Красные огни

В маленькой квартире уже давно затихли громкий смех и радостные поздравления, на горизонте показалась тёмно-красная полоса, покрытая туманной дымкой, предвещающей скорый рассвет, Чонвон сидел в темноте и смотрел на медленно опускающиеся редкие хлопья снега. Ощущение тоски и глухой пустоты, накатившее с новой силой, навалилось хмурой тучей на его плечи. Иногда это чувство могло коварно притаиться в самой тени подсознания, и в такие моменты казалось, что в жизнь вернулись привычные краски. Вот-вот слышатся громкие салюты, а вот Кей смог вырваться из бесконечной череды рабочих графиков и крепко стискивает в объятиях возмущенного, но такого счастливого Хисына, а рядом беззаботно смеющийся Рики, который без стеснения отпускает провокационные шутки, но все смеются, потому что им просто хорошо, и вот сам Чонвон, открыто улыбающийся и смотрящий на всё это с лёгкостью на душе. Ему тоже хорошо. А потом это кончается, и вместе с тем, как всё стихает, мир Яна окрашивается в серый. — Джей-хён, где ты? Почему так тяжело? — шептал первокурсник в пустоту, обводя пальцем узоры в самом уголке замёрзшего стекла. Чонвон обхватил одно колено рукой, и положил на него подбородок, сонно моргая. Как же он устал. Было немного холодно, нога, свисающая с широкого подоконника, давно затекла, но ему всё ещё не хотелось идти туда, где мирно спят его друзья, потому что рядом с ними непроизвольно выступали слёзы на глазах. Он просто хочет побыть в одиночестве. На спину мягко опустилась чья-то рука, отчего парень вздрогнул, ощущая внутреннюю тревогу. — Чонвон… не хотел тебя беспокоить, это я — голос Хисына впервые за всё время их знакомства звучал настолько неуверенно, что Чонвон кожей почувствовал неловкость, исходившую от него. — Ты давно тут? — первокурсник тряхнул длинной челкой и посмотреть сквозь ресницы на мнущегося старшего. — Нет, зашёл попить воды. Не спится? — Ты ведь не это хочешь спросить, да? — Ян слабо улыбнулся, он правда устал быть наедине со своей болью, да и сил чтобы оправдываться уже не осталось — много услышал? — Честно? Я не особо понял, но… какая между вами связь? — Ли мучился в сомнениях и догадках, вдруг он не так воспринял его слова, может младший сидел тут и проклинал Чонсона, а ему показалось совсем другое, слишком уж первокурсник был спокоен для того, кого спалили на монологе о предмете симпатии. Да ну, чтобы Чонвон и Джей… нет. — Хён, как думаешь, можно ли оставить человека в прошлом, руководствуясь только его поступками? Можно ли внушить себе, что его роль в твоей жизни не должна иметь значения? Можно разлюбить кого-то насильно? Досада, мучение, сухое отчаяние, всё смешалось в маленьком мире Чонвона. Старший ощутил, как в груди что-то закололо, отзываясь на стенания хрупкого разбитого сердца. — Не знаю… насколько всё сложно? — Хисын не любит церемониться, он не станет ходить вокруг да около, полунамёками вытягивая из собеседника информацию по крупицам, но и прямо тоже не спросит, потому что заботится о комфорте других. Такой вот он, и именно это делает его в глазах других человеком, который может понять и объяснить буквально всё. Но только не в этот раз. В этот раз даже Ли Хисын бессилен. — Не беспокойся, это временно — первокурсник вдруг оживился и слабо улыбнулся, прищуривая глаза — неожиданно, да? Я тоже не ожидал, что всё так будет. Чонвона иногда называли настоящим воплощением милоты, особенно в детстве, и особенно, когда он улыбался. Мама всегда говорила, что очаровательные ямочки, данные ему от природы — настоящий подарок, оружие, способное зачаровать любого, кто увидит его искреннюю улыбку. А Ян так не считал, эти проклятые ямочки появлялись на его лице не только от счастливой улыбки, но и от вот такого горького болезненного смешка. Какое же это очарование? — Что