Красные огни

Правила игры в «Я никогда не…» предельно просты — веселиться и пить. От игроков не требуется выполнения странных и нелепых заданий, как, например в «Правда или действие». Проще простого, верно? Ведь это всего лишь игра? Тогда почему сердце Чонвона рвалось из груди как бешеное? В голову ударила волна паники. Будто кто-то сейчас вскроет душу и вынет из его огромного шкафа гору скелетов, под которыми надёжно похоронена маленькая шкатулочка с самым страшным секретом. Каждый взгляд казался пронзающим насквозь, словно все норовили прознать именно о его главной слабости. Если будет нужно, он сделает что угодно, лишь бы зарыть это вместе с теми, кто раскроет его. Сценарии подобных вечеров всегда до банальности одинаковы, как по заранее написанной инструкции. Пока народ относительно трезв и умеет кое-как формулировать мысли, держа хлипкие рамки приличия, всё начинается с простенького, что-то по типу покраски волос, поездки в другие страны, неловкие, но весёлые ситуации. Разогрев и проверка на готовность к большему. Спустя пару кругов каждый пропустит по 2-3 шота, и теперь вы все не просто незнакомцы, а сплочённая компания людей, собравшихся с одной целью — весело провести время, тогда и начинают рушиться стены неуверенности, вопросы плавно переходят на граничащие со здравым смыслом темы, и конечно здесь уже не каждый готов вывернуть душу наизнанку, но ещё через пару-тройку рюмок всем становится плевать даже на самую откровенную дичь, потому что на счету каждого числится свой грешок разной степени безрассудства, в конечном счёте они теряют право на осуждающие взгляды и удивленные цыканья, сами то ведь не лучше. Чонвону, вопреки страхам, довольно сильно повезло, он почти не пил на самых каверзных и откровенных вопросах, слишком уж скучная и однообразная жизнь у парня была все эти восемнадцать лет. — Я никогда не… ненавидел человека, а потом сожалел об этом. Когда Сонхун выпил очередной глоток, поморщившись, Сону усмехнулся и покачал головой. Повезло тому человеку, из-за которого даже сам непоколебимый и жестокий Пак Сонхун способен испытать такие непривычные чувства как сожаление и стыд. Может когда-нибудь и они придут к пониманию, но явно не в обозримом будущем. — Я никогда не мечтал быть кем-то другим. Стать кем-то другим? Ни за что, Сону никогда не променял бы свою жизнь, ведь он сам долгие годы трепетно лепил ту изящную, наполненную уверенностью и излучающую положительную энергию личность. Да кто вообще всерьёз хотел бы уничтожить нынешнего себя ради призрачного шанса увидеть иную сторону жизни? Наверно только самый отчаявшийся и потерянный человек с запущенными психологическими проблемами. Или Пак Сонхун, с грохотом опускающий пустой стакан на столешницу. Вот что-что, но это было действительно неожиданно. Сону поёжился от прошедшей волны мурашек, стало как-то не по себе. Он думал, что Сонхун эгоистично любит себя и не страдает комплексами. — Я никогда не… изменял своему партнёру — когда девушка со звонким голосом вызывающе вскинула брови и сощурила глаза, а Джей выпил, не теряя своего равнодушного лица, в комнате стало на пару децибел тише. Не то чтобы новость была шокирующая, просто о подобном не принято говорить вслух. Но ведь это всего лишь игра. Йерин состроила гримасу и выпила вслед за ним, спустя неловкие двадцать секунд и одну победную улыбку, растянувшуюся на лице той смелой блондинки, рискнувшей забросить провокационную удочку, внутри компании вновь стало шумно, а вопросы на короткое время перешли в более мирное и позитивное русло. — Ну вот, а говорила «красивая пара», нечего завидовать, тебе такие отношения точно не нужны — Сону уже порядком успел сдружиться с девушкой в жёлтом, которую, кстати, звали Джихо. Они обсуждали буквально каждую мелочь, вместе посмеиваясь над чем-нибудь и втихаря делая ставки на то, кто здесь самый безбашенный и кто быстрее напьётся. — Жаль… — девушка наклонилась к своему собеседнику максимально близко, чтобы ненароком не спалить их разговор — ну вообще-то, если честно, они со стороны выглядят не очень гармонично. Внешне то да, а вот по лицам сразу видно, что что-то не то. — Рядом с этим придурком ни один человек хорошо выглядеть не будет — невнятный бубнёж Чонвона было хоть и не