«От-» Побитый Лис

      — Хм-мпф-ф-ф... — хоть солнце уже ушло на половину с зенита, но припекало также, как днём и тень почти не спасала от игривых вечерних лучей. Узумаки стоял со скрещенными конечностями и закрытыми глазами, оперевшись об дерево, и ждал, когда группа прибывшая буквально только что, почти в тоже место, куда и прошлый отряд, приведёт себя в должный вид и замаскеруется для проникновения в деревню.       «Уф... Я начинаю ненавидеть сон всем своим сердцем и чёрной душой», — мрачно думалось тому, — «не спать было не выходом, но мои сны... Точнее моё состояние... Сколько ещё это будет продолжаться? Как от этого избавиться? С такими кошмарами я вообще выберусь с этой миссии живым? Уф...» — под лёгким, обновлённым гримом, где большая часть оного отсутствовала, в ходе изменения личности, не было видно страшных, даже не мешков, а синяков, а также лёгкую бледность джинчурики, но по его мрачному виду и витающему вокруг него, ели ощущаемому, напряжению, можно было предположить, что что-то не так.       Спустя несколько десятков секунд все были готовы. Наруто отвлёкся от себя и снова осмотрел второй отряд: Сенджу Кедо, что итак был кашатанововолосым, с отличием лишь в более тёмном оттенке, но и такое в этой стране не редкость, Хьюга Хиираги, которому пришлось тяжелее всех в маскировке, из всех прибывших в общем, Ширануи Генма и Гекко Хаяте.       — Отлично, — тяжко выдохнул Узумаки и отлип от дерева, — диапазон прохода: пять-двадцать-шестьдесят-десять, сами делитесь кто с кем пойдёт, я иду первым, как только пройдёт минут пять с моего ухода, начинаете отсчитывать двадцать минут, и первый человек или пара направляется ко входу. Проверьте всё сразу: поддельные документы, грим, поддельные вещи, запомнили ли вы куда кому идти, место встречи и т. д, в общем, не мне вас учить.       Блондин легонько хлопнул в ладоши и развернулся, — ждём вас ребята, — удаляясь, произнёс тот, в ответ ему были синхронные кивки, которых он уже не видел. Слегка обогнув дерево, на которое он опирался, Наруто взял свой небольшой рюкзак и исчез.

***

      Легенда была такова, что Наруто, будучи подростком, вышел из Токай и направился в ближайшую деревушку, дабы навестить своих бабушку и дедушку. Он вышел с утра и должен был вернутся вечером, в любое время до наступление темноты: обычный подросток идёт навестить своих бабушку и дедушку, что в этом такого? С поддельными документами и внешностью проблем не возникло при выходе, не должно возникнуть и при входе.       «Надеюсь всё пройдёт успешно и они смогут проникнуть без лишних эксцессов, хотя... Можно же было проникнуть обычным путем: под покровом ночи перелезть или перепрыгнуть стену, тем более для шиноби это не составит труда, к тому же людей сейчас в деревне очень мало и быть замеченым риск минимальный...» — Узумаки прервал свои мысли из-за резкого чиха. Внезапно поднявшийся, тёплый, но довольно приятный ветерок, всколыхнул горячую пыль. Наруто плёлся, держась обеими руками за лямки, смотря чуть поодаль своих ног, почти что полностью отсутствующими глазами.       «С другой стороны... А почему Райдо предложил именно такое проникновение в Токай? Возможно... Потому что... Чёрт, я же сам сенсор! Точно. Ведь, чем меньше людей, тем сложнее затеряться среди них, сложнее скрыть чакру, сложнее ей манипулировать так, чтобы тебя не заметили, а у Демонолатрии явно есть кучу сенсоров — без этого никуда. Если бы они попытались проникнуть с помощью чакры, то их бы тут же засекли в более чем пустой деревне, поэтому Шисуи и поддержал эту идею. А я..? А я просрал всю цепь, потому что всего-лишь поспал каких-то драных шесть часов.»       Внезапно Узумаки активировал печать на запястье и на свету заблестела алюминиевая упаковка таблеток. От тут же откупорил две капсулы, задрал голову, закинул их себе в рот, — «кха-уф... Это и сном нельзя назвать — я вообще не спал за всё это время, Ками!» — в прояснившихся глазах, замаячили ворота деревни, до которых осталось рукой подать. Внезапно, он осмотрелся и встретил множество не понимающих и слегка удивлённых взглядов — люди продолжали уходить из деревни и многие из них не понимали к чему это, лишь в единицах из множества семей было видно всю серьёзность и обеспокоенность этим вопросом: в основном это были мужчины и они знали, что грядёт, ибо слухи распространяются очень быстро, особенно те, где задействована какая-либо конспирация, ну, или секрет.       Шиноби Конохи медленно отпустил свой взгляд на руку, в которой держал таблетки, его лицо превратилось в камень, а глаза словно промёрзли, — «я что — схожу с ума?...»