нам теперь делать? — Ли прислонился спиной к стене и поправил свалившуюся на глаза прядь. — Нам — ничего, мне — жить дальше и мириться с этим. В конце концов мир знает множество историй с трагичным концом, и лучше, чтобы эта история вообще не начиналась, не хочу быть очередным героем трагедии. Это ведь просто детская влюблённость, да, хён? Он уже слишком много сделал, потратил чересчур много сил для того, кто не заслуживает даже понимания. Да, Чонвон не понимает Пака и его жизнь, не понимает его принципы, и понимать то особо не хочет, они полные противоположности. Да и нужно ли его понимание Джею? Конечно нет. Стоит ли продолжать осуждать его за каждый шаг? Тоже нет. От этого не изменится ни он, ни отношение Чонвона к его личности. Остаётся только ждать, сейчас он сам исчез из жизни Яна, это и должно быть тем самым шансом на избавление. — Не буду учить жизни, особенно в таких вещах, потому что сам ни черта не смыслю, но ты совершаешь глупейшую ошибку — Ли запрыгнул на подоконник и взглянул на горизонт, поёжившись, должно быть, за дверьми квартиры очень холодно. — О чём ты? — самой глупейшей ошибкой Чонвона было, разве что, влюбиться в мудака, но это он и так знает, а сейчас то что? — Зацикленность. Твои мысли ходят по кругу. «Жить и мириться» в твоей фразе означают: «Буду страдать дальше, но никогда не попробую разобраться с этим». Ты не углубляешься в проблему, Чонвон, ты плаваешь по поверхности и размазываешь сопли рукавом. — Хён, при всём уважении к тебе, но… ты думаешь, что я сидел сложа руки и ни хрена не делал? Попыток проанализировать свои чувства было много, как и устранить проблему. Я буквально ненавижу его. Что ты хочешь от меня услышать? — со стороны диалог наверно казался забавным, ведь они говорили о Джее как о какой-то головной боли, которую требуется искоренить любыми народными средствами. — Ты скатываешься на дно. — Ничуть — в Чонвоне вдруг взыграло детское сопротивление, он отрицал своё состояние только затем, чтобы поспорить, хоть это и было бессмысленно. — Видел себя со стороны? Скромный, но уверенный в себе парень за пару недель превратился в побитого загнанного щенка. С чьей подачи это произошло? Скажешь, Чонсон ни при чём? Тебя не разрушает это чувство? — Если бы тебе разбили лицо в подворотне, ты бы наверно тоже не сиял улыбкой на весь мир — Ян уже было пожалел о своих грубых словах, но в этом же есть доля правды? Тогда чем не аргумент? — Не в драке дело — Хисын устало выдохнул и покачал головой — ты бывший спортсмен и, если бы захотел, сбежал бы за доли секунды, а может и дал бы отпор. — Это не так… — парень шмыгнул носом и взъерошил волосы пятернёй, отворачиваясь от жёсткого взгляда. — Несколько дней назад я утверждал то же самое. Но Чонсон озвучил одну важную мысль, которую мне пришлось обдумывать, скажем, не так уж и долго, потому что она оказалась очевидной, это я просто был слепым. «Если бы этих слабых и невинных никто не избивал, я бы и пальцем не пошевелил, только вот Чонвон совсем не слабый, он не мог так просто испугаться и сидеть тихо в углу, пока его шпыняют толпой, он бы мало того, что начал махать кулаками в ответ, так ещё и парой ласковых приложил. Это только в твоих глазах он невинный ребёнок.» — Почему ты затрагиваешь мою личность? Как это касается того, с чего мы начали диалог? — Напрямую. Ты отдаёшь отчёт своим действиям, не глупый, крайне логичный, сдержанный. Так что же изменилось? Всего лишь один человек смог тебя сломать? И это ты называешь влюблённостью? — Он не всего лишь… — Чонвон повысил голос и резко замолчал, сжимая в кармане спортивок потрескавшийся телефон. — Ну же? Продолжай — черты лица старшего смягчились, он погладил плечо первокурсника, мягко прижимая к себе — Чонвон, расскажи мне… не оставайся один, помоги себе, а я поддержу.

