заперлась в своей комнате, сказав, что ей нужно побыть одной и всё обдумать. Никто не стал ей перечить. Каждый понимал, что для неё жизнь теперь разделилась на "до" и "после". Да и мешать её думам было некому; все были заняты, наводя порядок на Кипящих островах. Только Эмити днём и ночью сидела под дверью комнаты человека и ждала, когда та всё же выйдет. Она всё ещё чувствовала себя ужасно виноватой. Хотела убедиться, что Луз и правда не держит на неё зла. Но она закрылась от всего мира, и всем оставалось только ждать. А Луз… Она сутки напролёт сидела на подоконнике открытого настежь окна, встречала рассветы и провожала закаты, бесконечно вглядываясь в сказочные дали, которые, как оказалось, раньше были её домом. Её родным домом. Слёз не было. Даже жгучая боль внутри не смогла выдавить из неё ни капли, словно все её эмоции в раз притупились. Носеда ненавидела это. Ей казалось, что лучше бы она рыдала в два ручья, чем сидела с каменным лицом, не в силах даже пошевелиться, не то что поговорить или поплакать. Сон не шёл три дня. Веки никак не хотели закрываться. В голове постоянно всплывали картины смерти матери, ещё больше угнетая. Поэтому, когда в одно мгновение под лёгкий бриз ей всё же удалось уснуть, её мозг просто ликовал от восторга и облегчения. Только и тут всё было не так просто…