так просто разобрать, но, к огромному сожалению, его голос прозвучал достаточно громко, чтобы Сону тут же зашипел и ущипнул его за руку. Зараза, развесил уши и сидит подслушивает, ещё и внимание лишнее привлекает. — В этой комнате есть человек, который мне нравится — светловолосый парень с хищным прищуром прошёлся по лицам, остановив взгляд на Сону и поднял рюмку, продемонстрировав «приветливый оскал». — Эй, Джиун, ты опять задаёшь вопросы не по правилам! Каждый вопрос начинается с «Я никогда не…», ещё раз нарушишь - выгоню! — именинница обиженно надула губки и толкнула своего друга в бок. — Это реально настолько пиздецки важно? Могу я тогда просто пропускать свой ход каждый круг? Да и вообще мне как-то подзаебалось сидеть здесь, когда пойдём заниматься чем-то более интересным? — он перекинулся многозначительными взглядами с другими двумя парнями, один из них присвистнул и одобрительно кивнул в ответ. — Ладно, давайте просто сделаем небольшой перерыв. Выйдем покурить. Минджэ, Джиун, вы пойдёте? — девушка вытрясла из сумочки пачку сигарет и окинула взглядом друзей. — Валите, я остаюсь. Парень крутил в руках серебряную зажигалку с выгравированной на ней змеёй, сверкающей двумя зелёными камушками, и пожирал глазами Кима, которого до жути напрягали его яркие светло-жёлтые линзы, да и вообще этот Джиун казался опасным и крайне неприятным типом, парень был из той самой компашки, которая появилась вместе с Йерин, точнее он и пара его приятелей с шумом ввалились позже всех остальных, мгновенно устроив беспорядок. В ходе разговоров он много раз делал странные замечания и отпускал непристойные шутки, чем сразу заработал себе клеймо «того самого человека, от которого стоит держаться подальше». В комнате стало ощутимо свежее, после того как большая часть народа удалилась на перекур, оставив шторку приоткрытой. Здесь находились только друзья-первокурсники, этот пугающий светловолосый парень, три девушки, включая Джихо, и два неразлучных заскучавших Пака, странно, что один из них не побежал за своей пассией. — Учишься? — М? — Сону сжал своё бедро вспотевшей ладошкой, когда прямо впритык к ним придвинулся Джиун. Блять, вот чего ему надо? Если бы не Джихо, служившая хоть какой-то преградой между ними, то Ким скорее всего сбежал бы под любым рандомным предлогом, не забыв прихватить расплывшегося на диванчике друга, которому уже походу было вообще похрен на творящиеся вокруг вещи. — Ты ещё студент? — Здесь вроде как все… — Нет, не все. Его отчислили ещё два года назад — Джей на секунду оторвал взгляд от мобильника, с ухмылкой кивая в сторону Джиуна, тот же полностью проигнорировал его неожиданное вмешательство в разговор, сфокусировав всё внимание на испуганном лице жертвы своего непрошенного интереса. — Сколько тебе лет? — он убрал с лица оскал и закинул руку на спинку дивана, оставив без внимания возмутившуюся рядом девушку. Его конечность как бы невзначай потянулась к плечу Сону. Первокурсник перевёл взгляд на толстый перстень, охватывающий большой палец, а потом на тянущуюся от него тонкую вязь странной татуировки, уходящей под рукав. Стоит ли изъясняться с ним в более мягкой форме, чтобы не нажить лишних неприятностей? Или… — Я первокурсник, тебя что-то смущает? — чтобы не упасть в глазах других, а прежде всего повысить собственную уверенность, Сону выпрямился и перешёл в наступательно-оборонительную манеру речи. А стоило ли? Джиун резко пихнул уже несопротивляющуюся Джихо ближе к краю, чтобы оказаться прямо напротив лица Кима. — Да разве что только каменный стояк в моих штанах при виде твоих влажных розовых губ, а так ничего — он оказался настолько близко, что Сону поморщился от горячего дыхания на своей щеке. Скорее всего никто не понимал, что происходило в крохотном пространстве между ними, но зато сам первокурсник слышал всё отчётливо. Запахло горелым, или просто померещилось, но к горлу подкатил плотный ком из страха и остатков бутерброда, съеденного полчаса назад. Первокурсник приоткрыл рот, судорожно вбирая в лёгкие кислород, и побелев, ещё сильнее вжался в Чонвона, который и так занял весь несчастный угол дивана. — Молчишь? Только не говори, что не понял. Я могу повторить, только уже в более доступной форме — его змеиный шёпот