***

— С чего вдруг столько свободы? — Джей сложил руки на груди, упираясь спиной в обеденный стол. Он с подозрением смотрел на отца, мечущегося по его новой квартире, и крутил в руках ключи от машины — раньше ты не спешил снимать мне отдельное жильё. С самого начала парню не понравились внезапные «подачки», свалившиеся по приезде отца. Совсем недавно тому было не столь важно, где ошивается сын, лишь бы мчался по первому зову и не портил репутацию, а здесь он вдруг решительно взялся за улучшение качества его жизни, выложив всё на блюдечке с голубой каёмочкой. — Пора перестать экспериментировать, твоя мать слишком много на себя берёт, разрешая тебе жить где попало. Какое общежитие?! Ладно, первые два курса я вам прощал вседозволенность, но подумай головой своей как это выглядит — вена на висках мужчины надулась, он был очень раздражён. — При чём здесь мама? Я сам выбирал, где остаться, мне так удобно, к тому же как студент имею полное право — проживя всю жизнь бок о бок с этим человеком, Джей прекрасно осознавал, что если не сдержит себя и перейдёт на активную агрессию, то их спору придёт конец только следующим утром, в лучшем случае. Ну или пока они друг друга не убьют. Природная баранья упёртость, чтоб её. — Чонсон, не зли меня. У тебя теперь своя квартира, я вытащил с того света твой покорёженный кусок металла, именуемый машиной, прости господи. Какие могут быть вопросы? Живи и наслаждайся. — Да-да, птица поймана в золотую клетку, дверца захлопнута. Перейдём сразу к делу? Какова цена? — он скучающе посмотрел на время, и поправил ослабившийся ремешок. Надо быстрее получить ответы, ведь то что всё это с подачи широкой руки… нет, в это Джей не поверит. Отцу что-то нужно поставить на другую чашу весов, и это что-то имеет немалый вес. — Хорошо. Ладно, ты меня раскрыл, великий детектив — мужчина поднял руки, странно ухмыляясь. — И? — Пока только одно - Йерин, ты должен сделать ей предложение в ближайший месяц — отец хмыкнул, опуская вниз уголки губ — согласись, проще простого. — Что ты сказал…? — глаза Пака округлились, он до побеления сжал губы, еле сдерживая поток ругательств, рвущийся наружу — каким боком здесь она вообще?! — Я твой отец — глава семьи подошёл к нему вплотную и посмотрел уничтожающим взглядом, с нажимом произнося — пока у тебя ни хрена своего нет, выполняй хотя бы мелкие просьбы. — Мелкие просьбы? — голос парня повысился на пару тонов, резанув слух — ты считаешь, что решение моего будущего — это мелкая просьба? — парень нервно усмехнулся, обходя светлое помещение по кругу. На какое-то время в воздухе повисла напряжённая тишина, Джей тёр переносицу, успокаивая накопившийся гнев. Отец из ума выжил? Совсем свихнулся? У них раньше были нормальные отношения, порой натянутые, но в целом сойдёт, так что за маразм происходит в данную минуту? — Забирай — Пак порывисто кинул на стол ключи с потёртым брелоком и карту от замка новой квартиры — бери всё назад. Я ничего не просил. Никаких помолвок, предложений, и прочей вот этой херни от меня не жди. — Стой — отец крепко сжал его окаменевшее плечо, спокойным вкрадчивым голосом проговаривая — ты молод, горячая кровь, девчонки, никто тебе не запрещает заниматься тем, чем хочешь, можешь и дальше валяться по подворотням со своими угашенными друзьями, встречаться с кем угодно, даже водить в эту квартиру всю свою шайку тебе никто не запрещает. Но она девушка, ей нужна гарантия будущего. — Меня должно волновать чьё-то будущее кроме своего? Кто из нас твой ребёнок, она, или я? Почему она волнует тебя гораздо больше? Я чего-то не знаю? — Джей сказал это без задней мысли, но реакция отшатнувшегося отца привела его в смятение. — Ты… щенок — отец потёр ладонями раскрасневшееся от напряжения лицо — Чонсон, разве я не учил тебя брать ответственность? Ты же мужчина. Я знаком с родителями этой девочки, они очень хорошо воспринимают ваши отношения, надеясь на общее будущее для вас. — Я ещё раз говорю тебе — нет. Можешь обобрать меня до нитки, забрать всё, что дал когда-то. Но ты не можешь лишать меня выбора — Пак грубо скинул отцовскую руку и пошагал вперёд, твёрдо намереваясь оставить позади всю прошлую жизнь. — Я разведусь с твоей матерью. Слова острым кинжалом прилетели в спину, заставляя парня замереть в холодном испуге. Джей в принципе мало интересовался взаимоотношениями родителей, это было похоже на стандартные отношения между мужем и женой, которые достаточно долго прожили вместе, чтобы чувствовать уважение друг к другу, и существовать рядом по привычке. Не самые лучшие чувства, но так живут большинство супружеских пар их возраста. Но пойти на такой крайний шаг ради какой-то там бесперспективной помолвки? Использовать в качестве угроз мать? Если они разведутся, это будет значить одно — мама останется ни с чем, отец сделает всё, чтобы лишить её последней монеты. Что за херня? Джей медленно обернулся назад, сжираемый чувством потери собственного достоинства. — Ты мой единственный наследник. Не хочешь продолжать мои дела? Пожалуйста, иди и делай себе замену, когда твой ребёнок вырастет, ответственность ляжет на него, если я к тому времени не буду лежать в сырой земле. — Это шутка? — парень смотрел на него как на умалишенного, у отца были странные заскоки, но такого конченного бреда он не слышал никогда, это звучало скорее в духе каких-нибудь фильмов про семьи миллиардеров, но их семья к таковым даже близко не принадлежала. Отец всего лишь руководит одним из филиалов крупной компании, он даже не владелец собственного бизнеса. — От твоего решения зависит всё. Всё это заранее было продумано, Джей понял это, когда вспомнил что отец вернулся домой один, значит мама сейчас скорее всего у бабушки, а это, в свою очередь, может значить, что она так и останется там. Пак в тот день вернулся поздно, и обнаружив непривычную темноту, сразу же подумал о том, что Чонвон, стало быть, уже спит, но обратив внимание на неряшливые высохшие следы от обуви на ранее чистой лестнице, Пак напряжённо оглядел второй этаж, и с удивлением обнаружил отца, сидящего за широким рабочим столом. Его лицо было опущено на сложенные руки, мужчина потирал глаза, и что-то невнятно бормотал, в помещении еле уловимо пахло каким-то знакомым ароматом, но парень так и не понял чем именно. В ту же ночь мужчина сообщил о том, что теперь будет снимать сыну квартиру, а машина уже ждёт его на парковке. — Ладно — Джей взял себя в руки и шумно втянул воздух — давай подумаем хорошенько. Я всё ещё студент, какая может быть помолвка? Мне доучиться надо, как и Йерин, если уж речь идёт о ней. Как её родители отнесутся к такой спешке? — Продолжай — отец скривился, не ожидав, что у сына всё ещё хватит сил вести словесную борьбу. Пак быстро зацепился за шанс и развивал тему дальше, на ходу генерируя аргументы один за другим, в какой-то момент он даже почувствовал небывалое воодушевление и почти что увидел свет в конце тоннеля. — Я без работы, что подумают твои коллеги, если ты будешь помимо своего сына-раздолбая обеспечивать ещё и его невесту? — парень поднял брови, уже чувствуя, что идёт на пути к победе. — Ну а я могу дать тебе эту работу и никаких проблем не будет — мужчина развёл руками, словно это действительно сущий пустяк. — Кроме твоих партнёров, такое опрометчивое решение негативно отразится на образе компании, ты же честный руководитель, что скажут другие, если пропихнёшь сына-студента на значимую должность? — не останавливаясь на уже достигнутом, Джей решил использовать