:)
23 июля 2021 г., 00:01
Итак… В последнее время Дриму начали сниться довольно интересные сны. И поди разберись.
Это впервые случилось примерно через месяц после кулинарного стрима Джорджа. Бог невесть почему.
Когда все началось, в снах не было ничего необычного. Просто время, которое они проводили вместе — болтали, только на этот раз вживую. В этом не было ничего странного. В любом случае, Джордж часто бывал в его снах. Иначе было бы странно, учитывая, что они проводили девяносто процентов своего времени вместе.
Но однажды, по непонятным причинам, все немного… изменилось.
Они стояли на кухне Джорджа и подшучивали друг над другом. Парни просто весело спорили о чем-то глупом — они, вероятно, все еще были зациклены на дебатах о панкейках и крепсах — и в конце концов Джордж прижал его к холодильнику, приблизившись максимально близко к лицу, чтобы доказать свою точку зрения. Поэтому Дрим, естественно, попытался его оттолкнуть.
Но он был так близко. Близко настолько, что Дрим мог увидеть небольшую россыпь веснушек на его щеках и янтарные блики в глазах.
Уголки губ Джорджа изогнулись в улыбке, и младший закатил глаза, собираясь сказать что-то, но прежде чем у него появилась возможность, он заметил, что взгляд Джорджа изменился с веселого, до выражения, которого он никогда в жизни не видел. Это заставило парня чувствовать себя абсолютно незащищенным.
Затем Джордж наклонился. Дрим не понимал, что он делал, пока не почувствовал дыхание Джорджа на своей шее. Он провел губами ниже, обводя ими ключицы, и тепло разлилось в нижней части живота Дрима.
И знаете – именно это тот момент, когда Дрим должен был остановиться, оттолкнуть Джорджа, потому что какого хрена. Даже во сне какая-то часть его подсознания кричала ему, что последствия того, что ему — предположительно би-любопытному — приснился такой сон о Джордже — его очень гетеро лучшем друге — может быстро стать началом чего-то, к чему он пока совсем еще не готов. Но, потому что он абсолютно глупый, вместо того, что отвернуться, он… не стал сопротивляться. Дрим машинально откинул шею, его сердце колотилось в груди, в то время как пальцы Джорджа забрались под футболку, и впечатали парня в стену. Его разум затуманился. Дрим был так озадачен, но все его тело горело, он прижал Джорджа к себе и не мог остановиться, ему необходимо было быть ближе.
Он простонал под Джорджем и его руки дрожали, когда он обвил ими талию, нащупывая ремень. Цвета и свет размылись перед глазами, будто напоминая, что это всего лишь сон. Дрим повалил Джорджа на пол и оседлал его бедра, наблюдая, как тот дрожит, извиваясь под ним. Младший поднял трясущуюся руку и вплел пальцы в его волосы, потянув парня обратно вниз и отчаянно свел их губы вместе. Джордж простонал от такой близости, потершись об него —
И потом Дрим проснулся, задыхаясь и хватаясь за простыни, и его боксеры были почему-то тесные, и…
Ох, черт.
Ну, на самом деле его мгновенной мыслью было не “ох, черт”. И не “так, возможно я немного влюблен в своего лучшего друга!”. С этими проблемами он разобрался бы позже. Первое, что он подумал: “это было чертовски странно”.
За этим быстро следовал ряд разумных рассуждений. У всех иногда бывали странные, фрейдистские сны о людях, которых они знали! И видеть сны о том, как ты спишь со своим лучшим другом, не было в новинку. Так говорил Интернет. Это "обычное дело"! С ним все было в порядке. Сны ничего не значили. Они были... мусором в его голове и подсознание просто подкидывало подобное странное дерьмо. Все эти шутки с их пейрингом, эдиты в Тиктоке и все такое — это сбивало его с толку.
Но после этого в его голове будто щелкнул переключатель. Теперь во время разговоров Дрим начал смотреть на Джорджа в новом свете. Он всегда выглядел так? Звучал так? Почему парень не мог перестать пялиться на его чертовы руки? Всегда, когда кто-то шутил на стриме про dreamnotfound в Майнкрафте или Куиплаше, Дрим – несмотря на то, что эти шутки совсем не отличались от миллиона таких же, которые отпускал он сам – хотел утонуть в своем худи, спрятаться или вовсе умереть. Они знали? Неужели это было так очевидно?
К сожалению, сны не ушли. Ну конечно же они не ушли.
В последующие месяцы подсознанию Дрима удалось воспроизвести самые разные сны с участием Джорджа практически в каждой компрометирующей ситуации, известной человеку. Они занимались сексом в машине, в мотеле, в туалете самолета, в офисе Дрима… Однажды ночью ему даже приснилось, что они делают это во время стрима, отчего у него чуть не остановилось сердце, когда он проснулся.
И в довершение всего у него возникла новая проблема. Или скорее старая проблема, которая внезапно стала намного более очевидной. Во-первых, он был от природы кокетливым человеком, окей? Так что... не то чтобы раньше такого не было. Кроме того, он никогда не умел хорошо фильтровать свою речь благодаря СДВГ. Но теперь, когда он был в компании с Джорджем, этот фильтр абсолютно перестал функционировать.
Чушь, которую он позволял себе говорить, часто ставила всех присутствующих в неловкое положение. Странные намеки увеличились раз в десять, но он ничего не мог с этим поделать. Это просто... происходило. Все старания парня были тщетны. Похоже, что его мозг, несмотря на нахождение на стриме больше десятка тысяч зрителей, делал его физически неспособным держать рот на замке.
Это уже становилось смешным. Чат и Твиттер склонны были согласиться. “Дрим действительно ОСМЕЛЕЛ” – это была самая распространенная тема обсуждений. Он не понимал, что делал и не мог перестать вести себя как идиот, отпускать все эти глупые шутки о них двоих. В какой-то момент во время личного разговора Джордж напрямую спросил его об этом и попытался узнать, в чем дело:
— Я не знаю. Ты просто… В последнее время ты очень заигрался. Вот и все.
Дрим попытался рассмеяться как можно небрежнее.
— Ну, ты же знаешь. Я филантроп. Человек народа.
Джордж недоверчиво приподнял бровь.
— И еще это приносит донаты.
— Не могу поверить, что ты продаешь наши отношения ради денег. Мои чувства, Дрим. Мои чувства!
— Ну, мне же нужно предоставить всем их фансервис. Или что бы это ни было.
— “Что бы это ни было”? — ухмыльнулся Джордж.
— Да пошел ты.
— Слушай, если бы мы сейчас поменялись местами, то это была бы та часть, где ты говоришь “заставь меня”. Такое чувство, будто у тебя синдром Туретта или что-то типа того. Гейский синдром Туретта.
— Это оскорбительно. Я бы мог отменить тебя за такое.
— Ты бы правда это сделал? Ты бы смог меня отменить, Дрими? — проговорил Джордж, хлопая ресницами.
— Да, я прямо сейчас вывожу хештэг “GeorgeIsOverParty”.
Джордж хохотнул, решив подыграть.
— О да?
— Да. И я получу очень много лайков.