просочился в голову словно яд, заставляющий напуганную жертву впасть в оцепенение. Он был во тьме, и тьма сковала его плотными цепями. Не первый раз Ким Сону слышал в свою сторону какие-то грязные намёки, раньше дать отпор было так просто, но сейчас будто чужие липкие холодные пальцы уже держали его за горло. Помогите — Я… — звук пришедшего на чей-то телефон сообщения выдернул его из отягощающих мыслей. — Ну так что… блять! — Джиун вскинул руки и смачно выругался, осматривая растекающееся по штанам мокрое пятно. — Ох, я такая неловкая, извини. Так много выпила, что совсем потеряла координацию — Джихо округлила глаза и засуетилась, предпринимая неловкие попытки закидать этого бандита-домогателя горой салфеток. Не оставалось сомнений, что девушка специально смахнула с края стола бокал с ярко-зелёным коктейлем. Сону ей настолько благодарен, что готов был вот-вот упасть и рассмеяться от радости вперемешку с облегчением. — Дура, смотри куда руки суёшь — он оттолкнул её ладонь и, отмахнувшись от расспросов, выскочил наружу. Сону сжал запястье Джихо, поворачивая к себе, и одними губами прошептал слова благодарности. Её немного потряхивало, видимо девушка тоже не слабо перепугалась. — А чего этот ненормальный свалил? — именинница стояла в проходе, оглядываясь куда-то назад и вниз. — В туалет приспичило — Сонхун, до этого мрачно скрывавшийся в тени, повёл бровью и пригласительно махнул рукой, пропуская мимо себя двух парней. Его глаза полностью прикрывала длинная чёлка, и до этого момента можно было подумать, что он прикорнул в сторонке и не видел ничего, из того, что длилось последние минут десять. — А дождаться нас не мог? Вот ведь… ну что, если вы ещё недостаточно в хлам, то продолжим игру! Отказы не принимаются. — Всё нормально? — новая знакомая Кима заглянула ему в глаза и, чтобы не привлекать лишнего внимания, заговорила шёпотом — чувствуешь себя хорошо? Он поднял палец вверх и улыбнулся. Действительно, почти отпустило, осадок остался, но в ближайшее время всё пройдёт, как и всегда. Никакой придурок не сможет испортить ему вечер. Главное — не пропускать через себя, чтобы эта жуткая история не запечатлелась в подкорке мозга. — Я никогда не… плакал во время просмотра фильма. Ну, давай, Джихо, пей, мы знаем, как ты ревёшь над сопливыми дорамами! — Боже, а ты как будто никогда со мной вместе не ревела — девушки рассмеялись и выпили по стаканчику апельсинового сока. Правила касаемо алкогольных напитков были немного изменены, потому что слишком крепкие напитки выводили из игры достаточное большое количество народа за очень короткое время, теперь через каждый круг можно было ограничиться лимонадом, ну или соком, как в этом случае. — Я никогда не… целовал человека своего пола. Подавляющая часть девушек как-то слишком заговорщицки захихикала, они чего-то ждали и очень пристально стреляли глазами в парней. Вот же мегеры, не дождутся. Чонвон выпил, не поднимая глаз и не прекращая залипать в матовую поверхность чёрного стола. Ладно, он уже не в том состоянии, чтобы слышать и разбирать чужую речь, поэтому скорее всего просто попал в момент, ведь если бы это было правдой, то лучший друг давно узнал бы. Верно? Сону очень внимательно осмотрел фигуру напротив, выпивая без каких-либо промедлений. В зрачках проскочила молния. Ему стесняться нечего, а для кого-то этот глупый мимолётный вопрос целое испытание. Это было подобие вызова — будешь ли ты честен? Только не отводи глаза. Если не выдержишь цепкий взгляд на себе, то проиграешь. Лицо Сонхуна дрогнуло, он отвернулся, бессмысленно листая меню в телефоне. Слабак. Когда в последний момент, качнув головой и сильно помедлив, выпил Джей, его друг удивленно нахмурил брови, но ничего не сказал, сделав в голове неожиданную пометку. А вот Йерин, кажется, такое откровение не слишком понравилось. Совсем не понравилось. Она что-то злобно шепнула своему парню и вцепилась ногтями в предплечье. Кажется, этим двоим стоит наконец-таки поговорить, а не устраивать из чужого праздника драму. Сону порядком устал смотреть на их нервные перешёптывания. Чонвон ощутил дрожь, вспышкой прошедшей по всему телу, она сопровождалась покалывающими электрическими импульсами, это было мерзкое напрягающее чувство. Резко захотелось