контрольный аргумент, некогда подброшенный его же отцом — ты меня видел вообще? Уверен, что доверишься вот этому? — он обвёл руками свой совсем не презентабельный прикид и качнул серёжку в ухе. — Хорошо, чесать языком ты умеешь, научил на свою голову — отец скрыл гордую ухмылку, кашлянув в кулак, и подвинул ключи ближе к Паку, туда же пихнув и карту — временно перенесём решение этого вопроса, живи здесь, аренда уже оплачена за полгода. — Временно — это хотя бы до следующего курса, ни днём меньше. — Зараза… ладно, как скажешь. Первый и последний раз иду тебе на уступки, но чтобы никаких проблем от тебя в эти полгода, понял? И чтобы я не слышал от Йерин ни одной жалобы в сторону твоей наглой морды. Когда отец вышел, первое, что сделал парень, разбил ни в чем не повинный стакан. Единственный стакан в новой квартире, между прочим. Дерьмо случается, и случается внезапно, он поступал в университет ради того, чтобы оттянуть всю эту хрень с женитьбой и прочей ерундой, которая навязывается старшим поколением. Да не пойди он учиться, уехал бы за город и построил там маленькую ферму, а потом забрал бы туда и маму. Без шуток. Пак привык к деньгам, но связи играют в жизни наиболее важную роль, связи и собственные навыки. Он то проживёт без развлечений, а вот отец без внуков — нет. Хоть меняй документы и беги из страны, честное слово. В тот самый момент, когда Джею захотелось сломать восьмидесятидюймовую плазму, кинув в неё смартфон, с аппарата, сжатого в руке, раздался звонок. — Чонсон, можешь в ближайшее время подъехать куда-нибудь в Мапо? — Что-то случилось? — услышав тихий голос Хисына, парень не на шутку забеспокоился. Обычно Ли обходился сообщениями, или коротко, но чётко обозначал мысль, сейчас же он был загадочен, в глубоком вздохе проскочило явное сомнение, поэтому Пак поспешил добавить — да, конечно, я сейчас в получасе оттуда, кафе какое-нибудь подойдёт? — Да… наверно, просто скажешь куда надо, я сейчас там, дойду пешком. И, Чонсон, никому пока не говори куда едешь, ладно? — М, без проблем, жди. Кинув телефон на диван, он упал следом. Вообще до того района было рукой подать, но сначала как-то нужно прийти в себя после тяжелого разговора с отцом и, видимо, подготовиться к чему-то ещё не слишком радостному. Касается ли это его напрямую? Вряд ли, Хисын не будет так трястись за его персону, с появлением Кея вездесущий Ли перестал вытаскивать других за шкирку из всякой грязи. Решив пока отложить проблему с отцом в дальний ящик, Джей сел за руль почти как новенького любимого кроссовера и пихнул в бардачок весь свой любимый хлам в виде жвачек, запасных наушников и прочей мелочевки, которая делала автомобиль таким родным. Всё-же трудно было без машины жить.

***

— Выглядишь уставшим, это вы Рождество целую неделю так бурно праздновали? — чтобы разрядить атмосферу, Пак зашёл с очень искромётной шутки, но тут же понял, что это сейчас неуместно — давай сразу к делу, я начинаю волноваться. — Как дела? — Хисын поднял глаза, разглядывая напрягшегося собеседника. — Тебе правда интересно, или это лирическое отступление? Ладно, плохо. Дела плохо. Подробности нужны, или обойдёмся? — он хлебнул яблочный сок, раздражающе позвякивая тяжелым браслетом по стеклу — не делай мои дела ещё хуже, и пожалуйста, объяснись как можно скорее. — Ты поговорил с Чонвоном? — Чонвон? Нет — Пак ругнулся, только осознав, что за семейными разборками, совсем забыл про разговор с младшим — времени не было. — Проблемы с роднёй? — Ли прекрасно знал, как иногда обстояли его дела внутри семьи и чётко попал в цель. Впрочем, как и всегда. — Отец. Так что с Чонвоном? Он ещё у тебя? Или у родителей? — Нет, ещё до Рождества вернулся в общежитие. У него новый сосед — Хисын не отводил взгляда