* * *
На самом деле, то, что произошло после, не так уж и далеко от истины. За исключением того, что это не Джордж столкнулся с жестокой расправой Интернета. Очевидно, быть "смелым" больше не смешно, и его квази-флирт (или просто обычный флирт?) стали основаниями для отмены. #DreamIsOverParty был в трендах, кажется, в миллиардный раз за этот год. То, что он делает — слишком. Это странно. “С чего бы гетеро парню отпускать все эти шутки? С каких пор за его поведение приходится расплачиваться комьюнити? Почему он так заигрался?” Длинный тред в Твиттере рассказывал о многих причинах, из-за которых псевдоромантические отношения Дрима с Джорджем зашли "слишком далеко", и что люди были оскорблены и расстроены. Тред не самым мягким образом спрашивал, почему они ведут себя, как два парня, которые, возможно, встречаются, но более того — почему они считают это таким смешным. “Разве мы не оставили это в 2007 году, ребята? Мы просто ждали от вас лучшего.” Кто-то ответил: “Да бросьте, это не образы, они друзья. Они имеют право шутить о таких вещах. Вы все странные.” Другой сказал: “Все иначе, когда у тебя есть платформа с огромной аудиторией и такое большое влияние. Возможно они не хотят быть всего лишь персонажами, но они ими являются. У них есть образ. Они выбирают то, что выкладывают в Интернет на всеобщее обозрение. Все это просто кажется странным. Типа… зачем ретвитить фанарт их пейринга?? Где здесь шутка?” “Ты что, издеваешься??????? Шутка в том, что они друзья, и это буквально рисунок с ними. Там нарисованы их лица. Выделывайся дальше.” “Но это выглядит чертовски странно со стороны. На самом деле Дрим просто насмехается над млм отношениями. Все очень просто.” “РЕБЯТ — не забывайте, что Дрим и Джордж тоже люди с чувствами. Что вы предлагаете? Заставить их совершить каминг-аут?” Это заставляло мозг Дрима испытывать перегрузку — аналог Синего Экрана Смерти. Он не знал, что творил, даже не понимал своих собственных чувств. И теперь за ним гналась чертовски разъяренная толпа по причинам, которым он просто не мог дать объяснений.* * *
“Оплакивание” Дримом своей прежней жизни в качестве гордого и открытого гетеросексуала проходило следующим образом: Поначалу он был непреклонен в том, что какие бы странные мысли у него ни возникали — как, например, возможность выпалить неловкую херню на стриме — все это было просто какой-то случайностью. Это все было результатом того, что он отпускал слишком много глупых шуток, читал слишком много фанфиков и, черт возьми, видел слишком много смешных “горячих” эдитов Джорджа в рекомендациях под замедленную версию "Goodbye" FEDER. А потом, как ни странно, он немного разозлился. По правде говоря, сильно разозлился. Особенно на Джорджа — за то, что он буквально сломал ему мозг — но также и на себя самого. Он не знал, почему он не мог просто взять себя в руки и вести себя нормально. Но неадекватная агрессия Дрима портила жизнь не только Джорджу и ему самому — никто не был застрахован от его "капризности", как однажды вечером выразился Сапнап, когда парень начал сильно беситься на стриме. Фанаты, которые когда-то были его самой любимой вещью, внезапно начали его без конца злить. Конечно, раньше он говорил, что не возражал против шипперства — ему было все равно, это забавно и пусть люди делают все, что хотят, но теперь он передумал. Теперь ему хотелось, чтобы его, блять, оставили в покое. Каждый раз, когда Дрим появлялся в Интернете, ему приходилось всегда вспоминать об этом. Кроме того, люди все еще просили сделать какое-нибудь ”заявление” о происходящем. И мысли о том, чтобы придумать хоть что-нибудь, с чем бы ему было комфортно поделиться в Интернете, достаточно для желания удалить все социальные сети.Что они от него хотели? Почему каждая мелочь, которую он делал, должна была касаться всех остальных? Почему эти чувства не могли просто исчезнуть? Когда он наконец остыл, Сапнап снова начал охотно выходить из своей комнаты, а не прятаться там, как раньше. После этого Дрим еще много раз извинялся и пытался загладить свою вину, готовя ужин каждый вечер в течение недели, пока, в конце концов, Сапнап не вмешался и не заявил, что если он съест еще немного стейка Вагю, он умрет от сердечного приступа, как ДжейШлатт в сюжете Дрим СМП. Когда он начал понемногу восстанавливать отношения с Сапнапом и своими фанатами во время стрима, то понял — все это время он вел себя как мудак, и ему стоило бы относиться ко всему более рационально. Это на самом деле была не такая большая проблема, как он себе представлял. Итак, у него были чувства к Джорджу. Это не значило, что он должен был что-то предпринимать по этому поводу! Он мог просто держать это в себе. Никто не обязан был знать. И это не делало его геем или би, или кем-то еще. Это просто… случайность. Первый и последний раз. И это, вероятно, пройдет! Локдаун сводил его с ума, он целыми днями сидел взаперти, и вокруг никого не было, кроме Сапнапа, так что у него давно не было никаких связей на одну ночь. “Да, конечно”, — шептал тихий голосок в его голове — “Как будто ты раньше ходил на Тиндер-свидания”. А потом — как раз в тот момент, когда, казалось, все начало становиться лучше — ужасная тоска смела его, как гребаный товарный поезд. Почему он вообще думал, что все будет хорошо? Он облажался. Вся эта ситуация была отстойной, и он ничего не мог с ней поделать. Каждое утро Сапнапу приходилось практически вытаскивать его из постели для стримов, когда на самом деле все, чего хотел Дрим — это спать каждый день до 2:00 ночи, ни с кем не видясь. Его друзья, естественно, беспокоились о его психическом здоровье — он почти не спал, не ел и едва держался — и они продолжали спрашивать его, что случилось, но он ничего не мог сказать, не хотел признаваться, поэтому просто пожимал плечами и бормотал что-то о карантине и нехватке сна. Сапнап находился на полпути к тому, чтобы заставить его записаться на прием к психотерапевту по Зуму, просто чтобы он поговорил хоть с кем-то, но однажды Дрим проснулся и почувствовал, что туман наконец рассеялся. И то, что осталось после этого — это просто смиренное принятие. Итак, видимо он бисексуал. На самом деле в глубине души он уже давно это знал. И да, у него действительно были чувства к своему лучшему другу. Прекрасно. Это был факт и с ним ничего нельзя было сделать, кроме как ждать и надеяться, что он снова сможет нормально себя вести в присутствии Джорджа. Так что именно над этим он и собирался работать. Этой ночью его телефон начал разрываться от уведомлений в Дискорде — границы Великобритании были открыты. Блять.* * *