***

      — Ну и конспирация у вас, м-дэ, — как только Сенджу вошёл в временную штаб квартиру в Токае, то бишь в номер Шисуи, последовали недовольства приправленные сарказмом. Он был последним проникшим в деревню из отряда, на улице уже стояли сумерки и только недавно жара стала спадать.       — Ну, а что ты хотел? Мы не на горячих источниках в Ю но Куни, как тогда с Обой и её обворожительным купальнике, выделяющие её, кхм, достоинства во всю, эх... Чудные были три дня отпуска!       — Заткнись, Хиираги-сан, ей Ками, заткнись, пока я тебя тут не пришил!       — Только прибыли, а уже дебош устраивайте. Хватит шуметь — стены здесь не такие толстые, чтобы орать, — вышедший Райдо с полотенцем в руках и протирающий ухо с волосами, застал перед собой ухмыляющегося Хьюга, опирающегося на бильярдный стол, и Сенджу, который скакал вокруг, как обезьяна, и что-то гневно выкрикивал тому.       — Райдо, рад тебя видеть в здравии, вижу шрам так и не зажил.       — Генма-сан, как всегда небрежен, не соизволил даже подойти, но, пожалуйста, соизволь, мне лень.       — Хах!       Два давних друга поздоровалась и прошли за столик рядом с любимым диваном Намиаши, где уже сидел Гекко, — Гекко-сан, здравствуй, как твоё здоровье?       — Уже как пару лет прошло с того отравления, ты так насмехаешься или думаешь, что личная помощь от Цунаде-сама ничего не исправила?       — Поинтересоваться всё же стоило, особенно перед такой-то миссией.       — Сочту это за беспокойство, хотя по-твоему вечно плывущему лицу ничего не скажешь, как обычно, впрочем. Кстати, где оставшиеся двое?       — О! Хороший вопрос! — тут же подключился к разговору Кедо, которому, по всей видимости, надоело докапываться до непробиваемого Хьюги, — я слышал в основных командиров, командующий этой миссией, затесался Учиха, как его там, нашего командира..?       — И не мечтай, Кедо, ты не так давно в штате джонинов, поэтому тебе стоит знать, что один из тех, кого ты просто не имеешь права как-либо трогать или задевать — это Шуншин Шисуи, даже для такого выдающегося новичка, как ты, ставшего заслуженным джонином в семнадцать лет, вне военного времени, — спокойно, но не менее серьёзно, вещал Ширануи, откинувшись на широком диване и смотря, как учтивый Хьюга уже заказывал еду в номер всем внутри находящимся, — как там писалась в твоём личном досье? «Любит доставать и выбешивать сокомандников, особенно Сенджу и Учиха»? Ей Ками, ума не приложу, как это пропустили в главной редакции, но видимо дел ты натворил знатных и сядь уже, сзади есть стул.       Смущенный и слегка пристыженный Сенджу всё-таки сел и не знал, что и сказать. Так круто его ещё никто не осаживал, видимо товарищи по миссии действительно попались особые.       — К слову, да, а где Шисуи-сан и Наруто-кун? Вроде все должны были собраться тут, — поинтересовался Гекко, допивая свой чай. — Шисуи скоро вернётся, сегодня мы с ним обследовали нынешнюю резиденцию и готовили почву к наступлению, он должен уже заканчивать обследовать внутренние помещения.       — Внутренние!? — чуть ли не вскочил почти всегда спокойный Генма, — он что, самоубийца!?       — Что ж ты так кричишь, Ширануи, — поморщился Намиаши, — он, возможно, единственный из ныне здесь находящихся, кроме Гекко-сана, также возможно, кто может заняться этим и уйти оттуда не то, что целым, но и незамеченным, поэтому нами было принято решение подготовить плацдарм для нас же, причём ещё вчера.       — Да... Да. А Наруто где? — спросил Генма, но думал тот явно не о нём, о чём свидетельствовал сенбон, который тот усиленно жевал.       — А, Ками его знает: придёт позже, придёт раньше, вообще не придёт сегодня — это не страшно, парень толковый и если что-то изменится в плане, тот быстро схватит и запомнит перестановки.       — Кстати, о Наруто-сане, что-то у него болезненный вид, что-то стало? — подключился Хиираги, который уже сам сидел на стуле рядом с ожившим Кедо, который услышал про новичка.       — Ничего такого, что могло бы навредить нашей миссии, там уже проблемы личного характера, он сказал, что не выспался, но оно и не мудрено, хотя всё равно странно: шести часов ему должно было быть достаточно, чтобы хоть как-то отдохнуть.       — Оу, так он совсем новичок? Бедный парнишка — впервые на такой миссии, вот и не вывозит! — заулыбался Сенджу, аки чеширский кот, выбрав себе очередную жертву. По всей видимости, он хотел добавить ещё что-то, но дверной звонок горничной прервал его. Принесли еду.

