Колдун

Арсений опустил пистолет и медленно начал подходить к Антону. Тот обернулся и увидел в шаге от себя человека, который лежал в луже крови и в его руке была зажата пушка, которая с грохотом вывалилась из его расслабившихся пальцев. Арсений подошел вплотную к шатену и обхватил его своими руками, зарываясь пальцами в волосы и сжимая талию. — Какой дурак ты, Колдун. — Дурак, — подтвердил Стас, подходя сзади и тоже обнимая шатена. Ребята облепили Антона и Арсения, молча создавая круг защиты. Арсений почувствовал, что светлая голова под его пальцами зашевелилась и мягкие губы коснулись его уха. — Я каждый гребаный день корил себя за своё враньё и успокаивал тем, что так лучше. Так твоя жизнь была в безопасности. Но у меня не было четкой уверенности, я каждую ночь подолгу не мог уснуть, зная, что в любую секунду в твой дом могут ворваться и убить тебя. Убить дорогое для меня — это им нужно было… Я оберегал тебя как мог, но иногда не получалось, меня били за это или похищали, угрожая убить не только тебя, но и отца, — с каждым словом Антон говорил всё тише и тише, но Арсений слышал его и с каждым словом его сердце сжималось всё сильнее и сильнее, он погладил мальчишку по голове, — Арс, я очень устал справляться с этим. Я очень устал бегать от них. А ещё я устал переживать за тебя… Арс, я люблю тебя, — кожей на шее Попов почувствовал, как мальчишка зажмурил глаза и уткнулся в неё, весь сжавшись и будто бы сделавшись меньше. Круг из ребят распался и они стали оглядывать место, в котором находились и осматривать трупы бандюг на наличие каких-то вещей или документов. Но брюнет с шатеном так и стояли посередине «стадиона». Арсений, замерев, и Антон, который жался к шее, пряча в неё лицо. Попов отмер и, взяв за плечи зеленоглазого, отодвинул его от себя, заглядывая в глаза. Он долго молчал, просто смотря в зелёные орбиты, которые метались по всему лицу напротив. «Что же ты делаешь со мной?» Арсений, наклонив голову, приник к губам шатена и мягко поцеловал его пухлые губы, которые отвечали на этот поцелуй. — Я тоже, Антош, — сбивчиво прошептал в губы офицер и снова накрыл их своими, углубляя поцелуй и превращая его в жадный. Серёжа и Дима весело переглянулись, смотря на парочку и дали друг другу «пять». — Эй, любовнички, может вы хоть чуть чуть для приличия постесняетесь? Нет? — Стас скрестил руки на груди и улыбнулся. — У меня дежавю! — выпалил Паша, давя смешок. — Ну раз дежавю, — оторвавшись от Антона, сказал Попов. Он сделал серьёзное лицо и, обхватив талию шатена, сказал, — Господа, прошу простить нас за эту сцену. Ребята рассмеялись и пошли на выход из ангара, который принёс конец этой увлекательной истории и интересному делу, которое, спустя мучения, догадки, поиски и находки, оказалось наконец-то законченным. Конец.