C тех пор, как они вернулись домой из аэропорта, стало очевидно, что “вести себя нормально” на самом деле будет намного сложнее, чем он думал. Когда-то он был уверен, что от Джорджа легко можно было спрятать свои чувства, но теперь это просто смешно. Дрим не хотел пялиться, очень старался этого не делать, но каждый раз, когда они разговаривали, он едва мог сосредоточиться, потому что тратил так много сил, пытаясь казаться одновременно заинтересованным и небрежным, а также стараясь создать впечатление гетеро парня (спойлер: попытка сделать это вызвала еще больше подозрений). Как бы то ни было, из них двоих больше причин пялиться на своего собеседника было именно у Джорджа. Именно он никогда раньше не видел лица Дрима. И теперь они, наконец, были просто... прямо здесь, друг перед другом. Никаких экранов между ними, никаких микрофонов или веб-камер, никаких зрителей, ничего. Однако Джордж выглядел таким расслабленным и спокойным, в то время как Дрим чувствовал себя настолько неловко от стыда, что ему казалось, будто его лицо горело. Он вел себя так чертовски палевно. И максимум, что он получил от Джорджа о своей внешности — это то, что он выглядит: “Хорошо. Типа… твое лицо соответствует твоему голосу, если ты понимаешь, о чем я”. И Дрим считал это комплиментом? С Джорджем иногда было трудно сказать наверняка. Пока Джордж болтал о серверах и коллаборациях и переносил свою новую установку в гостевую спальню, взгляд Дрима продолжал скользить по его губам, рукам, волосам, щетине на подбородке, которую он еще не успел побрить. Джордж выглядел слегка взъерошенным и сонным, как в те дни, когда он не ложился спать до самого утра, чтобы они могли еще немного побыть вместе. Только теперь его изображение не было размыто из-за плохого качества или скупой цветопередачи. Как оказалось, Джордж был гораздо менее бледным в реальной жизни. — Ты меня вообще слушаешь? Младший почувствовал, что начал краснеть. — Э-ээ… —Дрим. — Я не принимаю свои таблетки, — неожиданно выпалил он. Что вообще-то было неправдой. Зачем он врал? Почему он чувствовал себя таким виноватым? — Что? — Да, прости. Я снова здесь. Сосредоточен. Продолжай. Джордж приподнял бровь и одарил его недоверчивой улыбкой, прежде чем пожать плечами. Это мило. Дриму хотелось что-то ударить.* * *
Как оказалось, его прогнозы после первого дня пребывания Джорджа во Флориде были в значительной степени точными. Тот факт, что старший жил с ними, стал для Дрима бесконечным испытанием. Он постоянно чувствовал, что находился в нескольких секундах от того, чтобы случайно выпалить что-то невероятно компрометирующее и выдающее все его чувства. Даже их с Сапнапом еженедельный вечер кино — лучший способ расслабиться после работы, когда они выпивали пару кружек пива (или много кружек пива, в зависимости от качества фильма) и просто болтали — теперь зона боевых действий, наполненная возможностями для потенциального смущения. Они уже полчаса смотрели "Типа крутые легавые", который, по скромному мнению Джорджа, являлся лучшим фильмом всех времен, и все они собрались вместе с миской попкорна, балансирующей на коленях Дрима. Сапнап сидел, примостившись на одном из подлокотников дивана, опрокидывая свой напиток, а затем вскочил, чтобы взять еще одну банку из наполовину законченной упаковки на кофейном столике. И как только он это сделал, Джордж случайно совершил ужасную ошибку, сдвинувшись со своего места и задев ногу Дрима в попытке дотянутся до миски. Внезапно парню показалось, что его пронзило током. Именно в этот момент Дрим осознал, что он ни за что не доживет до конца этого фильма. Его сердце начало бешено колотиться, а лицо становилось горячим и — — Эм! — Дрим подпрыгнул, чуть не высыпав попкорн. — Я… мне нужно отлить. Сек! — Ты такой задрот. Кто в реальной жизни говорит “сек”? — спросил Джордж, не отрываясь от экрана. — Эй, хочешь, чтобы я поставил фильм на паузу? Дрим? Но он уже бежал по лестнице и, залетев в ванную, захлопнул за собой дверь и практически рухнул на нее. Испустив дрожащий вздох облегчения, он наклонился над раковиной и начал ждать, когда его сердце перестанет колотиться, прежде чем посмотреть на себя в зеркало. — Веди себя нормально! — он свирепо смотрел, наклонившись ближе и тыча пальцем в свое отражение. — Будь нормальным, Клэй. Он открыл кран и начал снова и снова умываться ледяной водой. Он думал о своей бабушке, о своей мертвой детской собаке, о чертовом Сапнапе в костюме горничной. Хоть о чем-то. “Не ставь никого в неловкое положение. Не ставь никого в неловкое положение.”—он снова намочил свое лицо и опустил голову, свесив руку с раковины. Честное слово, если бы в это же время в прошлом году вы сказали ему, что он бы проводил столько времени, отсиживаясь и прячась от Джорджа в ванной, потому что у него был кризис ориентации, он бы подумал, что вы над ним издеваетесь. Или хотя бы был разочарован тем, что вел себя как чертов трус. Но он не знал, что делать! Как он должен был пережить это? Что, если Джордж захотел бы остаться дольше положенного? Как же ему удастся скрыть свои чувства? Он не такой, как Джордж! Он не мог просто выключать и включать их и вести себя, как чертов Спок. Все эмоции Дрима находились прямо на поверхности и в конечном итоге они вылились бы из него — он совершенно не умел следить за языком. — Дрим?... Позади него раздался осторожный стук, приглушивший голос Сапнапа. — Эм, чувак. Занято. — Что ты там делаешь? Я слышал, как ты разговаривал сам с собой. Дрим распахнул дверь и увидел крайне озадаченного Сапнапа, стоящего с поднятым кулаком и готовым постучать снова. — Почему у тебя мокрое лицо?... Сапнап еле успел договорить до того, как его затащили в уборную. —Чт… — Сапнап. Ник. Чувак. Ты должен мне помочь. Сапнап в замешательстве оглянул ванную: — Эм… ты в порядке? Что… — Я думаю, что я… — Дрим прикусил губу и нахмурился. — Ну, я думаю, что у меня… Он простонал, начав расхаживать по уборной и заламывать руки. “Почему это так чертовски неловко?” Сапнап приподнял бровь и слегка озабоченно улыбнулся. — Я… думаю, что у меня есть… — Дрим прочистил горло. — ну знаешь…. э… чувства. — Поздравляю! Ты не психопат! — К Джорджу… Глаза Сапнапа моментально расширились, и он приоткрыл рот. А потом закрыл. А потом снова, прежде чем в конце концов очень красноречиво высказаться: — Твою ж мать. За этим следовала пауза, после чего на всю уборную раздалось: — ТВОЮ Ж ГРЕБАНУЮ МАТЬ. — Потише, Сап! — Чувак! Это… ты… все это время… когда ты… и на стриме? С… c ним… Дрим жалобно простонал. — Вау. — Это все, что ты можешь сказать? — Это… логично? — Сапнап беспомощно развел руками. Дрим чувствовал, что был на грани истерики. — Сапнап, я в жопе. — Ты… а. Ага, да. Я вижу, почему это может быть проблемой. —Что мне делать? — Ну… знаешь, при любых других обстоятельствах я бы посоветовал тебе все ему рассказать. Пообщаться. Как при нормальных, здоровых отношениях? Но ты знаешь Джорджа лучше меня. Он странный. И… не знаю. Британец. Он может почувствовать себя… — Сапнап запнулся, подбирая слово. — Неловко? Странно? Зависнет и никогда больше не будет разговаривать со мной, потому что Джордж, черт возьми, слишком замкнутый, чтобы что-то сказать и поэтому лучше просто промолчит? —Ну