от лица Пака, анализируя изменения в его поведении в зависимости от темы разговора, он выглядел как ученый, который ставит эксперименты и наблюдает за объектом исследования, только вместо уколов с непонятной жижей он колол словами. — Мне следует извиниться перед Чонвоном. Наверно мой переезд был неожиданным, надеюсь его новый сосед хороший человек, иначе придётся научить его хорошему поведению — он прервался, резко меняя ход мыслей и хмурясь — стой, или дело в соседе? Он что-то сделал? Ты хочешь попросить меня побить его? — Нет — Ли был словно приведение, настолько непоколебимым оставалось выражение лица этого парня, и настолько же ровен голос, что Пака реально начало бросать в дрожь — сосед хороший, он младше Чонвона, они подружились. — Аж от сердца отлегло — Пак широко улыбнулся и расслабленно потянулся — тогда чего позвал то? — Какие у вас взаимоотношения с Чонвоном? — К чему этот вопрос? — улыбка резко испарилась, оставляя после себя острый тёмный взгляд — ты всё-таки думаешь, что это я его побил? Хисын, я бы никогда… — Нет, я так не думаю, точнее знаю, что это не ты. — А что… — Джей тряхнул головой, не понимая, то ли все его пытаются сегодня запутать, то ли это он дурак, что не может догадаться сходу. — Хорошо, давай по-другому. Как ты относишься к нему? — Ты чего? Этот мелкий хоть и показывает зубки по десять раз на дню, но совсем не глупый. Хорошо я к нему отношусь, как ещё? — С той девушкой вы всё ещё встречаетесь? С Йерин? — произнеся это имя Ли еле заметно скривился. — Да… но как это связано вообще? Ты досье на меня собираешь? Много тебе заплатили мои тайные поклонники за эту анкету? — Пак хохотнул, крутя в руках пластиковую трубочку. — Любишь её? — Хисын, это какая-то дичь, что за вопросы? — Джей никогда не злился на друга, до этого момента. Прежний Хисын и Хисын, который сидел перед ним, это два противоположных человека — у тебя что-то произошло? Если хочешь поговорить, я выслушаю. — Нет, это у тебя произошло. — Что… — Я чувствую себя отвратительно, вываливая это без согласия Чонвона, мне правда очень жаль, сейчас я рушу доверие, но здесь больше нет выхода. Пожалуйста, не перебивай, и слушай внимательно, я надеюсь, что ты, как взрослый человек, здраво воспримешь ситуацию, без шуток, приколов, и тупых комментариев. — Ты можешь мне верить — Пак кивнул и скрепил пальцы, готовясь к очередному моральному удару. Чем ещё его удивит этот безумный день? — Он не безразличен к тебе. Но не в таком смысле, как можно подумать, сначала я увидел в его словах детскую влюблённость, готовясь снисходительно гладить по голове, приговаривая, что это пройдёт, но… Чонсон, это разрушает его — Ли на секунду отвернулся к окну, прикрывая глаза, ему было не просто рассказывать — это и не влюбленность, это и не любовь, он словно ненавидит тебя, но кто-то внутри него зависим от твоего существования, ему хочется быть как можно дальше, но вот эта сущность говорит, что не может жить без тебя. Ему больно. Это… как же сложно объяснить. Его внутренний наивно влюблённый ребёнок видит светлый образ и тянется к нему, а тот самый, старающийся быть взрослым, и взваливающий на свои плечи непосильный груз парень, насильно затыкает этого ребёнка. Джей шокировано приложил ладонь к глазам, и откинул голову назад, информация билась о поверхность, отказываясь проникать внутрь. Нет, этот мелкий… да ну, только не он. Отшивать навязчивых «поклонников» это одно, а Чонвон это… он другой… да за что Паку всё это? — Я помню твой принцип и понимаю, что ты можешь сказать. Он влюбился до того, как ты выстроил свои границы, до того, как ты стал таким. Чонвон знает старого Джея, сумасбродного, но открытого, доброго Джея. Не закрытую саркастично-похуистичную стену. — Я понял о чём