***

      — Жду, не дождусь нашей с ним встречи, уверен — мы хорошо поладим с Наруто-куном! — попивая чай, после плотного ужина, поговаривал довольный Кедо.       Внезапно тому на голову приземлилась чья-то рука и обхватило её по всей ширине ладони, — Сенджу Кедо, девятнадцать лет, подающий надежды джонин и, какая-никакая, гордость клана, основные направления: тайдзюцу и стихийное ниндзюцу, мастер в области последней — ответственный, бесстрастный, но жутко непоседливый и доставучий, уже не девственник и помолвлен с Сенджу Аей, любимая еда: якизакан с саке. Советую не приставать к Узумаки Наруто — я, как товарищ прошу, для твоей же безопасности, и это не угроза — это факт, ибо в таком состоянии, Наруто-кун непредсказуем и мало контролируем, — Кедо резко потянулся к своей набедренной сумке за кунаем и сразу попытался развернуться, чтобы всадить его в шею тому, кто стоял сзади, но вмиг напрягшееся рука на голове, не позволила тому этого сделать, а рука Кедо не нащупала сумку с снаряжением, заставив того застыть в шоке от случившегося. Лишь небольшое шуршание и лёгкий ветерок доносились до уха Сенджу, от крутящегося, на чьём-то пальце, подсумка.       — Держи, — хватка перестала чувствоваться, а подсумок приземлился джонину на колени — мимо, абсолютно бесшумно, проплыл Учиха Шисуи. Честно говоря, никто не заметил прибытия Шисуи и не почувствовал того, но все сделали вид, что это их не удивило, хотя многим захотелось чисто рефлекторно схватиться за своё оружие в тот момент, когда Учиха появился, — я в душ, закажите мне еды, пожалуйста.       — О, так вот, где ты был, а я чуть про тебя не забыл, спасибо Наруто-сану! — лишь Гекко развеял воцарившуюся тишину, найдя свою катану, которую просто так в деревню было не пронести.