типа. Он довольно непредсказуемый. Даже не знаю, что бы он сделал. Дрим глубоко вздохнул и почесал подбородок. — Итак… ты теперь гей? “Теперь? Что это вообще значит?” —Нет, я не гей. — Но?.. — Ну, это новое обновление. Сапнап коротко и облегченно рассмеялся: — Неужели красота Джорджа буквально сломала твою ориентацию? Иисусе, кто-нибудь однажды остановит этого человека? — Не знаю. Но его должны остановить как можно скорее, он разрушает мою жизнь. — О-о, Дрим, — Сапнап покачал головой, взглянув на друга с нежностью. — Знаешь, довольно приятно видеть, что ты хоть раз в жизни на ком-то зациклился. — Да, это прекрасно. Я прекрасно провожу время. В конце концов Сапнапу удалось успокоить его, после чего они тихо прокрались обратно вниз. Джордж бросил на них вопросительный взгляд, когда они плюхнулись обратно на диван рядом с ним, и Сапнап просто пожал плечами, схватив миску с попкорном. Дрим не отрывал глаз от экрана до конца фильма, даже когда чувствовал, что взгляд Джорджа время от времени скользил по его лицу. Фильм продолжал играть на заднем плане, приглушенные голоса актеров наполняли комнату, но Дрим полностью потерял нить сюжета. “...Ты хорош в том, что делаешь. Тебе просто нужно научиться отключать свои чувства.” “В том-то и дело — я не знаю, как это сделать.” “Я тебе покажу.” — Ты в порядке? — спросил Джордж так тихо, что услышал его только Дрим. Лицо старшего было подсвечено лишь экраном телевизора и Дрим всеми силами пытался не реагировать на теплое дыхание парня у своего уха. — Нормально. Просто… не обращай внимания. Смотри свой фильм, чувак. —Мой фильм? — Да, твой фильм. Джордж пожал плечами и устроился обратно на подушки, довольный ответом Дрима и продолжил потягивать свое пиво.* * *
Прошел уже месяц, но Дрим все еще ничего не предпринял по поводу “отмены” и драмы в Твиттере, все чаще попадавшейся ему в ленте. Сейчас люди возмущались намного меньше, чем когда это началось, — вероятно, потому что в последнее время Дрим стримил намного реже из-за присутствия Джорджа — но люди все еще злились и ждали "заявления". Дерьмовый пиар не оказал большого влияния на его репутацию в социальных сетях, но в то же время любое снижение статистики очень плохо влияло на состояние Дрима с его-то повышенной восприимчивостью из-за RSD и вызывала ужасное чувство, что он каким-то образом терпел неудачу. Это глупо — и он не хотел, чтобы люди, которые говорили подобные вещи, были в его фанбазе или смотрели его видео — так что он просто пытался все игнорировать. Что ему надо было сделать? Совершить каминг-аут? Сказать всем не лезть не в свое дело и из-за этого показаться слишком подозрительным? Это все нечестно. Это лицемерно. Эти люди вели себя так, как будто они являлись образцами морали, крестоносцами ЛГБТ-сообщества, когда на самом деле они просто издевались над ним из-за того, что он все еще был в шкафу — как будто он играл с ними или недостаточно хорошо поддерживал свой образ, хотя он был просто человеком, а не персонажем в дерьмовом сериале. Все эти тревоги Дрим изо всех сил старался отбросить, пока они с Джорджем медленно выполняли все запланированные за пару месяцев до приезда парня пункты в списке развлечений, которые они старательно выбирали вместе. Хотя быть в центре внимания из-за стольких "интернет-драм" — это стресс, удивительно легко было позволить себе забыть происходящее в настоящий момент, отодвинуть все это на задний план и расслабиться, осознав, как чертовски хорошо было наконец-то увидеть своего лучшего друга в реальной жизни, пообщаться лично, обнять его, взъерошить ему волосы и дразнить его за низкий рост. В преддверии приезда Джорджа Дрим придумал столько всего, чем они могли заняться, что его мозг практически гудел от перенапряжения. Но больше всего парень хотел показать Джорджу Disney World и Universal Studios — учитывая, что тот почти не посещал тематические парки (что, как человек, родившийся и выросший во Флориде, Дрим находил слегка странным). Кроме того, Джордж каким-то образом прожил всю свою жизнь, ни разу не попробовав Twinkie, так что это оказалось в его списке "Американских впечатлений". Но этот пункт они довольно быстро вычеркнули из списка, пока ехали на машине домой из аэропорта (Twinkies были не очень высоко оценены по шкале кулинарных изысков Джорджи — хотя, честно говоря, Дрим не мог винить его за это). В один прекрасный день Дрим все-таки выполнил просьбу Джорджа, о которой парень твердил неделями (потому что он гребаный гик). Старший пытался подкупить Дрима, говоря, как бы весело было, если бы они вместе посетили Космический центр Кеннеди; и на самом деле казалось, что это интересовало его гораздо больше, чем весь остальной список планов. Даже несмотря на то, что Дрим был там примерно миллион раз, он был не готов разбить мечты своего лучшего друга из-за этого. Именно поэтому они загрузили пару рюкзаков бутылками с водой и закусками и отправились в часовую поездку на остров Мерритт, огибая мыс Канаверал, и всю дорогу Джордж сиял, как ребенок, сидя с AUX проводом и пританцовывая под песни "Битлз", восторженно слушая факты о Космическом центре от Дрима (о которых ему было известно только потому что тот рос поблизости). Это абсолютно точно не тешило его эго, и Дрим старался не показывать, как похвала Джорджа заставляла его сердце биться с достаточной интенсивностью для семи полетов на Луну и обратно. Они бродили по огромному зрительному залу, только что покинув демонстрационный холл, где была выставлена копия космического телескопа Хаббла. Джордж слегка затронул тему драмы в Твиттере, пока они смотрели на полномасштабную модель "Атлантис", свисающую с потолка. Его темные волосы были обрамлены ярким ореолом электрического, кобальтово-синего света, а лицо было наполовину скрыто в тени. — Мне просто было интересно… что ты будешь делать? Джордж, конечно же, не спросил об этом напрямую, но даже спустя столько времени, Дрим сразу понял, о чем он говорил. Проблема была, конечно, в нем. В, ростом пять футов девять дюймов, с широко раскрытыми глазами, красивом Джордже, с его лукавыми, нечитаемыми улыбками и его ужасной манере в любой момент крошить мозг Дрима. Как он должен был говорить об этом, когда проблема была в том, что его уже публично стыдили за огромное количество "гейских шуток" о своем лучшем друге? Особенно когда лучший друг, о котором шла речь, блять, спрашивал его об этом? — Делать?... — С людьми, которые злы на тебя. Ну, Твиттер. Я получаю меньше хейта, чем ты, но даже для меня это было… стрессом. Я понимаю. — Ээ-э... — Дрим потер затылок, пропустив волосы сквозь пальцы и задумался, наклонившись вперед и ухватившись за металлические перила, делая вид, что двери шаттла с запутанным механизмом внутри его невероятно заинтересовали. В конце концов он решил сказать то, что, по его надеждам, звучало не слишком заумно и оставалось при этом достаточно расплывчатым, чтобы он не