ты — какой же он слепой, конечно, мелочь в очках, как вообще его можно было не узнать? — Ты… помнишь? — Хисын казался растерянным. Когда он услышал короткую историю от первокурсника, то сначала даже не поверил в её реальность, но чтобы Пак запомнил что-то такое… нонсенс. — Да, я вспомнил. Честно, мне сложно принять твои слова, поэтому перейду к главному. Что от меня нужно? Ты мне это сообщил ради какой цели? — А что ты считаешь нужным сделать? У тебя есть какое-то мнение? — Я в шоке, блять, какое мнение? Да я понять то ещё не успел. — Увы, мне тоже очень жаль, что его первой любовью оказался ты, а не кто-то другой. — Все вокруг такие очевидные, а этот мальчишка… надо же. Боже, я думал, что он меня ненавидит. Убей меня, потому что перед тобой сидит самый слепой человек в мире. — Я бы с радостью, но Чонвон вряд ли обрадуется твоей смерти. — Спасибо, ты настоящий друг — Пак фыркнул и протяжно застонал — ну и что, блять, делать? Я не был готов к этой информации! Чувствую себя неловко и отвратительно одновременно. Будто я в чём-то виноват. — Поговори с ним об этом. — Смеёшься? Я ему как в глаза смотреть теперь буду? — Отбрось все свои выебоны и подумай хорошенько. Тебе следует очень осторожно объясниться с ним, потому что метод «Стать плохим, чтобы тебя ненавидели» не работает, ты и так мудак, вообще не понимаю, как его угораздило — Хисын откровенно возмущался его персоной уже в который раз, что почти что задело Джея. — Ну значит я слишком хорош, крут, сексуален, привлекателен, а? Даже мальчишки, равнодушные ко всему кроме учёбы влюбляются в мою яркую персону — он вздернул подбородок и приподнял уголок губ. — Боже, удали ту часть мозга, которая отвечает за дерьмовые неуместные шутки, пожалуйста. — Спасибо, доктор, а это точно поможет? — Клянусь, как только Чонвон забьёт на твоё существование, я закопаю тебя в ближайшей клумбе. — О, значит Чонвон моё оружие контроля против тебя? — Сука, я ведь умею драться, не провоцируй меня, ещё хоть слово про него в таком ключе, твоя башка будет висеть над входом в мою квартиру как трофей — уголок глаза Хисына нервно задёргался, ещё одно слово, и придётся сидеть в обезьяннике за драку, а потом объясняться перед Кеем. — Ладно-ладно, тебя и так все боятся, не применяй насилие, ты же будущий врач! — И зачем я тебе рассказал всё это а — он сложил руки на столе и безысходно упал лицом вниз, шепча что-то невнятное. Проклинал, наверно. — Ты правильно сделал. Шутки шутками, но можешь надяться на то, что я хорошенько обдумаю и сделаю всё, что в моих силах. Я всегда держу слово — он протянул ладонь собеседнику. — Тогда сообщи сначала мне что ты там напридумаешь — Ли нехотя пожал ему руку и поднялся, быстро одеваясь. — А счёт? — Оплатишь, это за мои потраченные минуты и моральные страдания, которые я испытал за время, проведенное в твоей компании — он развернулся и вышел за дверь. — Ладно, я бы и так заплатил…

***

Лёгкий ветер коснулся светлых волос, мягко пройдясь по щеке и нежно пощекотав плечо, Сону поёжился, почувствовав тёплое прикосновение, аккуратно поправившее съехавшую с одного плеча пижаму, мягкое одеяло как по волшебству, само натянулось до его носа, а ветер резко утих, сопровождаясь звуком закрывающейся задвижки на окне. Парень потянулся, и перевернулся на другой бок, свободно разваливаясь на широкой кровати. Когда со стороны двери послышался щелчок, Ким сонно сел, оглядываясь по сторонам. Хотелось покушать и досмотреть волшебный сон одновременно, он посмотрел на время, отмечая, что на часах всего около десяти утра, а ещё куча новых сообщений с поздравлениями от друзей и знакомых. И одно СМС от Джейка. «Лисёнок, мне всё-таки пришлось срочно сбежать, заберёшь ключи у вахтёра, я запер тебя наружным