кого-нибудь ударить, неизвестно откуда изнутри поднялась волна злости и труднопреодолимое желание выпустить эту злость наружу. Но единственное, что он мог сейчас делать — гневно фырчать и расфокусированным взглядом смотреть в никуда. Только это. Что за злая мука медленно разрушала его когда-то здравый рассудок? Бешенство. Отвращение. Желание придушить всех. Негласное правило — всё, что было в игре, остаётся там. И все это понимают. Никакая информация не выносится за её пределы и не облагается дополнительными расспросами, даже если окружающим станет очень интересно. В ответ на это от присутствующих требуется только откровенность. В этом и есть главный интерес. Только «да» или «нет». По сути, это отличный способ снять напряжение и тяжёлый груз тайн, такой своеобразный сеанс психотерапии. А если всё же найдётся назойливая мошка, от неё можно отбиться одним лишь: «Правда? Я тогда был очень пьян, даже не помню, что за вопросы были, просто пил со всеми, о чём ты вообще? Ничего не было», ведь достоверно никто не узнает — сказал ты правду, выдумал пару интересных фактов в своей скучной биографии, или же просто захотел выпить. Это ведь всего лишь игра. Наверно поэтому Чонвон никогда не наберётся смелости, чтобы оборвать кандалы, тянущиеся за ним несколько месяцев подряд. — Эй, ты как? — Сону громко зашептал ему прямо в ухо, на долю секунды напугав своим внезапным вмешательством в сознание парня. — Как же меня заебало… — Ян громко вздохнул и зажмурился, накрывая глаза ладонями. — Понял, пора домой — Сону встал, чем привлёк внимание других и уже громче сообщил — ребят, нам пора, ничего, если уйдём прямо сейчас? — он очаровательно улыбнулся, придерживая своего шатающегося друга и взглядом показывая остальным, что если сейчас же его не утащит, то бедный парень завалится прямо здесь и тащить его придётся потом всей тусовкой. — Я помогу — Джей как будто только и ждал удобного повода, чтобы сбежать, он подскочил с места, но Йерин крепко сжала запястье, не отпуская подорвавшегося Пака. — Эм, да не стоит, мы сами…как-нибудь — Сону неловко улыбнулся и перевел взгляд с Джея на совсем растерянную девушку, зрачки которой сузились от ярости. Ему совершенно не хотелось стать центром очередного конфликта этой неугомонной парочки. — Ты свалишься по дороге вместе с ним. Сону, твой друг не пушинка. Нам всё равно в одну комнату так и так. Пошли. — А меня проводить не хочешь? — Йерин сжала в руках цепочку дорогой сумочки, уже не скрывая возмущения и повысив голос. — Подождите пару секунд, мы сейчас вернёмся — он схватил её за локоть и вывел из помещения. С лестницы послышался громкий шёпот и ругательства, длившиеся минуты три, после чего голоса резко затихли, а потом сменились на более спокойный тон. Чонвон даже открыл глаза и уставился в потолок, силясь понять смысл происходящего, но до него так и не дошло. Пролетело порядка семи минут, прежде чем назад в помещение в одиночку зашла девушка, лицо её сильно покраснело, она пыхтела как паровоз, но молча села и схватила бокал, до краёв наполненный игристым вином. Джей приоткрыл портьеру и жестом подозвал Сону, который, тепло попрощавшись с Джихо и не забыв обменяться с ней соц. сетями, потащил за собой Чонвона. — Что с ним сегодня произошло? — Пак подхватил одну руку первокурсника и закинул её себе на плечо, вторую оставив на плече Сону. Из-за разницы в росте было не слишком удобно, зато ощутимо легче. — Без понятия, он не нажирается настолько сильно обычно, да и вообще Чонвон трезвенник. Это я виноват, что не проконтролировал его первый приём таких серьёзных напитков. Мне жаль — парень сконфуженно сморщился и пнул ветку, неудобно попавшуюся под кроссовками. — Он взрослый мальчик, должен иметь свою голову на плечах. Друзья - это конечно прекрасно, но ты не обязан брать полную ответственность и охранять его как зеницу ока — Джей всматривался в тускло освещенную дорожку и каждый раз, тихо ругаясь, поправлял съезжающего окончательно обмякшего Чонвона. — К чему это? — Кима насторожили философские наставления старшего по поводу их дружбы, он ведь ничего не знает, чтобы говорить за них. — Я вижу больше, чем ты думаешь. Сону, он мой сосед, я не любитель подслушивать, но по фейстайму вы болтаете слишком громко. С