чувствовал себя лжецом, — Я не знаю, чувак. Я не думаю, что мне нужно объясняться. Джордж просто посмотрел на него с нечитаемым выражением лица и испытующим взглядом, прежде чем пожать плечами. — Ладно. И Дрим понятия не имел, о чем тот думал. Большую часть времени он считал бы себя "экспертом" по этой части. Он гордился своей способностью точно угадывать, что Джордж мог подумать о чем-то — о шутке, новой игре или сериале, но когда дело доходило до таких вопросов, он становился гребаной загадкой. Даже имея возможность видеть его прямо перед собой, он был не в состоянии прочитать выражение лица парня. Он кажется странно... довольным? Облегченным? Со странной смесью задумчивости и наслаждения на лице? Как будто то, что сказал Дрим, было правильным ответом или что-то в этом роде. Он постоянно был таким чертовски загадочным. А потом Джордж легко улыбнулся, оторвав Дрима от созерцания парня, схватил его за руку и переплел их пальцы, как будто это было самой обыкновенной вещью на планете. — Пойдем еще раз посмотрим на телескоп! Так они и поступили.* * *
Этой ночью Дриму приснился еще один сон. Они снова были в Космическом центре и стояли, прижавшись друг к другу, в удивительно пустом зале, в то время как Джордж был на цыпочках, вытягивая шею, чтобы получше разглядеть телескоп. Как и в реальной жизни, Дрим зашелся хриплыми приступами смеха, безжалостно дразня старшего, прежде чем покатать того на спине, а потом осторожно приподнять его и держать на плечах, позволяя Джорджу лучше видеть. Все это время Дрим надеялся, что ни один охранник не войдет в зал, но, похоже, никто их даже не замечал. В конце концов, они оба упали на пол, задыхаясь и хихикая как школьники. Вместо того, чтобы взять себя в руки и, наконец, пойти в соседний зал, чтобы посмотреть на космический шаттл — и вместо того, чтобы снова обсудить разговор в Твиттере, — на этот раз Джордж гораздо меньше волновался вопросом исправления Дрима в глазах Интернета — больше всего его интересовало выявление созвездий на теле парня своими губами.* * *
— Что тебе вчера снилось? Господи Иисусе. Такое чувство, будто он был чертовым телепатом. Джордж плюхнулся на диван рядом с ним, поднял ноги и положил их на колени Дриму, но тот застонал и оттолкнул его. А тем временем сердце бешено колотилось, потому что “Какого хрена? Он знал? Откуда ему было знать? Он никак не мог знать. Хватит тупить.” — Дрим изо всех сил старался, чтобы эти размышления никак не отразились на его лице. — Эм. Ну… Обычный сон. — “Обычный сон”? Дрим, это чертовски мутно, — хохотнул Джордж, прежде чем потянуться и зевнуть. — Прости! Я не знаю. Я… — Дрим почувствовал, как краска прилила к его лицу и он сложил руки на груди, фыркнув. — Если честно, я даже не помню. — Действительно, — невозмутимо произнес Джордж. — Да, чувак, а что? Ты помнишь все свои сны? — Нет. Очевидно, что не помню. Но ты ведешь себя так... — Как? Джордж прищурил глаза, с издевкой уставившись на Дрима. — Подозрительно. — Почему ты так сильно хочешь знать о моих снах, а, Джорджи? — Э, — пожал он плечами. — Э, — передразнил Дрим в ответ. Прежде чем Джордж успел сказать что-нибудь еще, что заставило бы Дрима казаться еще более подозрительным, он быстро сменил тему, откинувшись на спинку дивана. — Мне скучно,— он вздернул ноги вверх, снова плюхнулся на подушки и начал дергать коленом. Джордж наклонил голову с выражением нежности на лице. — Хочешь повалять дурака и провести стрим, или что-то типа того? Дрим вздохнул. — Не очень хочу сейчас работать. Я думал, мы могли бы просто… Я не знаю. Провести время вместе. Сделать что-нибудь. Я просто хочу насладиться этим временем, пока ты здесь. В этот момент выражение лица Джорджа изменилось. Если бы Дрим не знал его так хорошо, то подумал бы, что парень выглядел немного разочарованным, даже грустным. Но не знал, почему. Почему Джордж стал бы грустить из-за того, что Дрим хотел максимально продуктивно использовать их время? Почему бы это его огорчило? Возможно, он просто неправильно истолковал ситуацию, но секунду назад Джордж казался расслабленным, а сейчас он закрылся и слегка отодвинулся от младшего на диване. — Ага, да. Ты прав. Давай просто… проведем время вместе. Посмотрим фильм? — Ты уверен? Мы можем постримить, если ты хочешь. Джордж поджал губы, опустив плечи, отвел взгляд и в конце концов кивнул.* * *
В ту ночь вместо того, чтобы увидеть обычный сон, в котором они целовались, произошло то, чего Дрим никак не ожидал. В тот момент, когда они собирались перейти к самой приятной части сна, на него внезапно начали кричать, казалось бы, из ниоткуда. В одну минуту Дрим думал, что они вот-вот поцелуются, а в следующую Джордж совершенно неожиданно столкнул его с колен, называя при этом идиотом, тупицей, забывчивым кретином и другими синонимами в том же духе. И по какой-то причине, когда он проснулся, вместо того, чтобы исчезнуть, этот сон просто... остался с ним. Сон не выходил у него из головы весь день, что было глупо — это же всего лишь сон. Не по-настоящему. Это ничего не значило. В реальной жизни Джордж не сделал ничего плохого, не сделал ничего такого, что могло бы вывести Дрима из себя, так что такое холодное отношение младшего попросту неправильно. Он чувствовал себя не в своей тарелке из-за этого и не мог объяснить, почему. Однако на следующий день Джордж тоже начал вести себя странно и казалось, будто они были в тупике. Ни один из них не хотел сдаваться первым и спрашивать, почему другой внезапно перестал разговаривать. Той же ночью Сапнап, встав в гостиной и загородив им обзор телевизора, попытался узнать, из какого заведения они хотели бы заказать доставку, но не получив никаких адекватных ответов, неожиданно сорвался и наконец поднял вопрос о непонятном конфликте между парнями. — Все. С меня хватит. Вы двое просто идиоты. — Что? — Слушайте, в любой другой ситуации я был бы рад чувствовать, что в кои-то веки не являюсь третьим колесом, но то, что происходит между вами сейчас, намного хуже вашей обычной прилипчивости. Так что не могли бы вы, пожалуйста, забыть обо всех этих странных любовных драмах и просто сказать мне, что вы хотите из Бургер Кинга? К тому времени, когда Сапнап закончил свою тираду, он выглядел совершенно уставшим от них двоих, скрестив руки на груди и тяжело дыша. Отдавая ему должное, это, кажется, вывело парней из странного состояния. Джордж покраснел, Дрим стыдливо опустил голову, и они оба просто сидели, чувствуя себя так, будто их отругал родитель. — Прости, — буркнул Дрим. — Спасибо. Помиритесь. Поцелуйтесь. Да что угодно, мне все равно. Когда Сапнап вышел, хлопнув за собой дверью, Дрим наконец поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с Джорджем с другого конца дивана, и это было так нелепо, что они оба необъяснимо начали смеяться. — Что, черт возьми, мы творим? — Я не знаю, — Джордж закрыл голову руками, подавляя приступы смеха. — Я... Я серьезно