замком, так что не пугайся, когда проснёшься один. Когда закончу все дела, обязательно перезвоню.» Ох, всего то ничего не дождался, может он ещё не успел уйти? Дверь закрылась пару мгновений назад, странно, что сам Сону не проснулся, всяко шорохи были какие-нибудь. Сквозь чувствительное обоняние промелькнул знакомый отголосок парфюма с ирисами, которым Шим никогда не пользовался. Парень внимательно посмотрел в мессенджер, улавливая одну несостыковку, сообщение от друга пришло в полседьмого утра, давно… мозг резко взбодрился, скидывая остатки сна и мгновенно отмечая вернувшуюся в светлый интерьер чёрную сумку, а вместе с ней небрежно оставленную полуоткрытой дверцу шкафа. Чёрт, да как же ты невовремя! И тут Сону хватанула настоящая паника. А когда Пак успел вернуться? Они же с Джеюном не столкнулись? Нет ведь...? А что, если… он уткнулся лицом в колени и захныкал. Как же будет неловко, если его опасения подтвердятся. Первокурсник уныло дополз до раковины и быстро умылся, ещё на несколько минут вперившись глазами в зеркало, и пытаясь остудить пылающие щёки. В прошлый раз они с соседом так странно попрощались, что не было сил поразмыслить над его возвращением. Нет, они даже не попрощались, Пак натворил какую-то дичь и сбежал, как и всегда, в принципе. Как теперь с ним разговаривать? Да и стоит ли… Ким и вовсе надеялся, что тот не вернётся. Он прокрался в комнату, настороженно заглядывая по углам. Тишина, значит сосед упрыгал далеко и надолго. Сону включил чайник, потирая затекшую шею, и подошёл к рабочему столу, тут же обратив внимание на маленькую коробочку, расположившуюся на самом краешке деревянной поверхности. Кипенно-белого цвета картон был обмотан шёлковой лентой с тонким узором. Выглядит мило. Для девушки? Вау, этот парень способен на такое? Совершенно невзначай он заглянул на бумажку, криво выглядывающую из-под коробочки. «Тебе.» Кому «тебе»? Кто ж так подарки подписывает? Хоть бы имя начеркал, сложно что ли? И как только она его терпит… стоп. Уже совсем нагло отодвинув коробку, Ким обнаружил ещё одну надпись, аккуратным почерком выведенную в самом низу листочка. «Сону, прости за прошлый раз. Если не понравится — выброси. П.С» П.С… как официально, нет бы написать «от раздражающего соседа», или «от идиота Пак Сонхуна». Недовольно ворча он схватил в руки презент, плюхаясь с ним на кровать и медленно развязывая ленточки подрагивающими пальцами. Если Сону скажет, что его совсем не интересует содержимое, то нагло соврёт. Что Сонхун мог засунуть туда? У них интересов то общих нет, мало того, даже вкусы разные. С затаённым дыханием открыв крышечку, он удивленно приоткрыл рот. Внутри аккуратно примостилась маленькая серебряная подвеска в виде розы, в центре которой красовался ярко-красный камушек. Однако. Он взял в пальцы хрупкую вещицу и поднёс к солнцу. Камень светился и переливался словно яркий красный огонёк, точно неоновые лампы в тёмной комнате... Сону опустил голову, совсем сбитый с толку. У него не было ни малейшего объяснения прекрасной розе, появившейся в его руках. Пак перепутал подарки? Мама выбирала? Купил первое, что попалось под руку? Почему именно это? Не какая-нибудь рядовая модная ручка, бесполезный сувенир, шоколадка, или что ещё там можно подарить обычному знакомому. Ещё и записка с извинением, сухим и коротким, но всё же извинением… Только вот почему сосед не вручил подарок лично? Неужели испугался, что коробка полетит ему в лоб? Справедливо. Немного помедлив, он достал тонкую цепочку, которая пылилась в ящичке уже которую неделю, и повесил на неё украшение, любуясь тонкой работой мастера. Выглядит чудесно. Первокурсник прижал цветок к груди, чувствуя прохладу серебристого металла на тёплой коже. И всё же, почему роза?