Необычная Практика

Найти методиста оказалось не такой сложной задачей: оббежав штаб и вожатскую, Илья увидел мучителя в дискозале.       Зайдя в тёмное помещение, парень умудрился запнуться за что-то: это была перевёрнутая лавка. Когда глаза привыкли к темноте, Илья смог разглядеть силуэт, стоящий у окна: руки его были скрещены сзади, спина натянута, как струна, лица было не видно, поэтому и узнать, какие же чувства испытывает сейчас Сергей Александрович, было непросто, но вполне возможно.       - Понравилось тебе ломать парня?! - стоя в проходе, прошипел воспитатель, так как шуметь было нельзя: весь корпус спал.       - Пришёл проучить меня? Я считаю его просто игрушкой, которая провинилась, и со злости я чуть её не сломал. Это всё, что могу тебе сказать, - голос методиста был холоден, как сталь, не было ни нотки сострадания к парню, ни стыда за содеянное.       - Кто позволил так издеваться над ним?! Кто дал тебе права на этого человека?! - сдерживать себя, чтобы не убить методиста, было чертовски сложно, в глазах Ильи искрились молнии, кулаки сжимались до хруста.       - Я же уже сказал, что он моя игрушка, и никто не мог дать мне права на этого человека, поэтому я сам взял их, - мужчина говорил, не оборачиваясь в сторону, где стоял Илья, от чего парень уже начинал закипать: ему казалось, что его не ставят вообще ни во что.       - Тогда я забираю их... - сказав это, рыжеволосый подошёл к методисту и, схватив его за плечо, развернул Сергея Александровича, впечатав в стену рядом с окном с такой силой, что несколько кусков краски явно откололось.       В тот момент, когда он увидел глаза брюнета, всё стало ясно: Сергей Александрович говорил правду. От осознания Илье просто снесло крышу, парень даже не успел подумать о том, что творит: мышцы его среагировали автоматически - удар в солнечное сплетение заставил мужчину захрипеть и осесть на пол, после чего последовал бы удар коленом в голову, и, кажется, исход разговора, который перерос в настоящую драку, стал бы известен, но нет, ведь не может же быть всё так просто. Такими действиями можно и челюсть с носом на раз два сломать, а заметят - убьют самого.       Передумав добивать методиста, Илья схватил его за грудки, приложил напоследок хорошенько о стену и посадил обратно на пол. Чтобы слова лучше доходили до контуженного брюнета, Илья присел на корточки и развернул кверху за волосы голову Сергея Александровича, чтобы тот точно смотрел ему прямо в глаза и слышал абсолютно все, что скажет напоследок вожатый.       - Если я узнаю или у меня возникнет подозрение, что с Максимом что-то произошло, я за себя не ручаюсь, ты меня понял? - выплюнул эти слова в лицо методиста Илья.       Время подходило к пол 3 ночи, а значит, что все вернулись с планёрки и уже пора идти обсуждать завтрашние мероприятия и немного подготовиться к ним.       Вернувшись в кабинет медсестры, на Илью сразу налетела испуганная Вика.       - Почему ты мне не рассказал о том, что с ним случилось? Почему заставил выпутывать правду? - в глазах девушки закипала буря.       - Что он тебе рассказал? - вожатому было интересно, что же рассказал Максим.       - Он говорил о том, что сильно поругался с Сергеем Александровичем, после чего они подрались, и, поскользнувшись, Максим налетел головой на край кровати, - девушка не врала: Максим и правда очень хорошо скрыл то, что с ним на самом деле случилось.       - А из-за чего не сказал? - спросил с интересом вожатый.       - Нет. А ты знаешь? - ответила с волнением Виктория.       - Тоже бы очень хотел знать. А где наш боец? - Илья обогнул взглядом кабинет, но подопечного не нашёл.       - Он сейчас в изоляторе. Я дала ему снотворное, пусть теперь отсыпается после всего случившегося. И тебе бы не помешало поспать, ты ведь разнял этих драчунов, герой. - тихим голосом, чтобы не нарушить покой, спящего и пережившего главный кошмар своей жизни, Максима, ответила медсестра.       - Какой из меня герой, да и спать мне пока не положено, надо готовиться к завтрашнему дню, всё-таки тематический день нашего отряда, надо быть на высоте, - сказав это, Илья улыбнулся, скорее даже не девушке, а своим мыслям о том, что с парнишкой теперь всё хорошо.       - Я, пожалуй, пойду, присмотри за ним и скажи, чтобы пока отдыхал и не лез больше в драки... А, ещё передай, что я буду его навещать, - последние пару слов дались воспитателю с большим трудом, так как смотреть на друга, ставшего родным за такой короткий срок, разбитого внутри и покалеченного снаружи, без боли было невозможно. Илья сам не захотел бы никогда, чтобы его видели в таком состоянии, почему-то в этом зеленоглазый был уверен.       Попрощавшись с Викой, парень ушёл к себе на этаж, оставив своего бедного друга на попечение медсестры.