даже не знаю, что на меня нашло. Почему я был таким... — Дрим замолк, не находя слов. — Да, честно говоря, я тоже не совсем понимаю, что делал. — Мы должны... мы должны просто попытаться начать все сначала. Вести себя нормально, да? Джордж фыркнул: — Нормально. Да, хорошо. — Круто. Они оба сидели, долго глядя друг на друга, прежде чем снова начать хихикать. — Мы такие... глупые. Он не мог поверить, что позволил своей глупой голове так быстро сорвать отдых, который он должен был весело провести со своим лучшим другом. Ему каким-то образом удалось разозлиться из-за того, чего на самом деле даже не произошло. — Да. Согласен… — вздохнул Джордж, откинувшись на подушки. — Ты поверишь мне, если я скажу, что мне приснился сон, в котором мы ссорились, а после это произошло наяву? Джордж рассмеялся: — Ты это серьезно? — Да, чувак. Я понятия не имею, что произошло. — Вау, Дрими. Это почему-то еще более глупо, чем причина, по которой я вел себя как придурок. — И какая у тебя причина? Он загадочно постучал себе по носу, и Дрим закатил глаза, собираясь встать и начать доставать тарелки к возвращению Сапнапа, но внезапно Джордж изменился в лице, показавшись сбитым с толку. — Подожди. Ты хочешь сказать, что я тебе снился? — Да. И ты вел себя как придурок. — Но… Но это был я? Во сне? — Чувак. Какого черта? — Дрим приподнял бровь, задаваясь вопросом, в порядке ли Джордж в данный момент психически. — Да. Кто еще? Вот почему я вел себя как придурок. Потому что по какой-то причине мой мозг просто решил придумать этот странный сценарий, в котором мы ссорились. И вообще-то мы лучшие друзья, так что, знаешь ли, ты мне все равно время от времени снишься. “Просто... может быть, не так, как ты думаешь. Но тебе действительно не обязательно этого знать.” Джордж нахмурился, кажется, погрузившись в свои мысли. — Почему? — Без причины.* * *
В течение следующих нескольких дней после их примирения все быстро начало улучшаться — почти сразу же все вернулось на круги своя. Но... Что-то все-таки изменилось. Джордж вдруг начал вести себя подозрительно мило с ним и даже поддался мольбам Дрима, так что в итоге парни отправились в Диснейленд. Наконец-то. Они отлично провели время, хотя поначалу оба немного паниковали, потому что выяснилось, что и Дрим, и Джордж разделяли страх американских горок. Как ни странно, у Сапнапа не было этой фобии, но он просто наблюдал за парнями, забавляясь тем, как они спорили и пытались выяснить, кто меньше всего напуган, бросая друг другу вызовы кататься на самых страшных горках парка (и оба ненавидели каждый аттракцион). Когда они стояли в очереди на “Space Mountain”, Дрим беспокойно переминался с ноги на ногу, в то время как Джордж вел себя как кретин и дразнил его. Младший утверждал, что это несправедливо, потому что Джорджу даже не нужно было беспокоиться о том, что он мог бы быть обезглавлен из-за того, что слишком высокий. Но вместо того, чтобы сочувствовать, Джордж считал, что по какой-то причине это забавная фобия. Но весь день, несмотря на то, что они подшучивали друг над другом, Джордж всегда был слишком близко с ним. Таскал за собой, сплетая их пальцы, перекидывал руку через плечо, когда они сидели вместе, прижатые бок о бок на американских горках. И Дрим изо всех сил старался не думать об этом слишком много. Может быть именно так он и вел себя дома со своими друзьями? Это вполне возможно. Хотя, если подумать, он не очень-то и прилипчив к Сапнапу. В какой-то момент они остановились и решили пообедать хот-догами и картошкой фри в маленьком шатре и Джордж начал буквально кормить Дрима с руки сахарной ватой. Он глупо его дразнил и говорил “открыть рот для самолета”, так что тот был не уверен, что это можно было назвать флиртом. Но несмотря на это, Джордж находился просто чертовски близко к нему. И его пальцы продолжали случайно задевать нижнюю губу Дрима так, что у младшего перехватывало дыхание. А тем временем Сапнап демонстративно играл в гляделки с парнем в костюме Гуфи с другого конца фуд-корта. — Эй, ребят! Как думаете, аниматоры, одетые как Диснеевские животные, считаются за фурри? Ну, это же фурсьют? Или это просто костюм, который выглядит, как очеловеченное животное? — Э-э… — Дрим моргнул, пытаясь сконцентрироваться. Он понимал, что Сапнап говорил… что-то. Джордж ухмыльнулся, оторвал еще один кусочек сладкой ваты и помахал им у лица парня. — Что думаешь, Дрим? — Прости, я не… — он не мог перестать смотреть на пальцы Джорджа. — Я думаю, что Дрим пытается сказать, — произнес Джордж, повернувшись к Сапнапу, — это то, что тот, кому приходилось хоть один раз наряжаться, как Дональд Дак, теперь по закону фурри. Они должны официально закрепить это в документах. Дрим наконец оторвался от созерцания Джорджа и его лицо горело, когда он поправлял воротник. — А, да. Прямо как ты пишешь про себя “Профессиональный Игрок в Майнкрафт”? — Точно. По какой-то причине Джордж выглядел чертовски самодовольным. Как будто он выиграл какой-то приз или игру, или что-то подобное; знал что-то, чего не знал Дрим. Это тревожило. Поэтому он произнес это вслух: — Почему ты выглядишь таким… — Дрим нахмурился. — Таким?.. — Не знаю. Счастливым. Это не то слово, которое он искал, но самое близкое по смыслу. — Дрим, разве это не считается буквально “самым счастливым местом на планете”? Иначе бы это было ложной рекламой. — Ты ведешь себя странно. Джордж приобнял Сапнапа за плечо: — Разве я не могу просто быть счастливым из-за того, что наконец гуляю со своими лучшими друзьями? — То есть мой статус был улучшен до “лучшего друга”? — улыбнулся Сапнап. — Да?.. Естественно! Сапнап, что с тобой? Конечно, идиот. — Просто это так неожиданно. Это честь, Джорджи, — Сапнап взъерошил волосы парня. — Слышал, Дрим? Берегись, скоро я заберу твоего Джорджа. Тем временем Дрим не мог перестать думать о том, как рука Джорджа во время всего разговора нашла его собственную под столом. Их пальцы переплелись и он сжал руку парня перед тем как накрепко соединить их до самого конца разговора.* * *
