You are my glorious purpose

Его пальцы рук подрагивали, выстукивая на поверхности стола странный ритм. Глаза смотрели недоверчиво и растерянно. Вся его поза была пропитана разочарованием и безысходностью. Казалось, будто Мобиус сдерживает слёзы. - Хорошая попытка, - сказал он надломенно и тихо. В голове не укладывалось, что Локи снова соврал ему. Снова предал. Как и сказала Равонна, Мобиус любил сломанные вещи. Да, это так, но он не хотел сам становиться ею. К сожалению, Локи сделал всё, чтобы это произошло. Взял, пользовался и выбросил, как старую детскую игрушку. Интересно, на какую сломанную игрушку похож Мобиус? На паровозик, у которого не хватает двух-трёх колёс или на плюшевого зайца с оторванным ухом? А Мобиус ведь доверился ему по-настоящему. Он поверил в то, что старый, уставший от рутины, работник УВА, и ловкий и хитрый бог обмана и коварства, смогут стать отличными напарниками, и, быть может, друзьями. Хотя, если быть честным, Мобиус в глубине душил надеялся на что-то большее, чем простая дружба. Он влюбился в этого очаровательного до мурашек трикстера и утонул в этом чувстве с головой, перемещая на второй план все ежедневные дела и заботы. Мысли о Локи заменили мысли о работе, и Мобиус как будто помолодел на десять лет: мужчина начал более трепетно относиться к своему внешнему виду, привычный серый и серо-чёрный галстук заменил на жёлтый и фиолетовый в полосочку, стал чаще шутить и смеяться и каждое утро приносил своим коллегам по отделу кофе, отмахиваясь от нескончаемого потока благодарностей, как от назойливых мух, и говоря одну и ту же фразу: - Не за что! Рад, что поднял вам настроение! Эти изменения не укрылись Равонны, и она никак не могла понять, что так влияет на её любимого нелюбимого аналитика. Локи даже приходил к нему во сне пару раз. И оба этих раза Мобиус просыпался с улыбкой на лице, и его руки помнили прикосновения к мягким, как одеяло, чёрным волосам, которые магическим образом всегда пахли одинаково: лавандой, цветочным мёдом и пряностями. У Мобиуса теперь этот запах ассоциировался с домом, где его ждёт человек, о котором он будет заботиться, как о собственном сыне: будет следить за тем, чтобы он правильно питался, каждый день учить его чему-то новому, не давать скучать, рассказывая смешные истории и рассказы и укрывать по ночам одеялом. А сейчас реальность Мобиуса с треском, похожим на треск ломающегося стекла, ломалась. Локи сказал, что Сильвия, вариант его самого, - единственный человек, которому он доверяет, и это сильно ударило по аналитику, который искренне считал Локи своим другом. Мобиусу сразу вспомнились его собственные слова, сказанные в порыве обиды: "Ты просто придурок и плохой друг," - выпалил он, прежде чем отправить трикстера к леди Сиф на перевоспитание. Локи посмотрел на него тогда сначала растерянно, затем с обидой, а потом жалобно и просяще, умоляя одним взглядом не делать этого. Для агента до сих пор остаётся загадкой то, с какой невероятной скоростью порой меняются эмоции на лице бога обмана - так же быстро, как у маленького ребёнка. Но Мобиус понимал, что сейчас не может, точнее не имеет права ему поддастся. Аналитику нужна была информация. Как для расследования дела с самой опасной из вариантов Локи, так и для него самого. Мобиусу, хоть он всеми силами старался этого не показывать, было любопытно до чёртиков, какое нексус-событие было у Сильвии и Локи на Ламентисе-1. А ещё он ревновал. И это скрыть, к сожалению, не получилось. Временная петля - особый вид пыток в TVA, в чём Локи убедился на собственной шкуре. Сколько раз Леди Сиф потребовалось сказать ему о том, что одиночество - единственный возможный вариант его будущего, прежде чем Локи поверил в это? Более того не только поверил, но и принял. Смирился со своей участью. Трикстер уже совсем отчаялся, когда из временного портала появился Мобиус. Сначала Локи обрадовался своему спасителю, но потом мгновенно погрустнел, вспоминая события минувшего дня. Мобиус потерял доверие к нему, и это было просто ужасно. А ужаснее всего было то, чт о Локи, благодаря своей отменной репутации бога обмана, не мог вернуть его веру. Он буквально ничего не мог с этим сделать, и это большое, размером с океан, "ничего" душило его изнутри, ведь Локи совсем не желал такого исхода. Трикстер всего лишь поддался любопытству, самонадеянно и смело шагая в портал за Сильвией. Он не хотел предавать человека, единственного во всём TVA, относящегося к нему с искренней и бескорыстной добротой и пониманием. - Ты правда думаешь, что заслуживаешь быть одиноким? Этим вопросом аналитик застал врасплох испуганного мальчика, дрожащего от холода, который, после недавней встречи с леди Сиф выглядел ещё более напуганным и