***

Деревня Токай. Номер Учиха Шисуи. Десять вечера

      Время было позднее, когда объявился Наруто. За окном во всю шёл ливень, к которому ничего не предвещало. Весь промокший и ещё более напряжённый и мрачный, чем с последнего раза, после встречи со второй группой. С коричневых волос стекали крупные капли, а из-за влаги и тяжести воды, они свисали вниз, а не стояли торчком, как это обычно бывало, поэтому часть лица, включая глаза и верхней части носа, скрывала плотная «штора».       Прошло уже около трёх часов с прихода основного командира и многие искали, как скрасить досуг. Кто-то откровенно скучал, кто-то играл, а кто-то дремал: Шисуи, Райдо и Генма играли седьмую партию в бильярд, Гекко медитировал недалеко на полу с клинком на коленях, а Хиираги с Кедо играли на диване в какую-то карточную игру, похожую на дурака, первый клевал носом, чем не брезговал пользоваться Кедо и подсматривал карты своего оппонента. Собрание решили не проводить, так как Учиха получил записку, где говорилось о том, что Узумаки прибудет к десяти вечера.       Он снял свою обувь и чутка прошёл в комнату, слегка опираясь на стену и не отходя далеко от неё. Как только Наруто показался на пороге, Сенджу тут же оживился.       — О-о-о! Молодняк подтянулся! — с небольшим криком, тот подскочил к джинчурики. Он опёрся одним локтём на правое плечо Узумаки и навалился на того, поднеся своё лицо поближе, чтобы увидеть лицо Наруто, — напомни, как там тебя звали?       Не успел Сенджу предпринять или сказать ещё чего, как его левая нога подкосилась, а сверху обрушилось давление, которое заставило того подкоситься и упасть лицом вниз. Нижняя челюсть Кедо столкнулась с белой плиткой и тот замер, раскарячившись на полу, а Узумаки убрал руку от стены, где узуром начали расползаться чёрные кандзи. Совершенно не обращая ни на кого внимания, блондин двинулся прямо, по направлению в ванную комнату.       — Чего это с ним? — слегка сжимая свой кий в руках, поинтересовался Ширануи, провожая скрывающуюся спину взглядом, а после переводя его на переполошенного Хьюга, который до сих пор стоял в фирменной боевой стойке своего клана.       Шисуи ничего не сказал, лишь покочал головой и тяжело вздохнул, после чего забил три шара в корзинку. Кедо так и остался в своём нелепом положении, не удосуживаясь подняться. Он лишь думал о том, почему тот использовал чакру и почему на это никто не отреагировал. Сенджу ожидал всего: ответа, резкого словца, на крайняк, кулак в морду или попытку залома, но никак не использование давления чакры, а его, казалось бы, простая стойка не располога к тому, чтобы Узумаки использовал ноги, по крайней мере, не так быстро и не так легко, учитывая его возраст и опыт, как тогда казалось Сенджу. Кедо не было больно от этого падения, он просто был сильно удивлён произошедшим и сейчас его стыд нарастал, потому что в дураках остался он, причём так глупо и нелепо, особенно в присутвии старших товарищей, но оставаться в таком положении было нельзя. Кедо аккуратно поднялся и, не смотря никому в глаза, тихонько прошёл к дивану, где к картам уже не притрагивался.       Узумаки склонился над раковиной, жёстко упираясь руками о края. Его голова неимоверно болела, в висках отдавало неприятной пульсацией, а в затылке словно засел паразит и медленно пожирал его мозг, оттого и казалось, что сзади беспрерывно что-то сосало. Он присланил свой лоб к холодном стеклу и тяжело выдохнул, но горячая голова быстро нагревала поверхность, которой та касалась. Он поднял голову и посмотрел в зеркало, в отрожении на него смотрел уставший подросток с бледным лицом, видное даже через слой грима, холодные глаза которого не моргали, но которым день ото дня было всё труднее сдерживать внутренних демонов, смотрели и страшились сами себя. Силуэт парня словно рябил в крайних точках, когда на них не фокусировались, но стоило подвести туда взгляд, как всё приходило в норму. Он боялся быть поглощённым этими глазами, этим отстронённым лицом, что застыло, словно каменное изваяние, в попытке защитить себя.       «Ты жалок, Узумаки Наруто, ты ничтожен. Разве так ведут себя шиноби? Расклеился, как старая, никому ненужная, пыльная обоя за ветхим шкафом! Маленький монстр...» — отрожение, не меняя своего положения и мимики, говорило ему. Оно словно шептало, но на шёпот это не было похоже, а звук его же отражения, его же голоса отдавался эхом по всей голове.       Внезапно ему показалось, что стало как-то слишком темно, мрак словно сгущался вокруго него, оставляя лишь его двойника в зеркале. Пошевелиться было трудно, но бессильные попытки прервало чьё-то касание. В зеркале позалась чёрная рука с золотым, но тусклым кольцом, что легонько касалась его левого плеча. Глаза Наруто расширились от ужаса, а лицо стало ещё бледнее, холодный пот внезапным градом обрушился на спину, а спустя мгновения рука впилась в плечо своими чёрными от грязи ногтями, непонятно, когда отросшими, но боль почему-то отдалась в правой руке, в районе ладони. Наруто из-за резкой боли наконец-то смог хоть как-то двигаться, но кто-то задел тумбочку слева, что находилась рядом с раковиной, откуда полетели какие-то предметы. Как только те упали на пол, Узумаки всё ещё ничего не видящий из-за мрака, метнул в ту сторону три куная, в момент возникшие из печати. Ему показалось, что ноги его не держат и он начал заваливаться. Падение во тьму казалось долгим, но когда, по ощущениям, вот-вот должен был почувствоваться пол, глаза Наруто словно открылись во второй раз. Никакой тьмы не было, был лишь отдоляющийся потолок. Тело само отреагировало инстинктивно, пытаясь перевернуться в воздухе, и Узумаки преземлился на руки, которые спружинили его так, словно он отжимался.       Проморгавшись, Наруто осмотрелся и тихонько поднялся. Упал он всего в нескольких сантиметров от унитаза и хоть его голове бы ничего особого от удара не было, но было справедливо решено, что стукаться ей надо поменьше, да и отельное имущество ломать просто так не хотелось. Повернувшись, он увидел три упавших бутылки с разными шампунями и гелями, а в противоположной стене, где было шикарное джакузи, застряли три куная по рукоять. Два из них были почти в одной точке и распологались где-то около района сердца, а один был вогнан в предположительное местоположение головы. Осматривая свою работу, он с удивлением, а после и шоком отметил, что пропорции предполагаемого противника похожи на его собственные. О плохом самочувствии и боли в голове было сразу же забыто. Наруто моментально повернулся вправо к зеркалу и... Увидел лишь себя полураздетого, в одних лишь штанах.       Никакого зловещего отражения больше не было, — «плечо!» — Узумаки посмотрел на него через зеркало, но ничего не было, всё было как обычно. Он потрёс головой.       — Наруто, всё в порядке? — в дверь уборной постучали и за ней послышался обеспокоенный голос Шисуи.       — В порядке, — донеслось тихое до ушей Шисуи и ему ничего не оставалось, кроме как поморщиться от досады за друга и просто уйти обратно.       «Я вырубился, когда выжимал свою одежду? Чёрт... Вот так вот стоя? Но раньше я и меньше спал. А эти галлюцинации... давно ли сонный паралич приходит стоя, да и такой..?» — он ещё раз осмотрел всё, что успел натворить и решил принять таблетки, но почему-то остановился, держа упаковку в руке и тупо смотря на неё, — «плитка безбожно испорчена и таблетки кончаются... Пожалуй надо потерпеть. От такого сожранного количества, эффекта не прибавиться и привыкание только усилится, поэтому...»       Узумаки запечтал пачку обратно, решив подождать до сегодняшнего сна и стал убирать всё, что натворил. На стену он накинул простенькую иллюзию, которой никого из присутствующих в номере не проведёшь, но всё же... Прибрал разбросанные предметы и пододобрал валяющуюся под раковиной накидку с футболкой. Штаны решил не вижимать, чтобы побыстрее закончить собрание и идти спать.

