Кровавые пуанты

«Любовь — это когда хочешь с кем-то переживать все четыре времени года. Когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать с кем-то ягоды и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. Зимой — помогать пережить простуду и долгие вечера, а когда станет холодно — вместе топить печь».

Три года назад

      «Дорогой дневник, мы с Феликсом уже 1824 дня вместе, а это значит, что завтра у нас будет годовщина 5 лет. Я так волнуюсь. Хочу сделать этот день для него особенным. У меня есть одна идейка, но надо осуществить её так, чтобы он ничего не заподозрил» — ручка оторвалась от листа.       «Вау, мы уже так долго вместе» — Хёнджин посмотрел на фото, стоящее перед ним в рамке. Это было их двенадцатое свидание, они тогда ходили в парк. Ликс затащил его в фото кабинку и заставил надеть ободок с лягушками. Это фото до сих пор в хорошем состоянии, даже спустя столько лет. Любовь к Ли такая же… такая же сильная, как и в первые встречи. Хван не любил никого никогда так сильно; были девушки, которые бегали за ним, были парни, но Ли единственный не строил из себя ничего, он просто был самим собой, за это Хённи его и любит.       К Хвану кто-то незаметно подобрался и обнял его со спины       — Хэй, что делаешь? — Хван резко закрыл дневник и отложил его в сторону.       — Эй, чего ты так подкрадываешься? Я чуть инфаркт не схватил, — буркнул Хван, делая вид, что обижается. Его ведь чуть не спалили. Феликс лишь поцеловал того в щёку и сжал в объятиях ещё крепче.       — Ну прости, я правда не хотел. Но всё же, — Хван повернул голову, посмотрев вопросительным взглядом в глаза Ли, — что ты от меня скрываешь? — спросил белокурый, указывая пальцем на дневник. Хван, улыбнувшись и потрепав того по голове, сказал:       — Вот все тебе знать надо, пх, сегодня узнаешь. Иди сюда, — Ли обошёл стул и сел Хвану прямо на колени, уткнувшись носом ему в шею, обнимая его за талию. Хенни обнял его в ответ, попутно гладят того по мягким белоснежным волосам. Хван был счастлив. Он обожал, когда они просто так сидят и ни о чём не думают, нравилось то, что даже когда они не говорили, то понимали друг друга с полуслова, знаков, взглядов. Даже в тишине им было комфортно, когда они просто рядом. Через некоторое время Ли оторвался от груди Хвана и посмотрел на него блестящими глазами.       — Хенни, а я тебя люблю, — Хвана переполнило теплом и любовью. Ли много раз ему это уже говорил, но каждый раз был, как первый. Он погладил того по щеке и остановился на подбородке, сокращая расстояние между ними. Почти в губы он прошептал «я тебя тоже» и затянул Ли в нежный поцелуй, настолько чувственный, что сносило голову, а мысли улетучивались куда-то в невесомость. Ли отстранился, попутно приподнимаясь.       — На этом хватит, а то я не смогу остановится. Ты же хотел меня куда-то позвать, — Хван выдохнул, ухмыльнувшись.       — Ты всегда так делаешь, лишаешь меня своих поцелуев и уходишь, хитрожопый цыплёнок. Ладно, жди меня в машине, я сейчас приду.