растерянным. - Локи! - Я не знаю! А потом Мобиус сказал Локи том, что если он всё-таки не хочет быть одинок до конца своих дней, им нужно объединиться и довериться друг другу, чтобы спасти Сильвию вместе. Подумать только! Мобиус никогда и предположить не мог, что будет помогать двум вариантам Локи в сражении против TVA, против его фактически второго дома, где он работал так много лет. Хотя... Меняться никогда не поздно. А ещё до настоящего момента времени агент точно был уверен в том, что не станет помогать человеку, который не только дважды предал его, но и метафорически вытер об него ноги. Станет, ещё как! Потому что любит его. И потому что готов пойти на любые жертвы, чтобы спасти того от одиночества и саморазрушения. Мобиус просто хочет, чтобы Локи был в порядке. Рядом с Мобиусом он всегда чувствовал себя в безопасности. - Запомните это место. Дом, - вспомнились слова Одина, запечатлённые в файле о жизни бога. А что если для Локи дом - это не место, а человек? Мобиус и Локи спокойно шагнули во временной портал, обсуждая дальнейший план действий и шутливо подтрунивая друг на другом. Когда же они из него вышли, от веселья не осталось и следа. Перед ними стояла Равонна в компании трёх минутменов с оружием. Разумеется, Мобиус понимал, что говорить с ними никто не будет и всю грязную работу сделают быстро. Правда он совсем не ожидал, что инициатором его удаления станет именно Равонна, человек, которого он считал единственным своим другом в TVA. - Союзники до конца. - На все времена. - Всегда. Наглая ложь. Такие красивые и ужасно фальшивые слова - нож в спину от Равонны. Локи смотрел на Мобиуса внимательно и обеспокоенно. Он не понимал, зачем агент на его глазах подписывает себе смертельный приговор. Мысленно Локи буквально кричал ему: "Замолчи! Пожалуйста, замолчи! Нам нужно бежать!" Но Мобиус не слышал. - Может быть, у меня был гидроцикл? Я бы хотел покататься на своём гидроцикле! - воодушевлённо воскликнул аналитик, даже не подозревая о том, что это были его последние слова. - Удалить его, - хладнокровно приказала Равонна, и Мобиус, зажмурившись от боли, исчез у Локи на глазах. На лице трикстера застыли слёзы, его руки сжались в кулаки, а мозг отказывался верить в происходящее. Мобиуса больше нет?.. Его единственного друга только что удалили?.. Ноги трикстера отказывались идти, плечи поникли, а поперёк горла встал ком, не давая вздохнуть полной грудью. Если бы пустоту можно было чувствовать, то Локи ощущал сейчас именно её. Все эмоции выключились. Краски вокруг стали серыми. Голоса других людей превратились в белый шум, который бог обмана не воспринимал. В голове набатом звучала фраза Мобиуса, заставившая Локи поверить в то, что он не так уж и плох и имеет шанс стать ещё лучше: - Ты можешь быть кем угодно, даже кем-то хорошим. Это на тот случай, если кто-то говорил тебе обратное. Надежды увидеть агента снова не было, она умерла вместе с частичкой Локи. Но, к счастью, умерла не навсегда. Локи тоже удалили, и он очнулся в пустоте в конце времени. Первой же его мыслью было то, что, если не умер он, то Сильвия и Мобиус тоже могут быть живы. Эта мысль зажглась в нём ярким зелёным, как его магия, огнём и дала силы двигаться вперёд. Вперёд! На поиски! В тот счастливый момент встречи с Мобиусом он с трудом преодолевает желание прикоснуться к нему. Хочется убедиться в том, что всё это не иллюзия, и агент настоящий. Но время неподходящее: слишком много вариантов его самого с недоверием и опаской наблюдают за происходящим, в любую секунду готовые ринуться в бой. Да, пожалуй, сейчас не время для объятий. Хотя и без них Локи снова чувствует себя дома, просто потому что Мобиус живой и рядом. - Что будешь делать, когда вернёшься в TVA? - спрашивает Локи, в глубине души переживая за агента и не желая отправлять его обратно в одиночку. - Сожгу его дотла. Спасибо за искру, - отвечает аналитик, улыбаясь, и Локи не может не улыбнуться в ответ. - До встречи, Локи! - прощается Мобиус, протягивая Локи руку для рукопожатия, прямо, как в их первую встречу. Локи пару секунд смотрит на руку агента, невольно разглядывая его пальцы, и качает головой. Трикстер подходит ближе, и Мобиус, понимая его намерения, тоже делает шаг навстречу. Они стоят, обнявшись, какое-то время: Локи мнёт в руке коричневый воротник пиджака агента, сдерживая слёзы, а Мобиус, умиротворённо улыбается, закрыв глаза и склонив голову на плечо бога. Локи боится, что это их последняя встреча. Ему хочется сказать так много, и в итоге всё, сказанное у него в голове, умещается лишь в одну фразу, произнесённую им вслух: - Спасибо, мой друг. Мобиус улыбается: он всё понимает. Понимает и всё то, что было не высказано, как будто может читать мысли трикстера. Он тоже боится, что больше не увидит Локи, но не показывает этого, потому что понимает, что богу сейчас нужно другое: спокойствие, опора, поддержка и вера. Агент дарит ему всё это через объятия и улыбку. И это восстанавливает силы Локи получше его собственной магии. Когда всё заканчивается, Сильвия и Локи, работают над возвращением воспоминаний агентам TVA. И Мобиус не становится исключением: оказывается, в прошлом, у него был пункт проката гидроциклов на берегу океана и небольшой домик, неподалёку от него. Правда, здесь Мобиус не чувствует себя дома.