***

...так что собираемся завтра к одиннадцати тридцати тут, полчаса на подготовку и выдвигаемся, — закончил Учиха, после того, как все выслушали план от Райдо, — ещё раз напоминаю: делимся на две группы! Командиры: я и Райдо. За мной: Наруто и Кедо, за Райдо все остальные.       Почти все присутствующие серьёзно кивнули, кто-то даже сказал «хай», — Райдо, вас с Генмой не стал разделять, всё-таки сработанная двойка. Сенсора и мастера тайдзюцу и умелова мечника, к тому же разведчика, оставил вам для координации.       — Да, понимаю, — кивнул Райдо, — а тебе идёт мастер ниндзюцу и универсал, что может выступить в роли саппорта и авангарда.       — Верно. И добавлю, что вы можете полностью избавляться от маскировки сейчас или завтра на утро, но тогда, в оставшееся время до операции, вы не сможете выйти на улицу и, допустим, погулять, хотя не советую выходить и с маскировкой — как вы могли заметить половина города, если уже не две трети, опустела, поэтому в целях безопасности миссии, лучше не выходить.       — Ага, а если я захочу город напоследок посмотреть? Вдруг его с лица земли сотрёт? — с сарказмом от Кедо, — я Оби вообще-то сувенирчик обещал.       — К твоему сведению, по пути назад я заметил, что члены культа также не дремлют и пользуются ситуацией во всю, целые оставшиеся семьи, даже местную стражу в оборот пускают. Думаю, Наруто тоже заметил по дороге сюда, — все взглянули на Узумаки, что в сторонке прикидывался мебелью и втыкал в пол. С запазданием он осознал, что сказали и лишь моргнул им, после чего отпустил голову обратно.       — Нас определённо будут ждать, — иронично заметил меланхоличный Хиираги.       — Определённо, — последовал ответ от Генмы, — поэтому выходим так рано — за несколько часов до ритуала.       — Ладно, — хлопнул в ладоши Шисуи и превратился из бесстрасного, серьёзного и холодного командира в обычного парня, — на этом всё! Кто куда, а я закажу еды, всё равно платить не придётся.       — О! И мне, пожалуйста, Шисуи-сан, — отозвались Хаяте с Хьюга.       — А я, пожалуй, к себе в номер, — отозвался Намиаши, — всем спокойной ночи! — и надев обувь, исчез.       — Вы, кстати, можете поселиться в соседних комнатах — отель хоть и элитный, но сейчас почти полностью пустой, но кушать будете только тут, также можете пройти в местный круглосуточный бар, что находится внизу, но чтобы были, как штыки завтра, а можете располагаться и здесь, — закончил Учиха, беря телефон в руки.       — В тесноте, да не в обиде, — хмыкнул Сенджу.       — О, тогда и мне закажи чего-нибудь, — спокойно отозвался Генма.       Наруто отлип от такой удобный стены и прошерстил до Шисуи к телефонному столику, что-то шепнув ему, он быстро и незаметно получил что-то в руки, но после ещё одного шепотка и удивлённого Шисуи, который чуть ли шею не вытянул, снова получил, по видимости, тот же предмет в руки. За этим с интересом наблюдала пара глаз в лице Сенджу и Хьюги, но влезать не стали: Хьюга по-этикетному стандарту, а Сенджу просто не решился, особенно после полученного, хоть и свербило в одном месте.       — Всем спокойной, — раздался с небольшой хрипцой голос Узумаки и, надев обувь, тот исчез также, как Райдо.

***

Деревня Токай. Следующий день. Пол седьмого утра.