***

      С окна подувал прохладный ветер, развивая волосы в разные стороны, машину слегка покачивало от неровной дороги. Вдруг она остановилась. Хёнджин достал из кармана чёрную повязку.       — Ты не против, если я на некоторое время завяжу тебе глаза? — Ликс лишь положительно покачал головой.       — Я тебе доверяю, ты же знаешь, — Хван улыбнулся и аккуратно завязал ленту на глазах у Ли. Дверь Ликса открылась и родная ладонь взяла его за руку, выводя того из машины, и потянула к себе. У уха шепнули с таким трепетом, что аж мурашки прошли по всему телу «надеюсь тебе понравится» и повели в сторону моря. Ли почувствовал морской воздух. Он был взволнован, так еще и повязка прибавляет остроту эмоциям. Его усадили на какую-то скамейку и сказали подождать и снять повязку, только когда ему об этом скажет Хённи. Минута тишины и до Ликса доносится крик и начинается музыка, он снимает повязку…. и видит нечто. Маленькая сцена, уложенная досками на песке, по бокам которой стояли большие колонны, на которых на ветру развивались красивые белые простыни. Белоснежные пуанты отбивали ритм по доскам под композицию «Ромео и Джульетта», которую Ликс так любил… и Хёнджин об этом хорошо знал. Феликс был заворожен. Хенни кружил в танце, как лист на ветру, передавая все эмоции плавно и грациозно. Прядь его волос, завязанная белой лентой и чёлка, ложившаяся на до безумия красивое лицо, все черты которого Ли знал от кончика носа до ресниц — всё завораживает его. Хенджин был его гипнозом, он был его слабостью, которую Ли ни за что и никогда никому не отдал бы. Хенджин играл Ромео, который думал, что его Джульетта умерла. Его охватывает ужас, буря отчаяния и безысходности, дыхание захватывает, а сердце бешено стучит, вырываясь наружу не в силах сдержать такую боль. И в конце Ромео выпивает яд и падает на пол, умирая с разорванным сердцем, не зная, что его любимый человек жив, но вскоре тоже уйдет вслед за ним.       У Феликса выступила слеза и медленно прокатилась по щеке. Он встал и со всей скорости побежал к Хенджину, который только успел привстать, и повалил его обратно на пол, укутывая в свои объятия.       — Боже, Хённи, это самый лучший сюрприз, ты такой потрясающий, я так рад, что встретил тебя, — тараторил Ли, лежа у Хвана на груди, заливая его футболку слезами. Хенни лишь поглаживал его и говорил « Я тоже тебя люблю солнышко, я так счастлив, что ты у меня есть»; он присел, сажая Ликса напротив, держа за плечи.       — Твои веснушки, которые ярче всякого солнца, твои глаза, сияющие больше, чем звёзды, все в тебе я безумно люблю. Я люблю тебя, с годовщиной, — не успел заметить Хван, как его затянули в страстный поцелуй. Их губы соприкасались в жгучем ритме, не давая шанса даже на мелкий вздох. Ли всё глубже проталкивался к Хённи, желая быть еще ближе. Его поцелуи сводили его с ума, он выпадал из реальности. Вот бы это было вечно… Вдруг начался дождь, и Хван подхватил Ликса, не разрывая поцелуй, понёс его к беседке. Он усадил его на скамейку и отстранился.       — Я сбегают за курткой, чтобы ты не замёрз и приду. Жди здесь, — Ликс лишь кивнул головой, смотря как Хённи отдаляется к домику….       Но знал бы Хван, что видел он его последний раз.       Когда он прибежал обратно, то обнаружил, что Ликса нет. Он осмотрел все ближайшие магазинчики, дома и рыболовные пирсы, но Ликс так и не нашёлся. Он заявил в полицию. Всю ночь с волонтёрами и полицейскими он обыскивал все вокруг, он кричал, кричал так сильно, что чайки разлетались в разные стороны, истерика преследовала его всю ночь, слёзы текли без остановки. Его еле как оставили в участке, ибо тот в таком состоянии был бесполезен. Он надеялся, что с Ликсом всё хорошо и спасатели его найдут… Но судьба была безжалостной. Утром вернулся один из спасателей и сообщил одну новость. Тело Ли было найдено на берегу со следами борьбы.       В тот момент у Хвана рухнул весь мир. Он вырвался из отделения побежал по береговой линии, попутно отчаянно крича от боли. Он увидел столпившийся клубок людей и подбежал к ним, расталкивая одного за другим. Он остановился и увидел бездыханное мокрое тело, лежащей на песке. Колени подкосились, и он упал рядом с трупом Ли. Он взял его голову и уложил к себе на колени, трясущимися руками, убирая прядь волос с его лица.       — Н-нет… нет, это не правда, — истерично твердил он, прижимая тело к себе, смотря на него заплаканными глазами с которых реками без остановки текли слёзы. — Кто… кто это сделал, КАКОЙ УБЛЮДОК ЭТО СДЕЛАЛ, Я СПРАШИВАЮ, — Хван сорвался на крик, задавая вопросы куда-то в небо. — Я НАЙДУ ТЕБЯ УБЛЮДОК, ИЗ-ПОД ЗЕМЛИ ДОСТАНУ, — У Хвана начали забирать Ликса из рук. Он не хотел отдавать, он умолял сказать ему, что тот жив, но его насильно оттянули и последнее, что он увидел, это как уезжает машина скорой помощи.