Он ходит по комнатам, словно по музею, смотрит на вещи, которые когда-то были его вещами, как на экспонаты, и боится лишний раз к ним притрагиваться. Агента не покидает ощущение того, что он здесь гость, а настоящий хозяин жилья скоро придёт и попросит его освободить помещение. В конце концов, Мобиус, не раздеваясь, ложится на кровать в своей комнате. Он смотрит в окно, из которого открывается вид на бесконечный и необъятный океан, и слушает, как снаружи плещутся волны. Аналитик давно не чувствовал себя настолько одиноким. С одной стороны он вернулся домой и должен, наконец, вздохнуть полной грудью, а с другой - всё потерял: работу, друзей и, самое главное, Локи. Трикстер с момента процедуры по возвращению памяти в его поле зрения не появлялся, и Мобиус понятия не имел, где он и чем занимается. - Наверное, ищет свою славную цель, - подумал аналитик, усмехнувшись. Он бы хотел, чтобы Локи был сейчас с ним рядом, но понимал, что не имеет права этого требовать. Во-первых, Мобиус не хотел забирать у него свободу, какими бы великими ни были слова самого бога обмана о том, что свобода есть величайшая ложь. Во-вторых, он был совершенно не уверен в том, что тихая мирная жизнь на берегу океана в окружении туристов, чаек и гидроциклов подходит богу обмана и коварства, всю жизнь мечтающему о троне. Агент повернулся на бок, прижав согнутые ноги к себе и попытался заснуть, потому что на что-то большее сил не осталось. Но заснуть не получалось. Мысли, одна за другой, приходящие к нему в голову, очень мешали расслабиться. - Главное сейчас не расплакаться, как маленький ребёнок, которого все бросили, - подумал Мобиус, невольно снова проводя аналогию с Локи. Он прерывисто вздохнул, сдерживая слёзы и прижал ноги к себе ещё больше, обнимая себя за колени. - Мобиус, ты плачешь? - послышался тихий осторожный голос из-за спины, и агент был уверен, что всё это ему снится, пока кровать не прогнулась под чужим весом с противоположной от него стороны. Мобиус развернулся и не поверил своим глазам: на кровати сидел Локи. Причём именно его Локи, а не какой-то другой из его множе ства вариантов. - Зачем ты сюда пришёл? - тихо и надломенно спросил Мобиус, глядя на бога растерянно и непонимающе. Агент снова отвернулся к стене, не в силах поддерживать зрительный контакт. Локи ничего не ответил. Он внимательно смотрел на напряжённую спину и плечи агента, пытаясь понять причину его ужасного душевного состояния. - Локи, отвечай! Не молчи. Я же знаю, что ты сделал это из жалости, - тихим и прерывающимся от усталости голосом практически шептал Мобиус, - Я не хочу сочувствия. Я хочу, чтобы ты жил так, как давно этого хотел, хочу, чтобы достиг своей славной цели: чтобы трон Асгарда, который принадлежит тебе по праву с рождения, стал, наконец твоим. - Мне не нужен трон Асгарда, - мягко остановил его Локи. - А что тебе нужно? Власть над простыми людьми в мидгарде, обличающая песнь о свободе? - непонимающе предположил Мобиус. - Нет. Это мне тоже не нужно, - улыбнувшись, ответил бог таким тоном, как будто объясняет что-то очевидное и очень простое маленькому ребёнку. - Так что же является твоей славной целью? - спросил аналитик, пытаясь найти подвох во всём этом и предугадать следующий ход трикстера. Агента не покидало ощущение, что это всё игра, и он отнюдь не выигрывает. Но бог не играл ни в какую игру. Сейчас, с Мобиусом Локи был абсолютно искреннен. Не колеблясь ни секунды, он ответил: - Ты. - Что это значит? - Ты - моя славная цель. Моя славная цель - сделать всё, чтобы ты был в порядке, - сказал Локи, продвинувшись к Мобиусу ближе, - Мобиус, можно тебя обнять? - осторожно, боясь отказа, спросил бог, глядя на серую макушку агента, - Молчание - знак согласия, - прошептал Локи и аккуратно протянул свои руки к аналитику, обнимая его поперёк спины и прижимая к себе. Мобиус резко выдохнул и постепенно расслабился в руках бога. Они лежали так пару минут в абсолютной тишине, согреваясь от тепла друг друга и восстанавливая силы. - Ты тоже моя славная цель, Локи, - прошептал Мобиус, улыбаясь, и Локи, почувствовав эту улыбку, даже не видя её, улыбнулся в ответ. Теперь они оба были дома.