***

Луз очнулась поздно ночью посреди леса. Поднявшись на ноги, она долго пыталась сообразить, что происходит и как она вообще оказалась в лесу. Но, как бы сильно не пыталась, ничего не вышло. В голове пустота. Послышался хруст веток, и она обернулась. Во мраке раскидистых деревьев показалась чья-то тень, что быстро приближалась к человеку. Носеда, не думая, подняла с земли палку, замахнулась и уже была готова атаковать, когда на свет вышла она. Азура. – Спокойно, детка! Это я, – она примирительно подняла руки вверх. – М-ма… мама? – это слово вырвалось само собой, и девчонка тут же осеклась, не зная, имеет ли вообще право так её называть. – Извините… – Ну что ты извиняешься, доченька? Я действительно твоя мама. Азура. Помнишь? – она с улыбкой склонила голову набок, и в её глазах сверкнули блики луны. Луз не могла в это поверить. Кажется, впервые за несколько дней на глаза навернулись слёзы. Женщина раскрыла руки для объятия, и Носеда не стала медлить. – Я… я думала, ты умерла… – всхлипывая и сильнее прижимаясь к ведьме, она наконец дала волю эмоциям. – Так и есть, детка. Я действительно мертва… – поглаживая дочь по голове, с тяжестью на сердце подтвердила Азура. – Но как же… – она отпрянула от матери в недоумениях, но тут же осознала, – Это всего лишь сон, да? – Да, милая. Я пришла к тебе, потому что почувствовала, что ты в этом нуждаешься. Расскажешь, что случилось? – Просто… столько всего случилось. Я организовала восстание, чуть не потеряла Эмити, узнала, что ты моя вторая мать… – быстро тараторила Луз, сдерживая очередную истерику. – Картины твоей смерти до сих пор мелькают у меня перед глазами. А Ида… она ни слова не сказала о тебе. О том, что ты не просто героиня фэнтези, а настоящая. Я… я даже не знаю, как мне теперь смотреть ей в глаза. Смотреть в глаза ведьме, которую я считала родной, но которая утаила от меня чуть ли не самую важную часть моей жизни! – выпалила девчонка, и её обида вдруг превратилась в гнев. – На кого ты так злишься? – единственное, что спросила Азура после небольшой паузы. – Я… я не знаю… – растерялась Носеда. – На Иду или Камиллу, что утаили от тебя правду? Или на Эмити, что предала тебя? – начала предполагать ведьма. – Нет. Нет! Она не предавала, у неё не было выбора, – отрицала Луз, чувствуя, как ярость внутри всё нарастает. – Тогда, может, на Белоса? Или на меня за то, что бросила тебя? – не унималась женщина. – Нет. Да… Я не знаю… – она закрыла уши руками, слыша в голове странный шум. – Тогда на кого? На кого ты так злишься? Скажи! – Я злюсь на саму себя! – девчонка сорвалась на крик, высвобождая тёмную энергию из своего тела, что тёмными потоками растворилась в полуночи. – Но почему? – спокойным, тихим голосом поинтересовалась ведьма. – Я… я не знаю… просто иногда мне кажется, что ничего этого бы не было, если бы не было меня… – Носеда опустила взгляд на землю и до боли сжала кулаки. – Именно! Без тебя ничего бы не было. Идалин, с большей вероятностью, так и не помирилась бы с сестрой. Эмити Блайт не стала бы лучшей версией себя. А Кипящие острова так и находились бы под властью Белоса. Всё это - твои заслуги! – Азура нежно положила руки на плечи дочери и заглянула ей в глаза. – И тебе вовсе не за что себя ненавидеть. Луз улыбнулась, смахивая ладонью слёзы с глаз. Она никогда бы не подумала, что у неё была вторая мать. А когда узнала, никак не могла себе это представить. Но сейчас она особенно чувствовала ту материнскую заботу, теплоту прикосновений и родственную связь с одной из величайших ведьм, пусть уже и мёртвых. – Что же мне теперь делать? Я должна восстановить порядок на островах, чтобы окончательно выполнить свою часть сделки перед Титаном, но даже не представляю, как это сделать. И я должна как-то вернуться к маме. Она должна знать, что со мной всё в порядке. Но портал… я случайно задела его магией, и он развалился на кусочки. Я… – Ты справишься! Ты намного сильнее, чем думаешь. И тебе по плечу изменить этот мир! – она крепко сжала ладони человека в своих. – А по поводу Камиллы… Не переживай! Мы найдём способ, как вернуть тебя к ней. А до этого я являюсь к ней во сне и обо всём расскажу. – Ты и это можешь? – удивлённо спросила девчонка. – Ну да. Не всегда удаётся, но по возможности. – А почему ты не приходила ко мне раньше? – Было не время. Нужно было подобрать идеальный момент. А когда я узнала, что вы планируете восстание, то решила, что лучшего момента просто не будет, – пояснила Азура, не сводя улыбающихся глаз с дочери. – Значит, это было, своего рода, спусковым крючком для выброса моей силы? – ведьма кивнула, а после её взгляд вдруг померк. – Как же долго я ждала момента, когда смогу поговорить с тобой, обнять тебя. Я ужасно скучала, Лузура! – и тут человека словно током прошибло. – Лузура? Ты назвала меня Лузурой? – Да, я назвала тебя так при рождении. Это твоё полное имя, которым, по всей видимости, Камилла решила не пользоваться. Но ты запомнила его, не так ли? Весь пазл начинал складываться. Имя, которым она всё время называла себя, представляя ведьмой из сказок, как оказалось, было её настоящим. Слишком много полученной информации никак не укладывалось у неё в голове, перемешивалось и крутилось ураганом мыслей, заставляя мозг чуть ли не ныть. Земля словно уходила из под ног, но голос матери не дал ей окончательно проснуться. – Послушай меня, Луз! Сейчас нам нужно прощаться, время на исходе. Но пообещай мне кое-что. Вернувшись домой, ты поговоришь с мамой и поможешь ей дописать историю Азуры. – Что? Ты хочешь сказать, что… – Да, все книги об Азуре, что ты прочитала, было написаны Камиллой. Когда мы с ней познакомились, я часто рассказывала ей о своих приключениях, и она захотела рассказать о них миру людей, посчитав, что из этого выйдут неплохие сказки. Я дала ей согласие. – То есть, всё это время я жила в одном доме с автором книг о реальных событиях, о которых ты рассказывала ей лично? – весь мир человека точно перевернулся с ног на голову, причём так резко, что в неё закружилась голова. – Да, детка. Умоляю, не сердись на неё. Она лишь хотела защитить тебя от опасностей, что творятся в этом мире. Она боялась потерять тебя так же, как однажды потеряла меня. Но история не закончена… Пообещай, что вы допишите её вместе, прошу тебя! – взмолилась женщина, постепенно растворяясь в воздухе. – Я… я обещаю! Но и ты пообещай, что ещё придёшь ко мне, – чувствуя солёную жидкость на щеках, попросила Луз. – Я клянусь тебе! Теперь я всегда буду рядом… – её силуэт почти совсем исчез. – Я люблю тебя, моя девочка! И безумно горжусь тобой… Азура пропала, оставляя после себя лёгкий бриз. Носеда так и не сказала ей тех же слов. Не сказала, что любит и что гордится своей матерью больше, чем кем-либо. Нет, гордится обеими мамами. И обязательно скажет им об этом. Обязательно…

***

Луз с криком проснулась, чуть не выпав из окна, но вовремя среагировала зацепившись за подоконник. Луна сияла так же ярко, как во сне, будто напоминая о произошедшем. Все слова, сказанные Азурой, вновь начали всплывать в памяти, наваливаясь грузом на плечи. Но даже так она чувствовала какое-то облегчение, словно с души сняли тяжёлый замок, что всё это время сковывал и тяготил её. Возможно, именно для этого Азура и навестила её, чтобы освободить. – Спасибо, мамочка! – подняв глаза к небу, тихо произнесла девчонка. – Я люблю тебя!