твоей чрезмерной опекой ничего хорошего не выйдет. Рано или поздно друг начнёт скрывать что-то, лишь бы не получить лишний контроль с твоей стороны. Он начнёт переживать за твои переживания и беспокоиться за твои беспокойства вместо того, чтобы думать о себе. Слова казались до боли знакомы, ведь именно это и сделал сам Сону в прошлый раз, и делает это по сей день. Скрывает все жёсткие и неприятные моменты, лишь бы не доставлять близкому человеку лишних проблем. Неужели лучший друг такой же? На улице подул вечерний ледяной ветер, тёмное небо затянулось белыми снежными облаками. Жестом притормозив Кима, Джей накинул свою куртку на плечи Чонвона, сам оставаясь в одной тёплой толстовке. Немного помолчав и поборовшись с сомнением, первокурсник всё же решился спросить то, о чём хотел узнать с другой стороны баррикады: — У вас ведь какой-то конфликт, да? — Конфликт если и был, то только со стороны Чонвона. Я претензий к нему не имею. А вот у тебя с моим другом более серьёзные проблемы. Всё и правда настолько плохо? Соскакивать с темы он мастер. — Ты про Сонхуна? Да мы просто немного не сошлись во мнениях — Сону хмыкнул и отвернулся — слишком по-разному смотрим на мир. — Я знаю, что произошло. На этих словах парень резко затормозил и встал как вкопанный. Из-за активных телодвижений Чонвон недовольно закряхтел и заворочался. Но Киму было всё равно, его бросило в дрожь. Неужели Пак не умеет держать язык за зубами? Вот сволочь. Они же договорились забыть произошедшее, а вместе с этим действовало и правило молчания. — Что ты знаешь? — его потемневший взгляд из-под чёлки предвещал скорый конец одного ужасного, просто отвратительнейшего брюнета, который, кстати, всё ещё был там, откуда они вышли, поэтому вернуться и свернуть ему шею не составило бы особо труда. — Ну то, что ты гей и именно из-за этого Сонхун тебя так невзлюбил. Хотя по твоему лёгкому и заинтересованному общению с девушками так не скажешь. Сону облегченно выдохнул, час кончины Пак Сонхуна откладывается на неопределенный срок. — Потому что я не гей, а бисексуал, это разные вещи — с сердца будто груз свалился. Ну конечно, он же не настолько тупой, чтобы сходу признаваться своему другу в том, чем занимается с другими парнями на вечеринках. — Но почему ты Сонхуну не скажешь? — Джей удобно подхватил Чонвона за талию, перетащив почти весь его вес на себя, и одной рукой зажёг последнюю, случайно нащупанную в кармане сигарету. — Думаешь, он различает? Ему всё равно, главное, что мне потенциально могут нравиться парни. А тебе самому как? Ты так же срёшься с другими из-за их ориентации, или всё же только с другом так не повезло? — Мне плевать кто и с кем лежит в одной постели. Но знаешь, не стоит его винить так яростно, безусловно он не заслуживает полного снисхождения, но его предвзятое мнение не с потолка же взялось… по крайней мере, я так предполагаю. Повод есть. Люди не меняются по щелчку пальцев и не впитывают ненависть из воздуха. — Что ты имеешь в виду? — Знаешь, давай ограничимся этим, я не могу разбазаривать тайны своего друга, да и мои слова остаются всего лишь в рамках предположений, не претендующих на истину в последней инстанции. — Приму к сведению. Когда Чонвона, уже видевшего десятый сон, скинули на кровать, Сону отдышался и попросил стакан воды, прежде чем пойти в свою комнату и так же завалиться, собираясь проспать как минимум двое суток. — Я точно могу оставить его в таком состоянии с тобой? — он покосился на ворочающегося сладко посапывающего Чонвона и Джея, который находился вполне себе в здравом рассудке. — А что не так? Думаешь, я никогда не выхаживал своих набухавшихся друзей? Знал бы ты, как однажды нажрался Сонхун, он чуть не сдох… ладно, опустим этот момент. В общем проблем не возникнет, не брошу я твоего друга помирать. — Слушай, прямо говоря, дело не совсем в этом — Сону замялся и нервно сцепил руки за спиной — не расценивай это как переход на личности, но я догадываюсь как ты падок на девушек, и сегодня твой ответ про поцелуй с парнем посеял во мне ядро сомнений, ты случайно не… — Нет — Джей сказал это жестко и слишком быстро, сверкнув глазами так, что все сомнения в его порядочности как рукой сняло. И Сону действительно с лёгкой душой плюхнулся в кровать.