— Дрим, ты идиот, — начал Сапнап, когда Джордж наконец отошел в уборную, пока они стояли в очереди на очередной аттракцион, а Дрим выглядел потерянным щенком, пока смотрел на исчезающую спину старшего. — Что? — Солнце только заходило, окрашивая все вокруг, включая лица парней, оранжевым. — Послушай меня очень внимательно. Я думал, что до тебя дойдет, но это зашло слишком далеко. Ты же помнишь, как я все время называл тебя идиотом? Любя? Потому что я шучу? — Возможно?... Дрим наконец-то посмотрел на невпечатленного Сапнапа, который пытался достать остатки попкорна из упаковки. — Теперь я не шучу. Ты реально придурок. — О чем ты вообще? — Джордж флиртовал с тобой весь день. Дрим почувствовал, как краска отлила от его лица. — Видишь? Ты опять это делаешь. Почему ты так удивлен? — Потому что… это… да ладно тебе, это же Джордж. Он не… я думаю, что понял бы, если бы он флиртовал со мной, Сапнап. — Да. Ты так думаешь, — закатил глаза Сапнап. — Твой мозг превратился в кашу? Что Джорджи с тобой делает? Ты катастрофа, Дрим. — Это не Джордж, а я. Ты знаешь, какой я. Я веду себя странно из-за моей… проблемы. Краша. Называй как хочешь. — Ты. Просто. Идиот, — Сапнап подчеркивал каждое слово тычком указательного пальца в грудь Дрима. — Хватит так говорить! — Он буквально издевался над тобой весь день, чувак. — Что?... Мысль о том, что Джордж не только знал о чувствах Дрима, но и специально мучил его просто потому, что мог, настолько выходила за его рамки понимания Джорджа как личности, что ему пришлось на секунду прислониться к перилам, чтобы осознать ситуацию. Он прокручивал в голове события последних нескольких дней, и все странным образом начинало обретать... гораздо больше смысла. Его сердце замерло. — Это будто новое веселое хобби для него, чувак. Мне тебе по буквам произнести? Боже, вы двое просто позорите себя. Такое чувство, будто я снова в старшей школе, — Сапнап потер лицо руками и сжал переносицу. — Просто… сделай первый шаг, ладно? Пожалуйста. Умоляю тебя. Я пытался не лезть не в свое дело, но я не знаю сколько еще кругов “It’s a Small World” я смогу пережить, пока вы строите друг другу глазки, в то время как аниматронные дети поют о радостях дружбы. Дрим прочистил горло: — Да, хорошо. Ты меня убедил. — Спасибо, — Сапнап разочарованно поправил ушки Микки Мауса, примостившиеся у него на голове. — Удачи. И поторопись, пока я снова не вмешаюсь. Я не думаю, что у меня еще остались силы.* * *
На протяжении всего шоу фейерверков Дрим снова и снова прокручивал в голове разговор между ним и Сапнапом. Возможность того, что Джордж на самом деле мог чувствовать то же, что и он, не становилась менее сюрреалистичной. Просто он такой... такой Джордж. Как, черт возьми, он?.. Дрим едва мог сосредоточиться на фейерверках, он был слишком взволнован тем, что ему все же придется признаться в своих чувствах. Напряжение только нарастало, когда день постепенно сменялся ночью, а Сапнап брел обратно к машине, в то время как он и Джордж отставали, потому что старший продолжал уговаривать Дрима прокатиться в последний раз. Они шли бок о бок, иногда соприкасаясь плечами и были абсолютно измучены, а ноги Дрима ныли от долгой ходьбы, но атмосфера вокруг них была невероятно комфортной. У Джорджа в одной руке был огромный плюшевый слон, а в другой — горячий шоколад в неоново-синей чашке, от которого исходили облачка пара. Щеки Дрима все еще были измазаны блестками с тех пор, как Джордж убедил его заплатить пять долларов за аквагрим где-то у входа на Space Mountain. Темнота, холод и толпа вокруг них расслабляли Дрима и каким-то образом помогали чувствовать себя менее застенчивым. Это была атмосфера для откровений, вдалеке было слышно отдаленный звук аттракционов, смех детей и приглушенные разговоры; каскады блеклого дыма задерживались в воздухе, в носу звучал аромат попкорна и чурроса. Когда солнце опустилось чуть ниже горизонта, все стало таким голубым-голубым. Это умиротворяло, но сердце Дрима пропускало удар за ударом, а его ладони так сильно вспотели, что ему приходилось постоянно вытирать их о джинсы. — Джордж?.. — он пытался звучать как можно более непринужденно, но в голосе все равно слышалось напряжение. — Да? Пока они гуляли, тыльные стороны их рук время от времени соприкасались — и Дрим слишком много внимания обращал на то, как их локти сталкивались. Тем временем Джордж, похоже, вообще ничего не замечал и продолжал потягивать свой горячий шоколад с красными щеками и носом, а его тело просто утопало в оверсайз толстовке. — Ты знаешь, как… Как я… Раньше. Когда я, типа, — он остановился, пытаясь собраться с мыслями, пока Джордж терпеливо ждал продолжения. — Я, э-э… Помнишь, как я разговаривал с тобой до этих… событий? Твиттер драмы? — Да?... — И как все по идиотскому поводу были злы на меня, потому что я отпускал тупые шутки во время стримов? Про нас. — Да? — И ты помнишь, как после этого… Я… Не хотел говорить об этом? Типа, к этому моменту все было очень странным и у всех были разные ожидания от меня и того, что они хотели, чтобы я говорил, а еще люди требовали, чтобы я объяснил ход моих мыслей и смысл того, что я говорил о тебе. Сказать, было ли это просто глупой постановой или чем-то еще... — Дрим. — И в Космическом Центре даже ты спросил меня. Почему я молчал, вместо того, чтобы извиниться за свою тупость или написать классическое Ютюберское извинение в заметках, объясняющее все причины, почему я идиот. И как я сказал, что это было потому, что я… Я не хотел объяснять? Что ж, причина… Это было потому, что… Потому что… Ну, ты знаешь… — он издал нервный смешок. — Потому что я… — Дрим. Он остановился и заметил, что Джорджа больше не было рядом с ним, вместо этого он стоял в нескольких шагах позади, а все прохожие теперь расступались там, где они замерли, как камни в ручье. Джордж смотрел на него очень терпеливо, с выражением, которого Дрим никогда раньше не видел — или, может быть, видел. — Дрим, я пытаюсь спросить у тебя кое-что. — Да? — Ты хочешь меня сейчас поцеловать? Было такое чувство, что все в голове Дрима внезапно остановилось. Он прочистил горло. И на лице Джорджа была легкая улыбка, пока он просто стоял там, ожидая ответа. Будто он ждал его весь день. — Оу. Э-э… Джордж приподнял бровь, все еще дожидаясь ответа: — Я спрашиваю, хотел ли бы ты меня поцеловать. — Я… Ага… Да. Точно. Я бы… Хотел этого, — сказал Дрим несмотря на то, что все умственные способности покинули его. — Если ты не против. — Да, Дрим. Я не против, — Джордж закатил глаза, издав слабый смешок и Дрим был уверен, что его сердце билось так быстро, что он был в нескольких секундах от инфаркта. И все же благодаря какой-то сверхчеловеческой храбрости он инстинктивно сократил расстояние между ними, поднял дрожащие руки, чтобы нежно обхватить лицо Джорджа, слегка наклонился, и вдруг они были так близко — и Дрим мог видеть, как миндалевидные глаза Джорджа морщились от улыбки, небольшие тени отбрасывались от его ресниц, прежде чем глаза закрылись и он наклонил голову. Когда их носы соприкоснулись, Дрим чувствовал, как ему было холодно из-за ночного воздуха, но когда губы наконец встретились, все его тело наполнилось теплом. Он чувствовал, как Джордж улыбался в поцелуе, как его рука поднялась, сжав в кулак толстовку, чтобы притянуть их ближе друг к другу, растягивая момент. И это все. Все, о чем он мечтал последний год, случилось в одно мгновение, и это было намного лучше, чем какой-то жалкий фейерверк. В конце концов ему пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание, и он отстранился, пока его взгляд изучал безмятежное выражение лица Джорджа. — Ахринеть. Джордж расплылся в ослепительной улыбке, прежде чем засмеяться. — Что? Извини, что ты только что сказал, Дрим? Дрим почувствовал, как залился краской пуще