      Горо осмотрелся и присел на одно колено. Перед ним стояла сонная девочка на вид четырёх лет с тёмными волосами, что усиленно тёрла своей ручкой глаз, по-видимому, пыталась убрать пелену, что оставалась после сна. Горо аккуратно взял руку этой девочки и убрал в сторону. Её веснушки были отчётливо видны на раннем, утреннем солнце, она жмурилась, не в силах открыть глаза. Наспех заплетенная коса не послушно трепалась на лёгком ветерке. Она была одета в тёмный походный плащ и была плотно укутана им, на ногах красовались сапожки жёлтого цвета.       — Аои-чан, пожалуйста, не три глазки, потерпи немного, ты ещё сможешь поспать.       Сам Горо был одет в такой же плащ, но намного больше, ноги закрывали плотные ватники, а на ногах красовались чёрные, слегка поношенные, но вполне приличные сандали, что обычно носят шиноби, голову прикрывала большая соломенная шляпа, что своим видом напоминала корзину.       — Угу, — донёсся до него тихий ответ и ему осталось лишь с особой нежностью потрепать ту по голове.       Бывший бармен, работавший в этом городе, встал и осмотрелся, не смотря на то, что он находился сейчас на западных воротах, которые вели в сторону Хи но Куни, народу было достаточно, человек тридцать точно было, но на противоположной стороне, в других воротах, было в раза два-три больше. Горо задрал рукав своей накидки и взглянул на часы: шесть-двадцать три — до открытия ворот оставалось семь минут, а народ всё ещё тихонько подтягивался.       Безусловно, уже немолодой бармен сразу рассказал всем, кому мог о том, что надвигается и что с ним приключилась, но это было на первых парах. После того, как он привёл свои мысли в порядок и подумал, то ему показалось, что тут не всё так прозрачно — да, нездоровые телодвижения были и раньше, но чтобы такого масштаба? Он просто не мог поверить. Отсутствие опыта и знаний, завело его в тупик, где он не ведал на что способны шиноби и какой сыр-бор был и будет в Токае, в такой полюбившейся ему деревне. Но вчера, когда тот поздно возвращался с покупками домой, он увидел то, что не должен был видеть и чуть за это не поплатился. Все его скудные навыки и чувства обострилась до предела и ему удалось уйти почти незамеченным, скрываясь так, как он никогда не скрывался, молясь, чтобы за ним не последовали — поздним вечером, организованная группа из четырёх человек играючи завалила и запечатали бравых стражников в количестве тринадцати человек. Тех стражников, что нынешний Горо втроём бы ели осилил, если бы ему пришлось вступить с ними в прямую конфронтацию без подготовки — отбирались достаточно сильные и опытные ребята, даже некоторые шиноби среди гражданских, примерно, уровня Горо, а больше и не было. И тогда он понял, понял всё сполна и целиком: отсюда надо было валить и желательно в сию же минуту!       Сейчас же, когда на утро остались те остатки из простого народа, что не ушли раньше и смогли пережить эту ночь и увидеть, услышать всё вооюучию, а не из «глупых слухов», то мигом ринулись прочь из проклятой деревни в попытке спасти свои жизни.       Горо взял свой большой рюкзак, что стоял возле него, и надел на себя, — «уже скоро...» — прошло уже пять, десять, пятнадцать минут... Но ворота почему-то не открывались.       Кто-то стал проклинать стражников, упрекая их в том, что те лентяи и долго спят, кто-то просто ругался, устав ждать, а кто-то судорожно глотал слюни, понимая, что тут происходит и те были не далеки от истины: их не хотели отпускать так просто.       Внезапно стража в несколько десятков человек выспалась наружу из мощных, створчатых дверей, что находились побокам в стенах, — уважаемые граждане и гости деревни Токай, — выступил вперёд худощавый, уже немолодой солдат с хитрым, немного вытянутым лицом, про таких ещё говорят «скользкий тип», — попрошу успокоиться и послушать меня! Я объявляю о том, что в связи с техническими неполадками, сегодня выходы и входы из деревни осуществить невозможно!       Толпа зарокотала и подняла ругань, кто-то пытался узнать с какими такими «неполадками» их не могут выпустить из деревни, кто-то молчал, но таких было меньшенство.       «Это же зам начальника стражи! Чёртов урод! Подхалим уродливый! Всё настолько плохо!?» — Горо был в бешенстве и одновременно в ужасе, хотя внешне старался держать себя в руках. Он судорожно думал, что же ему сделать в подобной ситуации и как из неё выпутаться, при этом держа за руку всё ещё сонную дочку. Приметив одного из солдат, что был виден из разъярённой толпы, он напряг зрение и увидел, что тот был бледен, как молоко, а по его лицу скатывались крупные капли пота и явно не из-за жары.       «Значит их заставили? Наверняка, под страхом смерти?» — больше утвердил, судорожно думающий Горо, чем спросил, — «тогда выхода нет, надо всеми правда и неправдами выбираться из этого злосчастного места! Как-нибудь, да выбираться!» — Горо больше не обращал внимания на зама, что лихорадочно, но безуспешно пытался унять разъярённый народ, которого за последнее время привалило ещё на пару десятков человек. Он взял дочь на руки и встал в небольшую стойку для рывка, став усиленно концентрироваться и собирать чакру, но... Что-то неуловимо изменилось.       — Я же говорил вам, Горо-сан, быть сдержаннее, — донесся до его уха знакомый голос, а после мимо что-то промчалось, задрав его плащ от внезапного потока ветра.       «Эт-..?» — но не успел тот даже подумать, как раздался довольно громкий и сильный удар, а после... — «Не может быть! Открыл ворота ударом!? Это... Это... Это мой шанс!»       Бывший бармен тут же рванул на выход, а за ним понеслись все остальные, ненароком сбив зама. Некоторые стражники попытались остановить толпу, но большинство просто отошли в сторону, отпустив своё оружие.       — Да что же вы творите, идиоты!? Вам что было приказано!? Что?! Да я с вас шкуры спущу, тупоголовые ублюдки! Да с меня её спустят сегодня же! — пыльный и еле уцелевший немолодой заместитель начальника стражи, закусил губу до крови, — Ка-а-ами... — жалостно протянул тот и недолго думая рванул за толпой. Солдаты были сбиты с толку, но переглянувшись, приняли такое же решение, побежав, кто в чём, из деревни.       — Хм-м-м... — фигура в чёрном, что недалеко наблюдала за всем с крыши, лишь хмыкнула и скрылась.       — Крысы всегда бегут с тонущего коробля, да босс? — спросил один из клонов Узумаки, что наблюдал за всем этим из переулка поблизости.       — Хн! — было ответом тому, а после оригинал посмотрел в глубь деревни.       — Вы за..?       — Да, оставляю всё на вас, не забудьте убрать все следы кеккай ниндзюцу.       — Хай! — фигура в такой же чёрной рясе, что и члены Демонолатрии, исчезла из переулка, как и появилась, а его клон лишь тяжело вздохнул, — ну почему всё интересное ему? И убирать нам тут ого-го. Ладно. Эй, парни, слушай сюда!..

***

      Горо бежал со всех ног, во всю используя чакру. Он оглянулся, чтобы увидеть, что там сзади, хотя это было по большей части бессмысленно. Он бежал с девочкой на руках впереди всех и сзади уже давно никого не было видно. Он задумался и думал долго. «Токай»... Такое уже родное, такое замечательное слово, но что оно несло для него? В конечном итоге, оно не принесло ему должного счастья: жена погибла там при родах, отмучавшись, но подарив ему замечательную дочурку, ради неё он пахал на довольно мерзкого типа, чтобы обеспечить её всем, что она захочет, а сейчас его деревня, за которую он так отчаенно цеплялся, снова подарила ему лишь боль и ужас, чуть не лишив его жизни и жизни самого драгоценного для него существа. В конце концов, Горо решил двигаться дальше и полностью довериться словам и инструкции человека, что спас его и его дочь, причём дважды, при этом ещё ни разу не обманув.       Пробежав в таком темпе ещё несколько километров, Горо замедлил темп и перешёл на быстрый шаг, держа в своих руках задремавшую дочь. Он ещё раз на миг оглянулся назад, чтобы попрощаться с тем местом и своей женой окончательно, а после поцеловав свою дочь, он двинулся дальше — впереди у него долгий путь.