прежнего. — Э-э… — Ахринеть? — Я… я не знаю! Я был удивлен! Ты просто… Это было… Ты хорошо целуешься, понятно? Пошел нахер! — И ты был настолько удивлен, что сказал “ахринеть”? — Видимо! Дрим так сильно смеялся, что у него голова шла кругом, и он был в бреду от облегчения. Младший вздрогнул, когда Джордж внезапно снова упал на него, прервав хохот, целуя его сильнее и бросив пустую чашку и плюшевую игрушку, чтобы поднять руки и провести ими по его волнистым волосам. У Дрима перехватило дыхание, и он слегка отшатнулся, но тут же поднялась рука Джорджа, поддержавшая его за поясницу. И в этот раз, когда он понял, что его разум затуманился, он определенно не думал о том, что нужно было выглядеть собранным, сохранять внешний вид или еще о чем-то глупом. Все, о чем он мог думать — это Джордж; Джордж, попросивший поцелуй; Джордж, целовавший его; его шампунь с ароматом сандала, вкус горячего шоколада, оставшегося на губах, едва заметная щетина на его подбородке. В конце концов все начало выходить из-под контроля, когда мягкое давление переместилось с его поясницы выше, пальцы скользнули по затылку, слегка потянув Дрима за волосы, что послало электрический разряд по его телу. Он невольно вдохнул в рот Джорджа, чем вызвал одобрительный смешок, прежде чем ресницы Дрима распахнулись, и он отстранился, качая головой. — Ладно… Ладно. Стоп, стоп… Стоп, — задыхался Дрим. — Серьезно. Не надо. Или ты… У Джорджа хватило наглости прервать его смехом, согнувшись пополам и положив руки на колени. Глаза Дрима предупреждающе расширились, прежде чем он осуждающе прищурился. — Ты такой придурок. — Прости, это просто очень смешно. Я все еще не привык, что все так просто. — Ты серьезно? — Я… возможно я немного переборщил со своей силой. Немножко. — Ты гребаный засранец, — простонал Дрим, прижав холодные руки к щекам, лбу и пытаясь успокоить свое тело. — Как мне удалось влюбиться в того, кто так себя ведет? — Что? — пролепетал Джордж. — Дрим, что? Ты "влюблен в меня"? Парень сразу же начал заикаться. Как такое возможно, что даже сейчас он не мог уследить за словами? — Это… Я просто случайно это выпалил. Я не… — одна часть его была до ужаса смущена, в то время как другая часть была все еще слишком взволнована, чтобы беспокоиться. — Я не имел в виду... Ты знаешь, что я имею в виду. — Дрим! Я и не знал, что я настолько хорош, — рассмеялся он. — Я, блять, не могу в это поверить. Ненавижу тебя. Я не могу поверить, что ты — тот человек, с которым я провожу девяносто процентов своего времени. — Ну, теперь ты застрял со мной навсегда, так что привыкай, — пожал плечами Джордж. — О чем ты? — Ты серьезно вышвырнешь меня из дома? Когда ты безумно в меня влюблен? — Я никогда не собирался тебя вышвыривать, Джорджи. — Тогда почему… — Я не хотел, чтобы ты узнал! О моих… — ему все еще было очень стыдно говорить об этом. — О моих чувствах. — Мне очень не хочется тебя огорчать, Дрим, но ты самый очевидный человек на планете. — Да ладно тебе! Ты не мог знать все это время. Джордж приподнял бровь. — Джорджи, ты меня убиваешь. — Какой же ты драматичный. — Я не драматичный. Я умираю. Я мертв. Он осел, придавливая Джорджа всем весом своего тела, закинув руки ему на плечи. — Помогите! Дрим… Дрим! Моя спина… Не могу дышать. Они бродили по парку еще почти целый час после этого, смеясь и разговаривая, вспоминая все глупое дерьмо, которое Дрим говорил, когда он все еще пытался — или нет — скрывать свои чувства. И затем, к счастью, прежде чем они вызвали Убер, чтобы отправиться домой (Сапнап давно уже бросил их) с помощью Реддита Дриму чудесным образом удалось убедить Джорджа в том, что секс в Disney World далеко не так увлекателен, как это можно было представить, а на самом деле привело бы к тому, что их не только арестовали, но в его случае еще и депортировали. На что Джордж начал немного дуться (очень дуться). И это все еще было так чертовски странно. Дрим не мог до конца понять этого, продолжал прокручивать в голове последние два часа снова и снова и пытался привыкнуть к тому факту, что Джордж по какой-то причине действительно был заинтересован в нем.* * *
Уже было около часа дня, и они спали слишком долго — как обычно. Теперь, когда Дрим и Джордж переехали в одну комнату, Сапнап больше не мог врываться в спальню и беспокоить младшего, чтобы тот наконец проснулся (что раньше творило чудеса с их графиком сна). Так что теперь вдвоем они могли просто лежать и блаженно дремать, пока комната была освещена всего лишь полоской солнечного света, проникающей сквозь занавески, слушать пение птиц и отдаленные звуки радио. Однако то, что Сапнап больше не врывался в спальню, не мешало ему стучать в дверь каждые пять минут — что делало утро Дрима и Джорджа менее спокойным. — Ребят, пожалуйста. Хватит обниматься или что за херню вы там делаете. Я знаю, что вы наслаждаетесь домашней атмосферой и обществом друг друга, но крепсы остывают, — прокричал Сапнап у двери. — Это панкейки! Сгинь! — зевнул Джордж, потянувшись, прежде чем снова зарыться под одеяло, прижавшись к боку Дрима и свернулся калачиком у него под мышкой, положив свои холодные ноги на ноги парня так, что тот взвизгнул от неожиданности. Каждый гребаный раз. — Что тебе вчера снилось? — невинно спросил Джордж, как только его приступы злобного смеха утихли. И наконец-то Дриму не нужно было врать. — Ты. Как всегда. — Хах. Мне тоже, — Джордж подавил еще один зевок. — Видимо гении мыслят одинаково. — Видимо. — Было что-то странное? — Э-э, нет. На самом все было очень спокойно. Мы лежали как сейчас, разговаривали. Ты поцеловал меня. Джордж фыркнул: — Скучно. Дрим, ты скучный. — Да ладно тебе. Тогда что же снилось тебе? Одеяло зашуршало, когда Джордж приподнялся, быстро чмокнув его в щеку, прежде чем снова плюхнуться на подушки. — Я думаю, что тебя похитили инопланетяне, и мне пришлось сражаться с ними или что-то такое. Чтобы вернуть тебя. — Рад узнать, что ты так высоко ценишь меня и мою способность защитить себя. — Извини, чувак. Очевидно, я... Как там это было? Охотник? Ты охотница. Сны не лгут. Возможно, Джордж был в чем-то прав. Это была не странная аналогия того, кто снизу (очевидно, он знает ответ на этот вопрос), но сны всегда знали о его чувствах намного раньше, чем он сам это осознавал. Но он надеялся, в случае Джорджа это не означало, что в ближайшее время их действительно похитят инопланетяне. — Кстати, ты знал, что ты говоришь во сне? — продолжил Джордж, бормоча сквозь вздох и снова закрывая глаза. — Ты такой громкий, чувак. Мне теперь нужны наушники с шумоизоляцией, чтобы спать в той же постели, что и ты. Дрим поперхнулся: — Я – что?!
Примечания:
если честно, немного недовольна своим переводом, поэтому прошу простить за ошибки и опечатки :( потратила на фанфик около месяца и из-за этого не могла его просто бросить. но надеюсь, что работа найдет своих читателей, потому что мне очень понравилась идея! <3
